Небесный всадник. 3 том
Аннотация
Небесные всадники — те, о ком слагают легенды, те, кем мечтают стать. Но мало кто знает, какой ценой создаются эти легенды.
А Самсон знает. Сёстры по оружию сами не понимают, чего хотят, соседи плетут интриги, а империя живёт, будто не замечая трещин в собственном фундаменте, который однажды позволил им возвыситься над остальными.
А фундамент этот — кости, и они готовы потребовать долг. Тьма расползается по землям, и единственной преградой остаются небесные всадники — те, кто давно забыл собственное прошлое. Возможно, пришло время, когда после долгой зимы весна уже не наступит.
Автор: Кирико Кири
Цикл: На краю эпохи драконов
Предыдущие книги этой серии:
Небесный всадник. 2 том
Небесный всадник
А Самсон знает. Сёстры по оружию сами не понимают, чего хотят, соседи плетут интриги, а империя живёт, будто не замечая трещин в собственном фундаменте, который однажды позволил им возвыситься над остальными.
А фундамент этот — кости, и они готовы потребовать долг. Тьма расползается по землям, и единственной преградой остаются небесные всадники — те, кто давно забыл собственное прошлое. Возможно, пришло время, когда после долгой зимы весна уже не наступит.
Автор: Кирико Кири
Цикл: На краю эпохи драконов
Предыдущие книги этой серии:
Небесный всадник. 2 том
Небесный всадник
Глава 68
Мы провели здесь две ночи, отмокая посреди снежной бури и промозглого ветра. Что было интересного за это время…
Ну, для начала я объяснял, почему это вулкан, как он образовался, как образовались острова и откуда тёплая вода. Просто решил немного просветить девушек, и если Ирис, вроде, было пофиг, то вот Тефея даже подалась вперёд, внимательно меня слушая. Прямо благодарный слушатель: она задавала вопросы, допытывалась до нюансов, да и всячески проявляла интерес. Но был и обратный момент.
— Откуда ты это всё знаешь? — подалась Тефея вперёд.
— Просто знаю, — пожал я плечами с самым невинным видом.
— Я не знала этого, хотя читаю много книг учёных и мыслителей. И никогда не слышала этого от умных людей. Но ты знаешь.
— Может, слышал когда-то в прошлом…
— Откуда?
— Да не знаю я, не помню, — недовольно ответил я.
— Да не скажет он, — хмыкнула Ирис, вальяжно махнув рукой. — Никому не говорит и тебе не расскажет, поэтому не допытывайся и не мучай парня.
— Ты ведь не столько глуп, как пытаешься выглядеть. Почему? — продолжала Тефея давить.
— Потому что много знать не значит быть умным.
Даже рассказывать ничего не хотелось после такого. Да, мы оба знаем, что знаю я, что они знают, что я помню всё, но не хочу раскрывать ничего, и обычно все относятся к этому с пониманием, но Тефея со своим пытливым умом и желанием всё знать перешагивала границы, не моргнув глазом. С одной стороны, вроде и умна, но с другой — ей не хватало хотя бы чуть-чуть тормозов, чтобы вовремя останавливаться.
Тефея подалась вперёд. Даже не просто подалась — проползла весь источник на мою сторону и приблизилась так, что мы чуть ли носами не касались, упёршись руками мне на бёдра. Даже через запотевшие круглые очки я видел её внимательный взгляд.
— Откуда ты прибыл, где знают такие вещи, Самсон? — спросила она без угрозы, но с нескрываемым интересом.
— Я тебя сейчас в губы поцелую, — пригрозил я.
— Это лишь касание открытых участков кожи, не более, — не моргнув глазом, ответила Тефея, показав полное безразличие к такого рода угрозам. — Если ты обычный простолюдин, но знаешь такое, то и развитие с образованием, откуда ты родом, должно быть выше нашего.
— Я не знаю, кем я был.
