Черновик для Эффы - 4
Аннотация
В некой параллельной Земле пытается жить спокойной жизнью обычный студент.
Делает он это по поддельным документам - так уж вышло, что родной мир оказался мертв, а случайная настройка портала вывела именно сюда.
Одно плохо - иногда забываешь промолчать о том, чего знать не должен. И тогда спокойная жизнь заканчивается.
Автор: Владимир Ильин
Цикл: Лекарство для Эффы
Предыдущие книги этой серии:
Черновик для Эффы - 3
Черновик для Эффы - 2
Черновик для Эффы
Делает он это по поддельным документам - так уж вышло, что родной мир оказался мертв, а случайная настройка портала вывела именно сюда.
Одно плохо - иногда забываешь промолчать о том, чего знать не должен. И тогда спокойная жизнь заканчивается.
Автор: Владимир Ильин
Цикл: Лекарство для Эффы
Предыдущие книги этой серии:
Черновик для Эффы - 3
Черновик для Эффы - 2
Черновик для Эффы
Глава 1
Сотни военных гравилетов не торопясь пересекали небо над столицей – серо-стальными перелетными птицами на юго-запад. Вскоре они покинут линию городской застройки и рванут на сверхзвуке по совершенно разным точкам назначения – каждая воинская часть выслала за своими практикантами отдельный борт, а везти их предстоит от северных широт до островов в океане на востоке. Но мельтешение было бы не столь величественным, поэтому идут солидно, примерно с одной скоростью – движение в городе блокировано полностью.
Для меня это зрелище означает, что в назначенное время отправки мы точно не успели – это уже не минутный циферблат, который едва-едва зашел за нулевую отметку. И не «пятнадцать минут – не опоздание». И даже не «экзамен начинается в восемь, поэтому приду к десяти – ведь вряд ли профессор примет всех раньше». Это прямо провал – вроде разведенных мостов, закрытого метро и тусклых огней автобуса, уже отъехавшего достаточно далеко, чтобы не заметить бегущего за ним человека.
Вернее, был бы провал – но сорок миллионов взятки выданы полковнику Дамину вон Хемли, поэтому десантный борт воинской части номер девяносто семь два ноля четыре, где он имеет честь служить командиром, прилетит за нами с мисс Эффой Сойер в частном порядке.
Возмутительное нарушение, но в небе пять тысяч бортов, часть из них вообще скоро сделает круг почета и уйдет к западным границам, а несколько так и вовсе привезут практикантов на службу обратно в столицу. Так что маневр не заметят.
Главное, чтобы им еще и здесь не пришлось ждать лишний час. Мы же не просто так торчим тут, слушая перелаивания Чалыча и представителей Минобороны. Честное слово, давно бы сбежали – но в итоговом акте должно быть две подписи.
Только перед тем, как ставить свою, надо дождаться закорючки от приехавших два часа назад офицеров. И вот с этим не клеилось.
Хотя начать стоило с того, что на бетонированном пространстве перед депо стоял разбитый синий «Кинжал» - вот как его притаранили на буксире со сломанными гравиопорами, сплющенным обтекателем, расцарапанным фюзеляжем и сломанным трапом, в этом же виде. К слову, когда я его разбивал буквально вчера, он выглядел целее – но, когда его вытаскивали из подземной парковки, явно планировали списать в утиль.
Еще там же, перед депо, стоял желтый «Рансат». Уже не золотой – всей бригадой ночь не спали, снимая позолоту. Утром прошлись баллончиками с быстросохнущей желтой краской – и вуаля, готово.
А дело все в том, что вчера поступило крайне заманчивое предложение. И предложение это было принято.
Хотя начиналось все крайне нервно. Для начала до нас донесли, что мы сорвали крайне важное мероприятие, и его организаторы, сидящие на вершинах аж двух министерств – Просвещения и Обороны, крайне злы.
И вот этот милый штраф в два миллиарда на моем счету – далеко не окончательная цифра взысканий и потерь, которую активно ищут, на кого бы повесить. И нашли бы наверняка – тут особо других кандидатур нет. Но гонки изначально делались для повышения лояльности общества, а то самое общество, мягко говоря, недоумевало происходящим. Голоса трех тысяч участников и двух миллионов зрителей «Мастера путей» звучали достаточно громко, чтобы дать заднюю и начать диалог.
