Системный Друид. Том 6
Аннотация
У меня появился удивительный шанс — я получил новую жизнь в мире, полном магии. Вот только это далеко не сказка, и мне придётся стать сильнее, чтобы выжить в этом опасном мире.
Пока рядом лес, а он может многому меня научить, и я готов к постижению нового. К людям идти ещё рано, а лес таит в себе не только опасности, но и возможности. Отступать я никогда не умел. Посмотрим, что он может мне дать еще.
Авторы: Оливер Ло, Ткачев Андрей
Цикл: Системный Друид
Предыдущие книги этой серии:
Системный Друид. Том 5
Системный Друид. Том 4
Системный Друид. Том 3
Системный Друид. Том 2
Системный Друид
Пока рядом лес, а он может многому меня научить, и я готов к постижению нового. К людям идти ещё рано, а лес таит в себе не только опасности, но и возможности. Отступать я никогда не умел. Посмотрим, что он может мне дать еще.
Авторы: Оливер Ло, Ткачев Андрей
Цикл: Системный Друид
Предыдущие книги этой серии:
Системный Друид. Том 5
Системный Друид. Том 4
Системный Друид. Том 3
Системный Друид. Том 2
Системный Друид
Ознакомительный фрагмент
Глава 1. Слепые зоны
Спуск начался на рассвете. Гильдейским клеркам было откровенно плевать на какую-либо слаженность отрядов, поэтому они сбили нас в общую кучу вместе с тремя командами авантюристов третьего и четвёртого рангов. До развилки первого этажа всем предписывалось топать единой массой ради снижения потерь от стартового давления местных тварей, ну а дальше каждый отряд мог спокойно уходить по своему маршруту. Все равно внутри Подземелья уже невозможно было контролировать деятельность авантюристов.
Едва мы миновали каменную арку входа, я сбавил шаг, оценивая новый фон. Сквозняк принес тяжелую влагу и густой дух перегноя пополам со смолой. Подземелье за водопадами в Пределе встречало едкой минеральной сушью, а здесь легкие мгновенно наполнились сыростью живой экосистемы.
Ивара в моей душе ответила короткой пульсацией. Серебристые нити под кожей разогрелись, распознав эту среду как нечто родственное, пусть и насквозь отравленное искаженной маной.
На середине первого яруса, там, где выщербленный базальт переходил в сплошной корневой настил, навстречу нам вышли люди.
Их оказалось пятеро. Двое тащили на себе повисшего товарища, закинув его руки себе на плечи, пока раненый переставлял сапоги на чистом воинственном упрямстве. Если сейчас упадет, то больше не встанет, и он сам отлично это понимал. Бедолага судорожно зажимал разодранный бок, ткань куртки там давно пропиталась влагой и лоснилась в свете факелов.
Белесые бегающие зрачки полностью игнорировали нас и цеплялись лишь за очертания тоннеля впереди. Мужики, судя по их виду, совсем недавно вырвались из плотной мясорубки, и еще не сообразили, что прямо сейчас от них не пытаются откусить кусок.
Идущий в авангарде старший даже не подумал сбавлять шаг при нашей встрече. От плаща командира остались разодранные полосы, а стальной наплечник был чудовищно деформирован ударом чего-то массивного. Выхватив взглядом нашего десятника, мужик лишь процедил на ходу:
— Четвёртый этаж завален, западная галерея рухнула. Пятый не пройдёте, там распространился газ или ядовитый туман, без сильного мага воздуха сдохнете на первых двадцати шагах. Шестой мы даже не видели.
Авантюрист сплюнул в сторону и повел своих выживших к выходу, не ожидая от нас лишних расспросов. Я молча кивнул ему в спину. Любые сведения, щедро оплаченные чужой кровью и отданные встречным, стоили под землей на вес золота. Наш временный десятник рассуждал так же: он черкнул что-то углем на полях походной карты и махнул рукой вперед.
Первый и второй этажи мы прошагали плотным строем. Местные агрессивные порождения — жутковатые, скрюченные создания с хитиновыми пластинами и шипами вместо кожи — постоянно бросались на строй из боковых ниш, пытаясь попробовать нас на прочность.
