Мастер Трав XIII
Аннотация
Виктор Корнеев, 78-летний ботаник, перерождается в теле Элиаса — семнадцатилетнего «пустышки», презираемого всеми в поселке. Дед умирает от яда, за долги грозят выселением, а за спиной шепчутся о его бесполезности. Единственный шанс — система «Мастер Трав», что пробудилась в его сознании. Теперь знания старика-ученого станут его главным оружием.
Автор: Ваня Мордорский
Цикл: Мастер Трав
Предыдущие книги этой серии:
Мастер Трав XII
Мастер Трав XI
Мастер Трав X
Мастер Трав IX
Мастер Трав VIII
Автор: Ваня Мордорский
Цикл: Мастер Трав
Предыдущие книги этой серии:
Мастер Трав XII
Мастер Трав XI
Мастер Трав X
Мастер Трав IX
Мастер Трав VIII
Глава 2
Но всё окончательно мы узнаем дома. Сейчас же Грэму нужно просто передохнуть после малоприятного сеанса, во время которого пиявки копались у него внутри. Пусть в этот раз они и были маленькими. Я кивнул Грэму, и мы вместе опустились на бревно. Не знаю, но мне показалось, что он уже сейчас выглядит лучше, чем когда мы пришли. Или это мне просто так хочется.
Пока мы молча сидели, Морна успела вернуться в дом и вынести старику и чай, и мед. Мой стоял рядом, остывал. Пить мне, честно говоря, не сильно хотелось.
— Чувствую себя почти как раньше, — тихо произнес Грэм, глядя на дно своей кружки.
— Но это еще не всё. Немного хвори осталось, — всё же заметил я.
Не хотелось заранее считать вылеченным то, что таковым пока не являлось. Всегда ожидаешь подвоха в таких вещах. Грэм так долго боролся с черной хворью, что даже не верится что вот один шаг — и всё закончится, и он вернет свои силы.
— Знаю я, — отмахнулся Грэм, — Поэтому и говорю, «почти».
Он секунд на десять прикрыл глаза, словно прислушиваясь к себе, а потом добавил:
— Чувствую эту дрянь. Знаешь, как будто кусок жесткого мяса между зубов застрял.В каналах и духовном корне вроде бы чисто, дышится легко, но где-то она сидит. Маленький кусочек.
Я кивнул.
— Ничего, дома мы продолжим.
Грэм согласно угукнул и сделал большой глоток чая. Думаю после пиявок пахучий травяной чай именно то, что ему нужно, чтобы перебить запах и вкус.
Я невольно задумался о том, что будет после того, как эта дрянь выйдет из него. Он вернет свои силы, но…можно ли сделать Грэма еще сильнее? Сильнее, чем он был до болячки? Он упоминал, что находится на третьей ступени развития Дара, а перейти на четвертую так и не смог. Значит, он закончил открывать доступные каналы и уперся в потолок, остановился. Вопрос в том, в чем именно состояла проблема с переходом на четвертую ступень?
Я отхлебнул немного чая и отправил в рот кусок меда.
Итак, чего не хватило Грэму? Каких-то специфических эликсиров? Или силы Дара? Насколько вообще ступень зависит от Дара? Если я правильно вижу процесс развития, то при большом количестве ресурсов каждый может преодолеть любые ступени. Но может мне так лишь кажется потому, что у меня с этим нет проблем, в то время как у Одаренных трудностей гораздо больше, чем я могу представить?
В любом случае, я точно могу помочь ему, учитывая к каким ингредиентам я имею доступ благодаря гнилодарцам. Только бы знать, с чем у него тогда возникли проблемы. Сейчас спрашивать не хочется, пока всё не вылечил, но после…после обязательно спрошу. Правда, меня не отпускала мысль, что чем старше Одаренный, тем туже и хуже идет прогресс во всех аспектах. Скорее всего, энергетическая система «костенеет”(как бы странно это ни звучало), а ступени даются тяжелее, и если это так, то у Грэма не так уж много шансов на прорыв.
Ладно, скоро всё станет ясно.
— Мне тут еще нужно поработать с изгородью, — сказал я.
— Сколько? — спросил Грэм.
— Полчаса, не меньше, — ответил я и, поднявшись, направился к изгороди, или как ее называла система — «черношипу». Что ж, не самое плохое название.
Черношип встретил меня легким, настороженным шелестом своих темных, почти черных листьев. Я положил ладони на толстые лозы и начал напитывать мутанта своей живой. Растение тут же откликнулось, жадно втягивая энергию.
Подкормив его, я направился к ядру. Оно было надежно укрыто под толстым слоем лоз и листьев. Даже если захочешь, сразу не доберешься до него — колючки помешают.