Основная претензия была сформулирована сразу - нельзя в гонке, где могут быть уничтожены гравилеты участников, наказывать за уничтожение гравилетов организаторов. В конце концов, это нормальная самооборона – не стреляйте в нас ракетами, и мы тоже будем вести себя хорошо. Иначе же – сами платите два миллиарда и двести миллионов за уничтоженный «Кинжал».
Организаторы пытались оправдаться, что они просто пытались замедлить гонку – мол, мисс Сойер это профессиональный пилот, у мисс вон Альтазар гравилет последнего поколения, а этот третий вообще непонятно как получил ПТС на «Рансат», который по идее – спортивный инвентарь. Ну нельзя сертифицировать в Империи машины с такими характеристиками!
А что стреляли – так они (мы) люди умные, опытные – должны понимать, что когда в вас летят ракеты, то просто уклоняйтесь и ждите, когда они кончатся. А там и остальная масса участников подтянется - игра планировалась не на скорость, а на командные действия.
На что им возразили, что надо было сразу говорить правила. И раз умолчали – то огребайте.
В общем, первый штраф с меня сняли – под всеобщее ликование и добродушные комментарии девчонок с радио, что за такие спецэффекты вообще премировать надо. А на будущее – учредить дополнительные награды за самое зрелищное выбивание «беглецов». Выпустить цели подешевле и побольше, а догоняющим разрешить быть позлее – все равно имперская техника самая надежная, и никто не пострадает. Организаторы обещали подумать и, утирая пот со лба, пропали из эфира.
Мой банковский счет ожил. Часа полтора все было хорошо – а потом жутковатая десятизначная цифра с минусом вновь навестила приложение.
Почти сразу же мне позвонили – деликатный мужчина, назвавший себя чиновником минобороны, попросил не делать скоропалительных выводов и все обсудить при личной встрече, к обоюдному удовольствию сторон. Мол, да – вы можете снова поднять народ, который уже празднует справедливость. Но не лучше ли выслушать условия сделки? Можно отказаться – это не повестка. Но тогда повестка последует.
Оставлять проблемы за спиной не хотелось – я согласился выслушать. Выбрал знакомое кафе на вокзале, назначил вечернее время и прогуливался там за час до встречи. Не то чтобы было какое-то подозрение или предчувствие – обычные меры предосторожности.
Две небоевые потери новейших истребителей – понятия не имею, как извернется ум министерских, чтобы прикрыть свои тылы.
Чиновник прибыл на черном «Серваере» в одиночестве – в меру пухлый невысокий мужчина в светло-сером костюме, на погоны которого намекала разве что осанка. Но кабинетная работа явно была долгой – и рукопожатие его оказалось мягким, и сам он давно привык разговаривать с людьми гражданскими – судя по оборотам речи и умению выслушивать предложение до конца, не хмурясь.
Сели за пластиковый столик – тот пошатнулся в сторону гостя, и решили ничего не заказывать – мистер Свонс лечил язву, а тут ее обострение мог вызвать даже близкий запах.
Я, признаюсь, думал, что сейчас подсунут контракт с армией лет на двести – с вычетом части денег в компенсацию за все сломанное. Только вот предложение и в самом деле оказалось заманчивым.
Одно из конструкторских бюро Минобороны весьма заинтересовалось «Рансатом» - до этого машина в руки им не попадалась, а ввиду исключительных скоростных характеристик, специалистам очень хотелось разобрать там все до болтика, посмотреть, как все работает, и интересные разработки позаимствовать. Предлагалось отдать «Рансат» и жить дальше, как жил. Мол, вы все равно выиграли «Спектра», а ваш долг патриота… А мы вам за ваш долг – другой долг спишем.
На это я ему объяснил, что из-за избытка чувств куда-то запарковал «Рансат» и забыл, куда. Так что Империю люблю, «Рансат» отдать не могу – состояние аффекта, в меня же из пулемета стреляли. Сюда, вон, на общественном транспорте приехал.
Но можем поискать «Рансат» вместе со всей аудиторией «Мастера путей». Короче, намекнул, что верну этот скандал обратно в медиаполе – а они, кое-как вынырнув из волны недовольства, снова утонут там с головой.
