Перекрестки миров. Том 5
Аннотация
Армейская рутина засасывает похлеще болота. Полигон, отчёты, вечный недосып. Старлей Алексей Корнев по прозвищу Барон давно забил на романтику. Просто командовал разведротой и ждал перевода. Пока в одно промозглое утро рядом с сибирским городом не открылись пространственные врата...
Автор: Джек из тени
Цикл: Майор Барон
Предыдущие книги этой серии:
Перекрестки миров. Том 4
Перекрестки миров. Том 3
Перекрестки миров. Том 2
Перекрестки миров. Том 1
Автор: Джек из тени
Цикл: Майор Барон
Предыдущие книги этой серии:
Перекрестки миров. Том 4
Перекрестки миров. Том 3
Перекрестки миров. Том 2
Перекрестки миров. Том 1
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
Сюр… Абсолютный, концентрированный, ничем не разбавленный сюрреализм. Если бы Алексею Корневу еще полгода назад, когда он протирал штаны в стылой канцелярии роты, сказали, что он будет пить чай в компании настоящего римского императора под аккомпанемент корабельной артиллерии — он бы лично вызвал рассказчику дурку. С мигалками и смирительной рубашкой.
А сейчас ничего, сидел. Прихлебывал чуть остывший, терпкий местный сбор из серебряного кубка и наблюдал за тем, как ломается картина мира у высокопоставленных аборигенов.
Над высоким холмом, где раскинулась ставка Тита Валерия Севера, раскинули широкий навес. Пурпурный, с золотыми кистями — всё как по учебнику истории Древнего мира, только ткань не промокала под мерзкой моросью. Под навесом, за массивным походным столом, чинно восседал генералитет Третьего Рима. Сам Император, парочка самых доверенных легатов, принцесса Валерия и, собственно, капитан ВС РФ собственной персоной.
А вот по краям этой идиллической вип-ложи разворачивалась негласная, но крайне красноречивая битва менталитетов.
Справа, замерев каменными изваяниями, стояли преторианцы. Элита Империи, закованная в начищенную до блеска броню. Они старались дышать через раз и смотреть строго перед собой.
Слева, почти небрежно держа в руках стволы «Печенега» и «Калашей», ибо шарят за стиль, тусовалась пятерка бойцов из роты Корнева. Парни были в полной боевой выкладке: плитники, шлемы с активными наушниками, немного грязный от речной глины камуфляж, так как успели поучаствовать в местной «высадке в Нормандии». И, если преторианцы изображали из себя античные статуи, то разведчики откровенно, хоть и беззвучно, немного веселились.
Гвоздь, стоявший крайним, изо всех сил кусал губы, делая морду ящиком. Его напарник вообще опустил голову, делая вид, что крайне заинтересован устройством застежки на разгрузке. Парни старательно отводили глаза от стола. Потому что смотреть на римскую военную знать без смеха сейчас было физически больно.
Дело в том, что светская беседа под навесом шла на фоне натурально индустриального армагеддона.
Там, впереди, куда уходил намороженный сильванами ледяной мост, перемалывали в фарш передовые части малоран. Римские когорты, одна за другой, вступали на лед, чтобы добить тех, кто выжил после первого удара. Но основную партию играла не пехота. С реки, из-за мыса, где встали на якорь ракетные корабли проекта «Буян-М», методично, с пугающей регулярностью летела смерть.
Периодически небо разрывал характерный, леденящий душу шелест запуска реактивных снарядов. Спустя несколько секунд на противоположном берегу, где в зеленке пытались перегруппироваться ушастые, расцветали черно-оранжевые бутоны разрывов. Земля вставала на дыбы, а ударная волна докатывалась до холма с легким запозданием, чутка хлопая по ушам. И вот тут начиналось самое интересное.
Тит Валерий держал лицо идеально. Старая школа, жизненный опыт, все дела... Император лишь слегка щурился, когда очередной 152-миллиметровый «подарок» от гаубичных дивизионов, работающих откуда-то из-за горизонта, ложился особенно близко на берегу. Правитель неторопливо кивал, слушая Барона, и даже не пытался вжимать голову в плечи. Сталь, а не мужик.
А вот его легаты... Этих крыло конкретно.
Каждый раз, когда над рекой проносился вой летящего снаряда, убеленные сединами ветераны инстинктивно дергались. Один из них, тучный мужчина с массивной золотой цепью на шее, при каждом близком разрыве судорожно хватался за край стола, белея костяшками пальцев. Другой, помоложе, сидевший слева от Тита, постоянно косил глазами в сторону реки. Он пытался делать это незаметно, но получалось откровенно хреново. Его голова дергалась туда-сюда, как у китайского болванчика на приборной панели УАЗа.