ОТКРОЙ. — послал я жесткий ментальный приказ.
Лозы, плотно скрывавшие ядро, нехотя расползлись в стороны, обнажая пульсирующее желтовато-зеленоватое ядро. Я прикоснулся к нему напрямую и, вколачивая свою волю в податливое, но агрессивное сознание мутанта, одновременно подкармливал его. Кнут и пряник.
[Уровень взаимодействия: 37%]
Несмотря на мой контроль этого симбионта, хотелось больше «послушности», что я с помощью закладки и вбивал в него — сотни раз повторенный приказ-повеление.
ПОДЧИНЯЙСЯ.
Всё для того, чтобы внедрить в него одну мысль — безусловное подчинение на уровне инстинктов.
Когда новая закладка легла в сознание Черношипа, я остановился. Одной закладки достаточно.
После я наблюдал за процессами роста симбионта изнутри, через ощущения самого «Черношипа». Я сосредотачивал внимание то на одной части симбионта, то на другой. Проверил, как прижились новые черенки, которые я рассадил в прошлый раз, увеличивая площадь Черношипа. Тут никаких неожиданностей не было: основное тело симбионта приняло «прирощенные» части и напитывало их энергией и жизненными соками. А те части, в свою очередь, продолжали захватывать всё больше и больше территории. Как я и хотел.
Однако главная проблема этой огромной изгороди, — транспортировка, — оставалась. В теории можно заставить часть изгороди сплестись в один толстенный канат, отсечь его, перенести на новое место и подключить к другому ядру такой же хищной изгороди, ну или же к тому же ядру. Не суть.
Но переносить всё равно придется. Изгородь — симбионт, которому требуются какие-никакие корни, лишь тогда она раскрывает всю свою мощь. Хороший пример — моя живая корзина: в ней есть слой земли, скрытый за слоем щупалец, и этого недостаточно. Даже когда я дома ставлю ее на землю и она впитывает оттуда всё, что ей необходимо, она не демонстрирует такого стремительного роста как Черношип, который плотно укоренился. Да, мне и не нужно, чтобы корзина становилась огромной, у нее другая функция, но всё же…
Возникает вопрос — а чем другое ядро такого же типа симбионта (если оно у меня будет) отличается от этого? Чем крупное ядро принципиально лучше мелкого? Или разницы никакой?
Я вновь погрузился в симбионта, и когда понаблюдал за тем, как именно он управляет разными частями своего тела, вдруг понял в чем, собственно, разница. Во-первых, крупное ядро банально «умнее» за счет того, что его воля сильнее. Оно способно удерживать более сложные закладки и различать большее количество целей. А во-вторых, оно может контролировать огромный объем конечностей. Если к мелкому ядру присоединить сотню длинных шипастых щупалец, оно просто не справится с потоком информации, и контроль станет хаотичным.
Ладно, тут ясно, но что я могу могу сделать с этими ядрами? Создал мутанта, отсек ядро, а дальше? По сути ведь у любого мутанта, в зависимости от его размера и типа, формируются эти «управляющие» центры. Даже у Виа они есть, пусть небольшие и рассредоточенные по всей длине лианы. У моей живой корзины тоже есть одно крошечное ядро. И вдруг я застыл, пораженный внезапной догадкой.
А что, если закалять нужно именно само ядро, как семя? Ведь новые конечности растут из него, питаются его энергией. Значит, если ядро пройдет закалку, то и новые лозы будут расти уже с новыми, усиленными свойствами! Возможно, обмазывая едким соком только внешние щупальца, я делал всё не совсем верно, или, как минимум, не самым оптимальным путем.
Но с другой стороны, вырастить новые конечности из закаленного ядра, даже с моей подпиткой — это недели и недели времени. К тому же, если уже попалась взрослая особь симбионта, или я делаю мутанта из крупного растения, то тут без вариантов. Что-то мне подсказывает, что если закалять ядро путем, подобным тому, который я использовал для семечка, то энергии уйдет прорва, а если к нему будут «подключены» конечности, то и они будут жрать энергию. Похоже, нужно сегодня-завтра проверить это.
Не разрывая контакта, я посмотрел на пространство вокруг дома через специфическое зрение мутанта — причудливую смесь тепловых пятен и сгустков живы. Неожиданно я почувствовал, как ко мне приближается знакомая «аура» Морны.
Я плавно вынырнул из сознания ядра и убрал от него руки. Черноршип тут же начал возвращать «защиту» на место, оплетая свое ядро сотнями лоз.
— Всё нормально? — негромко спросила она, останавливаясь в паре шагов.