Мистер Свонс покивал, словно и ожидая что-то такого, и сразу предложил другой вариант. Первая часть – такая же, очень уж «Рансат» хотят изучить.
А вот вторая… Ввиду высокого уровня лояльности, государственных наград, офицерской должности (пусть и в запасе) и погашенных взысканий Империя видит возможным передать списанный «Кинжал» в мои руки. Обмен – ключ в ключ, состояние «как есть».
Никто чинить «Кинжал» не будет – кроме того, выдернут все блоки свой-чужой и вооружение. Но это все еще будет «Кинжал» - в эксклюзивном личном владении.
- Если восстановите альтернативными гражданскими системами – сможете летать.
Есть еще и кнут – где-то через месяц или два, когда все уляжется, комиссия вновь поднимет дело о немотивированном нападении, и тогда штрафом уже не обойдется.
Признаюсь, я даже переспросил.
- Какое-какое нападение?..
Оказалось, что синий «Кинжал» не пытался мне навредить. Вовсе нет - он мирно летел по подвалу, чтобы принести искренние извинения за случайно выпущенную рядом со мной пулеметную очередь. В знак безусловного миролюбия даже не поднял гравищиты.
И на такого беднягу из угла накинулся Тан Савой, схватил за двигатель на хвостовом оперении и, используя уязвимость конструкции, серьезно повредил дорогостоящую военную технику об столб и далее об потолок. Затем не оказал помощь пилоту, что тоже - нехорошо.
- Он меня чуть не убил. Есть записи, есть трансляция.
- Есть интерпретация записи, - мягко поправил мистер Свонс. – Очередь прошла сверху. Пилот у «Кинжала» высшей категории. Он скажет – хотел пугнуть. Хотел бы попасть – попал бы.
Я сдержался и не стал говорить про переговоры мисс Сойер, которые тоже у нас остались. Дойдет до суда – пригодится.
- «Рансат» снимает показатели ускорения. Приложим к видео, сверху – бумагу от эксперта, - отметил я другой сценарий.
- Да, у вас есть юристы и неплохие, но, - тут чиновник грустно развел руками, – техника чужая, не нашего стандарта. Боюсь, вашей бумаге не поверят. Свидетелей нет. Только ваши показания и показания пилота, а он из кожи вывернется, чтобы на него не повесили покушение на убийство. Так что давайте договариваться, прошу вас, - извиняясь, улыбнулся он. – У нас там, - указал он глазами на подкопченный за годы желтоватый потолок, - тоже не хотят доводить все до суда. Но вы ведь понимаете, что и вычеркнуть два «Кинжала» из боевого расписания – они тоже не могут? Должна быть веская причина. Скажу откровенно – на бумаге мы первый, уничтоженный «Кинжал» меняем на «Рансат» по запросу КБ. А второй, поврежденный, но не уничтоженный, - он поднял палец, подчеркивая важность. - Уводим в ремонт со списанием в частные руки и возможностью дооснащения при необходимости. Таким образом, потери на гонке – ноль единиц техники. КБ довольно. Минобороны довольно. Мистер Савой, решение только за вами.
В целом, вариант выходил действительно привлекательным. Эксклюзив гражданский на эксклюзив военный.
Да и Ноэль обещал мне два «Рансата», а отдал один. Надо будет напомнить ему.
- Только у меня – целый «Рансат», а у вас – битый «Кинжал», - с улыбкой приступил я к торгу.
Разумеется, у мистера Свонса были серьезные аргументы вроде штрафа и уголовного преследования… Но если два «Кинжала» всерьез уйдут в утиль – сколько людей потеряет нагретые места и погоны?..
Пара намеков в одну сторону, пара намеков в другую – и вышли на понимание, что «Кинжал» демилитаризируют в моем присутствии – и присутствии моих механиков. Чтобы совсем уж машину не искалечили – а при быстрых работах это легче легкого. Вытащил кабели, не подписал – все, вычитай трое суток на прозвон всех цепей. Вместо аккуратного демонтажа – дернул, срывая крепеж. И вот уже ищешь подходящий материал, чтобы наплавить штатное место.
Да и любят армейские разводить секреты на пустом месте – узлы могут быть сто лет как гражданские, и зачем тогда убирать?
