Пламенев. Книга XIII
Аннотация
Восемь лет, осознавая свою слабость, я лишь отвечал на чужие провокации, шел туда, куда был вынужден и и воевал только тогда, когда враг приходил к моему порогу.
Довольно. Пришла пора самому начать воевать, потому что иначе ничего не изменится и Черная Кость еще неизвестно сколько лет будет отравлять жизнь мне и моим близким.
Я воспользуюсь уникальной возможностью, что дали мне восемь лет мотаний по планете, и стану сильнейшим.
Авторы: Сергей Карелин, Юрий Розин
Цикл: Пламенев
Предыдущие книги этой серии:
Пламенев. Книга XII
Пламенев. Книга XI
Пламенев. Книга X
Пламенев. Книга IX
Пламенев книга VIII
Довольно. Пришла пора самому начать воевать, потому что иначе ничего не изменится и Черная Кость еще неизвестно сколько лет будет отравлять жизнь мне и моим близким.
Я воспользуюсь уникальной возможностью, что дали мне восемь лет мотаний по планете, и стану сильнейшим.
Авторы: Сергей Карелин, Юрий Розин
Цикл: Пламенев
Предыдущие книги этой серии:
Пламенев. Книга XII
Пламенев. Книга XI
Пламенев. Книга X
Пламенев. Книга IX
Пламенев книга VIII
Глава 2
Нога пошла вниз, но низа под ней не оказалось, а потом будто бы не оказалось и самой ноги. Верха тоже не стало, как и звука. Даже собственного дыхания я не слышал, хотя оглох вряд ли.
Остался один лишь Единый Дух внутри меня, который я чувствовал, а тело — нет.
И именно на Дух легло давление. Не на кожу, не на кости — их у меня сейчас попросту не осталось. Давило на саму энергию. Сжимало с боков, тянуло вдоль, мяло, корежило, пыталось разделить все обратно на составляющие.
Я сосредоточился до предела, заставил себя всего стать этим Единым Духом, но держаться. Откуда-то пришло понимание: если не справлюсь, даже четыре Чары не помогут и от меня не останется и мокрого места.
А давление тем временем росло. Медленно, без рывков, но росло. Дух гудел. Каждая составляющая тянулась в свою сторону, и мне приходилось прижимать их, не давая брыкаться, будто норовистую лошадь.
В какой-то момент я на секунду поймал себя на том, что не помню, зачем сюда полез, и это меня почти не испугало. Гул Единого Духа стал таким, что, резонируя с ним, задрожало все мое Я.
А потом вдруг отпустило. Разом, будто обрезали. Давление ушло, Дух выровнялся, и у меня снова появилось тело. Телу вернулось ощущение пространства, у пространства появился «пол», и через мгновение я опустил на этот пол ногу.
Первым ударил Дух.
Раньше земли и света, раньше всего. Я ждал его, именно за ним сюда и шел, но все равно оказался не готов. Он был везде. Воздух будто состоял из Духа, густого, как вода, и каждый вдох тащил его внутрь без всякого усилия с моей стороны. Столп отозвался сразу, жадно впитывая эту силу.
Потом, когда нога твердо встала на землю, едва не подогнулось колено. Устоял я только потому, что тело держалось в ровном положении телекинезом уже даже тогда, когда я приземлялся, — это было что-то вроде естественного защитного рефлекса. Плечи потянуло вниз, голову тоже.
Сделал шаг. Нога поднялась ниже, чем я хотел, и опустилась быстрее, чем я ждал. Второй шаг, когда попытался сделать его осознанно, вышел лучше, но это все равно было неуклюже. Тело стало весить вдвое больше, и это надо было просто принять.
Затем в легкие ворвался воздух. Я вдохнул и будто бы вообще не вдохнул. Грудь пошла вверх, а воздух остался снаружи. Он был густой и теплый, влажный, и его надо было буквально втягивать. Выдох вышел громким, каким-то шипящим, и я не сразу понял, что сам издаю звук.
Голову сдавило, в висках застучало с непривычки, хотя тут определенно не было яда в атмосфере. Какое-то время я стоял и дышал, пока Дух не подхватил. Через десяток вдохов стук в висках отпустил, воздух пошел в грудь. Потом мышцы подстроились под тяжесть, Столп и Уста начали активно впитывать энергию, снижая ее давление на организм. Тело приспосабливалось.