— Да, всё хорошо, — ответил я.
Сделал вдох-выдох привыкая к тому, что я снова вижу и чувствую как человек, и повернулся к ней.
Она внимательно вгляделась в мое лицо.
Я напрягся.
— У меня с глазами все в порядке?
— Ярко-зеленые, — она мягко улыбнулась, — Но они такие у тебя от природы.
— Я вообще-то про свечение.
— Я знаю, — хмыкнула она.
Я отряхнул руки и выпрямился.
— Грэм здоров? — спросила вдруг Морна, бросив взгляд на сидящего старика. — Или еще нет?
— Почти. — покачал я головой, — Осталось совсем немного, но главное, чтобы с этим «немного» не возникло неожиданных проблем. Если всё пойдет по плану, то сегодня вечером с этой дрянью будет покончено навсегда.
— Рада это слышать, его сила нам не помешает.
Она на пару секунд замолчала, а потом добавила:
— Да и тебе тоже. Мне будет спокойнее за тебя, когда Грэм сможет использовать все свои навыки и умения. Без ограничений.
Морна прикоснулась пальцами к черному листу изгороди, словно отслеживая его реакцию.
Я ничего не ответил, хотя слова, что ей будет за меня спокойнее, приятно грели душу.
— Он никого не трогал, — сказала Морна, нарушив молчание.
Она имела в виду моего симбионта.
— Я же сказал, что он полностью под контролем, — кивнул я, и тоже прикоснулся к Черношипу. От моего прикосновения пробежала дрожь по всей изгороди. Листья зашуршали и отростки зашевелились.
— Ну… — протянула Морна и сделала шаг назад, — Выглядит он страшнее и опаснее, чем раньше, да еще и растет очень быстро. Очень.
— Я этого и хотел. Чем крупнее он будет, тем лучше.
Морна кивнула. Какое-то время мы молчали, и просто смотрели в лес. Грэма о чем-то спрашивал Клык. Дверь дома скрипнула, и я увидел, как на заднем дворе пробежал Лорик, а за ним Лира и ее насекомые. Им было весело. Да… Лорик…зелье Эйны дало ему месяц, и половина этого времени прошла. За оставшуюся я должен создать что-то подобное. Да и Морна, — я взглянул на знахарку, — Ей тоже нужна новая порция. Благо, с ее эликсиром я буду управляться с каждым разом всё лучше и лучше, и его качество будет расти.
Да, в ее случае лечение духовного корня невозможно. Но ее проблема, по сути, такая же тяжелая, как и дочери Трана — в обоих случаях работать нужно не с трещинами, а с целыми недостающими кусками духовного корня. Задача другого уровня сложности.
Я вздохнул. Ладно, буду решать проблемы по мере поступления.
Я посмотрел на нее внимательнее. Если не учитывать кое-где шерсть и зрачки, выглядела она менее «зверино», чем даже в первую нашу встречу. Мой Корень Укрощения сработал даже лучше, чем я ожидал.
— Ты уже можешь ходить в Глубины?
— Да, силы вернулись, — твердо сказала она и посмотрела мне в глаза, — Надоело быть бесполезной и собирать травки.
А потом вздрогнула. Видимо подумала, что я вот, например, этим и занимаюсь.
— Ну, вообще-то в Глубины вы идете именно для этого, — улыбнулся я, — Собирать травки.
Морна вздохнула.
— Ты понял, что я имела в виду.
Я кивнул.
— Не боишься идти туда?
— В смысле? — чуть оскалилась она.
— Я о Чернобрюхом, — уточнил я.
Она напряглась всем телом, и мне показалось, что захотела зарычать, но сдержалась. Просто шумно выдохнула. До сих пор любое упоминание о Чернобрюхом выводило ее из себя. Раньше это было похоже на страх, теперь на злость. Видимо Рыхлый прав, и за эти дни она что-то переосмыслила внутри себя. Может, пережила заново и наконец-то ее прошлое перестанет так влиять на нее. Вряд ли она, конечно, откажется от идеи освобождать ту девушку, но это уже ее дело, а не мое. Я действительно надеюсь, что со стаей Чернобрюхого будет к тому времени покончено, учитывая, как наползают события. То одно, то другое, и всё словно кусочек огромного пазла, который начинает постепенно складываться.
— О Чернобрюхом?.. — стиснула зубы Морна, — Сейчас всё иначе. Тогда, раньше, я ходила в Глубины одна, а сейчас мы будем вместе с Нурлом, Орлой и нас, хотя бы косвенно, будет прикрывать Могильщик. К тому же, Элиас…
Она остановилась и посмотрела на меня своими желтыми звериными глазами и я ощутил, как она вновь становится хищницей.
