Черновик для Эффы - 5
Аннотация
В некой параллельной Земле пытается жить спокойной жизнью обычный студент.
Делает он это по поддельным документам - так уж вышло, что родной мир оказался мертв, а случайная настройка портала вывела именно сюда.
Одно плохо - иногда забываешь промолчать о том, чего знать не должен. И тогда спокойная жизнь заканчивается.
Автор: Владимир Ильин
Цикл: Лекарство для Эффы
Предыдущие книги этой серии:
Черновик для Эффы - 4
Черновик для Эффы - 3
Черновик для Эффы - 2
Черновик для Эффы
Делает он это по поддельным документам - так уж вышло, что родной мир оказался мертв, а случайная настройка портала вывела именно сюда.
Одно плохо - иногда забываешь промолчать о том, чего знать не должен. И тогда спокойная жизнь заканчивается.
Автор: Владимир Ильин
Цикл: Лекарство для Эффы
Предыдущие книги этой серии:
Черновик для Эффы - 4
Черновик для Эффы - 3
Черновик для Эффы - 2
Черновик для Эффы
Глава 1
«Плохо быть мной», - толкнулась мысль в голову и была принята безоговорочно.
Как иначе, если под ногами – ржавый настил крыши дома, рядом – банка с серой краской и засохшая с вечера кисть, а в небе парят две «Авроры»? Серебристо-жемчужные, в переливах, созданных отсветами солнца, спарка ударных гравилетов выполняла фигуры высшего пилотажа над воинской частью – благодаря особенностям светомаскировки то пропадая из вида, то проявляясь вновь, то задваиваясь на глазах, как отсветы солнца на воде. Это пилоты-экспедиторы баловались – или, если говорить протокольным текстом, проверяли доставляемые в часть борта на соответствие тактико-техническим характеристикам до сдачи под отчет. Высокая комиссия из офицеров и местного летного состава не возражала – толпилась внизу, на взлетке, и смотрела в небо.
Скоро «Авроры» поставят рядом с еще шестью сестрами и восемью новейшими «Барракудами» - не чета старым, что сторожат тут небо. После чего экспедиторы отправятся домой на другой технике, а местные вновь станут обсуждать, кому и какой борт достанется. Пока что все новинки, поставленные в освобожденный от древнего барахла угол, стояли под замком. И это, безусловно, местных расстраивало – как детей, стоящих перед запертой витриной со сладостями. Эффа узнавала – то ли пилоты под эту технику будут другие, и пока не переведены из других частей в «Сарги-2», то ли местным понадобится дополнительная аттестация для допуска к современным истребителям. В общем, зря они облизываются – быть может, все сладости предназначены для гостей… Обидно, наверное – но что поделать.
Техника новенькая, чуть ли не с завода после обкатки, и доверять ее не самому благонадежному персоналу – вряд ли сходу будут. Уж больно плохая у воинской части репутация – паршивая, я бы сказал. И местные пилоты – те еще залетчики, угодившие на южную границу не за мастерство и дисциплину, а вовсе даже за противоположные качества. Но да как выяснится, что хороших пилотов для Сарги-2 жалко, а плохие есть и на месте – тогда, думается, ключи и передадут. Возможно, даже торжественно и перед строем. Не будут они затягивать надолго – через неделю сдача портала, а к этому времени небо должно надежно охраняться.
Что не отменяет того, что я в этот момент буду продолжать красить крышу. Здоровенную ржавую крышу под здоровенным южным солнцем здоровенной высохшей кистью. И никаких мне полетов.
Частично в этом был виноват я сам. Совершил подвиг, разоблачил шпиона, дававшего нам до этого непыльную сидячую работу по зарядке СЭПов. Майора Лоуда забрала разведка, и задачи студентам-практикантам начал выдавать капитан Ропс – усатый мужчина лет пятидесяти с лицом и нравом закодированного запойного. То есть к переговорам не расположенного. Тем более что всю водку мы уже выпили, и раскодировать его было нечем.
А не выявил бы я майора – был бы у нас до сих пор радушный весельчак, готовый и коньячка привезти и с бытовыми вопросами помочь.
