Рунный маг империи. Том 4
Аннотация
Теперь все знают, что я маг, пусть и не понимают, как именно я этого добился. А значит, меня ждут новые проблемы и приключения. Мне же просто хочется изучать магию и наследие моего предка. И почему меня никак не могут оставить в покое?
Авторы: Георгий Сомхиев, Ткачев Андрей
Цикл: Наследие рунного мага
Предыдущие книги этой серии:
Рунный маг империи. Том 3
Рунный маг империи. Том 2
Рунный маг империи. Том 1
Авторы: Георгий Сомхиев, Ткачев Андрей
Цикл: Наследие рунного мага
Предыдущие книги этой серии:
Рунный маг империи. Том 3
Рунный маг империи. Том 2
Рунный маг империи. Том 1
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
Улав сидел в широком кресле возле камина и молча наблюдал за тлеющими углями. Пламени почти не осталось, лишь время от времени между почерневшими поленьями пробегали небольшие язычки огня, освещая спальню тусклым оранжевым светом.
В правой руке глава Стернхольмов держал лист бумаги, который ему принесли меньше десяти минут назад.
Ничего неожиданного в донесении наблюдателей не оказалось. Энкрид, Хакон и Сигрид благополучно добрались до своих точек сбора и уже отправились на охоту.
Правда, без небольшого сюрприза всё-таки не обошлось. Информаторы не соврали, и вместе с Энкридом в стартовой точке появился столичный княжич, чего Улав, собственно, и ожидал.
Всё прошло ровно так, как он рассчитывал, так что спустя ещё секунду он скомкал лист, бросил его в тлеющий огонь и улыбнулся.
— Порой мне непонятен ход твоих мыслей, Улав, — рядом раздался спокойный женский голос. Рагна стояла возле окна, сложив руки перед собой, и несколько секунд смотрела на отражение мужа в стекле. — Скажи мне, действительно, стоило усложнять внуку испытание? Ему всего пятнадцать, а ты уже втягиваешь его в свои интриги.
— Суровые испытания только закаляют воина, и возраст тут не имеет значения, — Улав небрежно почесал бороду. — Тем более, здесь я одним выстрелом двух зайцев убиваю. Рубеж ничем не опаснее обычного рейда в Подземелье, зато боевого опыта даёт куда больше. Монстры обычно просто хотят тебя сожрать и особо этого не скрывают. С людьми всё намного интереснее.
Рагна ничего не ответила. Она отошла от окна, неспешно приблизилась к камину и остановилась напротив мужа.
В этот момент одно из поленьев с тихим треском развалилось надвое, выбросив небольшую россыпь искр. Женщина проводила их взглядом, после чего снова посмотрела на Улава.
— Моим внукам будет полезно узнать, что доверять первому встречному только потому, что тот улыбается и говорит правильные слова, нельзя, — продолжил глава рода, постучав пальцем по подлокотнику. — Если после Рубежа все трое начнут чаще смотреть по сторонам, значит, время потрачено не зря.
— Энкрид и так излишне осторожен, — Рагна медленно покачала головой и поправила выбившуюся прядь седых волос. — Внучок тебе самому ничуть не доверяет. Он приехал сюда, выслушал тебя, принял правила игры, но половину своих мыслей так при себе и оставил. Если бы он был хоть немного откровеннее, Лиара сейчас не ходила бы всю неделю по дому и не пыталась понять, откуда у её сына внезапно появились способности, о которых она ничего не знала.
Улав слегка приподнял бровь, но возражать не стал. Он прекрасно помнил разговоры с внуком и то, насколько аккуратно тот обходил вопросы, на которые не хотел отвечать.
Энкрид мог спокойно поддерживать беседу, шутить и даже рассказывать о собственной магии, однако стоило подобраться к чему-то, действительно, важному, как разговор незаметно уходил в сторону.
Всё, что удалось Улаву выяснить, так это то, что его внук пользуется магическим концентратором и рисует им заклинания. Такое себе объяснение, прямо говоря.