— Мне нужно убить какую-нибудь тварь. Чтобы вновь ощутить себя сильной, понимаешь?
Я медленно кивнул.
— Сильную и крупную тварь, — уточнила Морна.
— Запах тебя не выдаст? — спросил я.
— Есть способы приглушить запах. — коротко ответила она.
Я вспомнил ту едкую, вонючую дрянь, которой мы с Грэмом обмазывались, возвращаясь от корня Древа из Глубин. Интересно, а смогу ли я сделать какой-то усиленный, алхимический подавитель запаха? Такой, чтобы не нужно было вымазываться в всяких субстанциях, а достаточно было было его выпить? Или же сделать такой, который бы держался дольше и не высыхал так быстро?
Скорее всего, это не так сложно. Просто нужны определенные компоненты.
— Знаешь, Морна, прихвати и для меня того, что ты будешь там использовать для приглушения запаха в Глубинах.
Морна удивленно приподняла брови.
— Такая штука может мне пригодиться. Хочу посмотреть можно ли сварить из нее какое-нибудь… зелье, усложнить его. В общем, хочу поэкспериментировать. Может выйдет что-то интересное.
— Как скажешь, — легко согласилась она. — Захвачу.
— А в Кромке ты уже охотилась? — спросил я.
— Убила пару крупных кабанов, — она пожала плечами. — Но это так… скорее, ради мяса. Никакого интереса в таком нет. Это как свернуть курице шею — и ребенок справится.
— Понятно.
Я задумался. Что ж, еще один боец снова в строю. Возможно и вылеченные Шель и Микла тоже будут полезными, правда, с их Дарами пока непонятно как именно.
— Ладно, — вздохнул я, — Мне тут надо эту изгородь сделать еще больше.
Я достал кинжал и тут же принялся за работу. Отрезал черенки с ветками, всаживал в землю и сращивал с другими частями Черношипа. Тянул его еще дальше в лес. В идеале вообще сделать еще одно очень крупное и широкое защитное кольцо. Изгородь и так уже разрослась, так что пришлось даже немного углубиться в лес. Я видел как Грэм и Морна наблюдают за мной. Только Рыхлый и Клык сидели и разговаривали, не обращая на меня внимание. Подняв голову, я заметил в кронах деревьев массивные, неподвижные тени — пауков Шурши. От их присутствия стало как-то спокойнее. Хотя еще недавно такие твари заставили бы меня покрыться холодным потом и схватиться за оружие. Вот только даже с одной такой тварью без своих симбионтов я не справлюсь.
Хотя, возможно, я и преуменьшаю собственные силы. Не обязательно их тела такие уж и крепкие, а брюхо в любом случае должно оставаться уязвимым местом. Достаточно уязвимым. Все-таки Шурша опасна не своими крупными пауками, а незаметными ядовитыми и парализующими особями — вот где настоящее коварство, от которого сложно защититься.
Пока об этом думал, занимался рутиной: воткнуть, срастить, воткнуть срастить — и так в тех направлениях, которые были нужны. А потом ведь придется по кругу идти. Но это потом.
[Навык: Сращивание +5%]
Да, давалось сращивание мне еще легче. Теперь я прикасался, заставлял оба растения стыковаться, переплетаться волокнами и всё это за пару мгновений. Мне достаточно было запустить процесс, а дальше они сами выполняли мою волю и начинали подпитываться от основного симбионта.
Я прибавил к длине изгороди еще по пять-шесть метров в разные стороны и решил, что этого достаточно. Эти куски должны прижиться и усилиться за ночь, тогда можно продолжать. Все-таки, это так, вклад на будущее. Чувствую, что Черношип мне еще пригодится.
Закончив, я вернулся во двор и взглянул на проделанную работу. Ко мне неслышно подошел Клык.
— Я слышал, как вы с дедом говорили.
— М? — повернул я голову к нему.
— Ну, о том, что осталось совсем чуть-чуть. Это действительно так?
Я кивнул. И понимал почему он спрашивает. Ему не терпится пойти за костью Стража. Мы и так слишком долго оттягивали этот поход.
Собственно, через секунду он это озвучил.
— Значит за костью пойдем…
— Возможно уже завтра, — закончил я за него. — Если сегодня всё пройдет хорошо.
Пару секунд он молчал, а потом как-то взволнованно сказал:
— Ты не подумай, что я тебя тороплю. Я всё понимаю, но тут это…возникли некоторые сложности.
Я приподнял бровь.
— Я тебе уже говорил, что чувствую некий «зов» к нескольким костям.
— Было дело, — кивнул я.
