Вечно голодный студент 10
Аннотация
Костян решил вернуться к истокам, видимо, подзабыв, почему он вообще от них оторвался.
Но жизни свойственно освежать память людей, вдобавок, наделяя их новыми незабываемыми воспоминаниями.
Впереди его ждёт встреча с почти позабытым прошлым, с демонами, что остались позади, с людьми, которых он бросил, а также со старыми угрозами, о которых он старался не вспоминать.
Смертельных врагов гораздо больше, чем ожидалось, жизнь всё так же имеет точную меру в количестве патронов и запасе килокалорий, звери злее и голоднее, а люди всё так же готовы ради выживания на всё.
В некоторые двери лучше не заходить...
Автор: RedDetonator
Цикл: Вечно голодный студент
Предыдущие книги этой серии:
Вечно голодный студент 9
Вечно голодный студент 8
Вечно голодный студент 7
Вечно голодный студент 6
Но жизни свойственно освежать память людей, вдобавок, наделяя их новыми незабываемыми воспоминаниями.
Впереди его ждёт встреча с почти позабытым прошлым, с демонами, что остались позади, с людьми, которых он бросил, а также со старыми угрозами, о которых он старался не вспоминать.
Смертельных врагов гораздо больше, чем ожидалось, жизнь всё так же имеет точную меру в количестве патронов и запасе килокалорий, звери злее и голоднее, а люди всё так же готовы ради выживания на всё.
В некоторые двери лучше не заходить...
Автор: RedDetonator
Цикл: Вечно голодный студент
Предыдущие книги этой серии:
Вечно голодный студент 9
Вечно голодный студент 8
Вечно голодный студент 7
Вечно голодный студент 6
Ознакомительный фрагмент
Глава первая. Частичный успех
*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 7 декабря 2028 года*
— Ну, не получилось до двухсотого, меа кульпа, блин, — сказал я. — Но…
Поднимаю указательный палец и залпом выпиваю остатки вишнёвого компота, на 40% состоящего из чистого сахара.
— Но, кхм-кхм, — продолжил я, поставив кувшин на стол, — 165-й левел — это тоже круто. Во всяком случае, теперь Зулуса не так просто замочить — после битвы с бегемотом ему, я полагаю, вообще никто не страшен.
— И всё же, ты не выполнил план, — сказал Проф.
— Пассажир попался сложный — сам Зулус не горел желанием качаться, — ответил я ему. — Ещё на полпути хотел свалить — увидишь в нарезке.
Нарк сейчас сидит в своей киберсычевальне и делает нарезку из отснятого материала — весь Волгоград уже знает, что мы вернулись, поэтому с нетерпением ждёт новое «кино».
— Эффективность твоей методологии, насколько мне известно, не зависит от желания или нежелания обучаемого, — напомнил Проф.
— Зулус — это особый случай, о который моя легендарная методология сломала зубы, — признался я. — Да я бы и заставил его качаться дальше, но у нас же случился форс-мажор — целых два беззащитных КДшника на нашу шею…
— Да, это частично извиняет твой провал, — произнёс Проф.
— Дедуль, ты там не был! — воскликнул я. — Там случился не просто форс-мажор, а форс-моржовый! Мы оказались прямо на стыке двух цивилизаций разумных обезьян! Если бы мы полезли в залупу, кто-то бы точно погиб — либо обезьяны, либо Зулус!
— А ты? — спросил Майор.
— А я бы просто съебался, — ответил я.
— Пока что, нам сложно понять, о чём ты говоришь, — сказал Ронин.
Они тут сели на одну сторону стола, а меня усадили напротив: выглядит, будто это какая-то приёмная комиссия элитного института собеседует абитуриента.
— Посмотрите нарезки от Нарка — всё поймёте, — пообещал я. — Это просто пиз…
Дверь с грохотом отворилась, и в зал заседаний ворвался доктор Галыгин.
— МОЛОДОЙ ЧЕЛОВЕК!!! — проорал он мне в лицо. — ГОЛУБЧИК!!! СЕКУНДУ ВАШЕГО ВНИМАНИЯ!!!
— А чего вы орёте-то, доктор? — спросил я.
— Вы были старшим экспедиции в Африку?! — спросил Аркадий Львович.
Он покраснел, выпучил глаза и держит свою клюку, как дубинку.