— Но и вёл ты себя в начале не как аристократ, а значит простолюдин. И узнать такое ты бы мог, разве что учась. Значит, у вас или есть образование для всех, когда даже у нас только для аристократов и за деньги, или это просто общеизвестный факт. И то, и другое значит лишь то, что уровень развития той империи в разы выше нашего.
— Тефея, гляди, сейчас тебя Самсон действительно в губы поцелует, а то и присядешь на него, — предупредила с усмешкой Ирис. — Оставь парня в покое. У каждого свои секреты. Он же сказал, что не помнит, незачем его тут изводить.
Тефея ещё несколько секунд вглядывалась мне в глаза, замерев в считаных сантиметрах, после чего тихо пробормотала: «Как знаешь» и отсела. Вот же настырная любознательная личность с пытливым умом… лишнее подтверждение тому, что лучше вообще не умничать и выглядеть дебилом.
Что ещё интересного произошло за это время.
Ну, помимо того, что я увидел голой Тефею, которая вообще не стеснялась щеголять голой, демонстрируя свои филейные части тела, удалось увидеть и Ирис. И я не совсем понимал, чего именно рыжая так стеснялась всё это время таким обычно гордятся. Тут и подтянутая фигура, на которой прорисовывались мышцы и пресс, и широкие бёдра с треугольником кудрявых рыжих волос. Под стать росту под два метра (выше неё только Мелисса была) у Ирис был размерчик груди эдак четвёртый или пятый. Подтянутая, с большими сосками и ареолами телесного цвета. Всё как у всех — идеально настолько, насколько могло быть.
Сначала она вообще как-то жалась, потом обвыкла, развалилась, раскинув руки по краям, не пытаясь прикрыться, а после и вовсе спокойно вылезала, светя задницей. Так что мне было на что посмотреть.
В принципе, было весело, тепло и уютно. Мы иногда просто лежали и засыпали в этом источнике, прикрыв глаза. Иногда сидели у костра, кушали и обсуждали последние новости, агадарок и что предпримет император. А один раз мы с Ирис на спор побежали к морю, спустились вниз и сиганули в ледяную воду. Ощущения были незабываемы, будто на мгновение всё тело парализовало.
Короче, время провели хорошо, а потом вторая ночь у источников, и пора было возвращаться.
Буря даже не собиралась успокаиваться, сметая всё на своём пути. Ветер лупил морозом в глаза, то и дело набрасывался рывками, будто пытаясь взять внезапностью и столкнуть. Лицо жгло от холода и повышенной влажности. Выглядело так, будто море кто-то кипятит.
Даже взлёт на драконах ощущался иначе. Я чувствовал, как Бегемот борется со стихией, пытаясь набрать высоту, как его кидает и кренит на потоках ветра, пока мы не набрали приличную высоту, поднявшись выше закрывших небо туч.
— Ну наконец-то… — выдохнул я, наблюдая за тем, как плотный слой туч, словно вторая земля, становится всё дальше и дальше.
На высоте было холоднее, этого не отнять, но, с другой стороны, здесь светило солнышко, тем самым немного пригревая, да и ветер не метал тебя, как дерьмо в проруби. Вот кто летал на самолёте, сразу поймёт меня — умиротворённость и покой. Разве что ветер хлестал в лицо, но к этим мелочам я уже привык.
Тройкой мы летели над тёмными тучами навстречу восходящему солнцу (внизу казалось, что сейчас грёбаные сумерки), взяв направление по побережью к северной границе, чтобы немного убить время. Почему мы не остались на островах дальше отмокать и кайфовать, не знаю, но Ирис уверяла, что мы найдём, чем заняться. Уж лучше бы там сидели, если честно, хотя, не буду врать, летать я любил. Возможно, и они тоже, почему и решили воспользоваться шансом полетать в своё удовольствие.