— Скорее, парень умеет держать язык за зубами. Тоже неплохое качество. Хакону и Сигрид оно бы не помешало, — Улав пожал плечами и снова постучал пальцами по подлокотнику. — Загвоздка в том, что, если ему что-то не нравится, он об этом чересчур прямо заявляет. Прямо как я, — рассмеялся он.
— Поэтому ты отправил Энкрида туда, где находится Борвин Кальден, — Рагна слегка наклонила голову вперёд. — Большинство их встречу сочтёт совпадением, тем более что Эйзенхорны не имеют никакого отношения к роду Кальден.
— Если ты думаешь, что я захотел их стравить, то нет, — Улав вновь весело рассмеялся, бросив взгляд на жену. — Я его дедушка, он не чужой мне человек. У меня тоже есть принципы, которые я не нарушу даже ценой своей жизни. Из всех собравшихся в этом году воинов этот княжич самый влиятельный, из-за чего и представляет самую большую опасность. Встреться они в лесу, ссоры было бы не избежать. Только последствия оказались бы куда плачевнее. Пусть лучше заранее узнает, с кем ему придётся иметь дело.
— И не думала о том, что ты хочешь их стравить, — едва заметно улыбнулась женщина. — Ты хочешь, чтобы он сам собрал вокруг себя других северян и завоевал себе авторитет, чтобы в час нужды дать отпор. Лидерские качества у него не отнять.
— Тогда к чему весь этот разговор? — Улав окинул Рагну взглядом с ног до головы. — Ты ведь прекрасно понимаешь, какую игру я веду. Мы больше полувека женаты.
— Понимаю, — коротко кивнула женщина. — В этой игре меня смущает Лиара. Если с её сыном что-то случится, она тебе этого не простит. Маркус Эйзенхорн тоже не будет в восторге, когда узнает, что его сына отправили на смертельно опасное испытание.
— Без риска не получишь выгоды, — Улав откинулся на спинку кресла, а на его лице вновь появилась ухмылка. — Энкрид сам сделал свой выбор. Его никто за руки в автомобиль не заталкивал и лезвие к горлу не приставлял. Он узнал правила, услышал, что там гибнут люди, и всё равно решил участвовать. Не нам теперь судить его за это или пытаться оградить от последствий собственного решения.
Рагна опустила взгляд на огонь, но перебивать мужа не стала.
— К тому же в нём течёт кровь Стернхольмов, — Улав стукнул кулаком себя в грудь и улыбнулся ещё шире. — А Стернхольмы просто так не умирают. Сначала обязательно устроят такой переполох и создадут такой ворох проблем, что все вокруг пожалеют, что вообще решили с ними связываться. Вот если после этого умрут, тогда другое дело.
— Очень обнадёживающие слова, — Рагна слегка качнула головой, однако едва заметно улыбнулась. — Хорошо. Допустим, твой расчёт оправдается и мальчик вернётся. Если он ещё и займёт высокое место среди победителей, последствия у этого будут не только в виде боевого опыта.
Улав поднялся с кресла и озадаченно посмотрел на жену.
— Что-то мне подсказывает, что ты тоже затеяла свою игру, — сказал он, после чего подошёл к столу с другими бумагами.
— В этом году Энкриду исполнится шестнадцать, — Рагна невозмутимо разгладила складку на рукаве и встретилась с мужем взглядом. — Если он хорошо покажет себя на Рубеже, на него обратят внимание многие северные рода. Эйзенхорны и без того являются достойной партией, а после такого выступления желающих породниться с ними станет ещё больше. Думаю, пора присмотреть ему подходящую девушку.
Несколько секунд Улав молча смотрел на жену. Затем его плечи дрогнули, и мужчина тихо хмыкнул, словно только сейчас окончательно понял, к чему она вела разговор.