Плохо быть мной.
В общем, этот капитан Ропс заявился во вторник и сообщил, что совсем скоро у нас тут открытие грузового портала (а мы и не знали), будут важные лица и телевидение. А значит – съемка воинской части с высоты птичьего полета (ради красивого двухсекундного кадра – не иначе). Поэтому все силы личного состава, не занятого на дежурствах, направлены на покраску крыш и вообще всего, что с высоты может выглядеть неприглядно. Ну а так как к зданию, где находятся практиканты, простым солдатам подходить запрещено (и даже офицерам – только по списку), то красить крышу должны мы сами. Не все, разумеется, а только сильный пол. По состоянию на вторник, один парень у нас был в хирургии в центральном госпитале округа, второй оказался мятежником и находился в заключении, третий подрабатывал работником секретной службы и после разоблачения майора Лоуда внезапно уехал – по официальной причине у него умер близкий родственник. Из сильного пола имелся я один – мне и краску в руки.
А не проявил бы бдительность с мятежником и шпионом – и красили бы другие.
Плохо быть мной.
Девчонки продолжили заряжать СЭПы. Уже не ударными темпами, а так – из привычки. Оказывается, если не подсовывать в централизованные поставки разряженные и полуразряженные браслеты, чем майор Лоуд занимался несколько лет, то их хватает для нормальной работы воинской части. Хотя, конечно, много СЭПов тоже не бывает – поэтому нас просили продолжать. Просила в первую очередь капитан Навин – перед отъездом в понедельник. Ее пригласили на награждение аж в столицу – будет майором и при медали. Ну а так как полковника вон Хемли не пригласили, то было мнение, что Навин вызвали еще и для мягкой обработки – чтобы дала показания на мисс Эффу Сойер… Но да Эффа уже была с прежней травмой ноги, и повесить ее за самолечение и уничтожение дефицитного таллиума больше не могли. Так что будут показания, не будет показаний – ничего не изменится. Нет оснований для высшей меры, а сама капитан – не биоэнергет, чтобы разбираться, кто именно заряжал СЭПы – Эффа, или ей помогал я. Обойдется.
Зато теперь у нас начальником та самая Эффа – хромающая на одну ногу и злобная ввиду болезни.
А вот не требовал бы я упомянуть капитана Навин в рапортах – и деспотии внутри здания было бы меньше, а я бы не проводил время на крыше, в компании с закрытой банкой. Потому что если ее открыть – окажется, что краска закончилась, и как совестливому человеку придется идти за новой.
Плохо быть мной.
Еще из грустного за последние дни – про премии за переработки майор Лоуд нам тоже соврал. Признаюсь, я некоторое время подводил подсчеты, сколько там мне причитается за сотни заряженных СЭПов – нищее студенчество сказывалось – но, оказывается, что только «большое спасибо». А ввиду натянутых отношений с полковником вон Хемли – то даже не «благодарность перед строем», а сунут грамоту напоследок, чтобы лично не встречаться. С полковником теперь контактировала только Эффа – вроде к чему-то они там пришли, извинились перед друг другом, но крайним назначили меня. Чтобы между собой не ссориться, понятное дело – сослуживцы ведь, хоть и бывшие.
А не помог бы я полковнику – его бы тихо-мирно посадили.
Хотя, лучше обо мне он думать все равно не стал бы…
А все почему? Потому что нечего было ехать на эту клятую практику! Вот послушались бы меня и тихонько сидели дома, пока Канцлера не посадят. Но нет – уговорили сердобольного меня. Продавили через жалость.
Плохо быть мной.
Зря только принцессу воровал…
К слову, об Аллите вон Харрит – принцессе одноименного королевства. В понедельник, как всех ненужных посадили и увезли, я подключил-таки в нашем здании интернет для всех желающих.