— Да, я, — подтвердил я. — Но в чём дело?
— Ваш подопечный, Осипов, сказал, что у вас были многочисленные контакты с РАЗУМНЫМИ МАРТЫШКАМИ-ГУСАРАМИ И ДОГЕРОВСКИМИ ПАВИАНАМИ! — прокричал доктор Галыгин.
— Ну, не прямо контакты… — произнёс я. — Так, лёгкий петтинг…
— ЧЕГО?! — вопросил доктор Галыгин. — Голубчик, ваши шутки сейчас неуместны!
— В чём вопрос-то? — спросил я. — Мы что, заразу какую-то принесли или что?
— Да какие, к чертям, заразы?! — патетическим тоном воскликнул директор НИИ КД. — Вы не принесли ничего!!! А вы должны были взять живьём хотя бы полдюжины особей! Вы должны были связать их и доставить во Фронтир!!! Где?!
Развожу руками.
— Вопиющая некомпетентность! — выкрикнул доктор Галыгин. — Скандал! Лев Арсеньевич! Вы кого отправляете в настолько важные экспедиции?! Вы вообще понимаете, что мы упустили?! Мартышки-гусары, освоившие язык жестов — это нонсенс! Это прорыв! А ваши бестолочи даже не подумали! Не подумали!
— Но, Аркадий Львович, мы же… — начал растерянный Проф.
— Я требую немедленно поднять в воздух самолёты! — воскликнул Галыгин. — Нам нужны обезьяны каждого вида, не менее чем по двадцать голов! Поднимайте в небо бомбардировщики, истребители, вертолёты, танковые армии — всех! Мы должны получить этих приматов в достаточном количестве!
— А зачем? — спросил Майор.
— Он спрашивает меня «зачем»… — проговорил доктор Галыгин, а затем развернулся и покинул кабинет.
— Что я не так сказал? — спросил Майор и посмотрел на меня.
— А я откуда знаю?! — спросил я вместо ответа. — Он на меня, вообще-то, наорал!
— Всем успокоиться, — велел Проф. — Нам нужно смириться с особенностями характера Аркадия Львовича, потому что…
— Да, знаем-знаем… — сказал я на это. — Наука, открытия, технологии и все дела…
— Именно, — кивнув, подтвердил Проф.
В дверь деликатно постучали.
— Войдите, — разрешил Проф.
Дверь приоткрылась и внутрь заглянула женщина в медицинском халате и колпаке.
— Доктор Галыгин попросил меня сообщить Константину Новикову, что мы ждём его через тридцать минут, в НИИ КД, — сообщила она.
— Блядь… — прошептал я. — Ладно, сообщение получил…
— Сколько можно это выносить? — спросил Ронин.
— Столько, сколько потребуется, — ответил Проф. — Галыгин эффективен и демонстрирует новые результаты почти каждую неделю — как он говорит, мы лишь в самом начале пути познания этих неизвестных наномашин.
— Вот, кстати, об этом, — заговорил я. — Это, конечно, круто, но в моей жизни от знания этого факта не изменилось ничего. Всё это интересно, но где практическое применение этих знаний?
— Практика будет потом, — сказал на это Проф. — Аркадий Львович работает в абсолютно новом направлении — нет никаких теорий, никаких фундаментальных работ, описывающих это явление, поэтому он, если иллюстрировать это метафорой, идёт сквозь темноту, находя в ней крупицы новых знаний. Но как только будет накоплен достаточный объём теоретических знаний, когда у нас появится научный фундамент, то сразу же появится и практическое применение. Если мы как-то сможем управлять этими наномашинами…
В зале заседаний повисла глубокомысленная тишина.
Я попытался представить себе, что мы могли бы проворачивать, появись у нас возможность управлять этими наномашинами — возможности практически безграничны.
Во время отпуска я читал кучу научно-фантастических романов, включая «Пространство Откровения» Аластора Рейнольдса, в котором, как раз, освещаются наномашины и их ебейшая опасность для человечества.
И вот, благодаря этой «твёрдой» научной фантастике, как её назвал Нарк, я теперь могу себе представить, что может стать возможным при получении контроля над наномашинами.
Возможно станет создание вещей практически из нихуя, ну, то есть, формирование искусственных структур из сырья и энергии, прямо на глазах у человека — практически всё, что угодно.
