Хейл
Аннотация
Как всегда, буду краток. Очередной фанфик по Гарри Поттеру, можно сказать, проходняк.
Наш неубиваемый мальчик прожил долгую, насыщенную, но, к сожалению, не слишком счастливую жизнь. А после смерти ему посчастливилось встретить прекрасную женщину с косой, которая великодушно предложила второй шанс и отправила его прямиком во времена Мародёров. Правда, как это обычно бывает со всеми великими и могущественными сущностями, об условиях сделки она рассказала далеко не всё. Проще говоря, слегка его нае... обманула.
Автор: Tasadar
Наш неубиваемый мальчик прожил долгую, насыщенную, но, к сожалению, не слишком счастливую жизнь. А после смерти ему посчастливилось встретить прекрасную женщину с косой, которая великодушно предложила второй шанс и отправила его прямиком во времена Мародёров. Правда, как это обычно бывает со всеми великими и могущественными сущностями, об условиях сделки она рассказала далеко не всё. Проще говоря, слегка его нае... обманула.
Автор: Tasadar
Глава 2
После того как Тирион закончил свой долгий рассказ об истории рода Хейл и отправился за несколькими старинными книгами, Гарри надолго остался один в огромном зале.
Настроение у него было далеко не самым радужным. Чем больше он обдумывал услышанное, тем отчётливее понимал, что его наглым образом обманули... в очередной раз. Смерть, разумеется, не солгала ему напрямую — она просто не рассказала всего до конца. А он, как всегда, поверил.
Гарри тяжело вздохнул и потёр переносицу. Казалось бы, прожитая жизнь и война должны были давно научить его не доверять никому вслепую, но он снова позволил себя провести. С другой стороны, быть обведённым вокруг пальца самой Смертью — достижение хоть и сомнительное, но по-своему уникальное.
Он открыл одну из принесённых Тирионом книг, медленно перелистывая страницы, и попытался ещё раз уложить в голове всё, что узнал от домовика, проведшего несколько столетий в состоянии магического анабиоза.
История рода Хейл уходила корнями в глубокую древность, задолго до основания Хогвартса. В те времена в магической Британии ещё не существовало ни единого государства, ни Министерства магии, ни законов Визенгамота. Волшебники жили небольшими обособленными общинами и передавали свои знания из поколения в поколение, а многие области магии лишь начинали развиваться и оставались непредсказуемыми и смертельно опасными.
Именно тогда появился человек, которому было суждено положить начало одному из самых загадочных родов магического мира.
Его звали Айдан Хейл.
С самого детства Айдан обладал необычным даром, природу которого не мог объяснить никто из его современников. Стоило ему взглянуть на человека, как перед ним открывалась его душа. Он не читал мысли и не видел будущего, а лишь различал следы, которые оставляла на душе прожитая жизнь. Благородство и предательство, милосердие и жестокость, раскаяние и совершённые убийства оставляли на ней собственный отпечаток. Для большинства людей душа была чем-то незримым, но Айдан видел её столь же ясно, как физическое тело.
Однако его дар позволял видеть не только души. Странствуя по землям Британии, Айдан всё чаще сталкивался с местами, где замечал скрытые от других следы древних проклятий, последствия запретных ритуалов, искажения самой магии и души тех, кто после смерти так и не сумел продолжить свой путь. Там, где остальные видели лишь древние руины, заброшенные замки или проклятые леса, перед ним открывалось то, что происходило в этих местах задолго до его появления.
Постепенно Айдан начал искать способы исправлять подобные нарушения. Он разрушал удерживавшие души чары, снимал древние проклятия, уничтожал опасные артефакты, освобождал тех, кого чужая магия насильно удерживала среди живых, и очищал места, где последствия некогда совершённого колдовства сохранялись спустя многие годы.
Во время одного из странствий Айдан столкнулся с волшебником, который проводил чудовищные ритуалы над людьми и использовал их души как источник силы. Уничтожив его и освободив пленников, Айдан окончательно убедился, что подобная магия нарушает сам естественный порядок вещей. Даже после смерти тел жертв чужое колдовство продолжало удерживать их души, не позволяя им обрести покой. С того дня борьба с подобными нарушениями стала делом его жизни.
Лишь много лет спустя, уже покинув мир живых, Айдан встретил Смерть и наконец получил ответы на вопросы, которые искал всю жизнь. Именно она когда-то наделила его этим даром, хотя сам Айдан при жизни об этом не знал. Благодаря ему он мог видеть то, что оставалось скрытым от остальных волшебников, и находить нарушения, с которыми обычная магия справиться была не в силах.
Сама Смерть не могла напрямую вмешиваться в мир живых, поскольку древние законы мироздания не позволяли ей воздействовать на их магию. Поэтому Айдан стал первым смертным, которому она доверила часть своей силы, чтобы он мог устранять подобные нарушения вместо неё.
Тогда же Смерть предложила ему заключить древний договор. Пока хотя бы один представитель рода Хейл добровольно принимал возложенный на него долг, дар продолжал жить в крови рода и мог перейти к следующему поколению. Он пробуждался не у каждого потомка, а лишь у того, кто был способен принять эту ношу и продолжить дело предков. Никого не принуждали идти этим путём против собственной воли, но тот, кто сознательно принимал предназначение рода, становился новым хранителем равновесия. Айдан согласился.