— Но он становится сильнее с каждым днем. Причем он тянет меня, похоже, к ближайшей кости. Я ощущаю это как зуд, который то нарастает, то чуть ослабевает. Я понимаю, что это не совсем нормально, но ничего с этим не могу поделать.
Я застыл. Информация была…неприятной, потому что кость, по сути, оказывала влияние на Клыка, а этого мне хотелось в последнюю очередь.
— Вот как… — протянул я, — Значит, она влияет на тебя.
— Скорее, она тянется к себе подобной, — ответил он. — Я не чувствую никакого влияния. Мои мысли — это мои мысли.
Надеюсь, что это так. Но возможно влияния он просто не замечает, хоть пока и ведет себя как обычно. Наверное нужно попросить Рыхлого присматривать за ним, и отмечать изменения. Может это и лишнее, а может и нет.
— Хорошо, — кивнул я, — Но ты же понимаешь, что сначала оно хочет эту кость, а потом — еще одну, ведь «зов», по идее, станет лишь сильнее.
— Понимаю, но что я могу поделать? Возможно мне удастся совладать с этим.
— В остальном кость послушная? — уточнил я, — Не самовольничает?
— Ничего такого, — покачал головой Клык и покрыл руку костяной пластиной.
Я осторожно провел Анализ, но тот ничего не выявил. Кость была интегрирована полностью и всё. Никаких побочек.
Грэм, тем временем, успел забрать пластины у Рыхлого и вертел их в руках.
— Ух…хорошие же пластины, — довольно заметил он, — Сегодня-завтра схожу к знакомому кузнецу и узнаю, сможет ли он вообще работать с таким материалом. Уж очень он любопытный.
— Поверь, если я подчиню ту тварь, материала будет в достатке, — усмехнулся Рыхлый. — К тому же, думаю, когда мы как следует обшарим тоннели и я вытащу те пластины, что там уже валяются, хватит не только тебе, но и…
— Но и нам, — вставила Морна. — Мне тоже броня не помешает, если она не будет слишком громоздкой. Но пластины вроде бы тонкие.
Грэм взглянул на Морну, на Рыхлого и кивнул.
— Да, если вы сумеете добыть побольше материала, проблем не будет.
Я застыл. Ну, проблема, конечно, будет. И это оплата: чем сложнее материал, тем дороже стоимость работы. Но Грэм, конечно, готов заплатить сколько потребуется, потому что такого материала без Рыхлого нам не найти. Нырнуть в тоннели и достать пластины мы не можем, а Рыхлый и другие гнилодарцы — да. Вдобавок, самое главное свойства этих пластин — это защита от стихийной живы. И вот тут даже потенциальная броня Клыка из костей, которой он может придать форму, не выдерживает никакого сравнения.
После этого мы уже собирались уйти, как вдруг Рыхлый остановил меня.
— Подожди, Элиас. Чуть не забыл.
Он наклонился к земле и наружу всплыли трое корнечервей. Даже крупнее моих. Он осторожно взял их в руку и протянул мне.
— Я помню, ты просил. А вчера мы с Нуром обходили много мест, и в одном мне повстречалась эта троица.
Я взял корнечервей, положил в корзину, где они недовольно зашевелились, и поблагодарил Рыхлого. Еще три корнечервя мне не помешают — будут искать кристаллы и семена еще быстрее. Седой увидев, что мы уходим, прыгнул с крыши Морны, спланировал прямо на Грэма и что-то недовольно пискнул. Наверное считал, что его бросили. Честно говоря, этот старый вожак несмотря на всю видимую независимость стал по сути ручным. И как он собирается стаей управлять?..
Мы с Грэмом двинулись прочь и, оглянувшись, я увидел, что Морна смотрит нам вслед.
Я ей кивнул.
Оставалось еще несколько рутинных дел в Кромке. Во-первых пыльца дремликов, а во-вторых подкормка моей сети. Оба были важными. Благо, цветущий ствол был не так уж далеко от дома Морны. Мы осторожно спустились в овраг и увидели всплывшую из-за ствола матку. Вновь между нами не было связи, а потому я не знал, в каком она настроении. Но, судя по всему, не слишком радостном. Что-то не спешила идти навстречу.
Остальные дремлики вели себя поактивнее и, похоже, не прочь были полакомиться моей живой, вот только Матка им не позволяла. Впрочем, вскоре ее настороженность поутихла. Выдержать запах пыльцы жужжальщиков и янтарной росы ни она, ни ее дети не смогли и, конечно же, сразу присосались к ней своими щупальцами. Я довольно улыбнулся, и в один из моментов капнул своей кровью на ее щупальце. Матка дернулась, но больше никак на мой поступок не отреагировала. Связь между нами вновь восстановилась. Конечно, я мог пойти на хитрость и капнуть в янтарную росу кровью, но зачем? Пока что Матка и сама неплохо идет на контакт.