Только тогда я поднял голову.
Небо было темным, сумеречным, и на нем виднелась россыпь звезд, несмотря на явно дневное время.
Светило висело невысоко, ближе к тому, что я про себя сразу назвал западом. Красное, тусклое, крупнее солнца раза в полтора, и на него даже простому человеку можно было бы смотреть, только чуть щурясь.
Потом я опустил взгляд. Земля вокруг была растрескавшейся, как я и видел через разрыв. Сухая серо-бурая корка, разбитая на плиты размером с телегу, а между ними — трещины в ладонь шириной.
Я присел, тронул край. Твердый, будто обожженный. Ни травинки, ни мха. Заглянул в ближайшую трещину и дна не увидел, одну черноту, из которой тянуло теплом сильнее, чем от воздуха.
Поднялся, повернулся кругом. Пустошь тянулась во все стороны метров на триста, а может, чуть дальше — отсюда было неудобно мерить. За ней начиналось что-то темное, низкое и широкое.
Я включил духовное зрение и увидел, как Дух с равнины уходил в землю через трещины тонкими, но невероятно плотными и мощными потоками. Но чем ближе ко мне и центру пустоши, тем он был менее плотным, так как бо́льшую часть уже поглотила земля. То есть тот дикий Дух, что я ощущал, был в этой местности еще довольно слабым.
Конечно, нельзя быть в этом уверенным, но я почти не сомневался: весь этот Дух уходил не просто в почву, а на мою планету, к Смоленску-2. А это означало… Нет, стоп, не с этого.
Агата должна была идти за мной. Я велел ей выждать и ушел первым. Сколько прошло времени, непонятно, но кто знает, на сколько ей хватит терпения.
Развернулся я очень вовремя. Агата уже подошла к разрыву и смотрела на меня с той стороны с некоторым недоумением. Показал ей жестом, чтобы чуть подождала. Если разрыв проверял мой Единый Дух, то, если она пойдет без него, ее вполне могло просто развоплотить.
Попробовал протянуть Единый Дух через разрыв. Получилось без особых проблем. После того как я оказался по другую сторону, сам Единый уже не встречал никаких препятствий.
Так что я поплотнее закутал Агату в кокон из Единого, и только тогда поманил ладонью. Она шагнула в разрыв. На этот раз тест был куда более щадящим: максимум пара-тройка процентов сложности по сравнению с первым. Очевидно то, что внутри Единого находился не я, упрощало мне задачу очень сильно.
Агата выпала на растрескавшуюся землю, на руки, и первое, что сделала, — это присела, оценивая обстановку и изменившиеся условия. Но через пару секунд легко выпрямилась как ни в чем не бывало.
— Цела?
По нити пришло согласие.
Я посмотрел на нее внимательнее. Дышала она спокойно. На Дух, которого тут было столько, что у меня Столп гудел, судя по всему, не реагировала вовсе. Ну, без Камня это и не удивительно.
— Идем. Посмотрим, что тут к чему.
Она кивнула. Мы сделали несколько шагов в сторону, и разрыв, потеряв полную силу резонанса с Единым, сам собой закрылся. Это радовало, так как я не знал, как быстро Кавелины или Кость смогли бы отследить истекающий из разрыва Дух подобной плотности. Также радовало то, что я все еще ощущал остатки резонанса и знал: если подойду обратно, разрыв снова распахнется.
Дул ветер. Заметил я его только теперь. Теплый, четко с одной стороны, и за все то время, что мы шли по трещинам, он ни разу не переменился.
Край пустоши был очерчен очень четко. Плиты кончились, и за последней трещиной сразу выросло нечто черное.
Первое, что я увидел, это кроны. Они лежали у самой земли, низкие и широкие, и я не сразу нашел под ними стволы. Но стволы были. Короткие, в человеческий рост, толстые, в два обхвата, и от каждого крона расходилась вширь, метров на десять, ниже моей головы.
Черные деревья… Я уж думал, что больше не смогу удивляться. При этом все, что росло, было будто зачесано в одну сторону. Ветки, листья, если это были листья, даже стволы стояли с наклоном туда, куда дул ветер.