— Ты слишком торопишь события, Рагна, — он махнул рукой и снова устроился поудобнее в кресле. — Парень ещё молодой. У него вся жизнь впереди, а ты хочешь связать его узами брака. Пусть сначала нагуляется, Академию закончит, разберётся со своей магией, а потом уже думает о свадьбе. Куда ему сейчас ещё жену на голову?
— Вот поэтому подобными вопросами занимаюсь я, а не ты, — Рагна подошла к мужу и встала позади его спины. — В сражениях тебе нет равных, спору нет. В дипломатии тоже, иначе столько лет во главе рода не продержался бы. Но хозяйство, бытовые вопросы и супружество оставь мне. Здесь я лучше знаю, что и когда нужно делать.
— Я этого никогда не отрицал, — усмехнулся Улав. — Но сколько раз ты будешь поднимать этот разговор, столько раз я озвучу своё мнение. Такой вот я человек.
— Знаю, Улав, — сказала женщина, после чего обняла мужа за плечи. — Никто не говорит, что завтра Энкрида нужно вести под венец. Для начала достаточно посмотреть, кто ему подходит, какие девушки понравятся и какие семьи будут нам интересны. У меня на примете есть несколько незамужних девушек подходящего возраста. Тем более Энкрид далеко не первый человек, которого мне доводилось сводить с будущей супругой.
На этот раз Улав не сдержался. Его смех прокатился по комнате, заставив огонёк в камине едва заметно дрогнуть от движения воздуха. Мужчина хлопнул ладонью по подлокотнику, затем покачал головой и ещё несколько секунд продолжал усмехаться.
— Что правда, то правда, — наконец проговорил он, проведя пальцами по бороде. — Сколько членов рода ты за свою жизнь переженила, я уже давно считать перестал. Некоторые, помнится, сначала месяцами от тебя бегали, а потом ещё благодарили. Так что делай что хочешь. В этих делах тебе, действительно, виднее.
Рагна спокойно кивнула, словно другого ответа и не ожидала. Несколько секунд в комнате слышался только тихий треск догорающих поленьев, после чего она отпустила мужа и направилась в сторону двери.
— Есть ещё одна небольшая проблема. Лиара скоро вернётся домой, — произнесла она, остановившись у самого входа. — Подозреваю, новости о том, чем именно последние дни занимался её младший сын, ей не особенно понравятся. Тем более если она узнает всё не от тебя, а от кого-нибудь из слуг.
— Разберусь, — Улав отмахнулся, словно речь шла о чём-то совершенно обыденном. — Лиара уже давно не та девчонка, которая в свои шестнадцать лет лезла бодаться со мной из-за одного неудачного замечания. Всё-таки возраст берёт своё, раз она стала намного спокойнее. Выслушает, поворчит немного, потом всё поймёт.
Рагна несколько секунд молча смотрела на мужа. Затем на её губах появилась едва заметная улыбка, от которой Улав почему-то перестал ухмыляться.
— Милый, запомни одну простую вещь, — произнесла она и неспешно направилась к двери. — Чем спокойнее ведёт себя женщина, тем осторожнее рядом с ней следует себя вести. Особенно, если эта женщина — твоя дочь.
Дверь за Рагной тихо закрылась.
Улав остался сидеть возле камина, несколько секунд глядя ей вслед. Затем медленно опустил взгляд на тлеющие угли и задумчиво провёл пальцами по бороде.
Пожалуй, к возвращению Лиары, действительно, стоило подготовиться тщательнее.
***
Когда мы добрались до стартовой точки, там уже ждали несколько бойцов. Они стояли возле длинного деревянного стола, на котором аккуратными стопками лежали небольшие книги в тёмных обложках.
Первым делом я обратил внимание даже не на оружие или снаряжение встречающих, а на гербовые знаки, закреплённые у каждого на груди. Ни одного одинакового. Похоже, представителей для Рубежа, в самом деле, собирали с разных родов, чтобы никто потом не начал рассказывать о предвзятости по отношению к другим аристократам.
