Небесный всадник. 3 том
Аннотация
Небесные всадники — те, о ком слагают легенды, те, кем мечтают стать. Но мало кто знает, какой ценой создаются эти легенды.
А Самсон знает. Сёстры по оружию сами не понимают, чего хотят, соседи плетут интриги, а империя живёт, будто не замечая трещин в собственном фундаменте, который однажды позволил им возвыситься над остальными.
А фундамент этот — кости, и они готовы потребовать долг. Тьма расползается по землям, и единственной преградой остаются небесные всадники — те, кто давно забыл собственное прошлое. Возможно, пришло время, когда после долгой зимы весна уже не наступит.
Автор: Кирико Кири
Цикл: На краю эпохи драконов
Предыдущие книги этой серии:
Небесный всадник. 2 том
Небесный всадник
А Самсон знает. Сёстры по оружию сами не понимают, чего хотят, соседи плетут интриги, а империя живёт, будто не замечая трещин в собственном фундаменте, который однажды позволил им возвыситься над остальными.
А фундамент этот — кости, и они готовы потребовать долг. Тьма расползается по землям, и единственной преградой остаются небесные всадники — те, кто давно забыл собственное прошлое. Возможно, пришло время, когда после долгой зимы весна уже не наступит.
Автор: Кирико Кири
Цикл: На краю эпохи драконов
Предыдущие книги этой серии:
Небесный всадник. 2 том
Небесный всадник
Ознакомительный фрагмент
Глава 67
Мы пока разговаривали, драконы умудрились сожрать всего великана. Когда спохватились, только грудная клетка и осталась.
— Духи, да пусть доедают, — махнула рукой Ирис. — Будто нам есть дело до этого.
— Как они вообще всё жрут так… — поморщился я.
— Они всеядны. Большое тело требует очень много энергии, и они вынуждены питаться всем, что можно съесть. Прекрасно, если мясо или даже падаль, и лучше, чем ничего, если трава или даже кора, — Тефея посмотрела на меня. — Ты слушал, что я тебе о них рассказывала?
— Просто в толк не возьму, как они ещё не померли с голоду с таким аппетитом, — поморщился я, глядя, как они и с грудной клеткой уже заканчивают. — Или не съели всё в округе.
— В природе они половину своей жизни спят, — ответила Тефея, подойдя к своему красному дракону. — А может и больше. К сожалению, наблюдений и исследований на эту тему мало.
— Почему?
— Потому что всех наблюдателей съели, — усмехнулась Ирис.
— Серьёзно?
— Слишком долго наблюдать, — ответила наша библиотекарь. — Но если смотреть на наших, то в башне они большую часть времени, за исключением наших походов и дежурств, спят. Редко когда сами выходят, чтобы полетать.
Ну вообще я могу их понять. Если им не нужны развлечения, то такая жизнь, считай, раю подобна. Врагов нет, опасности нет, кормят сколько хочешь и когда хочешь, да и куда сытнее, чем в природе. Знай себе что спи да ешь — ну разве это не мечта? А ещё бы компик, вар тандер с КСкой и пиццей… м-м-м…
Какого мира я лишился…
С другой стороны, какой приобрёл!
Посмотрел на дракона Ирис и увидел, как тот пережёвывает кишки великана.
Ладно, насколько хорош мир, который я приобрёл, ещё под вопросом. Тут что ни срачка, то горячка, а возвращаешься в своё, казалось бы, поместье, и проблемы вообще по экспоненте увеличиваются.
— Самсон! Давай на дракона! — крикнула Ирис. — Пора лететь!
— Да, сейчас…
Только, в отличие от них, мне с Бегемотом пришлось бежать до берега, где была взлётная полоса, откуда уже мы понемногу поднялись в воздух. Как же ему тяжело летать, это просто ужас… Вот реально, дракон-скуф, иначе не сказать. Хуже того, что я его даже как-то уважаю за такую лень.
Весь оставшийся день мы добивали острова на наличие ещё кого-нибудь, после чего Ирис взяла курс на какой-то небольшой центральный островок. Он выглядел как башня посреди моря, эдакая неприступная природная крепость, где с берега забраться было почти нереально. Если только садиться сверху, как мы.