Я искал глазами зеленое. Хоть пятно, хоть лист. Но нет. Черное, кое-где бурое, а под ногами у кромки бордовое, стелющееся и толстое, вроде мха. Я ступил на него, и оно спружинило.
Что-то шевельнулось справа.
Рука дернулась за спину по привычке, хотя обломки секиры остались закопанными в тайге. Я развернулся, отвел Агату за спину. Духовным зрением осмотрел место.
Дух. Живой и плотный, такой бывает у Зверя.
Только Зверя я там не нашел. Вместо него лежал ковер. Черный, шириной в комнату, плоский, но по краю у него шли натуральные зубцы — длинные, темные, чуть загнутые внутрь. И вот один край ковра только что приподнялся и лег обратно.
Я подошел ближе. Агата за мной. Ковер лежал спокойно. Я аккуратно коснулся его края телекинезом.
Зубцы резко вскинулись вверх и край ковра свернулся в трубочку. Если бы на это место наступил человек, его тело уже было бы пронзено десятками шипов-клыков.
Сила у этого хищного растения была небольшой, из ее захвата я смог бы вырваться даже до прорыва на Ядро. Но кто знает, было оно уже полноценно выросшим, или тут где-то росли его «старшие».
— Не подходи к ним, — сказал я Агате, хотя она и так стояла в двух шагах позади и подходить не собиралась. — Ни к чему тут не подходи.
«Хорошо. Посмотри туда».
Я повернул голову в сторону, куда она указывала пальцем, и увидел чуть вдалеке над черным куполом кроны длинные и довольно толстые, чуть колышущиеся на ветру усы, как у земляники-монстра.
Вдруг один ус сорвался с места, ушел вбок, в соседний куст, что пониже. Куст-жертва просел. Я видел, как по усу пошло что-то от куста к куполу, и куст осел еще ниже.
Они ели друг друга. Я не слышал ни птиц, ни насекомых, и что-то подсказывало, что если тут и была фауна, то очень редкая. А вот флора не только буйно росла, но и научилась агрессивно захватывать питательные вещества и территории.
Мы пошли дальше, вглубь между стволами. Радовало хотя бы то, что сила этих деревьев была совсем небольшой по моим нынешним меркам и я мог останавливать их чисто телекинезом.
Вокруг стояла тишина.
Я поймал себя на том, что жду звука — птицы, мошки над мхом, хруста веток под чужой лапой, — хотя уже понимал, что не дождусь. Тишина стояла полная, даже хуже, чем в промерзшей тайге, и от этого становилось максимально не по себе.
Лишь шуршал ветер в кронах, и то и дело раздавался треск атакующих и умирающих деревьев. Черное на черном, бордовый мох, ни единого зеленого пятна.
Чтобы как-то отвлечься, я обратил взгляд вовнутрь и замер на месте, поняв, насколько изменился за считаные минуты Столп. Я не медитировал. Я шел, дышал и отводил телекинезом редкие атаки лиан и колючек. А Столп наливался Духом сам по себе.
Даже на черепахе, чтобы получить такое, мне нужен был бы час в полной неподвижности. И то если забыть про тот факт, что с повышением собственной силы скорость развития снижалась. Здесь прошло реально минут пятнадцать. Точно я не знал, но не больше.
К тому же на черепахе Дух был ее собственным, имеющим определенную «личность». Он лез в тело чужой Звериной силой, и для любого, включая меня, это было довольно тяжело выдерживать. Потому, например, Первые Круги могли тренироваться только в каменных тоннелях.
Здесь ничего такого не было. Я «принюхался». После тысяч и тысяч попыток создания Единого Духа я научился очень четко определять и узнавать все его составляющие, вплоть до малейших примесей. Так что сейчас мог четко сказать: окружающее пространство было заполнено почти исключительно Чистым Духом, и Столп его брал легко.
Агата стояла рядом, ждала. На плечо ей опустился черный лист, оторванный ветром. Она сняла его двумя пальцами и посмотрела на него внимательно, поворачивая, прежде чем уронить.
Я сел на толстый черный корень, выступавший из мха горбом. Ладонь легла на теплый ствол, — заметно теплее воздуха.
План был реален. Вот что я понял, сидя тут и слушая, как наливается Столп. Сушкин не врал и не преувеличивал. Рост, какого не дает ничто другое. Восьмой Круг как достижимая цель.