Наномашины уже делают это, но с живыми существами, что, по словам того же доктора Галыгина, гораздо сложнее, потому что живое существо — это непрерывно работающий самоподдерживающийся процесс, а не какая-то статичная структура, как какой-нибудь камень. И задача наномашин, которую они уже выполняют в КДшниках — это ремонт и модернизация работающего двигателя на ходу, прямо в процессе его работы.
Нарк, с которым я обсуждал эту тему, возражает Галыгину в их необъявленном споре, что есть некая проблема «толстых пальцев», (1) поэтому наномашины для биологических структур гораздо легче в реализации, ну, а дальше началась словесная перепалка, Аркадий Львович назвал Нарка идиотом, тот назвал его маразматиком, и понеслась…
Я в этих научных диспутах не участвую, потому что я простой человек, но наблюдать за этим интересно, так как видно, что умные люди пытаются доказать друг другу какие-то важные вещи.
— Но это, пока что, только теории, — сказал Ронин.
— Какие ещё, блядь, теории? — спросил Майор. — Львович доказал существование наномашин!
— Товарищи, не отклоняемся от темы, — призвал Проф. — Мы собрались здесь, чтобы обсудить частичный провал задачи Студика.
— Ну, дед, ты не гони лошадей, ладно? — попросил я его. — Сначала вам нужно ознакомиться с видеоматериалами, а уже потом делать выводы, провалился я, частично провалился или вообще фантастически преуспел. Я видел такое, что вам, людям, даже и не снилось… Лучи председателя Си, разрезающие ворота Хайзенберга…
— Хорошо, мы ознакомимся с собранными тобою данными, — пообещал Проф. — Тогда объявляю это заседание закрытым — да, что-то мы поторопились.
— Давно не собирались, наверное, — улыбнувшись, предположил Ронин.
— Если хотите почаще собираться своим скуфско-дедовским комьюнити, то для этого необязательно выдёргивать на эти сборы меня, — сказал я на это. — Я был сорван, буквально, с женщины… Никакого уважения, блядь…
Встаю из-за стола и покидаю кабинет.
Захожу в лифт и поднимаюсь на свой этаж.
— Бля, Студик!!! — крикнул увидевший меня Нарк. — Люди! Вместе! Сила! Ха-ха-ха!
— Ха-ха! — посмеялся я. — Какой чудесный день!
— Это разъёб! — сообщил мне Нарк. — Возможно, это будет лучший выпуск «В мире животных со Студиком»!
— Возможно, — не стал я спорить и приоткрыл дверь своего номера. — Мне надо, это самое…
— Да-да, конечно! — ответил Нарк. — Увидимся на ужине!
— Обязательно, — сказал я и закрыл дверь за собой.
Лапша лежит на нашей кровати, с бокалом вина в руке, и смотрит на телевизоре не редактированную запись из моей GoPrо, которая работала почти всё время.
— Почему мы не ходим в совместные рейды? — спросила она, когда я лёг рядом.
— Разговаривай об этом с Профом, — ответил я ей. — Ты же уже выплатила виру, поэтому непонятно, чего мы не ходим в совместку…
Вира за убийство Гадюки была выплачена в полном объёме ещё во времена, когда я был в египетском плену, поэтому все уже забыли, и претензий ни у кого нет.
— Поговорю, как появится возможность, — сказала она.
— Кстати, а где Палка? — спросил я. — Я её уже давно не видел и ничего о ней не слышал.
— Скучаешь? — поинтересовалась Лапша.
— Ты опять начинаешь свои доёбки? — нахмурившись, уточнил я.
— Я шучу, — улыбнувшись, ответила она. — Палка ушла на юг, через Афганистан. Тебя в тот день похитили персы, а больше мы её не видели. Возможно, она уже в Индии, а возможно, уже давно мертва — мне плевать.
— Ну и хрен с ней, — заключил я. — Можно было не пестрить мульку и жить нормально, но нет…
— Кто-то просто не может, — пожав плечами, произнесла Лапша. — Какие у тебя планы?
— На сегодня — моим планом являешься ты, — ответил я. — А вот дальше… Ну, я думал о том, чтобы наведаться в Иран и жестоко грохнуть ёбаного шахиншаха. А затем я хочу добраться до Египта и чуть менее жестоко грохнуть султана. И когда от их блядских держав останутся лишь прах и пепел, я думаю слетать в Новокузнецк.