— Подходите по одному и берите руководство, — один из бойцов махнул рукой в сторону стола, когда последние участники вышли на площадку. — На ознакомление у вас два часа. После этого начнём выпускать в лес. Перед входом руководство вернёте обратно на стол. Не запомнили — ваши проблемы.
Получив свой экземпляр, я отошёл подальше от остальных и устроился возле большого дерева, предварительно стряхнув снег с торчащего корня.
Руководство оказалось не таким уж объёмным. Большая часть книги так вообще напоминала обычный бестиарий. На каждом развороте находилось цветное изображение монстра, а рядом с ним — название, краткое описание, повадки, известные способности и количество очков за добытое ядро. Не очень понятно, с чего вдруг вообще этот «учебник» назвали руководством.
Система оценки тоже оказалась довольно простой. Например, за обычного гоблина давали всего одно очко. Вепрь-людоед уже стоил десять, а если попадалась его стихийная разновидность, награда возрастала до пятнадцати-двадцати в зависимости от стихии.
Правда, одной разновидностью всё не ограничивалось. Ниже мелким шрифтом отдельно отмечалось, что итоговая стоимость ядра зависит ещё и от его наполненности маной, а значит, и силы поверженной твари.
В целом, логично. Даже принадлежащие к одному виду монстры никогда не были полностью равны по силе. Один гоблин мог едва держать оружие в руках, а другой за несколько лет умудрялся накопить достаточно маны, чтобы стать вожаком или шаманом.
Получается, после охоты ядра дополнительно проверят и уже потом окончательно определят, сколько очков заработал участник. Неплохой способ не дать кому-нибудь набить мешок самыми слабыми тварями и обойти тех, кто, действительно, рисковал жизнью.
Минимальный проходной результат тоже нашёлся ближе к концу руководства. Десять очков. Не смог набрать хотя бы столько — считай, вернулся с охоты с пустыми руками и Рубеж не прошёл.
Тут я тоже ничего несправедливого не видел. За две недели даже максимально осторожный участник должен был найти возможность добыть хотя бы несколько слабых ядер. Если не сумел, значит, либо совершенно не готов к подобной охоте, либо все четырнадцать дней успешно прятался от любой опасности. Охотой, конечно, это совсем не назвать.
Я дочитал последние страницы, закрыл руководство и положил его рядом с собой. До окончания выделенного времени оставалось больше часа, поэтому вместо повторного чтения я принялся наблюдать за будущими соперниками.
На Рубеже опасность представляли не только монстры, и было бы глупо не воспользоваться возможностью заранее присмотреться к людям, с которыми вполне придётся столкнуться где-нибудь посреди леса.
С северянами всё сразу стало понятно. Большинство держалось поодиночке. Многие, как и я, сидели возле деревьев и читали руководство, не обращая внимания на окружающих. Ещё часть сразу вернула «учебники» на стол и принялась чистить оружие перед долгим походом. Только трое собрались вместе немного в стороне от остальных.
Правда, назвать их дружной компанией язык не поворачивался. Один лежал на снегу и глядел в небо, второй стоял в нескольких метрах, а третий время от времени бросал на обоих косые взгляды, словно ожидал какой-нибудь подлянки.
С чего они вообще решили объединиться, оставалось загадкой. Может, принадлежали союзным родам, а может, заранее договорились помогать друг другу только в первые дни. Впрочем, какая мне разница? Пока эта троица не собиралась создавать проблемы лично мне, разбираться в их отношениях я не собирался.
Куда интереснее выглядел Борвин Кальден. Толстый блондинчик времени даром не терял. Не прошло и часа, а вокруг него уже собралось шестеро молодых столичных аристократов.
Борвин что-то негромко рассказывал, время от времени разводя руками и улыбаясь, в то время как остальные охотно слушали. Так, своими красивыми речами он умудрился в кратчайшие сроки сплотить людей вокруг себя.
Из-за этого среди всех собравшихся здесь он представлял наибольшую угрозу. Пусть слаженной командной работы у них пока не было, семь человек оставались семью людьми.