Часам к трём шторм, который укрывал всё побережье, сошёл на нет, открыв под нами заметённую береговую линию, местами скованную льдом. Мы двигались почти ровно на север, и вскоре я заметил последний город, после которого уже начинались холодные земли. В последний раз, когда я их видел, они были тундрой, покрытой местами снежными шапками и кустарником.
Сейчас это была ледяная пустыня с барханами до самого горизонта.
Как раз в этот момент Тефея обогнала нас, скомандовав:
«Сесть. Совещание».
Ну или обсуждение дальнейших действий, потому что я тоже не совсем понял, куда именно Ирис нас ведёт.
Мы сели в ледяной пустыне в метрах пятистах от леса. Здесь не было ничего, кроме снега, небольших барханов и беспощадного ветра, который мёл, как крошево из стекла, позёмку. И дальше на многие километры наблюдалось то же самое. Поставив драконов поближе друг к другу, мы создали маленькое укрытие, где и собрались.
— Ирис, куда мы направляемся? — спросила Тефея.
— Ну как, в холодные земли, конечно! До самого моря!
— Зачем? — всё равно не поняла она мысль.
— Ну нам же надо убить время, верно? Серафина сказала неделю, и мы как раз вдоль берега и до самого конца, а потом обратно! Пусть Самсон посмотрит, как край земли выглядит. Может, пожжём кого-нибудь в пути. Заодно взглянем, что тут творится, что великаны холодных земель вдруг в тёплые края потянулись! — хохотнула Ирис задорно. — Я не пойму, ты не хочешь просто полетать для себя?
— Хочу, — ответила Тефея. — Просто хотелось услышать наш план.
— Ну вот тебе и план. Вдоль берега до самого моря, и обратно под углом сразу на столицу, чтобы Самсон посмотрел, как эти земли выглядят! Всё, вперёд!
Не, ну я-то тоже не против полетать, если что. По кайфу так подняться и лететь куда глаза глядят, не зная ни бед, ни проблем. Я бы вообще кругосветку на драконе сделал бы, вот! Облетел вокруг и посмотрел, каких она размеров, а заодно и что тут вообще есть! Просто, учитывая гравитацию, она плюс-минус в пределах Земли, однако это не значит, что здесь всё так же. Может, летающие острова, может, совсем другая флора и фауна, кто знает?
Но это как-нибудь потом. Уверен, шанс ещё выдастся, а пока взглянем на край земли, как они его называют. А то каждый раз, как патруль вдоль этих границ, взгляд сам собой тянется к горизонту, и ты думаешь, а чем они вообще заканчиваются. Да, с Аэль мы уже залетали вглубь, однако до конца так и не добрались, и там, судя по всему, было ещё лететь и лететь.
Как, впрочем, и сейчас. За сегодня добраться до самого конца нам не светило. Холодные земли оказались реально большими, и даже пара часов полёта с попутным ветром не помогли нам добраться до конца. Пришлось вставать на привал здесь же, среди бесконечных снегов.
Тефея на огненном драконе выжгла для нас в снегу небольшую площадку, где мы и сели, опять укрывшись за драконами.
— Итак, Самсон. Ты уже знаешь, как мы ночуем в холодное время? — спросила Ирис.
— Вместе в одном спальнике?
— Именно. Поэтому сейчас один мы стелим на землю, чтобы не промёрзнуть от неё, а другими укутываемся.
Мы разложились и забились все вместе, прижавшись друг к другу. Никакой эротичности и пошлостей, учитывая, что мы были в плотных зимних поддоспешниках, которые полностью скрывали любые особенности фигуры. Ну ладно, не любые, я чувствовал бугры Ирис, которые мне упёрлись в спину, и тем не менее это ощущалось почти никак, чтобы даже возбудить.
Хотя было приятно проснуться и понять, что тебе под бочок забилась Тефея, которая будто пряталась от холода, а позади обнимала, чуть ли вся не забравшись сверху, Ирис. Хорошо же спать посерединке! И никто не смущался — это был вопрос нормального отдыха и выживания.
