Главный инженер 4
Аннотация
Меня предали и убили, забрав все, что я строил годами. Но судьба дала мне второй шанс, правда волей судьбы я оказался в теле спившегося сантехника.
Теперь мои активы равны нулю. Мои пассивы — долги местному криминалу и убитое здоровье. Моё единственное оружие - опыт выживания и уникальный системный навык.
Чтобы вернуть свою империю и наказать предателей, мне придется начать с самых низов. Они думают, что сорвали джекпот, но скоро те, кто сидит в моем кабинете на вершине небоскреба, почувствуют, как под ними рушится фундамент.
Авторы: Вадим Фарг, Сергей Карелин
Цикл: Главный инженер
Предыдущие книги этой серии:
Главный инженер 3
Главный инженер 2
Главный Инженер
Теперь мои активы равны нулю. Мои пассивы — долги местному криминалу и убитое здоровье. Моё единственное оружие - опыт выживания и уникальный системный навык.
Чтобы вернуть свою империю и наказать предателей, мне придется начать с самых низов. Они думают, что сорвали джекпот, но скоро те, кто сидит в моем кабинете на вершине небоскреба, почувствуют, как под ними рушится фундамент.
Авторы: Вадим Фарг, Сергей Карелин
Цикл: Главный инженер
Предыдущие книги этой серии:
Главный инженер 3
Главный инженер 2
Главный Инженер
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
Всё ещё тот же день…
За камерами обнаружилась ещё одна проблема, вся нижняя часть несущей стены в этом месте была влажной на ощупь. Краска на панелях вспучилась и пошла пузырями, а по полу тянулся едва заметный след воды. Сергей снова попытался списать всё на обычный конденсат, но Михалыч молча присел на корточки возле стены и посветил фонариком в щель за холодильником.
За корпусами проходила пластиковая сливная труба. Два отдельных участка соединялись куском обычного садового шланга, который был притянут ржавыми хомутами. Прямо под капающим соединением на полу стояла обрезанная пятилитровая бутылка, в которой уже успело набраться приличное количество мутной воды.
— Это у нас временное решение, когда систему монтировали, нужную переходную муфту тогда на складе не нашли, — поспешил заявить Сергей раньше, чем мы успели задать вопрос.
— И когда именно у вас не нашли эту копеечную муфту? — поинтересовался я, рассматривая ржавые хомуты.
— Да давно уже, я сейчас и не вспомню точно.
— Ну, хотя бы примерно, месяц назад или два?
Заведующий складом замялся, переминаясь с ноги на ногу.
— Ну, месяца три назад это было, наверное, когда вентиляцию чинили.
Михалыч медленно выпрямился, хрустнув суставами, и с иронией посмотрел на меня.
— Ну, что я могу сказать, Максим? — усмехнулся он. — Мне всё больше и больше нравится эта работа.
Я сфотографировал шланг и все следы сырости вокруг. Здесь явно требовалось проверить уклон сливной магистрали, прочистить линию и понять, куда вообще этот слив выведен. Судя по тухлому запаху, за стеной нас могло ожидать ещё немало интересных открытий.
— Сергей, вы ведь понимаете, что это не просто какой-то сарай, а склад кухонного инвентаря и текстиля для ресторанов? — спросил я заведующего, указывая на плесень в углу. — Повышенная влажность и картонные коробки с посудой плохо сочетаются.
— Да я всё понимаю, по поводу этой течи уже несколько раз заявки писал, — начал оправдываться он, доставая из кармана блокнот.
— И кому конкретно вы эти заявки отправляли?
— Ну как кому, Глебу Сергеевичу, главному инженеру нашей управляющей компании.
— И какие ответы вы от него получали?
— Да никаких не получал, он постоянно говорил, что свободных людей нет, а эта проблема не является аварийной.
— У вас эти заявки и его ответы сохранились?
— Да, всё должно быть в почте.
— Отлично, тогда найдите эту переписку и перешлите её мне. Нам нужна история ваших обращений, чтобы потом, когда мы предоставим итоговый отчёт Виктории Игоревне, виноватым не назначили первого попавшегося.
Сергей посмотрел на меня с интересом и уважением. До этого момента он явно считал нас обычными шабашниками, которые просто походят по складу с умным видом, поругаются для приличия и предложат заменить половину сантехники. Теперь же он понял, что я собирался разбираться не только с гнилыми трубами и плавящейся проводкой, но и с тем самым руководством, которое годами игнорировало его жалобы.
— Я сейчас же всё найду, — пообещал он уже более спокойным и дружелюбным тоном. — Я Глебу и фотографии отправлял, и служебную записку под роспись отдавал, когда он сюда в прошлый раз приезжал.