А в среду выяснилось, что на всех харритских ресурсах – принцессу оплакивают как безвинно погибшую от руки заговорщиков. На наших сайтах тоже это обсуждают, но в ином ключе – мол, «безумный король устроил резню»! «Кровь по улицам», «виселицы на всех фонарях», «сумасшедший тиран» – и все в этом духе. Но, правда, с изрядной скидкой на причину резни – мстит за дочь, за Аллиту вон Харрит…
В ночь со среды на четверг меня выгнали из собственной (ввиду отсутствия иных жильцов) спальни – чтобы лечь на мое место и рыдать. С другой стороны, в другой комнате никто не рыдал, поэтому остальная часть нашего отряда отлично выспалась.
Но дело, понятно, не в заботе о ближнем – какая уж тут забота, если Келли она терпеть не может, Эффу – терпит, а капитан Навин все еще отсутствовала?.. Просто хотелось выплакаться без свидетелей и чужих людей, в собственной кровати.
Так уж вышло, что «собственную кровать Аллиты» собрали в мужской спальне. Официально – она благородно отказалась от своей кровати в мою пользу, ибо всего их было четыре – удобные полутороспальные с высокой спиной и твердым матрасом, купленные от щедрот майора Лоуда. А что четыре, а не, например, шесть – так заказ размещали девчонки, поэтому вся роскошь предназначалась исключительно для их спальни: три девушкам, четвертая – капитану. Но Аллита все переиграла – мол, давайте честно, две девчонкам, две ребятам. Вон, пусть Келли спит на старой, как и я.
Келли отговорилась больной спиной. Капитан Навин хотела было отказаться в пользу Дайни, но – словно бы что-то вспомнив, помрачнела и сказала, что раз это личное решение Мелли – то пусть. Но вообще – парни должны превозмогать.
Понятно, что Аллита отказывалась от мебели с циничным расчетом – мы уже несколько дней ночевали вместе, ей так было спокойнее. Никакого разврата, просто спали – я усыплял девушку энерготехникой, потом засыпал сам. Но все-таки было тесновато – особенно вывинчиваться из объятий поутру, чтобы не разбудить. Да и хлипкая конструкция для двоих – скрипит.
Собрали мы кровати в воскресенье - как раз Мар Дайни помогал, хотя, конечно, был недоволен, что ему не досталась такая же, но понимал резоны и мотивы – Аллита уже пару ночей его не стеснялась. Да и если и злился, то на себя, думаю…
А потом случилась спецоперация «Водка», назначенная в ночь на понедельник.
Задачей спецоперации «Водка» было привести Дайни в состояние алкогольного опьянения и сдать уже ожидавшему его военному патрулю – для дальнейшей обработки и склонения к сотрудничеству полковником вон Хемли.
В первую очередь надо сказать, что операция прошла успешно – капитана Навин мы усыпили и, запершись в рабочей комнате, устроили празднование первой недели практики. Много водки, мало закуски из магазина, бодрая музыка из ноутбука и сдвинутый в сторону рабочий стол для освобождения площадки под танцы. Три девушки, два парня, атмосфера – праздничная.
Сначала душевно посидели: звучали тосты, поднимались кружки в воздух – в виду отсутствия рюмок, наполненные на одну треть. Для Дайни – чистая водка, для остальных – разбавленная водой до наличия узнаваемого запаха.
А так как Мар Дайни не отставал от коллектива (кто бы ему позволил?) и вливал в себя положенное количество каждый тост, которых мы на троих знали много, то быстро пришел в ту кондицию, когда сначала хочется танцевать, потом – женщину (разбуженная капитан Навин надавала ему оплеух), ну а потом, обиженным на жизнь – голым орать с крыльца, кто он такой, и что с этим миром сделает. Он даже подрался с патрулем – никто не заставлял и не подначивал. В общем, отдохнул по полной – осталось только передать офицеру-патрульному вещи Дайни и наволочку с обломками жесткого диска от системы видеонаблюдения (офицер был из доверенных людей полковника). А далее пьяного шпиона (даже деревья уже были в курсе) увели под причитания капитана Навин, одевшейся и вышедшей на улицу…
На этом спецоперация завершилась тем самым грандиозным успехом.
Но была и вторая очередь этого вечера. Тоже связанная с водкой – губительницей судеб.