С тех пор Хейлы оказались неразрывно связаны со Смертью, но их отношения не были ни слепым поклонением, ни клятвой вечного служения, ни рабской преданностью. Их объединяло общее предназначение. Смерть встречала души, завершившие свой земной путь, а Хейлы устраняли последствия магии, мешавшей этому порядку и нарушавшей естественный ход вещей.
Сын Айдана, Бреннан Хейл, превратил личный долг отца в предназначение всего рода. Именно он составил первый свод законов Хейлов, которому следовали последующие поколения, а главным среди них стало правило: «Познать тьму, но не стать её частью».
С тех пор наследники рода досконально изучали древние проклятия, запретные ритуалы и наиболее опасные разделы тёмной магии, однако целью этих знаний никогда не были власть или могущество. Хейлам требовалось понимать природу подобного колдовства, чтобы противостоять ему и устранять его последствия. За века накопленных знаний они стали непревзойдёнными мастерами в разрушении древних проклятий и кровавых ритуалов, обезвреживании проклятых артефактов и очищении мест, пострадавших от тёмной магии.
Особое место в истории семьи занимал Кормак Хейл, живший во времена Основателей Хогвартса. Именно при нём родовой замок приобрёл свой нынешний вид. Кормак понимал, что многие собранные его предками знания и изъятые во время странствий артефакты слишком опасны, чтобы хранить их без должной защиты, поэтому по его приказу глубоко под замком были созданы хранилища, где на протяжении последующих веков содержались наиболее опасные книги, проклятые артефакты и другие предметы, которые Хейлы не решались уничтожить или оставляли для дальнейшего изучения.
Несколько столетий спустя главой рода стал Эдрик Хейл, которого впоследствии назовут величайшим исследователем магии души в истории Британии. Десятилетия он посвятил изучению проклятий, воздействовавших не на тело, а на саму сущность человека, и разработал множество сложнейших контрзаклятий и способов их снятия. Однако незадолго до смерти Эдрик приказал уничтожить большую часть собственных трудов, опасаясь, что однажды накопленные им знания попадут в руки тех, кто попытается использовать их во зло.
Одной из самых мрачных фигур в истории рода стал Седрик Хейл, которому пришлось принять, пожалуй, самое тяжёлое решение за всю историю семьи. В те годы один из древних магических родов на протяжении многих лет проводил ритуалы, используя человеческие души как источник силы. Убедившись, что остановить их иначе невозможно, Седрик вынес всему роду смертный приговор.
Охота продолжалась несколько месяцев и закончилась смертью последнего его представителя от руки Седрика. После этого Хейлы уничтожили принадлежавшее семье поместье, библиотеку с запрещёнными трудами, все найденные артефакты и известные места проведения ритуалов. Лишь убедившись, что от их наследия не осталось ничего, способного привести к повторению содеянного, Седрик счёл свой долг исполненным.
Именно после этих событий Хейлы окончательно отказались от вмешательства в политическую жизнь магической Британии. Они пришли к выводу, что их предназначение не должно зависеть от человеческих законов, интриг или решений Визенгамота. Их долг заключался не в том, чтобы вершить правосудие, а в том, чтобы устранять магию, нарушавшую естественный порядок вещей, независимо от того, кем и ради чего она была создана.
Последним по-настоящему великим главой семьи стал Альдрен Хейл. Именно при нём окончательно стало ясно, что дар, веками передававшийся по крови, был не только величайшим благословением, но и тяжёлым бременем. Хейлы не могли смотреть на людей так же, как остальные, поскольку видели следы, оставленные их поступками на душе, и нередко знали о человеке больше, чем тот хотел показать окружающим. Со временем это лишало их многих иллюзий и всё сильнее затрудняло доверие к другим. За красивыми словами, клятвами любви, дружбы и верности они слишком часто замечали следы прежних предательств, жестокости и слабости, а потому даже искренние чувства начинали вызывать сомнения. Многие Хейлы так и не смогли создать крепкие семьи, предпочитая одиночество жизни рядом с человеком, которому не могли до конца довериться.
После смерти Альдрена начался медленный, но неотвратимый упадок рода. Древние запретные ритуалы постепенно уходили в прошлое, многие опасные знания были безвозвратно утрачены, а случаи, действительно требовавшие вмешательства Хейлов, становились всё более редкими. Вместе с этим дар пробуждался всё реже, а каждое следующее поколение оказывалось малочисленнее предыдущего. Постепенно некогда могущественный род подошёл к своему естественному концу, и последним Хейлом по крови стал Элиас, мирно скончавшийся несколько столетий назад.
После его смерти родовой замок опустел. Лишь верный домовой эльф Тирион, погрузив себя в магический стазис, продолжал хранить поместье в ожидании дня, когда у древнего рода вновь появится наследник.
За всю свою историю Хейлы не служили ни королям, ни Министерству магии и не стремились к власти или политическому влиянию. Их предназначение оставалось неизменным. Они находили и устраняли последствия магии, нарушавшей естественный порядок вещей.