— Вот и отлично, все эти документы нам пригодятся, — ответил я, делая пометку.
Вентиляционная система на складе работала только формально. В основном помещении воздух ещё хоть как-то двигался, но в комнате для хранения текстиля стоял запах сырости. Декоративная решётка под потолком была покрыта слоем жирной пыли, а за самой решёткой не чувствовалось никакого движения воздуха. Михалыч достал из кармана тонкий лист бумаги и приложил его к вентиляционному отверстию, но лист даже не шелохнулся и сразу упал на пол.
— Может быть, у нас сейчас просто система вентиляцию временно отключила, — неуверенно предположил Сергей, глядя на упавшую бумажку.
— Автоматика у вас на складе действительно работает удивительно умно, — язвительно заметил Михалыч. — Она почему-то отключает вентиляцию именно в тот момент, когда на объект приходят с проверкой.
Мы поднялись по лестнице в помещение вентиляционной камеры, расположенное на втором ярусе. Там выяснилось, что приводной ремень на одном из вентиляторов растянулся от времени и просто проскальзывал по шкиву, воздушные фильтры были полностью забиты грязью, а электрический привод второго агрегата вообще был отключён.
— Он гудел так, что люди работать не могли, голова у всех к вечеру раскалывалась, — поспешил объяснить заведующий.
— Ну конечно, теперь вентилятор не гудит и никому не мешает, работать людям стало гораздо тише, вот только дышать им теперь нечем, — ответил я, рассматривая отключённый кабель.
Михалыч тем временем уже переписал все данные с таблички двигателя и попросил Сергея включить агрегат буквально на несколько секунд. По характерному скрежету и свисту старый прораб почти мгновенно определил причину неисправности, а затем заставил меня приложить руку к корпусу, чтобы я сам почувствовал вибрацию.
— Вал двигателя здесь разбит, но ещё не окончательно, восстановить подшипники можно, если заняться этим прямо сейчас. Если же протянете с ремонтом ещё хотя бы месяц, то придётся менять весь вентиляционный узел, а это уже совсем другие деньги.
— Записываем этот пункт в нашу жёлтую категорию, — сказал я Михалычу.
— В какую ещё такую жёлтую? — удивлённо переспросил Сергей, переводя взгляд с меня на прораба.
Я достал из рюкзака три чистых листа и разложил их перед заведующим на рабочем столе, когда мы пришли в его кабинет. На первом листе я провёл жирную красную линию, на втором нарисовал жёлтую, а на третьем зелёную.
— Мы разделяем обнаруженные дефекты на три основные группы, Сергей. Красный список, это те нарушения, которые создают прямую угрозу. Такие вещи должны быть устранены нашими силами прямо сегодня, без всяких отговорок. Жёлтый список, это технические неисправности, которые пока ещё позволяют оборудованию как-то работать, но гарантированно приведут к аварии в ближайшее время, если ими не заняться. Их мы должны устранить в течение недели. Зелёный список, это все плановые работы, — пояснил я. — Надеюсь, понятно излагаю?
Сергей внимательно посмотрел на листы бумаги и кивнул.
— Слушайте, Максим, — пробормотал он. — А ведь это действительно удобно получается. А то к нам раньше приезжали разные проверяющие, писали по двадцать страниц заумных замечаний, а потом Глеб Сергеевич заявлял руководству, что денег на устранение всего этого списка нет, и в итоге вообще ничего не делалось.
— Именно поэтому я не собираюсь писать Виктории Игоревне бесполезный отчёт о том, что у неё на складе всё плохо, — ответил я, собирая листы. — Это она и без наших проверок может слышать от сотрудников. Я наглядно покажу ей на схеме, что именно нужно исправить и укажу, когда это необходимо.
Михалыч одобрительно хмыкнул и достал свой карандаш.
— В красный список мы без всяких сомнений записываем холодильный щит с греющимся автоматом, перегруженный удлинитель и заваленный коробками пожарный проход. Сливную трубу у мокрой стены я бы тоже рекомендовал внести в этот список, потому что сырость могла добраться до электрических кабелей.
— Сначала мы должны проверить всю трассу слива, Михалыч, — возразил я.
— Всё правильно говоришь, Максим, но до начала нашей проверки эти холодильные камеры от мокрой стены лучше всё-таки немного отодвинуть от греха подальше.