Пришлось подстраиваться под заданный темп сборного отряда. На этот раз я обошелся без призыва лозы и электрических разрядов. Крепко перехватил трофейный короткий меч, который был со мной еще со времен противостояния с де Валлуа, пуская в ход наработки Ирмы. Жесткий прием туши на клинок, немедленный уход с траектории когтей, быстрый тычок в мягкую плоть под нижней челюстью монстра. Необходимый минимум движений без показухи, лишняя слава среди этой публики мне сейчас даром не сдалась.
Ран неотступно держалась позади моего правого плеча. Вся эта «приветственная компания» не представляла для полноценной кицунэ никакой угрозы, так что тратить ману на разрушительные техники лисица не собиралась. Девушка скользила по влажному камню совершенно беззвучно, избегая летящих шипов с откровенно раздражающей ленцой. В общую драку спутница благоразумно не совалась. Лишь однажды она мимоходом ударила в шейные позвонки попытавшейся обойти нас твари, ударив ту ребром ладони, а затем долго и с искренней брезгливостью оттирала перепачканные пальцы о скальную породу.
Остальные авантюристы подозрительно косились в нашу сторону. Ран по уговору продолжала глушить свою тяжелую ауру в глубине ядра. Любой местный сенсор выдавал бы в ней «балласт» второго ранга. Вот только в вечном сумраке катакомб её янтарная радужка раз за разом вспыхивала потусторонним хищным проблеском при свете фосфоресцирующих грибов. Люди от таких взглядов начинали инстинктивно дергаться.
Тем не менее вслух свои претензии они не высказывали. Подземные правила писаны кровью: если примкнувший к группе чудак справляется со своей зоной ответственности и не подставляет спины товарищей, его видовая принадлежность остается исключительно проблемой нанимателя.
Спустившись на второй ярус, мы остановились перед широкой развилкой, образующей подобие зала с высеченными в камне сливными каналами. Здесь наш временный союз распался. Командир нашего десятка увел людей по западному туннелю, а независимая тройка молча двинулась по прямому маршруту.
Сверив ориентиры с заранее приобретенной гильдейской картой, я свернул в восточный проход.
Коридор постепенно начал сужаться, заставляя иногда пригибать голову. Каменные стены из выщербленного базальта уступили место рыхлому песчанику. Из каждой трещины лезли узловатые переплетенные корни неизвестного происхождения. Эта органическая сеть плотно затягивала своды тоннеля, непрерывно источая мутную влагу.
Идущая позади Ран неожиданно замерла на полушаге.
Лисица в этот момент полностью игнорировала мое присутствие, несмотря на то, что я пытался привести ее в чувство. Её внимание целиком поглотила стена по левую сторону от нас, сплошь затянутая древесными волокнами. Девушка подобралась вплотную к наростам и прижалась к ним ухом. Ноздри кицунэ жадно втянули спертый воздух подземелья, после чего она осторожно прижала раскрытую ладонь к толстым жилам коры.
Моя спутница изучала преграду совершенно особым способом, не пытаясь пустить зондирующий импульс через корневища или нащупать ближайший магический резервуар. Зверь, насколько я мог судить, считывал структурную плотность самого камня. Ее сверхчувствительные рецепторы вычленяли из окружения ничтожные перепады температур и мизерные сквозняки, которые прошли бы мимо сенсорики любого мага. Инстинкты высшего хищника работали лучше любого пространственного сонара. На такое вряд ли способны сенсоры, которые зачастую идут в составе отрядов, чтобы заранее предупреждать об опасности.
Сделав пару шагов вправо, она опустилась на корточки и долго изучала основание сплетенного древесного узла под странным углом.
— Здесь, — тихо сообщила девушка, уперев острый ноготь в темную кору.
Приблизившись, я сфокусировал зрение. Издалека стена казалась сплошным природным щитом без единой бреши, но опытный взгляд все же цеплялся за детали. Между двумя особо массивными корнями проглядывал искусственный зазор, толщиной в несколько пальцев. Грунт под этим сочленением давно размыло скрытыми стоками, благодаря чему у самого пола образовалась сквозная щель.
Я опустился на холодную грязь и вжал раскрытую ладонь в землю под обнаруженным стыком. Орнамент Ивары на коже тут же отреагировал на мой мысленный посыл, пустив по предплечью горячую волну. Эфирный импульс беспрепятственно нырнул в почву, вырисовывая архитектуру скрытого за препятствием коридора.