Мне сложно восстановить хронологию – водки, все же, было чуть больше, чем для запаха - но так уж вышло, что новенькая кровать прошла обкатку на качество сборки с моим и Келли Шоун участием. Причем, обкатку всестороннюю, на половину ночи.
Возможно, в этом была циничная логика – слишком сблизились мы с Аллитой, и если возвращать ее домой, для собственной безопасности эту дистанцию стоило увеличить. Возможно, в произошедшем притаилась месть мэтра Шоун – и непонятно, кому именно: Аллите, мэтру Агалле Лунк, Эффе Сойер или, как взрослый человек, в мотивах она не нуждалась, а просто по своему желанию завершала неплохой вечер.
Факт остается фактом – утром Аллита проснулась в своей старой кровати. Ее туда, спящую, отнесла Эффа – говорит, принцесса вырубилась прямо за столом. Чего быть не могло – я уж знаю, что ее норма где-то на уровне опытного слесаря, а такие за столом встречают рассвет и еще могут выйти в первую смену – из чувства ответственности перед коллективом. Не могла Аллита вот просто так вырубиться, ей явно помогли.
Эффа, понятно, спала на своей кровати. Капитан Навин к утру так и не вернулась. И даже Келли Шоун оказалась в своей кровати – но только, чтобы протопать на глазах Аллиты ко мне и вернуться со своим нижним бельем.
С тех пор Аллита не приходила ко мне спать. Да и Келли не приходила. И только три осуждающих взгляда за столом – каждый день.
Ладно бы два – Эффа и Аллита, это понимаю. Одна – радетель за все хорошее. Вторая – не для того выделяла свою кровать, чтобы всякие мэтры ее мяли. Но Келли-то чего…
В общем, пришел к мысли, что Келли осуждала мое равнодушие к чужому осуждению. Сделала гадость – а я не страдаю. И совесть моя не шевельнется, и чувства вины – ни на грамм. Наверное, это неправильно.
Плохо быть мной.
Камешек, пущенный снизу, глухо ударился о ржавые листы, проскакал и замер у кромки.
- Савой!
Я посмотрел вниз и увидел там Келли с упертыми в бока руками.
- Где мой бассейн? – Ворчливо уточнили у меня.
- Я занят до среды.
- Сегодня четверг!
- Ничем не могу помочь. – Вежливо уточнил я и ушел сидеть рядом с пустой банкой краски.
По ощущениям, после совместной постели поток исходящих от Келли запросов увеличился. То днем в понедельник про энерготехники начала спрашивать, то потребовала увеличить ей энергооболочку, как тогда с Эффой, то вот – второй день требует собрать ей бассейн. На мои вежливые отказы реагирует с каким-то наивным удивлением. Но хоть к четвергу начала понимать, что переспрашивать бесполезно – ответ не изменится.
- Савой! – Позвали снизу другим голосом.
- Хм? – Посмотрел я в этот раз на Эффу, стоящую почти на том же самом месте, да еще в той же позе.
- Нам надо поговорить.
- Я занят до среды.
- Сейчас поднимусь. – Проигнорировали мой ответ.
Ну, Эффа – опытная. Она знает, что среда есть в каждой неделе каждого месяца.
Впрочем, я тоже знаю Эффу, поэтому лестница поднята наверх и закреплена на скате крыши. А дальше как с хищником: если притаиться и не издавать звуки, он побродит, порычит и уйдет.
- Савой! Я не уйду!
Или не уйдет.
- Что там?
- Срочные новости. Они затрагивают твой комфорт и объем потребляемой еды.
- Сейчас спущусь.
Что я, эгоист что ли – надо участвовать в жизни коллектива.
Вывесил лестницу, слез по ней на землю – Эффа уже отсутствовала. Пришлось заходить в здание, одиннадцатый день служившее нам и домом, и рабочим местом, и гнездом разврата в терминологии Эффы.
