30 сребреников - 14. Тот, кто дёргает за все нити
Аннотация
XV век. На Пиренейском полуострове медленно умирает Реконкиста. Но католические короли, судьба которых объединить под собой королевства Кастилии и Леона, Арагонское королевство, Гранадский эмират и Наваррское королевство уже родились и вскоре будут готовы заявить о себе во всём мире.
И хорошо, если рядом с ними будет человек из будущего, миссия которого найти те самые 30 сребреников, которые могут изменить весь мир или же судьбу всего одного человека.
Автор: Дмитрий Распопов
Цикл: 30 сребреников
Предыдущие книги этой серии:
30 сребреников - 13. Империя в паутине
30 сребреников - 12. Тень в паутине
30 сребреников - 11. Но ты не станешь королём
И хорошо, если рядом с ними будет человек из будущего, миссия которого найти те самые 30 сребреников, которые могут изменить весь мир или же судьбу всего одного человека.
Автор: Дмитрий Распопов
Цикл: 30 сребреников
Предыдущие книги этой серии:
30 сребреников - 13. Империя в паутине
30 сребреников - 12. Тень в паутине
30 сребреников - 11. Но ты не станешь королём
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
25 сентября 1465 A.D., Константинополь, Османская империя
Я с тревогой и волнением смотрел на каждое прибывающее судно под флагом Генуи, а также ждал, когда большой флот султана, стоящий в Константинополе, покинет гавань. Близился конец сентября, а это значило, что Сергио должен был уже запустить механизм подготовки якобы нападения на верфи в Галлиполе, чтобы выманить флот султана из Константинополя, но время шло и мне стало казаться, что мой план провалился и османы не клюнули на эту жирную приманку.
Приходилось всё чаще выходить на рыбалку в море, а затем мелькать на севере бухты Золотой Рог, чтобы сторожевые галеры, охраняющие верфи, привыкли к моей арендованной в цехе лодке. Я разумеется ходил здесь не один, других рыбаков здесь тоже хватало, но я на всякий случай прямо на виду у военных забрасывал сети, ловил рыбу и затем уходил обратно в Галату.
«Неужели не клюнули? – я хмуро смотрел на четыре галеры, которые стояли у входа на верфи, закидывая сеть, и машинально выполняя все действия, к которым уже привык».
- Эх, парень! – громко окликнули меня позади, и я чуть не выпустил сеть-паутину из рук, испуганно оглянувшись.
Оказывается, пока я был погружён в свои мысли, ко мне с берега подошла лодка с двумя турками и один из них и звал меня.
- Добрый день господин, я плохо говорить, - я стал ему низко кланяется.
- Может быть, - хмыкнул он, показывая пальцем на мой большой улов, - но вот с рыбалкой у тебя похоже всё в порядке. Мы видим тебя тут почти каждый день, так что можем договориться, чтобы ты часть своего улова продавал нам напрямую?
- Цена, господин? – трудно было не понять его жесты, когда он показывал на рыбу, а затем тер пальцы друг о дружку в интернациональном жесте про деньги.
- Ну для работников верфей великого султана, ты же сделаешь скидку? – улыбнулся он мне, добавив, видя, что я не понимаю его, - скидка! Меньше денег!
- Скидка! – я понятливо закивал головой, - хорошо.
Я стал показывать им на разную рыбу, которая была в корзинах у меня в лодке называя цену, ниже рыночной на двадцать процентов. Кто-то из них явно разбирался в этом, так что удивлённо сказал своему товарищу, что рыбак, не говорящий на их языке, и правда делает им большую скидку.
Он достал деньги, второй подвёл свою лодку ближе к моей и стал удерживать, чтобы мы не разошлись, пока я передавал рыбу первому, а он потом, достав кошель, не расплатился со мной.
- Всё, спасибо парень, ждём тебя завтра! – обрадованно сказал он, когда я отдал им всю рыбу и стал кланяться и благодарить его за сделку.
Они пошли к берегу, где их уже ждали остальные работники верфи, помогая забрать свежую рыбу, которую тут же потащили к зданию, в котором её видимо им могли приготовить.