Я поделился с ней живой, и в этот раз направил в ее мысли увиденный образ Долины Дремликов. Она застыла, не понимая, чего я хочу.
ПОКАЖИ ЕЩЕ.
Она немного поколебалась, но всё же поделилась еще несколькими обрывочными воспоминаниями о ветке Древа Живы, где жила. К сожалению, это был взгляд издали, а мне нужны были воспоминания, где она поближе. Вот только я ощутил в ней что-то вроде болезненной тоски по старому месту, и понял, что нужно чуть подождать, сейчас похоже не лучший момент для просьб о воспоминаниях. Нужно сделать несколько «заходов» и возможно она покажет больше.
СПАСИБО.
Она качнулась своим огромным телом в ответ.
Потом она отдала мне три шарика пыльцы. Что ж, я ожидал, что она будет давать с каждым разом всё меньше, но похоже, что пыльцу эта сотня дремликов производит с хорошей скоростью. Возможно, своей живой и янтарной росой я помогаю им в этом. Нужно будет сегодня отследить как именно мои дремлики выпускают пыльцу и как моя подпитка влияет на это. С симбионтами я смогу отследить весь процесс, наблюдая за ним изнутри. Я сделал шаг назад от Матки, и вдруг решил попросить.
НЕ РВИ СВЯЗЬ.
Я понимал, что она уже несколько раз ее рвала.
НЕ БУДУ МЕШАТЬ. ПУСТЬ БУДЕТ СВЯЗЬ.
Матка застыла, даже ее щупальца перестали шевелиться.
Я послал еще раз мысль «не рви» и отошел.
Матка всё это время напряженно думала и… ничего не отвечала.
ЕСЛИ БУДЕТ ОПАСНО. ЗОВИ.
Вот на это она уже отреагировала, послав утвердительную волну.
Связь, когда я начал отдаляться, осталась висеть тонкой, едва ощутимой паутинкой и пока не обрывалась. Надеюсь, когда я вернусь домой так и останется. Я заметил, что без сеятелей и их плесени цветущий овраг стал расширять свою зону. Вернее, растения начали активно цвести и за его пределами, за склонами. Похоже, и дремлики и Матка вылетают с каждым разом чуть дальше и, соответственно, их пыльца попадает на всё новые и новые растения, заставляя их усиленно расти.
Дальше мы пошли к сети вязов. Я тщательно осмотрел корень, который тянулся к крупным, старым деревьям. И, надо сказать, закладка действительно стала работать лучше: ночью сеть направила большинство жизненных соков и сил именно на него, и он вытянулся с какой-то невероятной скоростью еще на полтора метра. Я застыл.
Расстояние до старых деревьев оставалось всего-ничего, буквально два-три шага.
И тут я понял, что в теории корни этого дерева раскинулись не то, что на эти два шага, а еще дальше. Правда, эти корни придется откапывать. Этим я и занялся. Нашел корень, идущий в сторону сети, опустился на колени и принялся копать. Грэм мне тоже помогал. Да, корень уходил вглубь, но это не проблема. Примерно на метровой глубине пальцы наткнулись на толстый, жесткий корень дерева. То, что нужно!
Я стоял в яме и ухватился двумя пальцами за тоненький корешок своей сети, а другой рукой прикоснулся к корню старого дерева, готовясь перекачивать живу. Чтобы дерево было «отзывчивее», капнул на корень кровью.
Миг — и процесс пошел.
Но шел он мучительно медленно. Я впитывал энергию из старого дерева быстро, а вот мой тонкий корешок просто не мог пропустить через себя такой объем.
Тогда я изменил тактику. Я направлял всю выкачанную энергию не в саму сеть, — вернее, не позволял ей проходить дальше, — а заставлял оставаться непосредственно в этом длиннющем корне. И уже через двадцать минут непрерывной накачки он начал на глазах утолщаться, деревенеть и увеличился в размерах почти вдвое — был толщиной с полпальца, а стал в толстый палец.
Естественно и «пропускная способность» корня удвоилась.
Можно продолжать.
Грэм всё это время кружил неподалеку, патрулируя периметр, чтобы никакая тварь не застала меня врасплох. Тем же занималась и Виа, скользя чуть дальше в подлеске.
За следующий час (к неудовольствию Грэма, ему надоело ходить кругами) я утолстил корень еще больше. Теперь это был уже ощутимый поток, а не жалкий ручеек, как в самом начале. Я был доволен.