Мистер Свонс сказал, что организует комиссию и нас на нее пригласит. Только вот мне завтра улетать – а значит, все отложится на месяц. Это мистеру Свонсу не понравилось – инструкции он имел совсем другие.
Поэтому – вот. Семь утра, понедельник, «Кинжал» под офигевшими взглядами Мастера и Чалыча выгружается военным буксиром на бетон парковки перед гаражными боксами депо. И я ведь им честно вчера сказал – снимаем позолоту с «Рансата», так как завтра его менять на «Кинжал». Не поверили, оба. Зато поутру мне досталась минута для довольной ухмылки.
Ну и вместе с «Кинжалом», понятно, из того же буксира выгрузились и военные – не такие, как мистер Свонс, а офицеры с полковничьими погонами и армейской хваткой. Они же – срочно сформированная комиссия по конверсии.
Полковники попытались тут же всем руководить – гражданским доверять нельзя, это общеизвестно - но после перелаивания с Чалычем, обозначением кто где служил, и кто тут салажонок, диалог нормализовался. Да и Мастер обозначился – номер части, годы службы, десантура, комиссован по контузии. В общем, полковники его тоже слушали внимательно и периодически вычеркивали из длиннющего списка, взятого с собой, узлы, которые «я вот сейчас на рынке десять штук куплю!».
Надо сказать, после каждого вычеркнутого пункта – и Чалыч и Мастер вздыхали с облегчением. Им чинить – не потому что я попрошу и заплачу за это, а потому что самим интересно.
Все-таки «Рансат» - это чужое, а чужое, даже очень быстрое, по умолчанию хорошим быть не может. Такая вот философия.
А «Кинжал» - это технологический шедевр. Изучить его, попытаться восстановить и (тайная мечта) улучшить – это просто счастливый день механика.
Да, «Рансат» - вроде ордена в королевстве Сават. Но «Кинжал» тоже выдается только кавалерам соответствующего ордена. У меня вот их три, а не было бы ни одного – даже разговор об обмене бы не поднимался.
Само собой: «наши ордена – выдаются за дело, а вот за что там в Савате – это еще посмотреть надо».
В общем, мой обмен решительно одобрили. И над каждым узлом, который все-таки приходилось демонтировать – чуть ли не рыдали. А таких все-таки набралось изрядно – их просто сваливали на бетон, буднично сообщив, что уничтожат в составе уже другой комиссии.
Одно успокаивало – ни на силовую установку, ни на двигатель, ни на аккумуляторы, крылья, гравионику военные не покушались – все это противник может добыть при определенном везении, сбив гравилет. А вот изымаемые узлы безусловно уничтожались при инициировании системы катапультирования, и добыть их можно только с живой машины. Что, понятное дело, недопустимо.
Летать после изъятия всего секретного «Кинжал» не мог. Но – техника Империи эволюционна. Подумаешь, сняли систему автоматической интеллектуальной навигации «Саин-17». Можно поставить «Саин-14» - такое же количество портов. Не все так просто, разумеется – софт и «мозги» другие, но если под «Саин-14» поставить радар четырнадцатой же серии и экраны под них – как будто бы заведется. Это мне Чалыч, скуривавший уже вторую пачку, подошел и объяснил. В общем, энтузиазм у них такой, что и самому даже верилось.
Позиция моя была наблюдательной, стоял там больше для баланса – их трое, нас трое. Иногда помогал, иногда фотографировал расположение проводки, когда не хватало свободных рук. И искренне надеялся, что к обеду завершим.
Надежда сбылась наполовину – «Кинжал» и в самом деле завершили разбирать к одиннадцати. Тут бы вздохнуть спокойно, но началась приемка «Рансата».
Порядок есть порядок – мы «Кинжал» осмотрели, теперь пришел их черед фиксировать все в документах и на фото.
- У меня написано – «Рансат», золотого цвета.
- А в ПТС написано – «Рансат», цвет – желтый. – Указывал Чалыч на документ.
На этом глобально и запнулись.