«С одной стороны конечно я на виду, - вздохнул я, собираясь обратно, чтобы наловить рыбы хотя бы для семей Хызыр усты и Юсуфа, потому что мы с отцом похоже останемся сегодня без улова, - с другой, они видят, что я рыбачу, к этому точно не может быть вопросов, ведь остальные рыбаки держатся подальше от верфи, а я тут не местный и якобы не знаю правил».
Я тяжело вздохнул.
«Ну и где ты, Сергио? - я подставил лицо редкому в сентябре юго-западному ветру, который шёл прямо на верфи, - мы можем пропустить такое чудесное время для пожара».
Вернувшись домой, я увидел, как от нас уходит мастер Франческо ди Лапо, так что не стал звать его, а зашёл внутрь лавки.
- Привет Инико, - обрадовался мне Юсуф, который варил кофе для похода в медресе, - заходил флорентинец, принёс книгу, которую ты у него заказывал, он отдал её господину Абу Яхья, он наверху с ней.
- Спасибо Юсуф, - я поставив корзину с четырьмя небольшими рыбинами и вытер со лба пот, - закончишь с варкой, и как пойдешь за едой, занеси домой всю корзину, сегодня было очень мало улова, так что забирай всё.
- Давай, я хотя бы оставлю вам одну! – покачал он головой.
- Забирай, одной рыбой мы не вдвоём с отцом не наедимся, - я улыбнулся ему, – я куплю лучше сегодня телятины и устрою небольшой пир.
- В честь чего? – удивился парень.
- Попрошу отца отнести книгу шейху Ахмеду, это подарок за вон то письмо, - я показал на доску, где висела фетва на кофе.
- Почему не хочешь отнести сам? – удивился парень.
Я тяжело вздохнул.
- Книга очень дорогая, я пообещал год отдавать отцу все заработанные с рыбалки деньги, - тихо сказал я официальную легенду, - боюсь, как бы шейх не отказал мне, взять её.
- Год?! – серебряная маска покачалась из стороны в сторону, - сколько она же стоит?
- Дорого, Юсуф, очень дорого, - снова тяжело вздохнул я, - ладно пойду к отцу, спрошу его, когда он пойдет в Город.
- Давай, конечно, - быстро закивал он, переливая последнюю сваренную турку в кувшин с кофе, - а я тогда с Панургом пойду в медресе.
- Спасибо Юсуф, - поблагодарил я его ещё раз и пошёл наверх, застав Абу Яхья перед открытой книгой.
Увидев меня, он показал на пергаментные страницы с широкими полями и золотыми заглавными буквами.
- Сколько она стоит? – задал он правильный вопрос.
- Год моей работы рыбаком, - улыбнулся я ему, - с этими словами вы пойдете к шейху Ахмеду.
- Год?! – он изумлённо на меня посмотрел, - не слишком ли дорогой подарок?
- Смотря, что называть слишком дорогим, отец, - я пожал плечами, - вы наверно не заметили, но на самой фетве нет ни слова упоминания о том, что её выдали с разрешения кадия Константинополя Молла Хюсрева, хотя шейх Ахмед отправляя меня к нему, явно хотел подстраховаться, выдавая разрешение на напиток.
Абу Яхья посерьёзнел.
- У меня до сих пор поджилки трясутся, когда ты упоминаешь это имя, он мог закрыть наш вакф и выкинуть из города, просто пошевелив пальцем, даже ничего не говоря.
- В любом случае, подарок нужен, - я пожал плечами, - орден Зейнийе становится с каждым годом только всё более могущественнее, а султан не пускает другие ордена в город, давая привилегии только ему. Нам нужно строить долгосрочное сотрудничество с ним.
- Насколько долгосрочные? – остро посмотрел на меня Абу Яхья.
- Потом поговорим, - я показал пальцем вниз, где шумел Юсуф, ругаясь с осликом, который явно хотел, чтобы его запрягал я, а не он. Через минуту и правда послышался голос парня.
- Инико, иди сам справляйся со своей упрямой скотиной!
- Сам ты скотина! – закричал я и подмигнув Абу Яхья, пошёл вниз.