Мы ещё раз не торопясь обошли все помещения склада, но на этот раз двигались уже по строго намеченному пути. Я фотографировал каждый проблемный участок с нескольких ракурсов, привязывал каждый снимок к общему плану здания на планшете и записывал подробные пояснения. Михалыч тем временем делал эскизы узлов на миллиметровке и отмечал в блокноте, какие именно недостающие документы нам нужно будет запросить у Глеба. Он держал рабочую мысль удивительно чётко. За все три часа осмотра старик ни разу не потерял нить разговора и ни разу не попросил у меня перерыв, чтобы сбегать в ближайший ларёк за сигаретами или водой. Его лицо от долгой ходьбы покрылось мелким потом, но взгляд при этом оставался живым и сосредоточенным.
В одном месте мы с ним всё же немного поспорили по поводу ремонта. Михалыч предложил сразу же демонтировать и заменить всю старую сливную трубу, а я настаивал на том, чтобы сначала аккуратно вскрыть небольшой участок перегородки и проверить реальное состояние основной магистрали.
— Максим, да там по одному только запаху из бутылки уже понятно, что внутри этой трубы всё заросло жиром и грязью, — раздражённо проговорил старик, взмахнув руками. — Зачем нам лишнее время тратить на эти вскрытия, давай сразу всё срежем и проложим новую трассу из нормального полипропилена.
— По одному только запаху мы с тобой нормальную смету выставить не сможем, Михалыч, — спокойно ответил я ему. — Виктория Игоревна платит нам деньги за профессиональный аудит, а не за личные экстрасенсорные предчувствия.
— Да я эту гнилую дрянь уже больше тридцати лет вижу, поверь мне на слово.
— Именно поэтому ты должен подтвердить свой вывод фактами. Нам нужна фотография дефекта. Если мы с тобой хотим в дальнейшем работать на крупных и серьёзных объектах, то фразы типа «я и так всё вижу» нам придётся забыть.
Михалыч посмотрел на мокрую стену, тяжело вздохнул, но спорить со мной не стал.
— Ладно, твоя правда, Максим, вскрываем перегородку точечно и смотрим. Но учти, если там внутри действительно окажется то самое болото, про которое я тебе говорю, с тебя чашка хорошего кофе на обратном пути.
— Договорились, Михалыч. Но если там окажется чистая труба, ты целый месяц работаешь без лишних споров.
— Нет, Максим, на такие кабальные условия я точно не согласен.
К концу нашего осмотра красный список состоял всего из четырёх пунктов. Пожарный проход у входа рабочие освободили при нас, перетащив посуду в дальний угол склада. Перегруженный удлинитель убрали. Холодильную камеру сотрудники начали разгружать, чтобы уже сегодня вечером Славка мог спокойно проверить состояние электрического щита. Четвёртым пунктом в списке стала повышенная влажность бетонного пола возле силового кабеля, который проходил прямо за мокрой стеной. До устранения течи всё электрическое оборудование в этой зоне было решено временно обесточить.
В жёлтый список вошли вентиляционный агрегат на втором ярусе, вся сливная магистраль под холодильниками, отсутствие заземляющих устройств на металлических стеллажах, перегретые контакты в главном распределительном щите и повреждённая изоляция нескольких силовых кабелей в зоне разгрузки. Зелёный список получился у нас самым длинным и подробным. Настолько, что даже когда я его зачитывал вслух, Михалыч невольно зевнул, и я почему-то в тот момент был с ним солидарен. Да, это наша работа, за которую нам обещали хорошо заплатить, вот только список дел стал столь масштабным, что я задумался о новых сотрудниках. Ну а вместе с ними стоит и законно оформить свою работу, всё-таки мы теперь серьёзные люди, и организация у нас должна быть серьёзная. А не так как сейчас, когда все «просто» работают со мной, но не на меня, ну, официально.
— И ведь это здание у них считалось самым простым и беспроблемным, — задумчиво проговорил Михалыч, когда мы наконец закончили работу и вышли на свежий воздух.
Он устало опустился на бетонный блок и не торопясь закурил. Я не стал делать ему замечание, так как за последние три часа он отработал гораздо эффективнее многих молодых инженеров, которым платили огромные деньжища только за умение перекладывать письма из одной папки в другую.
— Ну и как тебе наш первый совместный объект, Михалыч? — спросил я, прислонившись спиной к металлическому ограждению.
— Да нормальный объект, Максим, ничего сверхъестественного я не увидел. Обыкновенный бардак, люди работают вполне адекватные, просто у них тут никто не отвечал за работу всей инженерной системы в целом. Один приходящий электрик когда-то наспех тянул провод, второй монтировал холодильные камеры, третий чинил сливную трубу из того, что под руку попалось, а четвёртый просто подписывал бумажки.
— А теперь нам надо сделать то же самое, но уже с другими объектами. Ты как, в деле? — спросил я, внимательно глядя на него.
Михалыч посмотрел на меня своим уверенным взглядом.