Даже если каждый по отдельности уступал мне в бою, такой толпой они могли просто задавить числом. Тут никакая хитрая тактика не поможет, если тебя одновременно атакуют с нескольких направлений и не дают нормально разорвать дистанцию. Как говорится, много муравьёв могут и слона затоптать.
Надо ли говорить, что в какой-то момент он так же подошёл ко мне с целью поговорить.
Я заметил Борвина ещё издалека. Парень закончил что-то обсуждать со своей компанией, поправил меховую накидку и неспешно направился в мою сторону. Остальные за ним не последовали, что уже говорило о многом. Видимо, подобные разговоры он предпочитал вести с глазу на глаз.
— Энкрид Эйзенхорн, полагаю? — остановившись в нескольких шагах от меня, произнёс парень и слегка склонил голову. — Борвин Кальден. Думаю, наши семьи друг о друге слышали, хотя лично пересекаться нам раньше не доводилось. Исправим это небольшое упущение.
— Взаимно, — я поднялся с корня дерева и коротко кивнул в ответ. — Судя по всему, представляться мне уже не требуется. Хотя, признаться, не ожидал, что мою внешность здесь настолько легко узнают.
— Тут дело не столько во внешности, сколько в последних слухах, — Борвин улыбнулся и провёл ладонью по золотой вышивке на груди. — О вас в столице сейчас довольно много говорят. Особенно после истории в клубе «Алая Королева». Не каждый аристократ решится собственноручно избить на глазах у всех сразу трёх негодяев, защищая честь девушки, причём так, чтобы потом об этом инциденте ещё долго вспоминали.
О как. Информация о том случае, действительно, могла разойтись по столице, особенно среди аристократии. Однако Борвин, похоже, одной этой историей ограничиваться не собирался.
— А потом, как до меня дошли слухи, вы победили Леонарда Вельгарда в дуэли, показав мастерство магии и фехтования, — продолжил княжич и негромко хмыкнул. — Вот за это я должен вам отдельно выразить благодарность. Терпеть не мог этого напыщенного, заносчивого и жестокого индюка. Давно кто-нибудь должен был преподать ему хороший урок.
Не соврал тот мужчина на трибуне, когда говорил, что жирный блондин красиво и складно говорит. Я бы даже сказал, что он сильно преуменьшил ораторские способности княжича.
Первым делом Борвин напомнил о двух ситуациях, где я в глазах большинства выглядел в выгодном свете. Затем сразу показал, что разделяет моё отношение к одному из противников, при этом первым отдавая дань уважения, несмотря на разницу в статусе. Очень грамотный и толковый подход, с какой стороны ни посмотри.
— Не думал, что слухи об обычной академической дуэли разойдутся по столице, — слегка слукавил я, сказав полуправду. Судя же по взгляду толстяка, он это прекрасно понял. — Возможно, исключение из Академии пойдёт ему на пользу и заставит переосмыслить свою жизнь.
— Сомневаюсь, что такие люди меняются после одного поражения. Особенно учитывая, что он всеми силами пытался нанести вам смертельную рану, — Борвин качнул головой и на мгновение посмотрел в сторону остальных участников. — Но хотя бы теперь он знает, что всегда найдётся кто-то сильнее. Иногда даже этого достаточно, чтобы человек начал немного чаще думать перед тем, как открывать рот или поднимать оружие.
Я едва заметно кивнул, продолжая внимательно следить за собеседником.
Парень оказался куда интереснее, чем выглядел на первый взгляд. Причём дело было даже не в количестве информации, которой он располагал. Борвин прекрасно понимал, как именно ею пользоваться. Вместо того чтобы пытаться впечатлить меня собственным положением, он сразу начал искать точки соприкосновения.
Скорее всего, остальных шестерых он собрал примерно таким же способом.
Будет совсем неудивительно, если ещё до приезда княжич получил список всех участников и успел собрать информацию хотя бы о большей их части. Хотя нельзя было полностью исключать и другой вариант. Возможно, после последних событий моя популярность, действительно, выросла сильнее, чем я предполагал.