Стараясь не думать, как буду взлетать, мы с Бегемотом сели прямо на краю. Правда, нас потом протащило вперёд, потому что зависать мы не умеем, пока дракон не ткнулся мордой в ствол дерева, но мы всё же сели, а значит, считается. Тефея с Ирис сели, конечно, грациознее, но не так интересно.
— И что здесь? — поинтересовалась тихоня.
— Увидите, — подмигнула она. — Уже интересно, да?
— Интересно, что мы делаем на одиноком острове, — кивнула Тефея.
— Ну… во-первых, Серафина сказала сразу не возвращаться. Во-вторых, думаю, вам здесь понравится, — спешилась она.
— А что в мешках-то? Помимо золотых побрякушек?
— Увидите, — подмигнула Ирис и зашагала в лес.
Ну а мы что? Мы пошли за ней.
— Знаешь, куда она нас ведёт? — тихо спросил я Тефею.
— Без понятия, Самсон, — честно ответила она. — Сама тут в первый раз.
Тем временем Ирис вывела нас в центр этого небольшого острова-башни. И её сюрприз стал мне полностью понятен. Кажется, только мне, потому что Тефея смотрела на подругу с вопросом.
— Что это? — тихо спросила она.
— Горячие источники, — ответил я вместо рыжеволосой.
— Именно! — щёлкнула та пальцами. — Вокруг холодрыга, того глядишь и снег пойдёт, а тут тепло, в бассейне! Любые морозы можно пересидеть!
Не только тепло, но и уютно. Само место с воздуха закрывали широкие ветви, как будто под крытым навесом находишься. С одной стороны небольшая скала закрывает полукругом, с другой полянка, на которую мы вышли. Здесь и кострище есть, и лавки самодельные между стволов деревьев — всадницы явно облюбовали это место. Только у меня один вопрос:
— И нам что, сидеть здесь всю неделю?
— Ну почему же? Переночуем пару ночей, потом обратно двинем, а там, может, погоняем немного всяких подонков, что границу пытаются пересечь, и как раз вернёмся в шпиль к нужному времени.
— А я могу сказать, в чём причина, что нас сослали?
— Задание выполнять, — отрезала сразу Ирис. — Всё, давайте, готовимся к ночлегу.
— А что насчёт сюрприза? — спросила Тефея невозмутимо.
— Он будет, — подмигнула Ирис и ушла.
Что. Там. За. Сюрприз. Что можно было найти такого на корабле, что у неё аж глаза блестят? А что вообще нравится Ирис? Ну Тефее понятно, книги и интересные истории. А Ирис? Военная тематика и всё околосвязанное? Я бы предположил именно это, учитывая её боевой характер. И не мог представить, насколько ошибался.
Место я выбрал поближе к источнику у скалы. Как раз и тепло, и под защитой. И… собственно, больше мне было нечего раскладывать, потому что у меня только спальник да мешок с провиантом, который мне всучили. Там, кстати, маринованные огурчики есть в глиняном горшочке! А если дичь подстрелить, то будет ещё и шашлык. И с маринованными огурчиками…
М-м-м…
Так, нужен лук! Хотя ладно, я могу поймать что-нибудь и без лука! Поэтому, сняв доспехи, которые теперь были лишними, я уже собирался поискать на острове кого бы прирезать на ужин, когда на поляну вышла Ирис. Я был повёрнут к ней спиной, но, увидев, как у Тефеи медленно открывается рот, обернулся.
Знаете, у меня тоже рот начал открываться. Того глядишь, ещё и слюна капать начнёт.
— Ну?! Как вам?! — Ирис прямо светилась, но наше общее мнение высказала Тефея.
— Из какого борделя это было взято, Ирис?
Я могу понять шок Тефеи. Я тоже слегка… охренел.
Ирис переоделась. И на ней был не подоспешник или какое-нибудь привычное нам платье, а что-то… сильно восточное по виду. Прямо конкретно восточное.