— Куда ж я денусь, Максим, — хмыкнул старик. — Я теперь не оторвусь от этого дела, ну, только если ты сам решишь меня выгнать.
— Пока не вижу причины, — с улыбкой ответил я.
— Это хорошо, — кивнул тот. — За это тебе спасибо. Но для дальнейшей работы надо бы закупиться. Ты уж прости, но мне с карандашом не так-то уж удобно работать.
— Всё необходимое мы купим утром, Михалыч, — ответил я. — Главное, чтобы работа двигалась дальше.
— Ну, судя по тому, кто за это взялся, — он как-то по-особенному посмотрел на меня, — я уверен, что работа будет двигаться ежедневно и в правильном направлении.
— Я буду стараться, — хмыкнул я. — Но да, ты прав, я к тебе обратился не просто так, мне нужна помощь именно такого человека, как ты Михалыч. Мы с тобой всё проверим, а потом я доложу обо всём уже непосредственно заказчику.
— Удобно ты устроился, Максим, ничего не скажешь, — старик хрипло рассмеялся, качая головой. — Хотя, оно ведь так и должно. Руководство даёт команду, я выполняю. Главное, чтобы всё честно и прямо между нами было.
— А я по-другому и не умею, Михалыч, — я пожал плечами. — Мне необходимо, чтобы каждый человек в моей команде занимался исключительно своим делом на своём месте. А по итогу мы получим общий коллектив, который будет работать сообща и помогать друг другу. Главное, чтобы не мешались. А то есть парочка одна у меня.
Старый прораб улыбнулся, затушил окурок и выбросил его в урну.
— Знаешь, Максим, а ведь я сегодня впервые за последние несколько лет почувствовал себя не просто старым алкашом, которого из жалости позвали потаскать коробки на складе. Голова-то у меня, оказывается, ещё работает, когда дело касается настоящей инженерии.
— Я именно это и проверял, Михалыч.
— Ну и как, по твоему мнению, прошёл я это испытание?
— Прошёл, и вполне успешно, — хмыкнул я. — Теперь для меня главное, чтобы ты завтра приехал в таком же рабочем состоянии.
Старик понял, на что именно я намекаю. Улыбка исчезла с его лица, но прежней обиды в его взгляде на этот раз не появилось.
— Приеду как штык, Максим, даже не сомневайся. Мне сегодня вечером нужно будет ещё дома этот отчёт подробно расписать и таблицы составить.
— Вот и занимайся отчётом. А деньги за сегодняшний день я переведу на карту прямо сейчас.
— Мы ведь ещё Виктории Игоревне ничего не сдали, — удивлённо заметил он.
— Ты сегодня честно отработал свои часы, Михалыч, значит, должен получить деньги именно сегодня, без задержек.
Михалыч отвернулся в сторону, делая вид, что рассматривает проезжающий мимо грузовик, но я успел заметить, как у него слегка дрогнули губы.
— Правильная у тебя привычка, Максим, редкая по нынешним временам.
— Я же говорил, что работаю по чести, — пояснил я. — Если человек выполняет свою работу добросовестно, то и к нему отношение такое же.
— Хэх, да уж… — как-то задумчиво пробормотал старик и почему-то опустил взгляд, будто вспомнил что-то неприятное.
— В чём дело? — не понял я. — Да, деньги небольшие, уж прости. Но это только за первый объект, а дальше…
— Да нет Максим, — перебил меня Михалыч и поднял на меня глаза, в которых я увидел старческую печаль. — Просто… напомнил ты мне одного человека. Тоже такого, знаешь, мужика с яйцами, который мог одним только словом поставить на место любого зажравшегося управленца.
— Хм, интересно, — мне и правда стало любопытно, хотя я уже догадывался, о ком он говорит. — И кто же это? Случайно не тот самый Орлов, у которого ты столько лет работал?
— О как, — удивлённо крякнул старик. — А ты откуда… хотя, да, чего это я. Ты ж прежде, чем нанимать меня, изучил моё дело.
— Было такое, врать не буду. Я искал нужного мне человека, с которым можно иметь дело. А мужичка с рынка, который может только гайки крутить, и то не в ту сторону.
— Это да, таких я тоже встречал. Но ты прав, я про Орлова. Тёзка твой, кстати.
— Да, я в курсе.
Мы немного помолчали. Михалыч ещё раз бросил взгляд на складскую зону, а потом снова обратился ко мне:
— В общем, ещё раз спасибо, что вытянул хотя бы сюда, Максим, — он протянул руку. — Завтра, надеюсь, будет так же весело.
— Я почему-то в этом уверен, — усмехнулся я, ответив на рукопожатие. — Завтра я планирую заглянуть в ресторан.
Поделится в соц.сетях