Он писал это про Точку, явно не понимая, чем она была, но тонкости вроде того, что сейчас я, очевидно, не на своей планете… М-да… лучше было об этом не думать лишний раз, чтобы оставаться сосредоточенным и не начать орать во всю глотку: «ЧТО?! КАК ТАКОЕ ВОЗМОЖНО?!»
Да. Привести клан сюда, посадить в этот лес, и через месяц у меня будут не те, кто есть, а те, кто нужен. Кость била нас Сферами, и я не мог ей ответить тем же, потому что Сфер у меня попросту не было. Но здесь они могли вырасти. А даже если не Сферы, то Маги высоких Кругов в таком количестве, что даже Кавелиным пришлось бы потесниться.
И что-то не было похоже, что перерасход местного Духа мог как-то навредить этому миру, дестабилизировать его или тем более уничтожить. Либо информация дошла от Магов Империи с ошибками, либо это изначально была осознанная деза, чтобы местные простачки не слишком активно стремились найти Точку Истока.
Но проблема все-таки была. В Улье ладно — там даже полотеры были обязаны иметь Третий Круг. Но вот во Вратах Морского Дьявола оставались члены клана Пламенева, еще даже не преодолевшие уровень Сердца. Несколько человек из моей старой гвардии, застрявшие из-за возраста или травм, а также многие новички, присоединившиеся за последние полтора года.
Однако, даже если забыть про тест Единого в разрыве, плотность Духа, более чем двукратная гравитация и чрезмерно плотный воздух будут для слабых Магов непосильной задачей.
Я прикинул. Дух здесь не рвал так, как на черепахе, а значит, даже при такой густоте Круги его удержат, и уже Вторые смогут выделить часть сил, чтобы справиться с условиями окружающей среды, а Первым временно могут помочь те, кто посильнее.
Но вот Сердцам и всем кто ниже тут места не было. Для них это была яма, из которой их придется выносить.
Это, конечно, не слишком сильно резало список, тем более что Нина должна подготовить только тех, кому лично доверяла, и это в большинстве случаев должны быть как минимум бойцы. Но все-таки было жалко, что я не мог дать силу тем, кто этого реально заслуживал.
Мы пошли дальше.
Мне нужно было понять, насколько это место велико. Лес мог кончиться через километр, а мог тянуться до горизонта, и от этого зависело, куда вести людей. Я держал направление на светило, чтобы не потерять пустошь за спиной, и шел, срезая слишком агрессивные плети.
Лес менялся. Кроны стали выше, с моей головы поднявшись до двух ростов, стволы под ними сделались тоньше, а мох под ногами сменился на что-то жесткое, вроде хвои. Хрустело оно так громко, что я стал ставить ногу медленнее, подсознательно опасаясь привлечь неизвестно что. Тем более что более плотный воздух разносил звук куда лучше, и каждый мой шаг тут было слышно, наверное, за сотню метров.
Справа от тропы, если это была тропа, показались коробочки. Так я их назвал, потому что больше они ни на что не походили. Черные, с кулак, на коротких ножках, штук двадцать кучей.
Я задел одну телекинезом, и она лопнула. Из нее веером вылетело что-то мелкое и острое и застучало по выставленному щиту из Духа. Я обошел кучу стороной и взял Агату за плечо, чтобы прошла за мной, а не рядом.
Дальше кроны разошлись, и я увидел, что лес не ровный. Земля шла под уклон к чему-то темному внизу, и над этим темным стоял плотный пар, поднимавшийся и тут же ложившийся набок под ветром. Тепло оттуда я почувствовал лицом за полсотни шагов, а воздух над ложбиной дрожал, и кроны за ней расплывались в этой дрожи.
Духовным зрением увидел то же, что видел на пустоши, только наоборот. Там Дух стекал вниз. Здесь он шел из земли вверх, столбами вместе с паром, и вокруг этих столбов лес был гуще всего, черный до блеска.
Я запомнил место. Здесь было оптимальное место для тренировок более крепких ребят, начиная Круга с Четвертого. Хотя для начала все-таки стоило проверить, не сделает ли чего с человеком Дух, так странно поднимающийся прямо из земли.
