Я погиб и очнулся в своём прошлом.
Девяностые, детдом, и тот самый день, когда погиб мой друг детства.
Тогда я ничего не смог изменить. За воротами уже ждут братки. Они приехали за новыми бойцами — пацанами, которых легко сломать и втянуть в криминал. Тогда это стало началом сломанных судеб.
Но теперь всё иначе.
Я помню правила улицы. Помню, кто предаст, кто станет бандитом, а кто погибнет слишком рано. И если судьба дала мне второй шанс, я не позволю этим ублюдкам искалечить наши жизни.
Пусть я снова всего лишь пацан из детдома. Но на этот раз девяностые пожалеют, что встретились со мной.

Я погиб и очнулся в своём прошлом.
Девяностые, детдом, и тот самый день, когда погиб мой друг детства.
Тогда я ничего не смог изменить. За воротами уже ждут братки. Они приехали за новыми бойцами — пацанами, которых легко сломать и втянуть в криминал. Тогда это стало началом сломанных судеб.
Но теперь всё иначе.
Я помню правила улицы. Помню, кто предаст, кто станет бандитом, а кто погибнет слишком рано. И если судьба дала мне второй шанс, я не позволю этим ублюдкам искалечить наши жизни.
Пусть я снова всего лишь пацан из детдома. Но на этот раз девяностые пожалеют, что встретились со мной.

Я погиб и очнулся в своём прошлом.
Девяностые, детдом, и тот самый день, когда погиб мой друг детства.
Тогда я ничего не смог изменить. За воротами уже ждут братки. Они приехали за новыми бойцами — пацанами, которых легко сломать и втянуть в криминал. Тогда это стало началом сломанных судеб.
Но теперь всё иначе.
Я помню правила улицы. Помню, кто предаст, кто станет бандитом, а кто погибнет слишком рано. И если судьба дала мне второй шанс, я не позволю этим ублюдкам искалечить наши жизни.
Пусть я снова всего лишь пацан из детдома. Но на этот раз девяностые пожалеют, что встретились со мной.