Теперь Гарри наконец понял, почему Смерть выбрала для него именно это тело и сделала наследником рода Хейл. Том Реддл, намеренно разорвавший собственную душу и создавший крестражи, нарушил один из древнейших законов мироздания, с последствиями которого Хейлы боролись на протяжении всей своей истории. Поэтому едва ли можно было найти человека, лучше подходившего для противостояния ему, чем новый наследник их рода.
Однако именно в этом и заключалась маленькая хитрость Смерти.
За десятилетия, прошедшие после окончания войны, Гарри успел узнать и освоить гораздо больше, чем когда-либо мог представить в юности. Оглядываясь назад, он понимал, что во время своих многочисленных приключений выживал главным образом благодаря тем, кто был рядом. Бесчисленное количество раз их спасали знания Гермионы и находчивость Рона, тогда как сам он чаще полагался на интуицию и удачу.
В те годы ему казалось, что этого вполне достаточно, но после подобная беспечность виделась почти непростительной.
После войны Гарри поставил перед собой цель восполнить всё, чего ему когда-то не хватало. Год за годом он изучал новые области магии, пока не стал одним из самых образованных волшебников своего времени. Гарри в совершенстве овладел Трансфигурацией и Чарами, хорошо освоил Древние руны, теорию защитных чар и создание магических артефактов. Особое внимание он уделял истории магии и древних родов Британии.
Дом на площади Гриммо стал для него настоящей сокровищницей знаний. Библиотека Блэков хранила сотни редчайших трудов, некоторые из которых невозможно было найти даже в Хогвартсе. Со временем Гарри получил доступ и к закрытым архивам Министерства магии, где работал с древними судебными записями, родословными, старыми переписями населения, документами об исчезнувших семьях и трудами давно забытых волшебников.
Не обходил он стороной и тёмную магию. Напротив, с каждым годом Гарри всё яснее понимал, что невозможно победить то, чего по-настоящему не понимаешь. Он подробно разбирал природу проклятий, тёмных артефактов и других опасных разделов магии, способных однажды встретиться ему на пути.
Именно поэтому его нынешнее положение не давало Гарри покоя.
Хейл.
За всю свою долгую жизнь он ни разу не встречал этой фамилии. Она не попадалась ему ни в родословных древних семей, ни в исторических хрониках, ни в справочниках по магическим родам Британии. Даже работая с закрытыми архивами Министерства, где хранились сведения о семьях, исчезнувших ещё задолго до его основания, Гарри не видел ни единого упоминания о Хейлах.
Это не укладывалось в голове.
Первой напрашивалась мысль, что память о роде была уничтожена намеренно. Однако Гарри почти сразу её отверг. Подобное потребовало бы колоссальных усилий. Даже от семей, исчезнувших за многие столетия до его рождения, обычно оставались хоть какие-то следы: несколько строк в старой летописи, изображение герба, случайное упоминание в чужом дневнике или запись в архиве. Можно было скрыть замок, спрятать библиотеку, уничтожить часть документов, но полностью стереть древний род из истории было практически невозможно.
Оставалось лишь одно объяснение.
Гарри медленно поднялся с кресла, подошёл к окну и задумчиво посмотрел вдаль.
А что, если Смерть отправила его не просто в прошлое?
Что, если это вовсе не тот мир, который он когда-то знал?
Мысль казалась почти безумной, однако Гарри не спешил её отвергать. За свою долгую жизнь он видел слишком многое, чтобы считать подобное невозможным. Если существовали крестражи, путешествия во времени, Дары Смерти и сама Смерть, способная разговаривать с человеком после его смерти, то почему не могли существовать и другие миры?
Если его догадка верна, последствия могли оказаться куда серьёзнее, чем он предполагал.
Вся его стратегия строилась на знании будущего. Он рассчитывал использовать собственный опыт, понимание человеческих характеров и знание грядущих событий. Но что, если мир, в который его отправила Смерть, не был тем самым миром, который он когда-то покинул? Насколько тогда вообще ценными окажутся его знания? Что, если различия не ограничиваются одним лишь родом Хейл? Что, если здесь история пошла по иному пути, одни семьи сохранились, а другие, наоборот, исчезли, а события, которые он считал неизбежными, никогда не произойдут?
Впрочем, делать подобные выводы сейчас было бы преждевременно. Одного неизвестного рода было слишком мало, чтобы ставить под сомнение всё, что он знал о прошлом. Пока это оставалось лишь догадкой, пусть и весьма тревожной. Прежде чем принимать какие-либо решения, следовало собрать как можно больше сведений. Только факты могли подтвердить или опровергнуть его подозрения.
Гарри невольно усмехнулся. За долгие годы он успел усвоить одну простую истину: если существовала хотя бы малейшая вероятность, что всё окажется сложнее, чем кажется на первый взгляд, именно так обычно и происходило. И почему на этот раз должно быть иначе?