Когда очередной залп корабельной артиллерии накрыл лесной массив, сбрив верхушки вековых деревьев вместе с засевшими там вражескими стрелками, тучный легат вздрогнул так сильно, что расплескал вино из своего кубка прямо на белоснежную тунику.
— Проклятая сырость, — прокомментировал Корнев «кашель» лейтенанта за спиной, не меняя невозмутимого выражения лица.
Тит, впрочем, все и так понял. Он коротко, но уничтожающе, глянул на своего облившегося легата. Тот моментально сжался, промокая пятно на животе краем плаща, и уставился в столешницу.
— Ваша огневая мощь... впечатляет, эквит, — ровным голосом произнес Тит, возвращая внимание к Корневу. — Я читал донесения, и слышал рассказы дочери. Но видеть, как небеса обрушиваются на врага по одному твоему слову — это иное.
— Это не по моему слову, Ваше величество, — Алексей пожал плечами, откидываясь на спинку жесткого походного стула. — Я лишь указал координаты. Сейчас работают другие профессионалы. Флот и артиллерия. А моя задача сейчас — просто сидеть здесь и пить с вами этот замечательный чай, пока парни делают свою работу. Разделение труда, так сказать.
Тит усмехнулся. В уголках его глаз собрались морщинки. Ему явно нравилась эта прямолинейность эквита. Никакого распускания павлиньего хвоста, никаких криков о собственной богоизбранности, чем так грешили местные маги, стоило им поджарить десяток грабителей с большой дороги, вооруженных вилами и дубьем.
— И все же, — Император чуть подался вперед, сцепив пальцы в замок. — Малораны не глупцы. Они пытались выстроить оборону. Их высшие маги способны держать удары огромной силы. Но я вижу, что барьеры ушастых лопаются, как гнилые орехи.
Корнев перевел взгляд на реку. Там, на том берегу, действительно творился ад. Малораны пытались огрызаться. Периодически над лесом вспыхивали сапфировые купола — элита ушастых пыталась прикрыть отступающие порядки.
— Магический щит питается от резерва одаренного. Снаряд весит полсотни килограммов. Когда таких снарядов прилетает пяток за пять секунд... Никакой резерв не выдержит. Маг просто перегорает. — буднично пояснил капитан, словно читал лекцию в училище.
Тит медленно кивнул, и посмотрел на Валерию.
Принцесса сидела по правую руку от отца. И вот за ней наблюдать было отдельным видом искусства. Валерия сейчас отыгрывала роль примерной дочери. Спина прямая, ручки сложены на коленях, взгляд кроткий.
Только Корнев, сидевший напротив, прекрасно видел, чего ей стоит этот спектакль. Ее пальцы, лежащие на коленях, то и дело нервно сжимались, будто ища рукоять меча. А взгляд... О, этот взгляд! Каждый раз, когда с реки доносился грохот разрывов, а в небо поднимались столбы дыма, Валерия стреляла глазами в сторону переправы. В этих коротких, жадных взглядах виднелась чистейшая жажда крови. Она хотела быть там, хотела вести свои когорты по ледяному мосту, врубаться в ряды дезориентированных ушастых, рубить, колоть, чувствовать запах крови.
Она была воином до мозга костей. Адреналиновой наркоманкой, которую сейчас насильно усадили за стол попить чайку, пока другие веселятся на вечеринке.
Но стоило Титу повернуть к ней голову, как Валерия моментально брала себя в руки. Глаза опускались, губы сжимались в вежливую полуулыбку. Актриса погорелого театра, честное слово. Корнев едва заметно хмыкнул, пряча улыбку за краем кубка.
— Левый фланг просел! — внезапно хрипнул один из легатов, тот самый, что косил глазом. Он не выдержал и вскочил с места, указывая рукой на дальний участок берега.
Там, из густого кустарника, вырвалась уцелевшая волчья кавалерия малоран. Звери неслись прямо на фланг римской пехоты, только что сошедшей со льда. Римляне не успевали перестроиться. Тит даже не шелохнулся. Валерия скрипнула зубами, ее рука дернулась к поясу.
Корнев спокойно достал из нагрудного подсумка рацию.
— «Небо», я Барон. Квадрат четыре-бис. Волчата вылезли. Отработайте.
— Принял, Барон. Заходим на цель, — буднично отозвался голос в рации.
Легат продолжал стоять с вытянутой рукой, что-то крича своим ординарцам. А спустя десять секунд над рекой пронесся низкий гул. Два штурмовых вертолета Ми-35, до этого нарезавшие круги за кромкой леса, вынырнули из-за деревьев. С пилонов сорвались огненные трассы неуправляемых авиационных ракет.
Волчья кавалерия просто растворилась в стене взрывов, так и не добежав до римского строя. Грязь, куски брони и ошметки гигантских зверей взлетели выше крон деревьев. Вертолеты, заложив крутой вираж, так же буднично ушли обратно за лес.