Несколько раз попробовал передавать живу напрямую, без «переработки» через свой духовный корень. И сразу понял: такая «сырая», чужая жива лесных деревьев усваивается моей молодой сетью гораздо хуже, с большим трудом. Зато моя, переработанная духовным корнем, усваивалась мгновенно и давала тот самый взрывной рост.
Ясно. В принципе я и раньше понимал, что выступаю в роли такого «фильтра», очищая живу растений и окрашивая своим Даром. Совсем как дочь Трана.
Благо, для моего духовного корня перерабатывать большие объемы энергии становилось всё легче. После я поднялся, отряхнулся от земли и мы с Грэмом двинулись прочь. Узел сегодня не стал подпитывать, мне жива, причем вся, понадобится еще дома.
Я давно думал о том, что будет, если создать деревья-мутанты. До сих пор такой цели не было, и я чувствовал, что с этим будет не всё так просто. Поэтому по пути я выкопал три небольших молодых дубка. Один — совсем маленький, мне по колено, другой — крупнее, по грудь, а третий — с меня ростом.
С ними и отправился домой.
Грэм с облегчением плюхнулся на ступеньки крыльца. Шлепа радостно загоготал вокруг него.
— Да-да-да…сейчас дам.
Он устало поплелся в дом и вернулся с мешочком семян, которые всегда давал гусю. Сыпанул — и Шлепа резко переключился с хозяина на пищу. Седой, спланировал с моей корзины прямо к Шлепе. Деловито подошел к семенам, понюхал и, скривившись, пошел прочь, к своим ядовитым жукам, которые лежали в корзинке на крыльце.
Я же скинув живую корзину принялся за деревья.
Выбрал небольшой дубок, по грудь, и посадил его в землю, после чего влил приличную порцию живы, потом еще одну…и еще…и понимал, что мутация всё не наступает и не наступает. Вроде бы и дуб совсем небольшой, а требует энергии как огромная изгородь.
Наконец-то, когда потраченная жива перевалила за сто единиц, система уведомила:
[Начат процесс мутации.
Примерное время окончания: 3 дня.]
Я застыл. И это небольшой дуб! Сколько же займет мутация более крупного дерева? А сколько живы на это уйдет? Да уж. Самый крупный дуб я не стал «мутировать». Если я верно прикинул, обойдется его мутация в триста единиц, а займет такая мутация еще больше времени. Вопрос, надо ли мне это? Сначала посмотрю во что превратится первый образец, а потом буду думать стоит оно того, или нет.
Правда, мелкий дуб я тоже заставил мутировать. И у него сроки, естественно, были меньше — полтора дня и около сорока единиц потраченной живы.
Конечно, по затратам проще всего использовать семена плюс агрессивную среду. Так я получу уже подходящий по свойствам дуб. Если, конечно, дубы так же легко меняются, как душильники. Все-таки это сорняк, что тоже играет роль.
Ничего, как раз этим займусь. Вдобавок, когда я открою все свои каналы, объем моего духовного корня станет чуть ли не втрое больше, и это ускорит многие процессы. Высоко в небе я заметил птицу Орлы. Она описала широкий круг над нашим домом и плавно вернулась в сторону леса.
Покачав головой, я подошел к ящичку с землей, где росло семя железного душильника. Оно уже пустило первые ростки, и они имели отчетливый металлический отлив. Да, они были закаленные, но этого мне было мало. У меня еще оставался сок едкого дуба, смешанный с пыльцой хватал (в качестве консерванта). То есть сок был чуть слабее обычного, вдобавок ему уже три дня, если не больше. Душильник и Виа обработку едким соком без предварительной закалки железным соком не выдерживали. Сейчас же у меня семя полностью закаленное. Можно и попробовать.
Я посмотрел на семя. Налил в мисочку едкую смесь. Сформировал новую связь и, прикоснувшись, начал вливать живу. Миг — и проценты эволюции поползли вверх. Причем я всё лил и лил, а они продолжали расти. Остановились лишь на 40%, правда, и потребовали 40 единиц живы.
Я взял семя с металлическим ростком и целиком погрузил его в едкую смесь.
В этот раз оно начало жрать энергию с пугающей скоростью. Но я чувствовал через связь — растение борется. Оно не просто растворяется, оно адаптируется.
[Происходит закалка едким соком (низкая плотность едкого вещества).
Прогресс: 3%… 4%…]
Закалка шла, хоть и выжирала из меня прорву живы. И всё равно это «дешевле», чем закалять потом.
— Куда в тебя столько влезает? — тихо пробормотал я, глядя на крошечное семечко, плавающее в едком соке.