Оставался и родовой дар Хейлов, о котором упоминал Тирион и который сам Гарри уже успел мельком встретить в семейных хрониках. Теперь, когда он стал единственным представителем этого рода, возникал закономерный вопрос: перешёл ли этот дар к нему? Если да, то пока Гарри не замечал в себе никаких перемен. Более того, он даже не представлял, как подобная способность вообще должна проявляться или как ею пользоваться. Возможно, она лишь дремала внутри, ожидая своего часа.
Вопросов становилось всё больше, а ответов по-прежнему не было.
Ясно было одно: ему требовалось как можно больше знаний — и о наследии рода Хейл, и о магии этого мира в целом. А получить их сейчас он мог лишь в одном месте.
— Тирион?
Домовик мгновенно появился рядом.
— Ты говорил, что под замком находится огромное хранилище, где Хейлы на протяжении столетий собирали книги, древние артефакты, рукописи и другие опасные предметы. Проводи меня туда. Я должен знать, каким наследием теперь владею.
Эльф переступил с ноги на ногу, его длинные уши едва заметно дрогнули.
— Тирион с радостью исполнил бы приказ Гарольд, но сейчас это невозможно. Перед своей смертью Элиас Хейл запечатал хранилище. Открыть его может только член рода Хейл или законный глава семьи.
— В таком случае никаких трудностей возникнуть не должно, — спокойно ответил Гарри. — Сейчас именно я являюсь главой рода. Веди.
Эльф поклонился и направился к выходу из зала. Гарри последовал за ним.
Они вышли в коридор и начали спускаться всё глубже, преодолевая лестничный пролёт за пролётом. Вдоль каменных стен неподвижно стояли средневековые рыцарские доспехи, тускло поблёскивая в полумраке. Между ними висели перекрещённые мечи, щиты с почти стёршимися гербами и другое древнее оружие.
В конце узкого коридора возвышалась массивная дверь, отлитая из незнакомого тёмно-синего металла и сплошь покрытая рунами. Её идеально гладкая поверхность не имела ни замочной скважины, ни ручки, ни даже видимых петель. Лишь в самом центре выделялся небольшой барельеф в форме человеческой ладони.
Гарри подошёл ближе и приложил к нему руку.
В ту же секунду руны, покрывавшие дверь, одна за другой вспыхнули мягким голубоватым светом. Свечение медленно расходилось от краёв к центру, пока не достигло ладони Гарри. В тот же миг он почувствовал лёгкий магический импульс, словно дверь проверяла того, кто стоял перед ней.
Где-то в глубине механизма раздался глухой щелчок, и массивная створка бесшумно отъехала в сторону.
Переступив порог, Гарри невольно замер.
Хранилище оказалось настолько огромным, что его границы терялись в полумраке. Высокий сводчатый потолок почти исчезал во тьме, а бесконечные ряды стеллажей уходили далеко вперёд. Повсюду тянулись полки, шкафы, застеклённые витрины и деревянные стойки, заполненные книгами, свитками, артефактами, оружием и множеством других предметов. За долгие столетия Хейлы собрали здесь всё, что считали нужным сохранить.
Одни стеллажи были заставлены искусно выполненными шкатулками, металлическими ларцами и футлярами самых разных размеров. На других лежали свёртки пергаментов, непонятные инструменты, стеклянные сосуды с давно высохшим содержимым и множество других вещей, назначение которых Гарри пока не мог определить. Здесь же стояли странные каменные и металлические конструкции, лежали потемневшие от времени украшения, резные статуэтки, амулеты, кубки и десятки иных предметов, история которых, вероятно, была известна лишь прежним поколениям Хейлов.
Вдоль одной из стен выстроились деревянные манекены, облачённые в старинные доспехи. Одни носили тяжёлую пластинчатую броню, другие — кольчуги. Рядом на оружейных стойках аккуратными рядами были разложены мечи, копья, алебарды, боевые топоры, кинжалы и щиты — оружие, которое род Хейл собирал на протяжении многих столетий.
Однако больше всего здесь было книг.
Они занимали целые секции хранилища. Высокие шкафы почти до самого потолка были заполнены книгами, древними свитками, рукописями и журналами. Одни выглядели почти новыми, другие настолько древними, что кожа на переплётах потрескалась, а страницы пожелтели от времени. Некоторые были скреплены металлическими застёжками, другие хранились в деревянных футлярах, а самые ценные, судя по мерцающему над ними воздуху, находились под защитными чарами.
Даже беглого взгляда хватало, чтобы понять, что на изучение одного только книжного собрания могли уйти месяцы.
Гарри обернулся к домовику.
— Все эти предметы — магические артефакты? — спросил он.
— Нет, Гарольд, — покачал головой Тирион. — Перед своей смертью последний глава рода перенёс сюда всё, что представляло ценность для Хейлов, а затем запечатал хранилище. Здесь хранятся библиотека, семейные архивы, древние реликвии и многое другое. Хотя опасных артефактов и проклятых предметов здесь тоже немало.
Магические артефакты, безусловно, вызывали у Гарри интерес, однако он прекрасно понимал, что прикасаться к ним, а тем более пытаться использовать без должной подготовки и понимания их свойств, было бы крайне неразумно. Куда больше сейчас его интересовали книги и знания, которые они могли ему дать.