— В Новокузнецк? — переспросила Лапша. — Я в деле.
— Тоже хочешь проведать старые края? — спросил я.
— Да, я скучаю по тем местам, — сказала она. — Щека, думаю, тоже захочет.
— И Фазан, и остальные, наверное, тоже, — произнёс я задумчиво. — Надо проверить тамошнее положение вещей и понять, зря мы улетели или не зря…
— Я уверена, что не зря, — ответила на это Лапша. — Останься мы там, у нас бы не было всего, что есть сейчас. Ни о каком Фронтире бы не шло и речи — помешали бы.
— Тоже верно, — сказал я. — Но хватит болтать — пора реализовывать план на сегодня…
*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, фазенда Студика, 9 декабря 2028 года*
— О-о-о, Славянидзе! — воскликнул я. — Проходи, дорогой! Садись за стол!
Бывший раб шахиншаха устроился во Фронтире по своей профессии: он в команде Нарка — работает инженером по производству дронов-камикадзе.
Я прямо с самого начала чувствовал, что он непростой, и так и оказалось — его «командировка» в Иран была особенной, скажем так, узкоспециализированной и не связанной с сельским хозяйством и строительством.
Он заметно поправился и мне непривычно видеть его не в мешке из-под картошки, который он обычно носил во время персидского рабства.
Сейчас он носит брендовые туфли, тёмно-синий деловой костюм с красным галстуком, с позолоченным держателем, а также зимнее пальто и меховую шапку. Эти шмотки делают его представительным на вид и больше ничего, кроме небольших шрамов на шее, не указывает на то, что он был невольником.
— Здравствуй, Студик, — приветствовал он меня. — А ты изменился.
— Кто бы говорил! — воскликнул я. — Да с таким луком тебя надо назначать министром финансов — это как минимум!
Проходим в беседку, где уже собралась вся наша компания: Лапша, Щека, Фура, Фазан, Шахром, Вин, Череп, Ронин, Майор и Зулус. А вот Проф не пришёл, потому что у него сегодня романтический вечер с Клавдией Вячеславовной.
— Специально для тебя и Майора — шашлык из курятины, — сказал я и поставил на стол поднос с шашлыком.
Курочка, как оказалось, имеет очень низкий «Энергетический уровень», поэтому малополезна для КДшников, но просто идеальна для нормальных людей.
Правда, для этого птицеводы хуярят птиц до того, как они успеют апнуть левелы, что очень нетрудно, при соблюдении технологии выращивания…
Недавно НИИ КД сделал открытие: учёные сумели понять, как разрешить нестыковку с прокачкой животных.
Раньше мы думали, что у них вообще нет прокачки, а есть только потребность в калориях, поэтому они очень быстро бустятся и становятся уберпрокачанными.
Но реальность оказалась иной: у них такая же система прокачки, что и у нас, но у них совершенно другое восприятие происходящего.
Например, если какой-нибудь условный свинопотам нашёл халявную еду, то интерфейс награждает его опытом, потому что у свинопотама нет никаких запасов на базе, он абсолютно один, никто не прикроет его, если он будет ранен, эвакуации из переплёта тоже не будет, да и вообще, это очень стрессово — жить, как животное.
Следовательно, почти за любую успешную добычу еды, которая поможет продержаться подольше, потому что это пиздец как важно и нет ничего важнее, животные вознаграждаются. Отсюда и буст в прокачке, который не отменяет победы над другими зверями и опыт, положенный за это.
А мы, люди, мы другие: у нас есть планирование, есть запасы, есть помощь коллектива, мы почти никогда не одни, а это значит, что риски совсем не те, ведь на кон поставлено далеко не всё.
Бывали у нас периоды, когда отсыпало горы опыта за то, что мы что-то сделали для коллектива — учёные НИИ КД склоняются к выводу, что это тот же механизм, что вознаграждает животных за их успехи в выживании.
То есть, наша беда в том, что мы умные и продуманные, а животные тупые и живут одним днём, буквально, здесь и сейчас.
«Горе от ума, короче говоря», — пришёл я к выводу.
— Ты сейчас отдыхаешь? — спросил Славян. — Или скоро снова в рейд?