Да, любые изменения и вмешательства в природу требуют огромных затрат. И чем сильнее эти изменения, тем больше затраты.
Когда процесс закалки завершился на 99%, нужно было подождать еще два-три часа прежде чем семя окончательно перестроится. Так было с душильником и с лозами. После я проверил сколько ушло процентов эволюции на эту закалку — потратилось лишь 30%. Значит, мне нужно придумать, чем его еще закалить дважды, и тогда проценты эволюции достигнут 100%, причем достигнут быстрее, чем у Виа или любого другого моего растения.
И это важно, потому что я наконец-то увижу, что значит переход мутанта на следующую ступень эволюции. Пусть и такого крошечного.
Я покачал головой. До новой ступени Дара мне бы банально не хватило живы на такие эксперименты.
Посадив семя в землю, вышел наружу.
— Элиас, — вдруг окликнул меня Грэм. Он уже успел вымыться от лесной грязи, — Может, не будем ждать вечера. Сейчас всё закончим?
Я застыл. Обычно мы ждали до вечера, чтобы последствия от первого применения очистителя точно зажили до конца, но сейчас…
— Тоже об этом думал, — кивнул я. — Сейчас сделаю.
На приготовление Пепельного Очистителя и Алой Пасты ушло минут десять.
Выйдя наружу, я протянул Грэму мисочку с очистителем. Старик взял ее, несколько минут просто смотрел на мисочку, собираясь с духом, а затем с глубоким вдохом опрокинул в себя.
В этот раз долго ничего не происходило. Я даже начал волноваться, что Очиститель не подействовал, или хворь забилась слишком глубоко. Но судя по исказившемуся, побелевшему лицу Грэма, Очиститель работал, и еще как.
Виа была рядом, как и дощечка для отхаркивания.
В этот раз процесс был болезненнее обычного. И крови было больше. Намного больше. Грэм кашлял и кашлял, а я всё не видел черных сгустков.
Лишь присмотревшись я заметил едва различимые черные ошметки хвори.
Еще через две минуты всё закончилось.
— Всё, — сказал хрипло Грэм, — Больше ничего не лезет.
Виа уже по привычке хотела впитать сгустки с черной хворью, но Грэм ее остановил.
— Подожди, — прохрипел он, поднимая дрожащую руку. — Эту дрянь… эту последнюю дрянь я хочу сжечь сам.
Я кивнул. Грэм быстро закинул в себя Алую Пасту и ему почти сразу начало легчать. После этого он вошел в дом, вместе с дощечкой сжег черную хворь и, наверное, минут пять смотрел на то, как всё это горит.
— Теперь давай, проверяй, как ты там умеешь. — вдруг сказал он. — Сейчас мне самому ничего не понятно. Слишком больно.
Я прикоснулся к старику и применил Анализ.
[Объект: Грэм.
Тип дара: Телесный (Охотник).
Ступень дара 3-я: Открытые каналы.]
И всё. Никакой строки про Черную Хворь.
Я медленно выдохнул, чувствуя, как с плеч свалилась невидимая гора, которая была там всё это время, просто я этого не ощущал.
— Всё, дед, — тихо сказал я, глядя ему в глаза. — Нет больше никакой хвори. Ты здоров.
Грэм замер. Он посмотрел на свои руки, сжал их в кулаки. Сделал несколько неуверенных шагов и вышел на крыльцо.
— Здоров, значит… — пробормотал он.
Я видел, что он еще до конца не верит в это. Да и сам я, если бы не Анализ, подозревал какой-то подвох. Хворь казалась чем-то хитрым и неодолимым, однако на деле оказалось иначе.
— Ну-ка… дай мне немного живы, Элиас. Или нет, не немного — побольше дай.
Я улыбнулся, прикоснулся к его спине и передал плотный поток энергии.
Грэм громко задышал. Не знаю, что он делал, но скорее всего наконец-то ощутил как жива полноценно циркулирует по его духовному корню и каналам.
А потом он подошел к камню, который заставлял меня на тренировках носить в качестве дополнительного отягощения.
Вдруг мышцы на его руке мгновенно вздулись, увеличиваясь, а на поверхности кулака образовалась тончайшая, едва заметная глазу пленка уплотненной красноватой живы.
Грэм ударил прямо в камень.
Бах!
Камень в прямом смысле раскололся, и от него полетели сотни крошечных осколков.
Грэм ничего не сказал. Просто опустил руку и закрыл глаза. Я стоял рядом и видел, как на его суровом лице медленно растягивается улыбка.
Я молчал, слова тут были сейчас лишними.
Поделится в соц.сетях