Осматривая хранилище, Гарри заметил чуть в стороне ещё одну дверь. Она почти не выделялась на фоне каменной стены и выглядела куда скромнее той, через которую они вошли. Толкнув тяжёлую створку, он переступил порог и сразу понял, что оказался в родовой сокровищнице.
Это помещение было значительно меньше основного хранилища, однако почти всё свободное пространство занимали окованные железом сундуки и тяжёлые лари. Золотые и серебряные слитки аккуратными стопками лежали на открытых полках, рядом стояли шкатулки с драгоценными камнями, старинными украшениями, перстнями, медальонами и другими ценностями. У дальней стены расположились открытые сундуки, до краёв наполненные золотыми галлеонами. Рядом стояли ещё несколько таких же, заполненных лишь наполовину, а возле них лежали тяжёлые мешки с монетами.
Даже не пытаясь что-либо подсчитать, Гарри понимал: этого богатства хватило бы нескольким поколениям. Однако сокровищница не напоминала сказочную пещеру, доверху заваленную золотом. Всё лежало на своих местах и было тщательно рассортировано.
Гарри перевёл взгляд на домовика.
— Ты знаешь, сколько здесь денег?
— Если Гарольда интересуют только деньги, то, согласно последней описи казны, род Хейл владеет восемьюдесятью двумя тысячами ста семьюдесятью тремя галлеонами, четырнадцатью сиклями и девятью кнатами, — без запинки ответил Тирион. — Но это лишь та часть состояния, которую можно подсчитать. Артефакты, фамильные реликвии, библиотеку, драгоценные камни и многие другие ценности Хейлы никогда не оценивали. Они не доверяли гоблинам и не пользовались хранилищами Гринготтса, поэтому всё имущество оставалось в замке.
— Кроме того, роду принадлежат замок, прилегающие земли и весь лес, окружающий поместье. На протяжении многих веков Хейлы выращивали там редкие волшебные растения, лекарственные травы и другие магические ингредиенты. Почти всё необходимое Хейлы получали со своих земель, а то, чего не могли произвести сами, приобретали или обменивали. Род редко зависел от кого-либо со стороны и почти всегда обеспечивал себя собственными силами.
Слова домового эльфа заставили Гарри вновь окинуть взглядом сокровищницу. Теперь всё это принадлежало ему: замок, библиотека, сокровищница, земли и окружающий поместье лес. Вот только наследство досталось ему далеко не в лучшем состоянии. Замок долгие годы пустовал, многие помещения нуждались в ремонте, а некоторые постройки уже начали разрушаться.
Если он действительно собирался сделать это место своим домом, впереди его ждала огромная работа. Рано или поздно замок придётся восстанавливать.
От размышлений его отвлекла небольшая деревянная подставка у дальней стены. На ней ровными рядами лежало около десятка волшебных палочек.
Гарри подошёл ближе и осторожно взял одну из них. Никакого отклика. Он вернул её на место и потянулся за следующей. Затем ещё за одной. Некоторые ощущались совершенно чужими, другие отзывались едва уловимым теплом, но этим всё и ограничивалось. Лишь шестая или седьмая палочка, едва коснувшись его ладони, ответила слабым, но вполне отчётливым откликом. Гарри несколько раз взмахнул палочкой, проверяя свои ощущения. Она не была идеальным выбором, но для первых дней этого вполне хватит.
В ближайшие дни он обязательно подберёт другую. Эта палочка была лишь временным решением.
Следующую неделю Гарри почти безвылазно провёл в своём новом доме. День за днём он изучал библиотеку, разбирал архивы, просматривал книги, семейные записи, хозяйственные журналы и письма, постепенно знакомясь с доставшимся ему наследием.
Однажды среди хозяйственных книг Гарри наткнулся на толстую папку с договорами, счетами и деловой перепиской, накопившейся за многие поколения. Практически в каждом десятилетии снова и снова встречалась одна и та же фамилия.
Мейсоны.
Как выяснилось, род Мейсонов уже многие века считался одним из лучших ремесленных родов магической Британии. Его мастера строили новые поместья, восстанавливали старинные усадьбы, ремонтировали древние замки, обновляли защитные чары и занимались реставрацией магических сооружений. Их услугами пользовались семьи по всей Британии, однако с Хейлами у Мейсонов издавна сложились особенно доверительные отношения. Именно из этих документов Гарри впервые узнал, что замок носит собственное имя — Рейвенхолд.
Закрыв журнал, Гарри ещё раз взглянул на лежавшую перед ним папку.
Появление рода Мейсонов лишь укрепило его прежние подозрения. За всю свою жизнь он ни разу не слышал об этой семье, хотя, судя по документам, здесь они на протяжении многих веков считались одними из лучших строителей и реставраторов магической Британии. Это было ещё одним подтверждением того, что мир, в котором он оказался, всё же отличался от того, который он помнил.
Впрочем, сейчас это мало что меняло. Если род Мейсонов по-прежнему существовал, именно к ним следовало обратиться в первую очередь, чтобы начать восстановление Рейвенхолда.