— Не в рейд, а на фронт, — ответил я, а затем услышал, как калитка вновь скрипнула. — О-о-о, май гад! Настюха, Хабуун! Проходите! Ребята, подвиньтесь!
Настюха крепко обняла меня, а затем к нам присоединилась Хабуун. Это вызвало неопределённый взгляд со стороны Лапши, но мне похуй — у нас с этими двоими особо крепкая эмоциональная связь. Пусть наши взаимоотношения строго платонические, но я сильно привязался к ним, что нормально, если вспомнить, сколько времени мы провели вместе и в каких условиях были.
— Алкоголь вам уже можно? — спросил я, достав из-под стола две бутылки бурбона.
— Ещё нельзя, — ответила Настюха.
— Вин, сходи за напитками, — попросил я.
— Конечно, — ответил тот.
— Ну, как дети? — спросил я у двоих негритянок.
— С ними всё хорошо, — ответила Хабуун.
— А вы можете говорить на русском? — спросил недовольный Щека.
— Не можем, — ответил я ему. — Они же не умеют!
— А-а-а, окей, — кивнув, произнёс Щека. — Это какой язык вообще?
— Арабский, — сказал я.
— Ага… — изрёк он. — Ладно.
— У остальных как дела? — спросил я у Хабуун.
— С ними тоже всё в порядке, — сообщила она мне. — У Ковсар были осложнения при родах, но врачи спасли её и она сейчас восстанавливается. А Дахабо, Аниса и Лейла ещё не родили.
— Меня радует, что всё хорошо, — улыбнувшись, сказал я. — А с работой как?
— Пока что, мы не работаем, — ответила Настюха. — Мы ходим на языковые курсы и учим русский язык. А потом нам нужно будет пройти профессиональное обучение и тогда можно будет работать в теплицах или на фабрике.
— Вы молодцы, — похвалил я их. — Нет, всё-таки, я очень рад, что сумел довезти вас досюда…
— Мы тоже рады, босс, — улыбнувшись, ответила Хабуун. — Это ведь твоя женщина?
Она взглядом указала на Лапшу.
— Да, — подтвердил я.
— Она очень красивая, — произнесла Настюха.
— Она говорит, что ты очень красивая, — сообщил я Лапше.
— Спасибо, — поблагодарила её Лапша на арабском.
— Здесь что, арабский знают все, кроме меня?! — возмущённо спросил Щека. — И хватит болтать — пора жрать!
Он начал стучать вилкой по столу.
— Жрать-жрать-жрать! — начал он скандирование.
— Да несу уже! — крикнула Хумай Мердановна, находящаяся в зоне гриля. — Потерпи, Борис!
— А еды точно хватит на всех? — спросила Фура.
— Да не парься — Хумай Мердановна хорошо знает, с кем имеет дело, — заверил я её. — Она готовит плов в 250-литровом казане, поэтому лучше парься о том, сможешь ли ты доесть всё…
— Вин, ты чего ходишь без дела?! — спросила Хумай Мердановна. — Берись за казан и неси его к столу!
— Да, как скажете, — ответил тот. — Сейчас, только бутылки отнесу…
А дальше началось противоестественное для любого нормального человека зрелище: КДшники начали жрать плов, орудуя большими ложками.
Особенно неестественно выглядят Фура и Лапша, одетые в вечерние платья и сейчас азартно жрущие плов, не отставая от остальных.
— Ох, надо было качать «Аппетит»… — прошептал тяжело дышащий Зулус.
— Ужас… — прокомментировал всё происходящее Славян, а затем аккуратно откусил кусочек куриного шашлыка.
— Согласен… — ответил ему Майор.
— Ужасно вкусно! — воскликнул Щека. — Хумай Мердановна, выходите за меня замуж!
Фура дала ему подзатыльник.
— Да чего такого?! — возмущённо вопросил он.
— Это взрослая женщина — ты думай, что говоришь! — ответила ему Фура.
— Это же недостающее звено в нашем комбо! — заявил Щека. — Ты, я, Хумай Мердановна и плов…
— Я уже занята, — ответила ему моя главный повар.
— А жаль, — с сожалением произнёс Щека. — Но если вы будете открыты для предложений, то…
Он изобразил пальцами жест «Позвони мне».