Магический фон внутри стены не упирался в слепую заглушку, а круто переламывался, проваливаясь в черную глубину мощным концентрированным руслом. Перед нами обнаружился полноценный обходной путь из внутренней системы Подземелья.
Встретившись взглядом со спутницей, я лишь усмехнулся. Сердцевина этой зоны, как и знакомое мне изувеченное древо, функционировала как изломанный, но всё ещё живой организм. У подобных формирований всегда имелись свои скрытые артерии для отвода энергии. Такие стихийные протоки никогда не попадут в официальные реестры, поскольку их формировали не инструменты исчезнувших рас, а сама пульсирующая воля запечатанного. Тайная тропа в самое пекло, куда никто не сунется, кроме безумцев. Ну что же…
Отряхнув грязь с ладони, я поднялся на ноги. Девушка застыла перед узлом из корней в позе готового к броску леопарда. В ее расширенных зрачках читалось вполне конкретное нетерпение. Тратить время на пространные объяснения мы не собирались, отлично понимая намерения друг друга.
Крепче стиснув рукоять меча, я с силой вклинился правым плечом в переплетения. Влажная древесина натужно хрустнула, неохотно пропуская меня сквозь разорванные волокна внутрь провала с крутым уклоном. Из бездонной темени тянуло ледяным сквозняком и осевшей на губах минеральной пылью.
Выдохнув, я с усилием просунул грудную клетку сквозь оставшийся зазор. Юркая лисица проскользнула за моей спиной, не издав ни единого звука.
Стоило нам только пересечь эту природную границу, как разорванные жилы позади глухо скрежетнули. Стенки сплелись за нашими спинами в монолитный щит, намертво отрезая гул безопасных коридоров и погружая пространство в давящую тишину.
***
Узкий лаз закончился внезапно. Острый край сланца царапнул плечо сквозь плащ, я сделал последний шаг и протиснулся в щель, вывалившись на гладкую поверхность.
Разница между ярусами ударила по чувствам мгновенно. Давление горной породы исчезло вместе с извилистым коридором. Нас встретило по-настоящему просторное подземелье. Потолок терялся где-то высоко во мраке.
Местный воздух кардинально отличался от предыдущих уровней, вместо затхлой каменной крошки от него несло прелой землей да въедливым запахом древесной смолы. Легкие от этого густого аромата сами собой расширились для глубокого вдоха.
Сразу за выходом из скалы начиналась поляна. Настоящая, покрытая плотным изумрудным ковром из низкого мха. А прямо по центру кучно росли они.
Те самые цветы, ради которых гильдейские глашатаи срывали глотки на площади, обещая золото любому безумцу. Крупные бутоны на мясистых стеблях мерцали в полумраке пещеры изнутри, переливаясь от бледно-сиреневого к жемчужному. Их сияние успокаивало глаз, обходясь без агрессивных сполохов нестабильной маны. Добыча, за которую любой столичный алхимик отдал бы правую руку, была буквально в десяти шагах от нас, бери да складывай в пространственное кольцо.
Но я не двигался. Таежный опыт, выработанный на сибирских браконьерских тропах и окончательно вбитый в подкорку в Пределе, одернул за невидимый поводок. В этой поляне читался явный подвох. Растения располагались слишком симметрично для естественной дикой поросли. И именно эта неестественность настораживала больше всего.
Опустившись на одно колено, я стянул перчатку и вжал ладонь во влажный мох. Серебристый орнамент под кожей отозвался мгновенно. Я пропустил ману вниз. Сделал это предельно аккуратным щупом, постепенно погружаясь в структуру почвы через корневую сеть.
Картина, развернувшаяся перед моим внутренним взором, заставила стиснуть челюсти.
Внешний вид цветов оказался прекрасной ширмой для того чтобы заманить доверчивую добычу. Их корневая система вообще не планировала заканчиваться в полуметре под землёй. Мощные жилы уходили далеко вглубь базальта. Там они намертво сплетались с магистралями Лей-линий и разбегались по периметру зала, врастая прямо в несущие конструкции седьмого этажа. Местная флора выполняла, как бы это странно ни звучало, функцию арматуры. Она перераспределяла подземную энергию, физически удерживая своды этого циклопического пузыря от коллапса.