Из документов Гарри узнал, что когда-то у Мейсонов была контора в Косом переулке, где они принимали клиентов. Сохранилась ли она спустя столько лет, он не знал, но проверить это определённо следовало. Тем более что ему всё равно предстояло отправиться в Косой переулок за новой волшебной палочкой и заодно оценить, какая сейчас там обстановка.
— Тирион.
Домовик тут же появился рядом и почтительно склонил голову.
— Гарольд звал Тириона?
— Да. Перенеси меня, пожалуйста, в Косой переулок.
— Как пожелает Гарольд.
Тирион осторожно взял его за руку. В следующее мгновение мир привычно дрогнул, и уже через секунду они стояли в одном из тихих переулков неподалёку от главной улицы.
Стоило Гарри выйти на неё, как он невольно замедлил шаг. Перед ним открылся знакомый и в то же время незнакомый городок волшебников.
В его воспоминаниях Косой переулок был сравнительно небольшой улицей, где несколько десятков лавок теснились одна к другой. Теперь же всё выглядело иначе. Главная улица уходила далеко вперёд, а от неё в разные стороны расходились узкие переулки, небольшие площади и крытые пассажи, скрывавшие за своими арками десятки новых заведений. Лавки, книжные магазины, ювелирные салоны, ателье, аптеки, конторы, чайные, небольшие кафе и мастерские занимали почти каждое свободное помещение.
Особенно многолюдно было возле магазинов, торговавших школьными принадлежностями. До начала учебного года оставалось совсем немного времени, и родители вместе с детьми спешили закончить покупки. Из книжной лавки то и дело выходили ученики с тяжёлыми стопками учебников, у ателье родители ожидали, пока детям подгонят школьные мантии, а возле магазина котлов несколько волшебников оживлённо спорили о достоинствах разных моделей.
Гарри неспешно шёл вперёд, позволяя толпе самой нести его вдоль улицы. Его взгляд скользил по вывескам. Некоторые из них были хорошо знакомы ему ещё по прошлой жизни, другие же он видел впервые: «Медные котлы Бакленда», «Мастерская семейства Браун», «Лавка редких астрономических приборов», «Фолианты и свитки Гривза», «Салон магических тканей "Серебряная нить"». Названия сменяли друг друга одно за другим, и всё чаще среди них попадались те, которых Гарри прежде никогда не встречал.
На мгновение Гарри задумался, существовали ли эти лавки всегда, а он просто никогда не обращал на них внимания, или же в его мире они исчезли ещё во время Первой магической войны. Однако почти сразу отбросил эту мысль. Слишком многое уже говорило о том, что история этого мира развивалась иначе, и искать каждой новой странности отдельное объяснение больше не имело смысла.
Продолжая идти вперёд, Гарри внимательно рассматривал окружающие дома и вывески, надеясь заметить контору Мейсонов. Однако среди бесчисленных лавок и мастерских она ему пока не попадалась.
Понимая, что поиски могут затянуться, Гарри решил не тратить время и спросить дорогу у одного из прохожих.
Он остановил проходившего мимо волшебника средних лет.
— Прошу прощения, не подскажете, где находится контора семьи Мейсонов?
Мужчина ненадолго задумался, словно припоминая.
— Конечно. Пройдите ещё немного вперёд, затем сверните на соседнюю улицу. Контора Мейсонов находится почти в самом её конце. На здании висит большая вывеска, так что не пропустите.
— Благодарю вас.
— Не за что, молодой человек.
Следуя указаниям прохожего, Гарри вскоре свернул с главной улицы. Здесь было заметно спокойнее. Прохожих стало значительно меньше, а место шумных торговых лавок заняли конторы, мастерские и представительства различных магических семей и компаний.
Вскоре он добрался до конца переулка и почти сразу заметил нужное здание.
Это был аккуратный двухэтажный особняк из светлого камня с высокими окнами и тёмной черепичной крышей. Над дубовой дверью висела вывеска:
«Мейсон.
Архитектура, строительство и восстановление магических сооружений».
Гарри поднялся по каменным ступеням и вошёл внутрь.
Помещение оказалось просторным и светлым. Посреди приёмной располагалась широкая стойка, за которой сидела молодая девушка лет двадцати. Услышав, как открылась дверь, она подняла взгляд от документов и приветливо улыбнулась.
— Добрый день. Добро пожаловать в контору Мейсонов. Чем я могу вам помочь?
— Добрый день, — вежливо ответил Гарри. — Я хотел бы заказать осмотр родового поместья.
— Разумеется. Вы планируете строительство или восстановление?
— Восстановление, — кивнул Гарри. — Насколько мне известно, ваша семья уже много поколений занимается подобной работой. Моё поместье давно заброшено, и я хотел бы вернуть его в прежнее состояние.
Девушка понимающе кивнула и взяла со стойки чистый бланк.
— Разумеется. В таком случае сначала потребуется осмотр поместья. Наш архитектор оценит его состояние, после чего мы сможем определить объём предстоящих работ и подготовить предварительное предложение. Подскажите, пожалуйста, где находится усадьба?
Гарри на мгновение задумался. Он не хотел раскрывать местонахождение поместья раньше времени. Сначала следовало понять, с кем ему предстоит иметь дело.