— Ты, Студик, абсолютно незаслуженно имеешь неограниченный доступ к этой пище олимпийских богов, — сказал он мне. — На твоём месте должен был быть я!
— Надо почаще ходить в рейды, — ответил я ему.
— Кстати о рейдах… — начал Майор. — Хотя, нет, обсудим это в следующий раз. Хумай Мердановна, шашлык великолепен!
— Спасибо, — ответила она.
— Да, о рейдах лучше в другой раз, — произнёс поддатый Ронин и налил себе ещё одну порцию бурбона.
Алкоголя у меня дома просто дохрена — в подвале хранятся стратегические запасы, которых хватит, чтобы заставить спиться целую роту нормальных людей.
В ворота кто-то деликатно постучал, а затем створка приоткрылась, и из-за неё показалось лицо Хлои.
— Хлоя, родная!!! — воскликнул я радостно. — Проходи!
— Вы уже начали? — спросила она, войдя во двор.
— Еды ещё дохрена — присоединяйся! — позвал я её. — Товарищ Майор, подвинься!
Хлоя присоединилась к нам в беседке.
— Ну, что новенького? — спросил я у неё.
— Всё, — ответила она. — До сих пор не могу привыкнуть.
— Ну, со временем привыкнешь, — сказал я ей.
Она живёт в «Хилтоне», как боевая КДшница, которая скоро начнёт ходить в рейды — оценка, проведённая Ронином и Профом, показала, что она годится.
— А в остальном? — спросил я.
— Есть сложности с изучением языка, — призналась Хлоя.
— Тоже проходит со временем, — улыбнувшись, сказал я. — Короче, нет времени болтать — угощайся пловом!
Она присоединилась к этому противоестественному действу, не уступая в этом Лапше и Фуре, которые продолжают перемалывать плов прежним темпом.
— Итак, что планируете делать завтра? — спросил Вин, когда в казане осталось чуть меньше половины объёма. — Предлагаю сходить в кино ближе к вечеру. Будет показ «Убойных каникул».
— Охрененно! — ответил я. — Я в теме!
Обожаю этот фильм с детства — мне, в силу возраста, нельзя было его смотреть, но я смотрел, потому что бабушка не особо шарила в возрастных рейтингах и прочем…
— Я не смогу, — сказал Череп. — И Фазан тоже не сможет.
— Да, блядь… — согласно покивав, произнёс Фазан. — Летим в Тегеран — нужно перевезти роту армейцев туда, а оттуда перевезти роту сюда.
Ополченцы не могут воевать постоянно, а в Иране у нас как раз такая война, поэтому систематически проводится ротация, чтобы они не чокались и пореже выгорали.
— А послезавтра вообще пиздец — придётся лететь в Африку… — добавил Фазан.
— Да, устроили вы с Зулусом, блядь… — произнёс недовольный Щека. — Могли бы не записывать этих бабуинов — Галыгин бы ничего не узнал!
Щека, Фура, Вин, Шахром и Зулус летят в ЦАР, чтобы поймать там нужное количество мартышек-гусар и анубисов, необходимых доктору Галыгину для исследования их интеллекта.
— Зато какое зрелище… — сказала Лапша.
— Люди. Вместе. Сила, — проговорил Вин. — Ха-ха-ха! Блядь, Нарк жжёт…
— Причём здесь Нарк? — спросил Зулус.
— Ну, субтитры же он написал, — недоуменно посмотрев на него, ответил Вин.
— Не-не-не, бро, — сказал я. — Вот этот жест — это, буквально, «Люди. Вместе. Сила».
Жестикулирую то самое выражение.
— Да?! — удивлённо вопросил Вин. — Бля, тогда это ещё круче!
Хлоя жестикулировала мне:
«Какой чудесный день!»
— Ха-ха-ха! — рассмеялся я, а затем ответил ей жестами. — «Какой чудесный день!»
— Надо тоже выучить этот ваш язык, — сказала Лапша. — Будет полезно на рейдах…
— Кстати, да, — согласился с ней Майор. — Надо ввести это в обязательный курс подготовки!
— Бля-я-я-я… — протянул Щека. — Ну, вот зачем?!
— Это тупой вопрос, — ответил ему Майор. — Почти такой же тупой, как ты. Это полезный навык, который открывает возможность общаться бесшумно.