Мы встали под промозглым ветром, который работал снежным крошевом, как пескоструйный аппарат. Вот тут ты как-то сам хотел надеть шлем, чтобы защититься от него, потому что ощущения были, скажем так, не воодушевляющие. Быстрый перекус под боком у дракона Тефеи, после чего мы поспешили подняться, а наше место в то же мгновение на глазах начало задувать позёмкой, скрывая напоминание от чужих глаз.
Мы летели почти весь день. Море, то, что шло по левую сторону, окончательно покрылось льдом, превратившись в ту самую ледяную пустыню без конца и края, теперь не сильно отличимую от холодных земель по правую сторону. Если тот корабль и плыл на север, он явно пришвартовался бы далеко южнее, где ещё была возможность не быть размазанным о лёд.
А к вечеру, когда уже нихрена не было видно (здесь тоже темнеет раньше), мы добрались до самой северной точки. Ну почти самой северной, потому что дальше было…
— Ледяное море, — сказала Ирис, глядя вдаль, освещённую лишь луной да звёздами с розовой облачностью. — А дальше лишь лёд и пустота до самого края.
— Края чего? — спросил я.
— Не знаю, мы так далеко не залетали. Говорят, там край земли, и я бы хотела на него взглянуть. Но, может, когда-нибудь и залетим.
Главное, не все вместе. Но ладно, вряд ли она шутку поймёт, у них это немного иначе переводится.
А вообще здесь удивительно тихо. Я имею в виду, что ветра нет, снега нет, вообще ничего нет. Вся непогода и ветра, через которые мы прорывались, просто… исчезли. Испарились. Прекратились. Называй как хочешь, но сейчас стоял полный штиль, нарушаемый лишь пыхтением драконов, скрипом снега под ногами да потрескиванием льда. Просто мёртвый край, где был холод, как в аду, и смерть.
— Как-то здесь… тихо… — пробормотал я.
— Иногда такое бывает, — ответила Тефея. — В холодных землях мы называем это мёртвой тишиной. Если отойти от берега и драконов, ты не услышишь ничего, кроме звенящей тишины и собственного биения сердца.
Реально мёртвая тишина.
Я отошёл от них в сторону моря и буквально нащупал место, где начинается лёд, наползающий на землю. Можно сказать, я на краю этих земель. И действительно, даже дуновения нет, и абсолютная тишина, если не считать потрескивания льда.
— Можно сказать, это самая закат-предвосходная (северо-западная) точка империи. Есть и более закатные (западные), и более предвосходные (северные), но мы сейчас на углу, можно сказать.
— Понятно… И здесь кто-то живёт?
— Естественно. Дикари, орки-альбиносы, медведи…
— И прочая нечисть, — кивнул я. — Но чем они питаются-то?
— Охота. Здесь много грызунов, зайцев, лис, волков и другой небольшой живности, что может укрыться в норе от непогоды. Дикари охотятся на диких животных, дикие животные охотятся на дикарей. Орки охотятся на всех, и все охотятся на орков.
Короче, все друг на друга, и никто не брезгует каннибализмом. Я понял. Не порицаю: родись в таких условиях и с такими же взглядами, вполне бы жевал собственных собратьев, не видя ничего плохого, хотя, конечно, не поощряю.
— А конкретно к ледяному морю они приходят?
— Естественно.
— На нас не нападут?
— Да хорошо было бы… — оглянулась Тефея. — Драконам было бы неплохо поесть…
Честно, меня иногда напрягает, как они смотрят на вещи. И если кто-то мог подумать, что Тефея сейчас шутит, то это нихрена не так. Она говорила на полном серьёзе то, что думала, а именно что покормить драконов дикарями, типа на выпас отправить. Как они ещё за всё это время всех дикарей не вырезали, одному богу известно.