Я как-то смотрел «Алладина», мультик, и там на Жасмин были такие шаровары вместо штанов. Сейчас на Ирис было как раз вот такое, причём ткань была не плотной, и под ней отлично проглядывались её ноги. А вот верх вообще мало что скрывал. Лифчик, богато украшенный всякой золотой бижутерией, явно был мал и едва справлялся с задачей. Поверх была какая-то прозрачная ткань, которую можно было бы назвать кофтой, если бы она вообще хоть что-то прикрывала. Но вот что прикрывало неплохо, так это какой-то платок на её лице, оставляющий открытыми только глаза.
Будто Ирис показалось этого мало, она ещё по рукам и ногам себе какие-то браслеты надела. А на шею нацепила такой конкретный золотой ошейник в цепочках. Мне страшно представить, сколько он весил, да и не хочу.
— Почему сразу бордель?! Отличное платье! Ты глянь, как красиво! — крутанулась она на месте. — Самсон, ну красиво же?!
— Угу… — только и смог выдавить я.
— Кстати! Я тебе тоже принесла платье!
— Я откажусь, Ирис, без обид.
— Да ты попробуй…
Пока одна уговаривала другую, я свалил от греха подальше. Уж лучше бы летали и жарили всех подряд, а не мучали меня каким-то стриптизом.
К сожалению, на острове дичи не нашлось, поэтому я оседлал Бегемота и полетел на соседние. Взлёт был ещё той жопой. Вместо того чтобы взлетать как положено, он едва не упал в воду, кое-как, херача крыльями, как проклятый, чтобы подняться в воздух. А выбрали мы самый большой остров, где я и спешился, выдвинувшись в лес.
Когда-то, честно признаюсь, я боялся ночного леса. Да даже когда сумерки опускались и становилось сложно что-то разглядеть, мне становилось уже как-то не по себе. Но сейчас… сейчас мне было плевать. Видно, не видно, темно, светло — я уже успел повидать всякое, чтобы не бояться. Конечно, иногда это работает и в обратную сторону: тебе начинает всякая хтонь мерещиться в темноте, что даже за дверь не выйдешь, но у меня была своя хтонь, толстая и огнедышащая.
Добычей по итогу стала какая-то то ли утка, то ли чайка. Но мне плевать, главное, что мясо, и главное, что это можно пожарить, лишь спрошу у Тефеи, насколько это съедобно. Вернулся обратно, врезавшись в ствол дерева мордой дракона, как в прошлый раз, вышел на поляну…
И что я вижу?
Нет, Ирис не переоделась обратно. Это Тефея оделась в наряд, который рыжеволосая бестия притащила.
Сука, Тефея, я надеялся, что ты решишь эту проблему в моё отсутствие, а не будешь её плодить! Хотя наряд зачётный, врать не буду.
Ей как раз под стать Ирис притащила чёрный костюм, который заметно отличался от первого. Всё тот же щедро украшенный лифчик, но вместо трусов что-то типа юбки с длинными подолами спереди и сзади, но которые совсем не закрывали ноги. Всё это сверху было накрыто какой-то чёрной и полностью прозрачной фатой до земли. И то же обилие золота на руках, ногах и шее. Даже цепочки от уха до уха через лицо.
Теперь они обе выглядели как рабыни на каком-нибудь арабском рынке.
— Она меня уговорила примерить, — заметив мой взгляд, невозмутимо произнесла Тефея.
— Сочувствую, — пожал я плечами. — А я мяса принёс пожарить на костре.
— Ну и всё же, как мы тебе, Самсон? — не унималась Ирис. — Хорошо выглядим, а?
— Вам идёт. Только не думаю, что такое носят каждый день на юге.
— Наверняка праздничная одежда!
— Или одежда для борделя, чтобы специально соблазнять мужчин перед сексом, — ответил я.
— Ага. Дороговато для борделя будет, умник, — фыркнула Ирис. — Может, оно и откровенно, но сшито со вкусом и стилем. Копчёные бы обзавидовались!
— Я не думал, что ты модница, Ирис.
— Да какая модница? Просто красиво выглядит! Ну взгляните: ярко, сочно, ещё и на ощупь приятно! Не то что подоспешник или наши повседневные платья!