Закрывалось здание на тяжелую железную створку, а вот дальше все двери стояли настежь – жара, а для установки купленных кондиционеров девушки забыли купить перфоратор. Это ж не игра, где купил и нажал на иконку, тут сверлить надо…
В открытые двери было видно, что мэтр Келли Шоун и Эффа сидят за рабочим столом в конце коридора, а вот Аллита все еще лежала на кровати и страдала, глядя в потолок в позе морской звезды.
Я вежливо постучался в открытую створку спальни и не дождался ответа.
- Говорят, общий сбор.
- Уйди. Я умерла. – Тихим голосом сообщили мне.
- Там, говорят, еды станет меньше.
Аллита тревожно завозилась.
- Насколько меньше?
- Не знаю. Предложу сохранить размер за счет отсутствующих на собрании. Ты отсутствуешь?
- Я сейчас приду.
Кормили тут трижды в день привозной едой – довольно неплохо, на уровне университетской столовой. Кроме того, был кафе-магазин с хорошим ассортиментом. Но, судя по словам Эффы, или пайку уменьшат, или магазин закроют. Или – о ужас – дадут готовить срочникам?
Интересно, откуда на этот раз последует удар судьбы?..
Минуты через две за столом были все – Аллита сидела напротив, завернувшись в халат. Со стороны наше расположение напоминало гендерное противостояние – три девушки против одного Савоя, но вопросы предполагались глобального свойства, поэтому я не переживал. Если что, за спиной была дверь – на крыше не достанут.
- Была в штабе. Скоро к нам доставят практикантов, которых не было на первой неделе. Их нашли, с ними провели беседу. Все они горят немедленно приступить к службе. – Обвела Эффа всех тяжелым взглядом. – Вы понимаете последствия?
Понимали, разумеется - еды в общей кастрюле станет меньше, а со спальными местами что-то придется решать. Обстановка тревожная.
- Савой! – Строго произнесла Эффа. – Дело не в еде!
Да я даже слова не сказал!
- Дело в том, что среди пребывающих - Мелли Лаус из «Второго техникума». Настоящая Мелли.
- А эта шаболда кто? – Удивилась мэтр Шоун, глядя на Аллиту.
- Даже имя отняли. – Пригорюнилась принцесса, не реагируя на раздражитель с рыжим цветом волос.
- Имя – не великая проблема, - пожал я плечами. – В Империи действует договор о дружбе с Саватом, по которому мы признаем их документы и удостоверения личности. А у меня как раз двадцать незаполненных патентов на медаль «Корона над пустыней». Так что придумывай имя – впишем.
- Угу. И меня депортируют в Сават. – Шмыгнула принцесса.
- Так. Кто вот эта девка? – Настаивала Келли, раздражаясь, что ее игнорируют.
- Откуда у тебя двадцать патентов на медаль? – Полюбопытствовала Эффа.
- Да король Савата дал. Я думал свое имя вписать, но там дурная система выплат за медали – платят за вид, а не за каждую. – Почесал я затылок. – Вот и валяются.
- Кавалер двадцати медалей «Корона над пустыней». – Хмыкнула она. – Половину мундира займет.
- Что в шкафу висит – то никому не видно, - отмахнулся я. – В общем, есть у тебя документы. – Обратился я к Аллите. – Можно старое имя вписать. А там домой вернешься, и все назад переиграют.
- Не переиграют. Я свою могилу видела. Красивая…
- Я. Что. Пустое. Место?!
- О, Келли, привет! – Обрадовался я ей деланно и увернулся от запущенной в меня кружки.
Та разлетелась кусками фарфора об стену. Говорят – к счастью.
- Келли, а сделай для нашей общей подруги документы. – Невозмутимо смотрел я на нее, пододвигая к ней другую кружку.
Она принадлежала Эффе – не жалко. Эффа тут же передвинула кружку обратно.
- С какой это стати? – Пыхтела недовольством мэтр Шоун.
- А мы тебе таллиум. Кубик три на четыре сантиметра, высотой в полтора.
- Сделки с участием таллиума запрещены!
- Ладно, тогда не делай.
- И этого кубика мало!
- Нет, так нет.
- А поуговаривать меня? – Разочарованно произнесла Келли.
- Да что тебя уговаривать, сама ночью придешь, - вяло отметила Аллита.