При этом, приемка салона прошла за каких-то полчаса – и там полковники не были столь принципиальны. Даже не стали возмущаться, что отсутствует холодильник и кальян – просто отметили, что штатные места стоят пустые. Поморщились из-за коньячного духа и еще сильнее – из-за пустой бутылки, оказавшейся на месте. Я уж думал – проскочим быстро, успеем к вылету…
А вот цвет – подавай им позолоту.
Как всякие военные, полковники были упрямы и стояли на своем. Как всякий приемщик в автосервисе, Чалыч знал тысячу приемов как объяснить, что так и было.
В общем, за час он их переупрямил – и фото с видео просто сняты в яркий солнечный день, и комментаторы просто приукрасили. И вообще – в ПТС явно сказано…
Полагаю, дело было не в цвете как таковом – а в сорока килограммах золота, которое трем полковникам было прихапать очень даже по погонам. Не вагон же – это уже для генералов. А баллончики с желтой краской они бы и сами купили, уже самостоятельно потом доказывая в закрытом КБ, какой там «цвет по ПТС».
- Ладно, давай подписывай, - оформили они документы о передаче и сунули Чалычу.
- А владелец – вон стоит, - указал он на меня.
- Так что ты раньше не сказал! – Чуть ли не сплюнул он. – Молодой человек, цвет должен быть золотистый!
- Цвет по ПТС – желтый, - даже тон голоса я повторил, всем видом показывая, что никуда не тороплюсь.
- Родственники? – Нахмурился полковник.
- Родственник. Сын родной. – За его спиной подтвердил Чалыч.
- Поня-ятно, - протянули мне документы, но тут же отдернули. – Стоп. Откуда у тебя орден «Верный кинжал»? – Осмотрели меня с подозрением.
Выгляжу молодо – потому и спрашивает. Но биоэнергету стыдно выглядеть старым. А уж в тридцать два года – тем более…
- Какой из трех? – Поднял я бровь.
- Подписывайте, где галочка, - подали бумаги с уважением.
Подписанные документы сфотографировали – я и полковник, внесли снимок каждый сам в свой телефон. И «Рансат» исчез из приложения. Зато появился «Кинжал-17МГ». По ПТС – черный.
Видимо, синим он был только на время гонки.
- Счастливо, - пожали мы друг другу руки и, наконец, разошлись.
Вернее, гости сели в буксир, ухватили «Рансат» гравизацепом и улетели на север города. Видимо, где-то там у ихнего КБ логово…
Ну а к «Кинжалу» начали стягиваться все наши работники – обходя его сначала по широкому кругу, а потом постепенно приближаясь.
- М-да, приобретение, - улыбался я, тоже обводя его взглядом.
Словно и не смотрел на него уже пять часов. Но до этого – он был чужим, а теперь – мой.
- Минут через десять прилетят, - подошла мисс Сойер.
К «Кинжалу» она относилась с понятным любопытством, но близко не подходила. Еще вчера насмотрелись, пока копились баллы. Да и потом, когда извлекли матерящегося пилота, была возможность осмотреть салон изнутри.
Связь-то в подвале не работала – не дотягивался пилот до своих со сломанными антеннами. Вот и перелаивался с нами от бессилия – записи тоже остались. Так что, дойди дело до суда, нашлись бы доводы…
- Как спящая царевна?
- Спит, - пожала Эффа плечами. – Бурная ночка, а? – Непонятным тоном уточнила она.
- Я ей ночной сон продлил. Чтобы не вышагивала перед министерскими.
Постелено Аллите было тут же – не мог я бросить своих во время ночной смены, но и оставить ее высочество одну в гостинице тоже никак. Вот и пришлось идти на компромисс – очередная пачка денег была отдана Аллите с предложением потратить на подготовку к месячному отъезду и истрачена с нездоровой сноровкой – быстро и до конца. Приобретенное вместилось в три спортивных сумки – лично несла их, не доверяя мне.
Я понимаю – белье. Эти куски ткани мне еще с Ренни нервы помотали. Но белье может стоить дорого, это как оправа под драгоценность – если есть бриллиант, не жмоться на золото…
Но полмиллиона! В обычном супермаркете!
За это принцесса согласилась спать на моем матрасе.
- Да у тебя тут условия как в тюрьме. – Оценила она вчерашним вечером. - Привыкать не придется. – Ободрительно похлопала она меня по плечу, ложась как есть – в одежде.