— Утром будет интереснее, если сохранится мёртвая тишина.
— А вообще, почему она возникает?
— Кто ж знает. Может, ты расскажешь? — взглянула она на меня внимательным взглядом. Но теперь уже без очков. А вообще странно, зачем она очки носит, если у них зрение у всех отличное?
— Не знаю.
— Жаль. А так бы мы трактат о погодных условиях написали с тобой, — ответила она невозмутимым голосом, и тут уж понимай, шутит или нет.
Мы заночевали по прошлой методике, выжгли место, чтобы было углубление, где спрятаться, поели, поболтали да легли спать в окружении драконов. И нет, на нас никто не напал, даже если наше присутствие заметили. Да и нашлись бы идиоты напасть на небесных всадников с драконами? Нет, идиоты, конечно, всегда найдутся, но вот в ближайших сотнях километров их не обнаружилось.
Наутро мёртвая тишина сохранялась. Что конкретно было интереснее, о чём говорила Тефея, я так и не понял, потому что да, стало видно лучше, но на многие километры впереди были только нескончаемые льды. Это были не леса и не какие-то географические феномены, чтобы прямо вау. Ну, кроме давящей тишины.
На этом мы и закончили, развернувшись и взяв, по острому взгляду Ирис, направление сразу на столицу. Как раз пока пролетим под углом холодные земли, пока пролетим по территории, останавливаясь то тут, то там, будем уже на месте.
Первые сутки мы пролетели вообще без приключений. Будто на другой планете, замёрзшей и пустой. Зато на следующий день мы встретили местных представителей этих недружелюбных земель.
«Враг. Вниз. Атака», — первой среагировала Ирис, отдав команду.
Нам же оставалось только поспевать за ней, потому что уж что-что, а ту хлебом не корми дай кого-нибудь покрошить. И это не только мои слова, другие тоже об этом говорили.
Это был какой-то небольшой обоз из орков и ездовых животных, которые были впряжены в крытые большие сани. Удивительно, но заметить их было в действительности проблематично, особенно с воздуха на большой высоте. Они все были белыми, что орки, что животные, что сани, которые, судя по всему, укрыли белыми шкурами.
Это было даже боем назвать тяжело. Ирис прошлась по ним ледяным пламенем, после чего сразу за ней прошлась уже нормальным Тефея, а я на подлёте плюнул пару раз, окончательно разбив их группу.
Те, что остались в живых, бросились врассыпную, но на открытом пространстве им не оставили ни шанса, Ирис и Тефея драконами просто переловили одиночек, после чего приземлились у того, что осталось от обоза.
Тем временем я с интересом подошёл к саням с высокими бортами, укрытыми шкурами. Прямо маскировали, как могли, и уже на подходе я понял, что что-то не так. Что меня смутило? Ну, какие-то красные подтёки на дереве да неприятное предчувствие, что вряд ли орки-альбиносы решили просто свои пожитки перевезти.
И набитая всякими неприятностями чуйка не подвела. Кузов был набит трупами под завязку, до самого верха.
Я уже навидался подобного дерьма не один раз, а целых два: в пещере дракона и здесь же, с Аэль, в холодных землях, но что-то всё равно продолжало чуть-чуть да коротить. А вот других это не трогало от слова совсем.
— Вижу, они возвращались с охоты, — хмыкнула Ирис и без каких-либо сомнений запрыгнула наверх, после чего прошлась прямо по окоченевшим телам. — Хороший у них был улов, ничего не скажешь.
Тем временем Тефея подошла ко вторым саням, где было то же самое.
— Видимо, готовились к тому, чтобы уйти дальше на север, — произнесла она. — Надо будет предупредить, что в ближайшее время могут участиться набеги.
— Думаете, зря напали? — спросил я, отведя взгляд.
— Думаю, что нет, — ответила Ирис, подняв какое-то ожерелье из зубов. — Глядишь, тем самым выманим племя и срежем его под корень. Хотя я так смотрю, людей здесь и не сказать, что много.