Как бы там ни было, один вывод уже можно было сделать точно. Борвин Кальден умел «обрабатывать» людей, а значит, рядом с ним стоило держать ухо востро вдвойне.
— Смею предположить, вы подошли ко мне не с целью просто познакомиться, — решил я перехватить инициативу в разговоре и сразу перейти к делу. — Особенно учитывая, что до этого вы подошли к шестерым молодым аристократам, объединив их в одну группу.
— Вы очень внимательны, Ваше Сиятельство, — обворожительно улыбнулся толстяк. Хотя, если внимательнее на него посмотреть, можно было увидеть, что, помимо пуза, у него были крепкие руки и ноги. Похоже, его физические данные я недооценил. — Раз мы перешли к делу, то сразу озвучу предложение. Я собираю группу людей, чтобы обойти северян в этой охоте и продемонстрировать им, что аристократы из других регионов Амрателя ничуть не хуже умеют охотиться на монстров.
— К слову, раз уж мы заговорили о происхождении, — я чуть наклонил голову и внимательнее посмотрел на Борвина. — Вас совсем не смущает тот факт, что я наполовину северянин? Всё-таки моя мать из рода Стернхольмов.
— А почему меня это должно смущать? — княжич приподнял бровь, после чего в очередной раз поправил лежащую на плечах меховую накидку. И зачем носить такую неудобную вещь, если она постоянно то сползает, то мешается? — Вы практически всю жизнь прожили в столице, учились там и вращались среди столичных аристократов. Одной крови недостаточно, чтобы человек вдруг начал думать так же, как местные. Насколько я слышал, до этой поездки вы практически не бывали на севере.
Я ничего не ответил, позволяя ему продолжить.
— Поэтому я как раз считаю вас куда ближе к нам, — Борвин развёл руками и бросил короткий взгляд на сидевших неподалёку северян. — У вас нет этого странного самомнения по отношению ко всем аристократам, родившимся за пределами Северного Края. Здесь многие почему-то искренне считают, что одного рождения среди снегов достаточно, чтобы быть лучше остальных.
Его голос на мгновение дрогнул, что не ускользнуло от моего внимания, но самого толстяка это никак не смутило.
— Именно поэтому нам и стоит держаться вместе, — продолжил княжич, снова улыбнувшись во весь рот. — Как ни крути, для большинства здесь мы всё равно останемся чужаками. А когда вокруг находятся люди, которые смотрят на тебя как на незваного гостя, никогда не знаешь, что им взбредёт в голову. Лучше заранее иметь рядом тех, кому хотя бы есть смысл прикрывать тебе спину.
Логика в его словах определённо присутствовала.
— Допустим, — я медленно кивнул и скрестил руки на груди. — Тогда другой вопрос. Чего именно вы хотите добиться победой на Рубеже? Не думаю, что княжич приезжает сюда просто ради красивой истории, которую потом можно рассказать за ужином.
Борвин несколько секунд смотрел на меня, после чего тихо усмехнулся.
— Не люблю предрассудки, Ваше Сиятельство, — он отчего-то опустил взгляд на снег и носком сапога провёл по его поверхности. — И прежде чем вы спросите: нет, мои слова о северянах им не противоречат. Я прекрасно знаю, насколько они хитры и насколько не любят чужаков. Это не слухи и не байки других аристократов. Мой род не первый год ведёт дела на севере.
Следом за этим он поднял взгляд и многозначительно посмотрел на меня.
— Вот только лучший способ изменить отношение к себе — доказать, что вы ничуть не хуже тех, кто смотрит на вас сверху вниз, — продолжил княжич. — Северный Край богат не только монстрами и Подземельями. Здесь огромное количество свободных земель. Причём земель хороших, которые можно развивать десятилетиями и всё равно не использовать весь их потенциал.
Вот теперь события приняли интересный оборот.