— Самсон прав, это не повседневная одежда, — осмотрела себя Тефея. — Скорее для особых случаев. Я читала, что обычно она непрозрачная и плотнее, чтобы закрыть от солнца и песка, при этом свободна, чтобы не было жарко. А здесь…
— Это возведено в максимальную эротичность, — подсказал я, ощипывая птицу. — Так вы в этом будете ходить теперь или переоденетесь?
— Скажи ещё, что тебе не нравится, — лицо Ирис вижу из-за платка наполовину, но уверен, что она улыбается.
— Нравится, но если вы не собираетесь передо мной танцевать и медленно раздеваться, не вижу смысла в этой одежде.
— А ты всё об одном.
— Конечно, об одном. Ты на ваш наряд посмотрите и вспомните, перед кем стоите, блин!
Но Тефее будто понравилось. Она продолжала ходить, разглядывая себя со всех сторон, будто реально примеряя для себя возможность остаться в этом наряде.
И да, они так в нём и остались. Обе. Даже когда мы сели кушать. Сослались, что в нём действительно удобнее, чем в подоспешнике. Я, конечно же, просто поверю им на слово, но сам проверять не буду.
— Кстати, Тефея, а вот ты рассказывала, что у пиратов иногда попадаются небесные всадницы. А как часто?
— Я ни разу не встречала, — честно призналась она.
— Я встречала, — произнесла Ирис. — Как раз когда они набеги делали с этих островов на наши прибрежные деревни и города, мы с ней и столкнулись. Не чета нам, особенно работающим в группе. Порвали быстро, но сам факт того, что у них они иногда встречаются, уже настораживал.
— Ты же сказала, что иногда.
— Ну да, иногда, — кивнула рыжая.
— Но один раз за сколько? За сто пятьдесят лет — это чуть-чуть реже, чем «иногда». Раз так в сто. Скорее исключение из правил.
— Лучше быть готовым к исключению из правил, чем однажды понять, что «иногда» наступило, — заметила невозмутимо Тефея, коммуниздя у меня из-под носа маринованные огурцы. Сами себе их не взяли, нос воротили, а сейчас за обе щёки жрут. Вот что за люди, Самсона объедают. Так, маринованные грибы не достаём при них.
— А виверны так же «иногда» появляются?
— Нет, чаще, — уже ответила Тефея. — На моей памяти раза три было. Все с моря были.
— Да, я помню, — кивнула Ирис и тоже мои огурцы жрёт! Ты же сказала, что они мочой пахнут! — Но одни были из-за моря, другие, как мне кажется, с подачи агадарок налёты делали. Уж слишком удачно и слаженно били.
— А какие-нибудь нападки с холодных земель были? Виверны, драконы или прочая хрень? — спросил я, припомнив слова гостей с востока.
— Ну кроме нашествия великанов лет сорок назад я даже сейчас и не вспомню… — задумчиво пробормотала Ирис. — Да и смысл сейчас вспоминать? Мы здесь закончили, а значит, можно выдохнуть и немного порадоваться жизни. А то чует моё сердце, в следующие недели Серафина нам спуска не даст.
***
Наступил следующий день, а вместе с ним пришла и непогода.
Море бушевало во всей своей красе даже здесь, среди островов, налетая на нашу башню. Волны вздымались почти до самого верха, щедро обдавая брызгами, которые тут же превращались в лёд. За какие-то минуты всё было укрыто свежим белоснежным ковром снегопада. Крупные хлопья прорывались то тут, то там, задувались ветром меж деревьев, но рядом с горячими источниками он тут же таял.
Короче, несмотря на всю бурю, здесь было тепло и уютно. Прямо маленький рай в холодном аду, где мы втроём прятались.
— Какой каеф…
Ирис, улучив момент, когда я смотрел в другую сторону, быстро разделась и залезла в горячую воду по шею, откуда теперь блаженно улыбалась.
— Я бы на вашем месте искупалась, — расслабленно произнесла она. — Вы не представляете, какое блаженство сидеть в горячей воде, когда вокруг дикий холод…
— Сильно горячая? — Тефея осторожно коснулась воды пальцем ноги.