- Так. Кто она? – Обратилась Келли к мисс Сойер. – Мы находимся в действующей воинской части! На территории посторонний! Мне заявить об этом, или вы все-таки дадите объяснения, генерал-майор?
- Я в отставке, - отмахнулась Эффа. – И девушка на территории находится законно.
- Основание?
- Она военнопленный. – Вставил я слово.
- Прекрасно! Просто великолепно! А почему не в наручниках? – Прищурилась Келли на принцессу. – Почему не в тюрьме?
- Она дала слово вести себя хорошо.
- Великолепные судебные реформы, мистер Савой! Просто блестящие! Враг под честное слово живет со мной в одной комнате, ест со мной за одним столом!
- Она вычислила мятежника. – Уточнил я.
- Два дня вычисляла! Аж окна дрожали от стонов!
- Так, пойду я, пожалуй. – Поднялась Аллита, но я перехватил рукой и после некоторого сопротивления усадил себе на колени.
- Келли, мятежник планировал захват заложников. Самый ценный человек в этой комнате – это ты. Будешь спорить, ради кого это все было затеяно?.. Так что имей хотя бы минимум благодарности.
- Ну, допустим. – Подумав, с неохотой произнесла мэтр Шоун. – Но она мне не нравится. Убери ее с коленей.
- Она теплая и мягкая. – Не согласился я. – Добрая. И отец ее любит. Просто не хочет, чтобы дочке отрезали пальчики. Поэтому объявил ее мертвой. Ведь кое-какое соглашение нарушено.
Аллита встрепенулась, прислушиваясь.
- Это ты? Из-за тебя? – Попыталась она отстраниться. – Из-за твоей организации?
- Из-за нее, - виновато произнес я, сваливая все на третье лицо, но Аллиту не отпустил.
Третьим лицом являлся я же сам, но это оказалось невероятно удобно.
- Вы же не хотите сказать, что… - Медленно произнесла Келли. – Да не-ет, - присматривалась она к принцессе.
- Надо папе письмо написать, прощальное. И сказать, что больше всех меня обижала мэтр Келли Шоун. – Словно бы задумалась Аллита.
Вырываться она прекратила – мысль, что папа не отказался от нее, а просто заботится таким странным образом – упали на подготовленную почву. Все хотят, чтобы их любили.
А вот факт того, что нельзя вырезать почти все высшее сословие и потом предъявить «чудом спасшуюся дочь» - я оставил при себе. Не поймут короля – даже если он предъявит дочь через год. Даже через десять лет.
Никому не нужно, чтобы месть уцелевших аристократов обрела иной статус – превратившись из предсмертных метаний бешеной собаки, убившей дочь хозяина, в священный путь тех, кто борется с безумцем на троне.
Так что на порог посольства Харрита принцессе лучше не приходить. Объявят самозванкой. Мучить не будут, но и живой не оставят.
- Не может такого быть. Да она же… - Не верила мэтр.
- А ты полы моешь, и что?
- Ну, полы мыть, это, знаешь ли…
- И к Савою ходишь по ночам.
- Да уже три дня никого не было. – Вставил я слово.
- Вот и обойдешься! Да больно надо! – Хором ответили мне.
Аллита все-таки встала и уселась обратно. Разве что стул отодвинула чуть подальше.
- Ну и как ты собрался это все разгребать? – Задумчиво смотрела на меня Эффа, поставив локти на стол и уперев подбородок в ладони.
- Я ж сказал – сделаем Аллите новые документы. Денег дадим, пусть ресторан откроет. А там, как уляжется, домой поедет.
- А мэтр Шоун будет молчать?
- Я все еще тут. И я не буду молчать. Это дочь главного врага Империи, несмотря на все, что она для меня сделала. Если мы ее предъявим, то поддержим гражданскую войну в Харрите.
Тоже соображает.
- Тан? – Озабоченно произнесла принцесса.
- Да хоть сто раз предъявите, никто самозванку из Империи не воспримет всерьез. Надо, чтобы ее признал папа, а король делать этого не станет.