Мы прошли еще, наверное, с полкилометра. Пустошь за спиной давно скрылась за кронами, светило стояло все там же.
Агата замерла, потом повернула голову вправо, глядя в пустоту. Я встал тоже.
«Кто-то летит к нам. Несколько штук».
Спрашивать, откуда она знает, не стал.
Единый Дух я развернул наружу тут же. Он лежал в теле с самого разрыва, и теперь я оперативно вытянул его через ладонь, которой уже держал Агату за плечо, и накрыл им нас обоих, будто плащом.
Хватит ли этого? Нет, к сожалению: даже если Дух не засекут, увидеть нас будет раз плюнуть.
Ближайшая крона была в трех шагах. Толкнул Агату туда первой, следом нырнул сам и лег на жесткую подстилку на спину. Плеть рядом потянулась ко мне тут же, на тепло, — я прижал ее сапогом и так и держал.
Крона над нами была плотной, лист к листу, с минимальными просветами. Если неизвестные летели, заметить нас через такую толщу было едва ли возможно. Но я все-таки мог разглядеть кусочки неба в просветах.
Вдруг листья над самым лицом шевельнулись. Не от ветра. Ветер шел поверху, а эти, нижние, повернулись ко мне краями: медленно, за несколько долгих вдохов. Я лежал и смотрел, как крона надо мной понемногу заворачивается внутрь, к двум телам под ней, и думал, сколько у нас есть времени, пока она не сомкнется совсем.
Звук пришел раньше, чем что-то стало видно. Далеко и высоко, с той стороны, куда смотрела Агата, и он нарастал подъемом, свистом снаряда. Я вжался в подстилку. Листья над лицом повернулись еще на палец.
Сквозь просветы кроны я заметил промелькнувшие силуэты.
Насчитал я пять, может, шесть. Они шли одной плотной группой: один чуть впереди, остальные за ним углом, уходя туда, откуда мы пришли. К пустоши. К разрыву.
Это точно были люди, но это и все, что я успел понять, кроме числа. И так как восприятие Духа сбивало маскировку Единого, не мог даже мельком прощупать их энергию. Это были просто тела в воздухе.
Но вот их скорость…
Воздух тут был густым, как вода. Двукратная тяжесть. И еще этот гнет Духа. При этом всем они шли так, что я едва успел их разглядеть. Если только они все вместе не специализировались на скоростной магии, в чем я сильно сомневался, сила каждого должна быть на уровне Ложкина минимум.
Пять-шесть или даже больше Сфер семи Кругов. При том что на весь Смоленск-2 их было примерно столько же. И они шли группой, буднично, как ходит патруль.
Крона над нами дрогнула. Ветер от них дошел до земли с опозданием, тяжелым толчком, пригнул листья и прошел дальше по лесу волной, и я слышал, как по пути их следования защелкали створки ловушек, хватая пустоту.
Звук ушел к пустоши, и растворился. Я не встал. Лежал и слушал ветер и щелчки, и собственное дыхание поверх них. Плеть под сапогом дернулась еще раз и затихла.
Сколько нам предстояло лежать? Я не знал и только надеялся, что обратно они полетят по тому же маршруту, а я смогу убедить себя, что они вернулись все.
Первым ко мне пришло слово «местные жители», но это был перебор. Если в Империи где-то было место, где Эфирные Сферы были чем-то настолько бытовым… Нет, я отказывался в это верить.
Скорее, особенно с учетом того, что эта планета и была тем самым Истоком, это были те, кто от лица Империи следил за ней и, как сейчас, разбирался с аномалиями и нежелательными гостями. Смотрители, сторожа — что-то вроде того.
Почуяли разрыв? Или летают постоянно, по кругу? Лежа под кроной, я узнать этого не мог.
Агата лежала рядом не двигаясь, и смотрела туда, куда они ушли. Потом повернула голову ко мне. По связи пришло:
«Прошли мимо того места, где мы вошли, и ушли дальше».
— Хорошо, — ответил одними губами.
Я подумал про клан. Про то, как приведу сюда людей — десятками, сотнями, — посажу их в этот лес, и они будут тут жить и расти. Шуметь. Гореть Духом. Хрустеть этой подстилкой.
Укрыть сотни человек от Сфер семи Кругов?
Поделится в соц.сетях