— Самое то. Вчера не получилось, так хоть сегодня можно будет отмокнуть… А то как вернёмся в шпиль, будем как ослики на мельнице работать, духи свидетели…
Обе всадницы, воспользовавшись моментом, просто спрятались от Серафины под видом задания, во имя тунеядства решив отсидеться максимально в стороне. Кстати, а вот я не скажу, что нас прямо загоняли. Да, у меня были тренировки каждый день, а что не тренировочный день, то дежурство, патруль или дружные вылазки для отработки построений в воздухе, и тем не менее я как-то втянулся. Для меня было нормально, но вот для всадниц…
Хотя столько лет этим занимаются, наверное, тут любой от такого устанет.
Я бросил взгляд в сторону моря, где, прячась от непогоды и холодного ветра, драконы скрутились в клубок. Но меня волновали не они, а Бегемот, который был на своей волне — с утра как прыгнул в море, так и не возвращался. Он там не утонет?
Тем временем Тефея начала раздеваться, даже не моргнув глазом, что я нахожусь рядом и всё вижу. Но, видимо, что-то в моём взгляде она таки поймала, когда разделась наполовину, потому что спросила:
— Что-то не так? — даже грудь не пыталась прикрыть.
А там было на что посмотреть. Да, относительно Мелиссы скромно, но и та, извините меня, выше двух метров, габариты с пропорциями совершенно другие. А тут вполне себе небольшая аккуратненькая кругленькая грудь-капля торчит такими же маленькими светло-коричневыми ареолами под стать самой худенькой хозяйке, на которой она смотрелась очень гармонично. Ещё интереснее это выглядело с её круглыми очками на носу, которые слегка дополняли образ.
— Ты меня не стесняешься? — я не стал пялиться, отведя взгляд.
— А ты откроешь для себя что-то новое, если увидишь меня голой? — спросила Тефея спокойно и продолжила раздеваться.
— Нет.
— Тогда не вижу смысла стесняться, если ты знаешь, как выглядит голая девушка. Тем более не вижу смысла стесняться брата по оружию, человека, которому я доверяю куда более важные вещи: спину и собственную жизнь.
Её рациональный подход к этому вопросу меня даже сбил с толку.
— А ты пойдёшь в воду? — спросила Тефея так, будто мы были до сих пор одеты.
— Да, думаю… только попозже.
— Если это из-за стеснения, то ни я, ни Ирис не увидим для себя ничего нового. Тем более когда ты доверяешь нам куда более важные вещи, чем собственную наготу.
Я, честно говоря, даже не ожидал, что она окажется в этом вопросе самой невозмутимой и логичной. Ну типа ты не можешь довериться человеку и раздеться в то время, как доверяешь при этом собственную жизнь. Нет, стеснение работает, конечно, иначе, и тем не менее вопрос был достаточно логичен: бояться показаться голым, но не бояться доверить собственную жизнь.
А, ладно, уговорили…
Я без задней мысли сбросил с себя всё, что было, и побежал в воду под задувающий меж деревьев холодный воздух.
Ирис была права, когда вокруг мороз, сидеть в тёплой воде сплошной кайф. А одежду можно положить на тёплые камни, чтобы она не остыла и не промёрзла. И сидишь, дышишь перемешанным с тёплым паром холодным воздухом и так приятно…
Хотя что я заметил — а Ирис-то стесняется. Я серьёзно, это было прямо сильно заметно на фоне невозмутимой Тефеи, которая даже глазом не повела и сидела в воде с запотевшими очками. Вот этот бегающий взгляд, особенно когда я голый подходил, а она старалась не смотреть, нет-нет да косясь взглядом на мою гордость, чрезмерно красные щёки и попытка не встречаться взглядом, пока руки между делом прикрывали уже её гордость.
Блин, да оказывается, я тут не один такой. Причём хрен с ним, со мной, двадцать три всего, а ей там же около ста восьмидесяти ведь! И нет, она не ровесница Каталины, потому у них принято почему-то считать свой возраст с того момента, как они стали всадницами, а не с рождения. То есть той же Серафине не двести два, а двести двадцать два, а Мелиссе не триста, а триста тридцать.
И получалось, что Ирис не сто шестьдесят с копейками, а сто восемьдесят плюс-минус пять лет! А стесняется ещё хлеще меня!