Легат, стоявший с вытянутой рукой, медленно опустил ее. Его рот остался приоткрытым.
— Как я и говорил, — Корнев убрал рацию обратно в подсумок и отпил остывший чай. — Разделение труда. Присаживайтесь, уважаемый. В ногах правды нет.
Тит Валерий Север посмотрел на место, где только что была вражеская кавалерия, затем перевел взгляд на капитана. В глазах Императора больше не было вопросов.
Когда грохот на том берегу начал стихать, сменяясь одиночными хлопками и криками команд командиров резервов, которые продолжали переправляться на тот берег, атмосфера под навесом немного разрядилась. Римские легионы закрепились на плацдарме. Малораны, потеряв основное управление и выжженные тылы, стремительно откатывались вглубь лесного массива.
Тит дал знак рукой. Суетившиеся позади слуги мгновенно материализовались у стола с тяжелыми золотыми кубками и кувшинами, от которых исходил густой аромат винограда и специй.
Император первым взял свой кубок. Легаты торопливо последовали его примеру.
— Сегодня великий день, — голос Тита звучал торжественно, но без лишней помпы. Он поднял кубок, глядя на Алексея. — Мы отбросили врага, который грозил самому сердцу Империи. И сделали это вместе. За победу, эквит! И за наш зарождающийся союз.
Легаты дружно рявкнули что-то одобряющее на латыни, поднимая золото над столом. Валерия тоже взяла свой кубок, изящно придерживая его двумя пальцами, и бросила на Корнева выжидающий взгляд.
Капитан сидел ровно. Его собственный кубок, наполненный вином, так и остался стоять на столе. Алексей медленно взял кубок, отсалютовал императору, но не выпил ни капли.
Над столом повисла неловкая пауза. Легат с пятном на тунике возмущенно раздул ноздри. По местным меркам, поведение эквита тянуло на серьезное оскорбление, за которое в былые времена могли и на арену к львам кинуть.
Корнев спокойно выдержал сверлящие взгляды римлян.
— Прошу простить, Ваше Величество, — капитан чуть склонил голову, демонстрируя уважение, но голос его оставался твердым. — Служба. У меня сегодня не выходной.
Тит вопросительно приподнял бровь.
— У нас есть такое понятие — «сухой закон» на боевом дежурстве, — пояснил Алексей, видя непонимание на лицах римлян. — Пока мои люди с оружием в руках, я не имею права расслабляться. В любой момент ситуация может измениться. Возможно, мне придется прямо сейчас сорваться на корабль, и переправиться на тот берег, чтобы лично рулить процессом. Алкоголь и командование боем в нашей армии несовместимы.
Легаты переглянулись, для них война на сегодня закончилась, поэтому отказ выглядел довольно странно. Но, Тит Валерий отреагировал иначе. Лицо Императора на мгновение замерло, а затем он медленно, с явным одобрением кивнул.
— Железное правило, это хорошо — произнес правитель, отпивая из своего кубка. — Армия, командиры которой трезвы, пока их солдаты проливают кровь, непобедима. Это делает тебе честь.
Император поставил кубок и перевел взгляд на дочь. Валерия, которая только что пригубила вино, поймала этот взгляд. Она тут же аккуратно опустила бокал на стол и сложила руки на коленях, снова включив режим «скромной прЫнцессы».
Корнев едва не закатил глаза. Оскар этой даме. Срочно! Но Валерия снова смотрела на берег с такой тоской, словно у нее на глазах кто-то другой доедал любимый торт несостоявшейся именинницы. Но стоило отцу повернуть голову, как она тут же одергивала себя, возвращая внимание к столу.
— Меня интересует другое, Алексей, — Тит откинулся на спинку кресла. — Бракара Аугуста. Наша разведка докладывала, что малораны неплохо там окопались. Мы готовились к осаде, которая длилась бы до полугода!
Император подался вперед.
— Как? Как вы взяли его за одну ночь? Без тяжелых осадных башен, без многотысячной армии пехоты?
Легаты навострили уши. Для них это был главный вопрос дня. Они ждали эпического рассказа. Рассказа о личной доблести эквита, о том, как он с мечом, или что там у него, наперевес первым ворвался на стену, раскидывая врагов.
Корнев разочаровал их всех.
Капитан не стал наводить тумана. Не стал бить себя пяткой в грудь, рассказывая о своем тактическом гении. Он заговорил сухо, монотонно, словно зачитывал докладную записку на утреннем совещании у комбрига Дегтярева.
— Никакой магии, Ваше Величество. Чистая логистика и четкая синхронизация действий различных отрядов, — начал Корнев, рисуя пальцем невидимую схему на столешнице. — Пока флотилия шла по реке, привлекая к себе всё внимание ушастых наблюдателей, основная ударная группа Федерации совершила марш-бросок по суше.