- Тан!
- Он тихонько спрячет ее в надежное и безопасное место, пока все не уляжется. – Успокоил я.
«В могилу».
Но Аллита успокоилась, выдохнула.
- Есть тесты ДНК.
- Имперские тесты ДНК, - отмахнулся я. – Успокойтесь, мэтр. На Аллите вы карьеры не сделаете.
- Она – враг.
- Она вам жизнь спасла, мэтр.
- Есть высшие ценности!
- Сколько грамм таллиума ты хочешь? – Вздохнул я.
- Два килограмма. Нет, три! Десять! – Спохватилась мэтр, нервно водя ладонью по столешнице.
- Четыреста грамм.
- Десять килограмм.
- Четыреста грамм, в это входят новые документы для нее и статус личной ученицы.
- Исключено. – Подняла мэтр подбородок.
- Я не хочу в ученицы!
- Аллита, это единственная гарантия сохранения тайны. – Терпеливо пояснил я. – За ученика отвечает учитель; у ученика нет даже степени собственной вины. Все, что ты сделаешь – за все ответит Келли. Даже если кого-то убьешь, даже если совершишь измену. Даже если ты живешь по поддельным документам и дочь врага. Повесят мэтра Шоун.
- Поэтому я и говорю – исключено. – Уверенно произнесла Келли.
- Четыреста грамм и сеанс расширения энергооболочки.
- Да тебе это вообще ничего не будет стоить!
- А тебе – сделать документы, так?
У мэтра Нарема в тайнике было штук десять паспортов и кредиток – он был осторожен. Сволочью был первостатейной – но тем и опасен, что рассудка не терял, выходя на свой мерзкий промысел.
- Много ты знаешь. Мне придется объяснять, зачем я прошу документы.
- Выкрала из семьи, - пожал я плечами. – Девочка перспективная, родители сопротивлялись обучению.
- Так не принято.
- Это ты мне говоришь? – Деланно удивился я. – Меня вы вообще вещью считаете.
- И тебе придется с этим смириться. – С некоторым разочарованием в голосе вздохнула Келли. – Чем раньше, тем лучше.
- Документы и ученичество. Четыреста грамм и два сеанса.
- Да там не поймешь, сработает ли даже один… - Прикусила губу мэтр. – И почему четыреста? Я сказала – десять килограмм.
- Потому что у мятежника было только четыреста грамм, - пожал я плечами. – Думаешь, откуда таллиум? Был у него в карманах – тумбочке он не доверял. А что с боя взято – то принадлежит победителю. Законы Империи не нарушены.
- Если мятежник заявит про таллиум, его все равно придется продать государству.
- Зачем мятежнику еще одна статья, Келли? – Убедительно спросил я. – Чем меньше скажешь прокурору – тем меньше срок.
- Ну, может быть. Но актив рисковый. Цена его невелика. – Задумалась мэтр.
- А кто вообще сказал, что я хочу к ней в ученицы?
- Тогда документы королевства Сават и переезд туда. Но там второй посол, который завязан на мятежников, учти.
- Ладно, торгуйся дальше. – Величественно махнула Аллита.
- Могу еще добавить денег. Немного. – С сомнением произнес я.
- Насколько немного? – Иронично глянула Келли.
- Да вот ресторан ее. Как уедет – заберешь себе. – Пытался я сэкономить.
- Зачем мне убыточное заведение?
- Вот сейчас обидно было. – Буркнула принцесса, но в диалог не влезала.
- Пять миллионов.
- В месяц.
- В год.
- Десять в год. И доп расходы на содержание.
- Договорились.
- Э-э! Я с ней жить не собираюсь! – Забеспокоилась Аллита.
- Отучишься – уйдешь от нее.
- Даже дня не собираюсь! Тан! Отыгрывай назад, я в Сават поеду.
- Ученица мне досталось, конечно, горе-горюшко, - с удовольствием потирала руки Келли. – Воспитать – не перевоспитать.
- Тан! Это отвратительная шутка! Даже не думай! – Встав с места, Аллита бочком-бочком покралась к выходу.