Он достал из нагрудного кармана кителя блокнот и начал в него что-то записывать.
— Найти человека, владеющего жестовым русским языком… — проговорил он. — Да, вечер проходит не зря! Вы говорите-говорите!
— Студик, больше никакой хуйни, окей? — попросил меня Щека. — Я в рот полоскал эти рэперские распальцовки!
— Мне холодно, — сообщила Настюха.
— Тогда заходите в дом! — сказал я. — Сегодня точно ночуете у меня, а завтра вас отвезёт мой водитель.
Вчера Проф торжественно вручил мне ключи от внедорожника Hongqi E-HS9 — я о таком раньше никогда и не слышал, но это электричка, бенза не нужна, внутри кожа-рожа, подсветка, дисплеи и прочий шлюкс.
Это очевидный предмет роскоши, который мне в хер не упёрся, поэтому он стоит в гараже большую часть времени, но иногда им пользуется обслуживающий персонал моего коттеджа.
— У тебя есть водитель? — спросила Фура.
— Ага, Сергей Иванович, — ответил я ей. — Он у меня и завхоз, и мастер на все руки, а теперь ещё и штатный водитель.
Это муж Елены Викторовны, которая является в этом доме третьим человеком по важности, после меня и Лапши — из-за того, что я редко тут бываю, мне особенно заметно, при каждом визите, как разрастается эта обслуживающая мой коттедж социальная конструкция…
В коттедже постоянно живут Елена Викторовна, Сергей Иванович, Хумай Мердановна, летом заселяется Валентин Георгиевич, штатный садовник, и периодически приходит Ирина Игнатьевна, занимающаяся цветами, также тут, как выяснилось, тусовались Щека и Фура, пользовавшиеся благами, пока меня не было.
Сейчас улечу куда-нибудь на год-полтора, а тут сама собой возникнет целая компания по обслуживанию окрестных коттеджей, со штатом на сотню человек…
Меня всё это устраивает, потому что со всеми этими людьми мне всегда можно вернуться в мой дом, в котором тепло и уютно.
— Я хочу сказать тост за Фронтир! — проговорил вставший Ронин. — За Фронтир!
Примечания:
1 — Проблема «толстых пальцев» — в эфире, сходу, рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь?!» — это аргумент, приведённый учёным Ричардом Смолли в его полемике с Эриком Дрекслером, согласно которому, у нанороботов-сборщиков есть фундаментальные проблемы, делающие их появление невозможным. Он привёл в пример «толстые пальцы» и «липкие пальцы»: суть в том, что наноробот-сборщик, действуя в процессе химической реакции, должен учитывать влияние перемещения атома на соседние атомы, а это значит, что ему нужно будет множество манипуляторов. Учитывая, что манипуляторы размером меньше атомов не сделать, то в нанометровой реакционной зоне просто физически не хватит места для размещения всех этих манипуляторов, что и выражено в виде формулировки «толстые пальцы». А «липкие пальцы» — это проблема, основанная на межатомных связях, ведь если допустить, что все эти манипуляторы сделали, то атомы, которые они должны перемещать, будут прилипать к атомам манипуляторов, что сделает невозможным их адекватное и точное размещение. Дрекслер ответил уклончиво: «Иди нахуй». Шучу, конечно, потому что он привёл контраргумент — рибосому. Научно установлено, причём очень давно, что рибосома собирает аминокислоты в атомарно точный полипептид, напрямую не взаимодействуя с отдельными атомами, поэтому аргумент Смолли — это полная хуйня. Смолли парировал: «Да ты просто пидр!», а Дрекслер ответил: «А может, это ты пидр?» Короче, как всегда, спор закончился ничем и обе стороны остались при своих, но если внимательно изучить ход этого спора, то Смолли дал задний на убийственном примере с рибосомой, а потом сместил весь спор в другое поле — «А можем ли мы, в принципе, манипулировать ферментами?» Ну, то есть, тут налицо лёгкая демагогия с переходом в более общее поле, что Дрекслер отлично увидел и понял, что с этим типом просто бесполезно спорить, так как он так и будет дальше уводить всё на всё более общие пространства, что может продолжаться бесконечно и не приведёт ни к чему. Все, конечно, остались при своих, но Дрекслер, в ходе спора, выглядел чуть получше.
Поделится в соц.сетях