Я перевёл взгляд в сторону леса и на несколько секунд задумался. В общих чертах мысль княжича была понятна. Формально ничто не мешало императору передать свободные земли любому отличившемуся роду, даже если его родовое поместье находилось на другом конце Амрателя. Тут всплывала совсем другая проблема.
Северяне не любили чужаков, а значит, новый сосед вряд ли мог рассчитывать на спокойную жизнь и тёплый приём. Старейшинам даже не пришлось бы открыто нарушать императорскую волю. Достаточно не помогать новому роду, закрывать глаза на мелкие конфликты, усложнять торговлю и раз за разом напоминать окружающим, что рядом поселились чужаки.
Рано или поздно земля превратилась бы из награды в постоянную головную боль.
Пришлось бы либо десятилетиями бороться за каждую мелочь, либо плюнуть на всё, покинуть владения и попытаться продать их тому, кто, действительно, способен здесь закрепиться. Скорее всего, одному из северных родов.
А вот если заранее продемонстрировать силу, ситуация менялась в лучшую сторону.
Рубеж для этого подходил практически идеально. Если представитель чужого рода приезжал на север и умудрялся показать себя лучше местных охотников, относиться к нему как к бесполезному столичному неженке становилось намного сложнее. Косые взгляды никуда не исчезнут, но хотя бы появится какое-никакое уважение.
Дальше оставалось только закрепиться.
Пара браков с местными родами, несколько детей со смешанной кровью, совместные походы, торговля, участие в местных делах, включая охоту и защиту границ, и вот через два-три поколения никто уже особо не вспомнит, что когда-то этот род считался здесь чужим. Хороший способ в кратчайшие сроки в разы увеличить мощь и влияние своего рода.
— Неплохой расчёт, — наконец произнёс я. — Победа на Рубеже даёт репутацию, репутация упрощает отношения с местными родами, а дальше можно постепенно закрепляться на севере. Долгосрочное вложение, зато результат того стоит.
— Рад, что вы понимаете, — улыбка Борвина стала немного шире. — Большинство почему-то думает только о ближайшем годе. Иногда полезнее посмотреть на десять, двадцать или даже пятьдесят лет вперёд. Так что уверен, каждому из нас данное мероприятие будет очень выгодно, и поэтому я предлагаю вам объединиться. Вместе у нас больше шансов продемонстрировать свою силу и показать сплочённость.
Я слегка улыбнулся в ответ, но внутри уже начал разбирать его слова по частям.
Нет, выгода, действительно, просматривалась слишком хорошо, чтобы считать всё сказанное ложью. Вполне возможно, род Кальденов и, правда, отправил княжича на Рубеж именно ради будущего закрепления в Северном Крае. Только меня смущало другое.
Каждый раз, когда Борвин говорил о северянах, в его голосе проскальзывало слишком много неприязни. Он пытался её скрыть, возвращая прежнюю улыбку, однако пару раз я за ним это заметил. Да и сама выбранная им тактика выглядела странно.
Северяне ценили личную силу, а не коллективную. Я успел понять это за считаные дни. Конечно, умение собрать вокруг себя людей тоже имело значение, особенно для будущего главы рода, однако выйти на Рубеж сразу в окружении шестерых союзников было не лучшим способом доказать собственную силу.
Борвин не мог этого не знать. Значит, либо победа и уважение северян являлись для него второстепенной целью, либо он рассказал мне далеко не всё. Причём что-то мне подсказывало, что оба эти варианта верны на сто процентов.
Я посмотрел на стоявших неподалёку аристократов, которые время от времени бросали взгляды в нашу сторону, затем снова перевёл внимание на княжича.
— В любом случае благодарю за предложение, — произнёс я и коротко кивнул. — Ваша логика мне понятна, да и иметь союзников на Рубеже, действительно, полезно. Однако присоединяться к вашей группе я не стану. Предпочту охотиться самостоятельно.
На несколько секунд между нами повисла тишина. Улыбка Борвина никуда не исчезла, однако его взгляд изменился.
Поделится в соц.сетях