Спустившись вниз, я сразу дал взятку изюмом Панургу, который начав жевать лакомство, дал впрячь себя в тележку.
- Нет у тебя любви к животным, Юсуф, - наставительно сказал я парню, видя краем глаза, как с замотанным в ткань предметом под мышкой, купец уходит из дома.
- Да на него изюма не напасёшься! – возмутился он, - а он денег стоит!
- Жадный Юсуф, - я чесал за ухом Панурга, и тот довольно фыркал, - жадный Юсуф!
- Сейчас сам повезёшь еду, - обиделся на меня парень.
- Присматривай за ним, - сказал я ослику, показывая пальцем на Юсуфа, чем вызвал возмущённый вопль с его стороны.
Улыбаясь, я вернулся в дом, поскольку нужно было помыться, посмотреть, как там дозревает лакерда в бочках и наверно сходить к флорентийцу, узнать у него как дела с остальными книгами и заодно поблагодарить, что лично принес мой подарок для шейха Ахмеда.
- Он вроде любитель сладкого с Хиоса, - вспомнил я, что видел это вино у него в доме, - загляну в лавку и куплю для него пару бутылочек.
***
Уставший после ночных бдений, шейх Ахмед тем не менее принял купца Абу Яхья Ибрахима, который попросил его о короткой встрече.
- Инико давно у нас не появлялся, господин Абу Яхья, - пригласил он купца сесть и тот положил на стол перед ним, завёрнутый в ткань предмет.
- Причина этого, здесь, - устало улыбнулся купец, показывая на принесённый им предмет, - Инико попросил меня принести его вам, чтобы не услышать от вас отказа принять подарок.
Брови шейха Ахмеда поднялись вверх.
- Почему я должен ему отказать? – удивился он.
- Вы должны понимать шейх Ахмед, Инико не наследник, так что не получит наследства после моей смерти, - к его удивлению, купец начал свой ответ издалека, - так что сейчас я позволяю Инико делать то, что он хочет, поскольку это сильно расширяет его кругозор и он сможет найти себе занятие по душе, даже если для продолжения купеческой стези у него не будет хватать на это денег.
- Я слышал, его приняли в цех рыбаков, - улыбнулся шейх Ахмед, - хорошая профессия, если что-то пойдет не так.
- Собственно говоря, мы подходим к причине моего появления у вас, - улыбнулся шейху старик, - Инико будет теперь год работать, отдавая мне деньги со своего ежедневного улова, чтобы возместить мои затраты на эту книгу. Таков был наш с ним уговор.
Улыбка сползла с лица шейха Ахмеда, он протянул руку и откинул ткань, увидев перед собой весьма недешево выглядящий кожаный переплёт, да ещё и с проштампованными золотом буквами языка, который он не знал, но это было что-то очень древнее.
- Что это за книга? – аккуратно открыл он переплёт, чтобы увидеть дорогой пергамент, стелящиеся буквы древнего шрифта, и широкие поля, говорившие о том, что данный текст очень ценен.
- Поскольку я в этом не разбираюсь, то Инико написал для вас записку, - Абу Яхья достал небольшой кусочек бумаги и передал её шейху Ахмеду, прочитав которую, его глаза расширились.
- Аристотель значит, на древнегреческом, - задумчиво стал смотреть он на книгу, которую он читал на арабском, знал её цену, но вот цена в оригинале, была ему неизвестна, но совершенно точно в несколько раз дороже арабского варианта. Прикинув в уме цену книги, он понял, почему Инико не пришёл сам.
- Это его подарок, вам, - купец показал на книгу, - он услышал, что мастеру Франческо ди Лапо привезли какие-то ценные книги из Флоренции, сразу помчался к нему и найдя среди них, то, чем хотел вас порадовать, уговорил меня выкупить эту книгу, за тот договор, о котором я вам уже сказал.
- Год работы, ради одного подарка, - вздохнул шейх Ахмед, качая головой, - как он дальше жить-то будет, господин Абу Яхья?