Срежь один бутон, переруби натянутый энергетический трос, и следом весь баланс немедленно рухнет. Изучать предел прочности этой экосистемы желания не было никакого, детонация одного манового узла на такой глубине запросто похоронит под каменными завалами не только меня. Всем кто жаждет наживки ярусами выше, тоже достанется и немало.
Ран зашла слева и остановилась у кромки мха. Девушка-хищница даже не подумала тянуть руки к манящим лепесткам. Её ноздри едва заметно расширились, считывая эфирные возмущения, недоступные слабому человеческому обонянию. Янтарные зрачки сузились, выхватывая невидимые линии силового напряжения в воздухе. Звериное чутьё наверняка выдало кицунэ ту же самую информацию, которую я почерпнул из корневой сети: вся эта живописная клумба представляла собой заряженный капкан. Уж очень настороженной стала моя спутница спустя пару мгновений.
Ран перенесла вес на одну ногу и скосила на меня выжидающий взгляд. Оспаривать моё право ведущего она явно не собиралась. Получается, я стал главой ее стаи? Ладно, подумаю об этом потом.
Я поднялся на ноги. Извлек из внутреннего кармана тетрадь с угольным стержнем, после чего быстро накидал схематичный эскиз. Указал координаты скрытой трещины, нанес разметку корневых магистралей под поляной, задокументировал замеры плотности магического фона. Слов минимум. Зато для оформления качественного гильдейского отчёта фактов предостаточно.
Мы добрались до цели и зафиксировали местоположение ресурса, приложив весомое обоснование для отказа от изъятия. Дальше пусть местные бюрократы бодаются с академическими магистрами. Захотят обрушить каменный свод себе на темечко ради гербария — флаг им в руки. Класть свою голову на плаху ради чужой жадности я не подписывался.
Тетрадь отправилась обратно за пазуху. Я развернулся к проходу в породе, собираясь скомандовать Ран на отход.
Мощный удар по разуму обрушился без предупреждения.
Ментальный блок, сдерживающий чужеродную память искалеченного древа, с треском лопнул. Сказалась, по всей видимости, губительная близость концентрированного подземного источника седьмого этажа. Период тишины оборвался в долю секунды.
Осколки многовековой агонии пробили брешь в рассудке. В виски ударили звуки лопающейся коры, надрывные вопли заживо замурованных духов и металлический лязг механизмов-пожирателей маны. Этот массив информации затопил мое сознание.
Пол начал уходить из-под ног, и я рухнул на колено, да с такой силой, что в суставах отдалась тупая боль. Ладони с размаху ударили по мху. Тело требовало найти в земле хотя бы крохотную физическую опору посреди бушующего внутри ментального шторма.
Ивара, я чувствовал, попыталась срочно перехватить эфирный удар. Увы, ресурсов ростка-симбионта не хватило для блокировки столь сокрушительного объёма концентрированного отчаяния. Плотину прорвало окончательно.
Моя собственная природная мана, раскаленная чужой невыносимой болью, слепым шквалом ударила по внутренним каналам. Энергия бесконтрольно выхлестнула из пальцев прямиком в податливый дерн. Могучая друидическая волна впечаталась в хрупкую экосистему поляны, затапливая корневые узлы. Местные магические контуры затрещали от перегруза, приняв в себя грязный эфирный слепок чужой вековой ярости.
Зрение смазалось серой пеленой. Краем глаза я успел выцепить движение Ран, кицунэ молниеносно отскочила назад.
Девушка даже не дёрнулась оказывать помощь. Её тело хищно сгруппировалось, а пальцы выпустили длинные когти. Мана-зверь буравила меня тяжелым изучающим взглядом. Она почуяла источник неминуемой агрессии и готовилась к обороне.
Ответ Подземелья последовал незамедлительно.
Почва в самом центре поляны угрожающе вздулась прямо между светящимися бутонами. Моховой ковер лопнул с мерзким звуком рвущейся ткани. Из черного провала ударил фонтан земли пополам с вырванными корнями. Следом на поверхность потащилось нечто, годами дремавшее под цветочной иллюзией.