— Я предпочёл бы обсудить подобные детали непосредственно с архитектором, который будет заниматься этим проектом.
Девушка ничуть не удивилась такой просьбе и спокойно кивнула.
— Разумеется. В таком случае адрес пока не потребуется. Все детали вы сможете обсудить с архитектором лично. Обычно после первой встречи владелец сопровождает нашего специалиста к поместью, чтобы тот провёл первоначальный осмотр.
Именно такой порядок Гарри вполне устраивал.
— Благодарю.
— Вопросами восстановления старинных родовых поместий занимается один из наших старших архитекторов. Если он сейчас свободен, то сможет принять вас немедленно.
— Буду признателен.
— Одну минуту, пожалуйста.
Девушка поднялась из-за стойки и скрылась за одной из дверей, ведущих вглубь конторы.
Прошло всего несколько минут, прежде чем дверь вновь открылась. Вернувшись в приёмную, девушка улыбнулась Гарри.
— Мастер Эдмонд готов принять вас. Прошу за мной.
Гарри молча кивнул и направился следом.
Они прошли по коридору, поднялись на второй этаж и оказались в более тихой части здания. По обе стороны тянулись двери кабинетов с медными табличками. Остановившись возле одной из них, девушка негромко постучала.
— Войдите, — донёсся из-за двери мужской голос.
Девушка открыла дверь и, слегка отступив в сторону, пригласила Гарри войти.
— Прошу.
— Благодарю.
Кабинет оказался просторным и светлым. Почти всю левую стену занимали книжные шкафы, а на широком письменном столе аккуратными стопками лежали папки с документами. Рядом были разложены перья, линейки и несколько магических измерительных инструментов.
Из-за стола поднялся мужчина лет тридцати. Он был немного полноват и носил небольшие очки в тонкой металлической оправе.
Подойдя к Гарри, мужчина протянул руку.
— Добрый день. Меня зовут Эдмонд Мейсон. Я старший архитектор нашей семьи. Рад познакомиться.
— Взаимно, — ответил Гарри, пожимая ему руку. — Гарольд Хейл.
Услышав фамилию, Эдмонд едва заметно замер. Его взгляд на мгновение стал внимательнее, однако уже через секунду лицо вновь приняло привычное деловое выражение.
— Прошу, присаживайтесь, мистер Хейл.
Гарри занял предложенное кресло. Эдмонд вернулся за стол, открыл лежавший перед ним блокнот и взял перо.
— Итак, мистер Хейл, мне сообщили, что вы хотите обсудить восстановление родового поместья.
— Всё верно.
— Тогда предлагаю начать с самого начала. Расскажите, пожалуйста, в каком состоянии оно находится.
— Совсем недавно я вступил в наследство. Вместе с остальным имуществом мне досталось и родовое поместье семьи Хейл. К сожалению, долгие годы оно оставалось заброшенным и сейчас находится в весьма плачевном состоянии. Я хотел бы узнать, возможно ли его восстановить.
Эдмонд внимательно слушал, время от времени делая короткие пометки.
— Вы уже успели осмотреть поместье?
— Лишь поверхностно. Я провёл там совсем немного времени.
— И какое впечатление оно на вас произвело? Есть ли заметные обрушения, повреждения перекрытий или другие серьёзные разрушения?
Гарри слегка развёл руками.
— Боюсь, на этот вопрос я ответить не смогу. Я не архитектор.
На губах Эдмонда появилась понимающая улыбка.
— Что ж, вполне справедливо. Пожалуй, продолжать расспросы действительно нет особого смысла. Пока я сам не увижу поместье, любые выводы останутся лишь предположениями.
Гарри кивнул.
— Именно поэтому я и хотел сначала встретиться лично. Добраться до усадьбы самостоятельно будет непросто, поэтому я предпочёл бы проводить вас туда сам.
— Разумное решение, — согласился Эдмонд, поднимаясь из-за стола. — Если вы не возражаете, мы можем отправиться прямо сейчас.
— Я только за.
Эдмонд кивнул, и они вместе вышли из кабинета. Спустившись на первый этаж, они покинули контору Мейсонов.
— Тирион.
Рядом появился домовик.
— Да, Гарольд?
— Перенеси нас в Рейвенхолд.
Тирион молча протянул руку. Гарри взялся за неё, Эдмонд без лишних вопросов последовал его примеру, и уже в следующее мгновение они исчезли.
Едва оказавшись перед воротами Рейвенхолда, Эдмонд молча достал из внутреннего кармана небольшую записную книжку, самопишущее перо и волшебную палочку.
— Если вы не возражаете, мистер Хейл, предлагаю начать с внешнего осмотра. Обычно именно он позволяет оценить общий масштаб предстоящих работ.
— Разумеется.
Они медленно двинулись вдоль крепостной стены.
Эдмонд осматривал каждый участок с поразительной тщательностью. Он то и дело останавливался, касался палочкой кладки, негромко произносил диагностические заклинания, делал короткие записи в книжке и двигался дальше. Иногда он просил Гарри немного подождать, чтобы подробнее изучить отдельный участок стены или основание одной из башен.