И уснула с моей рукой на лбу.
В углу стояли три тяжелых баула с «приготовлениями» - и хитрыми «бирками» из завязочек ниткой на каждом. Чтобы не лез внутрь – хотя я вроде обещал…
- Самое время разбудить, - посоветовала Эффа. – Но лучше не поцелуем, затянется. А мы опаздываем.
Покосился на нее – вся раздраженная, дерганная. Впрочем, вчера всем пришлось понервничать – но обошлось же?
- Ты с Хенни говорила? Она приедет? А то трубки не берет.
- Не приедет.
- Может, и к лучшему. – Пожал плечами. – Не люблю проводы.
- Ага. Ты, кстати, ей не звони – все равно не дозвонишься. – Выдохнула Эффа, словно перед прыжком в воду.
- Не понял. – Нахмурился я, изучая бесстрастное выражение мисс Сойер.
- У человека теперь нормальная жизнь. Человек осознанно принял решение. Давай будем уважать это решение. – Выдала она явно заготовленную фразу.
- Эффа, давай-ка чуть подробнее. Что случилось? – Уточнил, наполняясь недобрыми предчувствиями.
- Случилось многое.
- Дальше.
- А вон. Синий. – Указала она подбородком на «Кинжал».
- У тебя слова отняли? Эффа, давай как-нибудь на местном, я зря его учил, что ли? – Оставался я внешне спокоен.
- Ты только не ругайся. Не дергайся. Уважай чужое решение.
- Что-то такое уже слышал. Но, допустим. Уважаю, стою на месте.
- Ты же знаешь, что чудес не бывает? Ни добрых волшебников? Ни выигрышей в лотерею?
- Дальше, Эффа. Я тут с сердцем не слягу, не переживай. – Начали приходить первые догадки.
- Тогда прими как есть. Хенни ты больше не увидишь, это ее решение. – Накрутила себя Эффа так, что даже край губы чуть подергивался.
- А взамен?..
- Карим вон Альтазар пробивает очередь двум пилотам, и они снимают свои претензии. Государство отказывается от суда. Штрафы снимают, изъятия имущества не будет. Ты получаешь «Кинжал». И…
- Ну?
- Хенни не узнает о разорванном на жопе костюме бобра, найденном в парке. Вы другого места не могли найти? – Поджала губы мисс Сойер.
- Миленько. Но мимо, разумеется, как обычно.
- Поэтому она спит на твоем матрасе?
- Где ей спать, если мы работали всю ночь? – Устало поморгал я. – Насчет бобра – это выяснила супер-сыщик или напечатали в газетах?
Могли и напечатать – таинственный аниматор с запахом коньяка улетает, матерясь, на лестнице золотого гравилета, а потом его костюм находят в парке… «Остерегайтесь лосей!»...
Хотя нет, желтой прессы в Империи серьезно так меньше. Дома, на Аликсе – точно бы вышел материал на разворот.
- Выяснил ее отец. Еще у него записи с гравилета в первую вашу встречу, когда Аллита была в стельку пьяной, а ты ее держал за жопу.
- Я придерживал, чтобы она не упала. А жопа у нее начинается непонятно где.
- В общем, видео, фото – он держит на тот случай, если ты не уймешься.
- Значит, Хенни меня спасает?
- Ты тоже иногда спасаешь так, что очень больно на сердце. Спроси Ренни.
- Выдумала кучу небылиц, поверила в них, жертвует собой… - Проговаривал я задумчиво.
- Это поступок, Тан. То, что делает нас взрослее. Или ты считаешь себя единственным? Считаешь, что она никого не полюбит? – Горячилась мисс Сойер.
- Эффа. – Улыбнулся я слабо. – Этот мир – вообще не мой.
- Я не это хотела сказать.
- Пойду будить принцессу. – Прищурился я на приближающуюся десантную машину.
- Тан, я просто хочу сказать – не обесценивай то, что сделали ради тебя. – Догнала Эффа, принявшись вышагивать рядом. – Не отказывайся. Не ломай. Не возвращай.
- Мисс Сойер. – Притормозил я. – Вы же в курсе, что вас просто кинули?
- Это ты так сейчас говоришь. А там были очень серьезные обвинения!