Наверх лезло вовсе не изувеченное скопище агонии вроде того сломленного древа из каменного мешка. Из расщелины формировался монолитный аватар. Ядро этажа обретало физическую оболочку.
Из разлома показалась массивная холка, за ней появилась угловатая волчья морда. Наконец зверь выдрал свой колоссальный корпус из грунта. Существо в полтора человеческих роста состояло исключительно из толстых стеблей да пульсирующих маной древесных корней. Зеленая чешуя из плотного мха и россыпи светящихся бутонов формировала своеобразный защитный слой. Вся эта ботаника полностью заменяла хищнику звериную шкуру.
Глаза зверя угрожающе полыхнули изумрудным светом. Передо мной проявил себя жестокий инстинкт Хозяина территории. Защитный инстинкт отреагировал на незваного гостя, который взял, да влил в подземную корневую систему дикую дозу концентрированной эфирной боли. Скорее всего, это он считал это нападением на себя, а меня — агрессором.
Лесной волк глухо зарычал. Широкие плечи дернулись, стряхивая лишнюю комковатую грязь. Бутоны на спине твари предупреждающе вспыхнули, напрямую резонируя с возмущением ядра Подземелья. И тут уж не надо быть умником, чтобы понять, что страж седьмого яруса распознал в нас непосредственную угрозу собственному существованию.
Морда чудовища опустилась к базальту. Опутавшие мощные лапы лозы скрипнули от колоссального напряжения, готовясь швырнуть тушу вперед. Зверь атаковал, его тело рвануло с места, не оставляя времени на раздумья.
Бой в замкнутой чаше поляны пошёл вкривь и вкось с первой же секунды. Волк был огромен, но перемещался по своду вразрез с собственными габаритами. Слепой ярости обезумевшего зверя в его выпадах не наблюдалось, само Подземелье просчитывало наши маневры. Стоило мне сбросить ману в ладонь, как хозяин этажа смещал центр тяжести, уклоняясь от вздымающейся лозы за долю секунды до пробития мохового покрова.
Воздушные серпы Ран с визгом прочертили окружающее пространство. Лисица вложила в свою магию всю ущемленную злость хищника, ударив волка сбоку, откуда он ее не ожидал увидеть. Лезвия сжатого воздуха жестоко сбрили пласты дёрна вместе со светящейся порослью на боку твари. Мана-зверь не издал ни звука. Сплетение живых корней немедленно развернулось и обрушилось на девушку, отшвырнув кицунэ к базальтовой стене. Столкновение с каменной преградой сопроводил тошнотворный костный хруст.
Уплотнив плечевой сустав Каменной Плотью, я преградил твари путь и принял следующую разящую атаку на себя. Гранитный каркас отразил первичный скользящий выпад. Волк тут же довернул корпус, впечатав массивную вторую лапу прямо в мою грудную клетку. Доспех опасно продавился. Инерция отбросила меня на несколько шагов по влажному настилу, заставив балансировать на грани падения.
Разрядив вплотную Когти Грозы, я сжег пучок молний прямо о растительную шкуру зверя. Тварь глухо рявкнула и подалась назад. Раскаленное электрическое пятно расползлось по грудине монстра, выжигая переплетенные корни, но окружающие цветы сразу отозвались яркой вспышкой, обильно заливая ранение восстанавливающим светом. Я метнул подземный стебель в ногу отступающего противника. Лоза плотно затянулась на конечности зверя, но он лишь злобно рванулся, превратив связывающий конструкт в труху.
Шорох справа известил о возвращении Ран в строй. Девушка уже вскочила на ноги, на ходу вытирая окрашенный кровью подбородок. Сложное сплетение ее пальцев активировало каскад из четырех эфирных лезвий, полетевших в сторону лесной громадины. Волкоподобный выгнул спину с пугающей гибкостью, пропустив три снаряда над холкой. Ударивший по потолку пещеры воздух высек мелкую крошку, тогда как последний серп удачно снес часть растительного уха. Поврежденный монстр тяжело припал к почве и сжал задние лапы для фатального ответного прыжка на лисицу.