Ну тут я прямо успокоился… Да и Тефея была права: какой смысл стесняться людей, которым ты доверяешь собственную жизнь?
— Кстати, а кто был вашей первой жертвой? — спросил я, чтобы немного разрядить обстановку с напряжённой Ирис.
— Какой-то бандит, — тут же ответила Тефея. — Мы патрулировали границу, когда увидели налётчиков, разграбляющих караван. Со мной была в тот раз Мелисса. Мы пожгли часть и спешились. Один из выживших бросился на меня, и я срубила ему голову.
— А это где?
— Той дороги уже нет, — ответила она.
— А моя первая жертва — какой-то солдат на границе, — хвастливо сообщила Ирис. — Это ещё в те времена, когда война закончилась, но напряжение всё равно было, из-за чего то и дело были стычки на границе. Мы налетели, пожгли всех, спешились проверять, а тут один да и выскочил! Но куда ему было до меня… Небольшой бой, и его не спасли даже доспехи. Загнала меч прямо в смотровую щель! Тогда я поняла, насколько сильнее других…
— Мне Аэль рассказывала, что кто-то из вас вообще расплакался при первом убийстве, — вспомнил я говорунью.
Тефея и Ирис переглянулись.
— Рондо вроде, — задумчиво произнесла рыжая.
— Да, Рондо, мне Мелисса однажды рассказывала, — кивнула Тефея. — Мне говорили, что ей совсем тяжко пришлось, её чуть ли не заставляли убить человека.
— Да. Да-да-да, было дело… — протянула Ирис. — До меня, но это долго обсуждали потом. Мне рассказывали, убить вообще никого не могла, даже отъявленного ублюдка. С таким трудом убила одного человека, а потом всё равно не могла. Всадницы говорили, что из неё ничего не выйдет.
— Мы сейчас об одной и той же Рондо говорим? — уточнил я.
— У нас одна Рондо, — невозмутимо заметила Тефея. — Её буквально заставляли убивать людей, пока не привыкнет.
— Да. Говорят, её потом трясло, рыдала навзрыд, не могла прийти в себя. Но потом смирилась, замкнулась, а затем словно пришла в себя, и всё стало нормально.
Рондо… вон та, что постоянно язвит, шутит, троллит и прикалывается.
И вот эта девица ревела и тряслась, когда убивала людей? А после этого она точно стала нормальной? Просто сейчас по ней даже и не скажешь, что Рондо могла быть такой чувствительной натурой. Ну стерва стервой, которая плевать хотела на чужие жизни, которые не входят в сферу её интересов. Закалилась так закалилась, блин…
Или вот эта показная стервозность и язвительность — просто попытка оградиться? Ну чтобы все думали, что ты ещё та сука и не поняли, что на деле внутри так и осталась сидеть ранимая душонка. Сидит и прячется под маской суки?
Как бы то ни было, мне всё равно. Это не моё дело, не моё прошлое, не моя забота. Меня самого куда больше волнует тот факт, что я не почувствовал ничего. А может, вся эта хрень преувеличена? Ну с тем, что ты будешь чувствовать? А на деле завалил и завалил, земля пухом?
— Мне интересно, почему здесь даже в мороз вода горячая? — негромко спросила Тефея, скорее в пустоту, чем у кого-то из нас.
— Магия какая-нибудь, — пожала плечами Ирис.
— Это геотермальный источник, — ответил я.
— Какой источник? — подняла запотевшие очки на меня Тефея.
— Геотермальный, — повторил я. — Суть в чём, здесь раньше был вулкан. Очень давно, судя по островам и тому, что осталось. Тем не менее после него где-то местами лава всё равно протекает близко к поверхности. Вода на глубине нагревается и поднимается сюда. Отсюда горячая вода.
— Вулкан? Да ты хоть знаешь, как вулкан выглядит? — насмешливо спросила Ирис.
— Знаю. А ты знаешь, как выглядят вулканы, которые после извержения разрушились?
— Хочешь сказать, что раньше вот это всё было вулканом? — уточнила Тефея.
— Короче… — вздохнул я.
Нас ожидала очень долгая лекция по этой теме.
Поделится в соц.сетях