Так незаметно прошло несколько часов.
— Интересно... — негромко пробормотал он, проводя ладонью по древнему камню. — Несмотря на годы запустения, несущие стены сохранились значительно лучше, чем я ожидал.
Не ограничившись крепостной стеной, Эдмонд обошёл всё поместье. Он внимательно осмотрел башни, внутренний двор, хозяйственные постройки, старую конюшню, полуразрушенные мастерские и склады, заглядывая в каждое строение и оценивая состояние кровли, перекрытий и кладки.
Закончив с постройками, архитектор направился к саду. Медленно проходя по старым аллеям, он время от времени останавливался, чтобы внимательнее осмотреть деревья, кустарники и остатки каменных дорожек.
Наконец Эдмонд повернулся к Гарри.
— Сад тоже планируете восстанавливать?
Гарри ненадолго задумался.
— Да. Я хочу восстановить здесь всё.
Эдмонд кивнул и сделал ещё одну пометку.
После этого они вошли в замок.
Комната за комнатой, зал за залом, они постепенно обходили всё поместье. Поднимались по лестницам, заглядывали в жилые покои, библиотеку, мастерские, кухню и остальные помещения. Лишь подземелья Гарри решил не показывать. То, что скрывалось под замком, не предназначалось для посторонних.
Эдмонд тщательно осматривал стены, потолки, окна, камины и лестницы. В одних местах он использовал диагностические чары, в других ограничивался обычным осмотром, время от времени делая короткие пометки в своей записной книжке.
Иногда архитектор задавал вопросы.
— Вы собираетесь жить здесь постоянно?
— Да.
— Один?
— Пока да.
— Планируете принимать гостей?
Гарри ненадолго задумался.
— Сейчас нет. Но в будущем — вполне возможно. Замок не должен оставаться пустым.
Эдмонд сделал очередную запись.
— В таком случае часть помещений можно приспособить к современным потребностям, не нарушая общего облика замка. Некоторые комнаты объединить, оборудовать мастерские или лаборатории. Если со временем понадобится больше места, можно будет подумать и о расширении.
Гарри покачал головой.
— Нет. Расширять замок я не хочу. Он и без того достаточно велик. Мне хотелось бы сохранить его как можно ближе к первоначальному облику. Если что-то и менять, то лишь там, где это действительно необходимо.
Эдмонд лишь кивнул, принимая его решение, и осмотр продолжился.
К тому времени, когда они вновь спустились во внутренний двор, солнце уже заметно клонилось к горизонту.
Мужчина ещё раз просмотрел свои записи, закрыл блокнот и убрал его во внутренний карман.
— Что ж... Теперь картина стала гораздо яснее.
Гарри вопросительно посмотрел на него.
— Всё настолько плохо?
Архитектор слегка улыбнулся.
— Бывало и хуже. Главная проблема не в разрушениях, а в том, что замком очень долго никто не занимался. За годы запустения многое пришло в негодность, однако должен признать: он сохранился значительно лучше, чем я ожидал. Работы предстоит очень много, но пока я не увидел ничего, что нельзя было бы восстановить.
Эдмонд ненадолго задумался.
— Мне потребуется несколько дней, чтобы проанализировать результаты осмотра, подготовить предварительный проект восстановления, составить смету и оформить необходимую документацию, и, как только всё будет готово, я пришлю вам сову. Мы встретимся снова, обсудим проект, стоимость работ и, если вас всё устроит, подпишем договор.
— Как быстро после этого вы сможете приступить к работе?
— Если договор будет заключён сразу, первая группа мастеров прибудет примерно через неделю. За это время мы подготовим материалы, доставим необходимое оборудование и сформируем бригаду.
Гарри ненадолго помолчал, затем спросил:
— Есть ещё один вопрос.
— Слушаю вас.
— Мне бы хотелось, чтобы о существовании этого места знало как можно меньше людей. Насколько я могу рассчитывать на вашу конфиденциальность?
Эдмонд ответил без малейшего промедления.
— Можете не беспокоиться. Подобные заказы для нас не редкость. Все сотрудники, от архитекторов до рабочих, перед началом работ подписывают магический договор о неразглашении. Нарушить его невозможно без весьма неприятных последствий. Да и кроме того, сведения о наших клиентах никогда не покидают пределы конторы. Репутация семьи Мейсонов строилась не одно столетие, и мы не собираемся рисковать ею ради чьего-либо праздного любопытства.
Гарри удовлетворённо кивнул.
— Тогда буду ждать вашего письма.
— Оно не заставит себя долго ждать.
Они направились к главным воротам. Оказавшись за пределами замка, Гарри позвал Тириона, и домовик перенёс их обратно в Косой переулок.
Эдмонд протянул Гарри руку.
— До скорой встречи, мистер Хейл.
— До свидания, мистер Мейсон.
Они обменялись рукопожатием, после чего Эдмонд вернулся в контору, а Гарри, проводив его взглядом, направился дальше по Косому переулку. До конца дня оставалось ещё достаточно времени, чтобы наконец заглянуть к Олливандеру и подобрать для себя подходящую волшебную палочку.
Поделится в соц.сетях