Очередной Молниеносный Шаг выжег немалую долю резерва, смазывая очертания сводов перед глазами. Возникнув на пути летящей смерти, я выкрутил минеральную структуру Каменной Плоти до скрежета в суставах и скрестил предплечья.
Накатившая сверху масса волка обрушилась с такой дурью, что меня буквально вколотило в базальт. Ступни вышибли крошево из плит, а дыхание намертво заперло в сжатых легких. Локтевые сгибы прострелило обжигающей резью.
От критического давления щитки на предплечьях начали покрываться глубокими трещинами. Оставалось продержаться всего пару секунд до момента, когда гранитная преграда лопнет и нас размажет по этому изумрудному залу.
Пространство рядом со мной внезапно ощутимо загустело. Наплывший эфирный фон полностью вытеснил спертый подземный запах. Это странное присутствие разительно отличалось от согревающего покалывания ладони или мысленного эха на периферии сознания.
Ивара шагнула слева от меня, на этот раз обретя полноценную материальную форму. Маленькая девочка с вплетенной в волосах листвой осталась в недрах медитаций. Сейчас передо мной высилась фигура худощавого подростка, излучающая мягкое серебристое свечение. Детскую восторженность в фиолетовых глазах вытеснила древняя, тяжелая осознанность. Проступивший на ее коже светящийся орнамент ритмично и властно пульсировал синхронно с татуировками на моих руках.
Атакующий волк остановился, сняв в один миг сокрушительный гнет с моей защиты. Огромная туша неуклюже осела на задние лапы, уставившись на подошедшую к нему вплотную Ивару фосфоресцирующим взглядом.
Опустив занемевшие конечности, я с удивлением наблюдал за разительными переменами. Агрессия бесследно стекла со зверя, обнажив беспросветную усталость измученного создания, которому до одури осточертело сопротивляться вековому проклятию каменного мешка.
Девушка прикоснулась ладонью к широкому лбу мана-монстра. Зверь издал судорожный выдох. Растительная плоть утратила структурную плотность, начав осыпаться на глазах разрозненными цветами и сухой землей. Некогда несокрушимая преграда растеклась по плитам заурядным моховым настилом. Там, где мгновением раньше возвышался грозный страж глубокого яруса, разлился аромат нагретой солнцем хвои.
Звенящую тишину купола разрушила мощная вибрация. Сброс накопленного напряжения ударил в пол и устремился мимо нас на поверхность, проходя через каждый сантиметр подземной корневой системы.
Отголосок этой дрожи тут же нагнал нас многоголосым ревом вперемешку с глухим топотом тысяч лап. Я лишь чуть позже узнал, что в этот момент порождения верхних этажей, утратив привязку к спящему источнику, сорвались с лежек. Истеричная орда слепо ломанулась наверх, устремившись к выходам, подальше от меркнущего центра.
Ивара обернулась ко мне. Зазвучавший голос потерял звонкость, приобретя сухую хрипотцу предельного изнеможения:
— Наверху сейчас будет очень плохо. Они идут наружу. Все. Вам надо спешить.
Она посмотрела на труху из осыпавшихся стеблей с неподдельным замешательством:
— Я сама не знаю, как это сделала, Вик, — добавила она совсем тихо, и в фиолетовых глазах мелькнула тень человеческой растерянности. В этом признании чувствовалась неопределенность. — И не уверена, что смогу повторить. Мне нужно… нужно подумать. Переварить это.
Серебристое свечение замерцало. Фигура подростка утратила плотность очертаний и быстро растворилась в воздухе. Левая ладонь немедленно налилась спасительным жаром, тогда как пульсирующий ритм татуировок на предплечьях снизился до стартового фонового режима.
Ран сделала пару робких шагов в сторону растрепанного мха, долго гипнотизируя место исчезновения духа. Из повадок напарницы напрочь улетучилась звериная спесь. Теперь янтарные зрачки смотрели на меня с безоговорочным почтением дикого хищника, воочию узревшего превосходство чужой непредсказуемой силы.
Гул над нами набирал угрожающие обороты. Базальтовый потолок мелко трясся от поступи бегущих мутантов.
— Бежим! — скомандовал я, резким движением подхватывая брошенную котомку.
Лисица молча кивнула, и мы устремились к зияющему провалу спасительного лаза.
Поделится в соц.сетях