- Всегда есть альтернатива. – Печально произнес я.
- Вот! Давай сюда эту альтернативу. – С опаской смотрела принцесса на улыбающуюся Келли Шоун.
- Я тебя «стопаю» и ты лет двадцать лежишь где-нибудь в безопасном месте.
- А почему двадцать?!
- Потому что король пустил кровь. Надо, чтобы сменилось поколение. Тогда его – и потомков - не обвинят в ошибке.
Обвинят, но мстить будет некому.
- Ты же говорил про безопасное место!
- Такое место требует верных людей. Хочешь убрать их от отца в такой сложный момент?
- Тан, хороший, давай ты придумаешь еще что-нибудь? – Как завороженная, смотрела принцесса в глаза мэтру.
- Я предлагаю тебе знания и власть. Учебу у сильнейшего мэтра Империи, - Келли польщенно зажмурилась. – У ученицы самой Агалле Лунк. – Келли посмотрела с укором, зато Аллита смогла прокрасться к выходу еще дальше.
- Но я не хочу! Я хочу просто есть, спать и гулять с собакой!
- У этой жизни, к сожалению, теперь красивое надгробие. – Выразил я сочувствие. – У новой не так много вариантов. Либо чужестранкой в Савате. Либо под диваном до лучших времен – трусливо переждать времена, когда отец наводит порядок в стране и борется с раком. Либо – попытаться стать сильнее.
- Я не собираюсь служить Империи.
- Мэтры Империи не служат.
Колючий взгляд Келли Шоун.
- Это почему? – Удивилась Аллита.
- Потому что Империя служит мэтрам. Уговаривает их. Платит им. Лебезит и кружится вокруг них. – Ответил я на взгляд рыжей девушки. – Прощает им все.
- Мистер Савой, это ваше частное мнение, - строго заявила Эффа. – Попрошу не выражать его в моем присутствии! Я офицер и ветеран!
- Эффа, после некоторых ваших чудесных историй о прошлом государства, я все-таки нашел время и залез в источники. Объясните мне, будьте добры, отчего из всех веток престолонаследия был выбран Император с наследственной гемофилией?..
- Ты сейчас до измены доболтаешься.
- Да мы тут и без того родиной в развес торгуем. Просто удивительно – взяли из кучи родни того, кто долго не проживет без врача под боком. И ребенок его – тоже. Но ведь живут – отлично живут, никаких жалоб. Его Императорское Величество твердо правит железной рукой. Не поднимая ее на мэтров. Наверное, это как-то связано…
При этом, официально – биоэнергетике восемьдесят лет. А неофициально?.. Что было до первых ВУЗов? Кто был до их появления?
И что делать с тем, что носителями болезни являются вообще все дети Императора в ветке наследования, что несколько отличается от общей статистики?.. Этого нет в общих сводках – но ни один публичный выезд наследников не происходит без врача, они не занимаются активными видами спорта, вообще не фигурируют в общественной жизни. Сидят по дворцам и гуляют в закрытых парках – выводы напрашиваются.
- Свои домыслы оставь при себе, - уже просящим тоном сказала мисс Сойер.
- Поэтому Империя критически зависит от мэтров. Но иногда, по их мнению, недостаточно чутко выполняет их пожелания. Или не так?
- Я не лезу в политику. – Спокойно ответила мэтр Шоун. – Не мой уровень. И не твой. Предлагаю забыть и принести мой таллиум. Ученица!
Аллита вздрогнула и посмотрела на меня уже панически.
- Забери у мистера Савоя мой таллиум. И проследи, чтобы он не обманул.
- Я!.. – Набрала воздуха в легкие принцесса. – Мистер Савой, у вас есть весы?.. – Выдохнула она обреченно.
А вот не пристроил бы Аллиту вон Харрит в жесткие, но справедливые руки мэтра Шоун – и принцесса не была бы такой грустной.
Но определенно – совсем скоро была бы мертвой.
Выбирать из двух вариантов тот, что полезен всем, но вреден для меня – наверное, какой-то особый талант.
«Плохо быть мной».
Поделится в соц.сетях