- Если честно, то я сам этого не знаю, шейх Ахмед, - покачал головой купец, ответив абсолютно честно, - я пытался его переубедить, но он упёрся, сказал что вы попросили такого занятого и уважаемого человека, как кадия Константинополя Моллу Хюсрева, посмотреть на кофе, и если бы что-то пошло не то, могли пострадать вы сами, поскольку по вашему слову Инико пошёл готовить в его дом кофе. Мальчику редко кто помогает в жизни, так что, когда он видит, что кто-то бескорыстно протягивает ему руку помощи, он готов для этого человека потом сделать многое. Это меня и печалит, что однажды этим могут воспользоваться люди, которые будут не со столь чистыми помыслами, как у вас, шейх Ахмед.
- Я понимаю вашу тревогу за сына, господин Абу Яхья, - согласился с ним шейх, - но, понимаю и Инико. Передайте ему, что я с благодарностью приму от него этот подарок, только если он найдет теперь время заходить к нам почаще.
- Если будет успевать отдавать мне деньги за улов, - вежливо поправил купец шейха, и тот с улыбкой кивнул.
- Конечно, господин Абу Яхья, я понимаю, что вы хотите сделать это для него уроком. Год, это и правда большой срок.
- Спасибо за понимание, шейх Ахмед, - склонил голову Абу Яхья, поднимаясь и кланяясь, - только не говорите пожалуйста ему обо всём нашем разговоре.
- Конечно, господин Абу Яхья, - шейх встал и проводил гостя, а потом вернулся к книге, трогая страницы пергамента и качая головой.
***
Вечером я пошёл в текке шейха Ахмета. Принеся кофе, расставив новые кувшины с напитком на привычные места и заменив корзины с одноразовыми стаканчиками, забрав старые, я собрался уже уходить, когда вышедший шейх Ахмед увидев меня, остановил мои поползновения побыстрее уйти.
- А ты куда собрался! – позвал он к себе, - тебя так давно не было, так что сегодня ты останешься с нами, расскажешь мне о том, что там за книги такие привёз мастер Франческо, из Флоренции.
Я вздохнул и под его смешливым взглядом пошёл к нему в комнату, где на столе лежал мой подарок, раскрытый на третьей странице. Ни я, ни он ни слова про него не сказали, хотя он явно заметил мой взгляд, брошенный на книгу.
- «Теология Аристотеля», - я по его жесту сел, и мечтательно поднял глаза к потолку, - три прекрасных, изумительной красоты книги, безумной стоимости. Мне просто повезло, что рядом лежала единственная, которая была в более скромном переплёте, чем те другие.
- Это, ты называешь скромным переплётом? – брови шейха поднялись, и он показал на книгу.
- Вы бы видели те, шейх Ахмед, - вздохнул я, - кстати, хотите, я попрошу мастера показать вам одну из тех книг? Просто полюбоваться?
- Я слышал, что ты ему помогаешь, - кинул он, но добавил уже строже, - но в ученики тебя он так и не взял.
- И не нужно, - легко отмахнулся я, - я не хочу, чтобы у него были проблемы среди сородичей из-за меня. Мне достаточно помогать ему таскать ящики, сортировать свитки и книги, это я люблю больше всего в своей жизни.
Шейх Ахмед с улыбкой показал рукой на мой нож за поясом.
- А зарабатывать при этом приходится этим.
- Это тоже хорошая профессия, шейх Ахмед, она кормит людей, и главное честная!
- Тут с тобой не поспоришь, - рассмеялся он, - но да, хорошо, я бы взглянул на книги, о которых ты говоришь. У меня есть много знакомых, которых они бы заинтересовали. Сколько ты говоришь стоит одна в более дорогом переплёте?
- Давайте я завтра после рыбалки загляну к мастеру Франческо, и мы придём к вам в гости, шейх Ахмед, книги не мои, так что я не могу говорить их цену.
- Хорошо, тогда так и договоримся, - согласился со мной он.
После этого, шейх достал свитки арабских мудрецов, мы стали читать их с ним, он спрашивал мои мысли об их трудах, а я честно старался ему отвечать, не сильно при этом умничая, чтобы не показать того, что всё это я давно уже читал.
Поделится в соц.сетях