— Колонной на стальных повозках? — уточнил Тит.
— Так точно, — кивнул Алексей. — Но чтобы эта колонна подошла к городу незамеченной, нам нужно было ослепить противника.
Капитан кивнул в сторону леса.
— Здесь отлично сработали местные хвостатые. Два десятка диверсионных отрядов из клана Ночных Теней и гвардии старейшины Ил'ды. Хвостатые ушли вперед за несколько дней до начала операции. Их задачей было просто вырезать все дальние дозоры и секреты малоран на пути следования нашей колонны.
Легаты нахмурились. Использование лесных кошаков, которые годились, по их мнению, только в ряды вспомогательных войск, для такой ювелирной работы, казались им чем-то немыслимым.
— Плюс, — Корнев поднял палец, — сверху постоянно висели наши беспилотники, глаза в небе. Мы фиксировали передвижения ушастых на приличном удалении. Если где-то появлялся неучтенный патруль, кошаков наводили прямо на него по связи. В итоге колонна с тяжелой артиллерией и штурмовыми группами вышли на нужные рубежи, а в Бракара Аугуста об этом даже не подозревали.
Тит слушал, не перебивая. В его голове складывалась мозаика чужой, пугающе эффективной войны.
— А дальше — дело техники, — Корнев пожал плечами, словно рассказывал рецепт яичницы. — Флотилия вышла на огневой рубеж с воды. Ракетный удар с кораблей снес основные магические барьеры со стороны реки. Ушастые запаниковали, стянули все резервы к порту. И в этот момент с суши отработали наши артиллерийские дивизионы.
Алексей сделал глоток чая.
— Мы накрыли казармы, склады и командные пункты. Бронетехники, в нашем понимании, у малоран нет. Их аналог — тяжелая волчья кавалерия — в городе не особо хорошо маневрирует крупными отрядами. Мы накрыли три таких крупных отряда, которые ждали свой шанс, первым же залпом. А когда пыль осела, в город зашла штурмовая пехота.
Капитан закончил свой рассказ и спокойно посмотрел на императора.
— Зачистка прошла быстро, почти рутинно. Сопротивление оказывали только разрозненные группы. К рассвету город был наш.
Под навесом царила мертвая тишина. Легаты переваривали услышанное. Никаких героических дуэлей. Никаких прорывов ворот с тараном. Просто математика смерти. Ослепить, оглушить, смешать с землей дистанционно, а потом прийти и добить выживших.
— Потери? — хрипло спросил Тит, нарушив молчание. Для Императора взятие такого города всегда ассоциировалось с тысячами могил на свежем кладбище.
— Только трехсотые, — на автомате ответил Корнев.
Тит непонимающе посмотрел на него. Три сотни убитых? Для штурма крепости это немыслимо мало!
Корнев, заметив замешательство правителя, мысленно чертыхнулся.
— Прошу прощения, Ваше Величество. — капитан поправился. — Я имел в виду раненых. У нас только раненые. Контузии от близких разрывов, легкие ранения в тело или сломанные по неосторожности конечности.
Алексей выдержал паузу, глядя прямо в глаза Титу.
— Убитых с нашей стороны нет.
Если бы в этот момент над столом разорвался еще один снаряд, римляне бы удивились меньше.
Тучный легат с пятном на тунике открыл рот, как выброшенная на берег рыба. Взять Бракара Аугуста без единого убитого солдата?! Это ломало все основы военной науки, которые вдалбливали им с детства. Это было невозможно.
Но дымящийся берег напротив, где прямо сейчас догорали остатки армии малоран, служил лучшим доказательством того, что для «зеленых» слово «невозможно» имело несколько иное значение.
Тит Валерий медленно откинулся на спинку кресла. Его лицо оставалось маской спокойствия, но в глазах бушевал ураган мыслей. Он смотрел на Корнева уже не как на удачливого союзника. Он смотрел на него как на человека, который держит в руках ключи от этого мира.
Император перевел взгляд на дочь.
Валерия сидела, замерев. Скромность слетела с нее, как шелуха. Принцесса смотрела на Алексея с таким сложным коктейлем эмоций, что Титу все стало кристально ясно. Его девочка, гордость Рима, которая презирала слабость и признавала только силу, встретила силу, превосходящую ее собственное понимание. И воплощение этой самой силы сидело сейчас напротив, попивая чаек и называя уничтожение вражеской армии «рутинной зачисткой».
Тит снова повернул голову к реке. Там, на том берегу, римские легионеры добивали последних ушастых. Вспыхивали редкие магические плетения.
Император Третьего Рима поднял свой кубок с вином. На этот раз он не произносил тостов. Он просто молча отсалютовал кубком капитану Корневу и выпил до дна.
Поделится в соц.сетях