- А я династию вон Харрит спас. – Вновь улыбнулся ей устало. – Вот так, - щелкнул пальцами. – И все живы, представляешь?
- Это другое.
- Мисс Сойер, знаешь, что самое страшное ты сделала?
- Ну? – Насупилась она.
- Ты обманула себя. И до конца жизни ты будешь об этом молчать. Ничего не изменишь, никому не расскажешь. Потому что это обесценит поступок Хенни.
- Я уверена, что Хенни поступила правильно.
- По твоему совету?
- Это некрасиво, мистер Савой! – Стукнула она подошвой о бетон. – Некрасиво! Получить все и говорить, что это бы дали тебе просто так! Что какие-то КБ заинтересовались бы «Рансатом»! Что ради этого сняли бы обвинения! Подарили бы тебе эту игрушку и не стали бы отнимать все это! – Повела она рукой вокруг.
- Это не мой мир, - покачал я головой вновь. – Когда я уйду, то ничего не смогу взять с собой.
Кроме людей и котов. Но людей – отчего-то все меньше.
- Но ты же рад, как все вышло! Будешь мутить с этой принцессой! Будешь летать на самом крутом гравилете! – Злилась она.
- А вчера – не мог?
- Вчера было сделано много ошибок.
На нас уже начали обращать внимание – люди поворачивались, прислушивались.
И можно было много говорить о том, ради чего все это было сделано. И вспоминать, что я очень просил вообще не лететь на юг – а значит, не лезть в соревнования. И что есть записи разговоров с пилотами, лояльно настроенная аудитория, юристы и дорогие адвокаты.
И что, в конце концов, Минобороны просто искало повод, как выйти из ситуации, сохранив лицо. Поэтому вцепились в предложение, поданное с подачи вон Альтазара. Но если бы этого предложения не было – появилось бы иное.
Но зачем?
- Ты права. – Ограничился я главной фразой в жизни любой девушки.
Но мисс Сойер отчего-то села и расплакалась.
Пришлось присаживаться рядом, слегка приобнять и успокаивать.
- Говорить Хенни нельзя. Она отца возненавидит. – Вздохнул я. – А так – светлая печаль, личная жертва, высокая цель. Все лучше, чем таблетки.
Ножницы ей теперь даром не нужны – задеть ее будет невозможно.
- Но это ведь ради тебя…
- Угу. – Поддакивал успокаивающе.
- И ты ее не любишь…
- Не люблю, - тоже согласился.
- А принцессу эту?..
- Ничего не было.
- А костюм бобра?..
- Молния заела.
- Она сверху открывается.
- Ей под кустиками особо вариантов не было.
- И что делать?..
- Лететь на практику. – Сообщил ей очевидное. – Что еще делать-то? Вон, даже принцесса очнулась.
На крыльце административного здания сочно тянулась руками вверх Аллита. Прямо самому захотелось повторить.
Затем ее высочество почесала пятую точку и зевнула, замерев с широкой улыбкой.
- Какой час?
- Пол первого. Собирайтесь, через пять минут вылет.
- Ой. – Забеспокоившись, скрылась она за дверью.
- И все-таки, Хенни тебя спасла, - упрямилась Эффа. – Потому что думала, что тебя спасает.
- Спасла-спасла, - кивнул я, приводя мысли мисс Сойер в рабочее состояние. – Да еще такую ценную вещь подарила.
- Никто тебе такие подарки не делал.
- Еще бы. Я бы, признаюсь, на такое никогда бы не пошел. Но раз тут так принято…
- А? – Встрепенулась Эффа. – Ты про что?
- Да вот… Есть Карим вон Альтазар. Он меня спасает, так? Вернее, он так думает.
Все же – надо быть честным. Отец Хенни и в самом деле мог так считать. Он не имеет всей картины.
- Так.
- Но требует за спасение плату. Серьезную. Такую, что меняет жизнь человека – многих людей. И считает себя вправе.
- Разве нет?
- Во-от, - протянул я наставительно. – Это понимание Хенни мне и подарила. А я тут, понимаешь, два раза мир спас.
- Мир тебя за это любит.
- Нет, Эффа. Этот мир мне очень сильно задолжал. – Поднялся я на ноги. – И я с него возьму плату.
Поделится в соц.сетях