— Одна треть, — отозвалась Тефея, которая забралась на вторые сани, гуляя по телам. — Много крупных животных, даже зимний медведь есть.
Да, там были и туши животных, но взгляд всё равно привлекали тела. Мужские, женские, дети… Я встретился взглядом с оледеневшими глазами какого-то мальчугана с залитым кровью лицом и перерезанным горлом. Он лежал на спине, запрокинув голову, будто пытался оглядеться. Мало приятного…
— Значит, они напали на какую-то деревню? — спросил я.
— Да нет, это не нарианцы, дикари. Видимо, сделали набег на какое-то племя, — беззаботно ответила Ирис, спрыгнув на землю. — Ну, как бы то ни было, хотя бы драконов покормить сможем нормально.
— Ими?! — меня аж перекосило.
— Ну а кем ещё? Или предлагаешь это всё здесь и оставить, чтобы потом другие орки забрали к себе? Или тебя смущают дикари?
— Ну… да, люди и…
— Да не люди это, дикари, — отмахнулась Ирис. — Ты слишком зациклен на том, что люди или не люди, Самсон. Относись проще — всё, что мертво, уже не человек.
— Ну к своим покойным мы относимся при этом с почтением. А то какая экономия бы получилась, всех умерших просто отправлять в столицу на корм драконам.
— Ну, во-первых, это люди империи, во-вторых, поднялся бы бунт…
— Поднялся бы бунт, — кивнул я. Странно, что она поставила это вторым.
Но я уже понимал, что спорить бесполезно. С их точки зрения здесь всё было предельно ясно. Драконы хотят кушать, а эти трупы — мясо, которое, если не уничтожить, достанется оркам или дикарям. Да, его можно было сжечь, но тогда драконы будут голодными — зря потраченный ресурс, который мог бы пойти на пользу. Им-то уже всё равно, а сытый дракон — здоровый дракон, как мне говорили постоянно.
Это, скорее, я был неправ, цепляясь за старую мораль мира, который более-менее устаканился в сытом настоящем. Это меня коротило от мысли скормить трупы, даже пусть и врагов, которые сами бы нас с удовольствием съели, дракону.
Здесь был другой мир, здесь были другие правила, другой монастырь. Здесь пусть и было понятие «отнестись к врагу с уважением», но тем не менее враг — это враг, и ты никогда не должен был ставить мораль выше победы над ним. Или мы, или они — главное правило. Ну а второе главное — используй всё для победы над ним при необходимости.
Не знаю, была ли здесь необходимость, но я поднял руки и отошёл в сторону, показывая, что спорить больше не намерен. Свою моральную точку я им не растолкую и могу ей подтереться, потому что мы просто разругаемся, а драконы всё равно съедят что им положено. Да и уже не в первый раз такое, я будто немного даже привык, хотя всё равно передёргивало каждый раз.
— Мы бы могли сбросить тела, — всё же негромко добавил я.
— Сбросить тела, которые потом орки и подберут? — хмыкнула Ирис, подзывая дракона.
— Сожгли бы…
— Самсон, иди сюда, — поманила меня Тефея пальцем, после чего отвела в сторону и развернула к бесконечным холодным землям. Я уже понял, зачем она это сделала, такая забота выглядела даже мило с её стороны, не считая того, что сейчас происходило за нашими спинами.
— Ты привыкнешь, Самсон, — сказала Тефея, даже не подозревая, сколько раз я это слышал. — Все привыкают, — и это тоже.
— Знаю.
— Это уже не люди. Это тела. Мясо. Плоть, — невозмутимо продолжила она. — То, что их съедят, так же естественно, как день, сменяющийся ночью. Это мы, люди, придаём слишком много значения и хороним их, а природе всё равно. Это не плохо и не хорошо — это естественно. Потому хорошо, если съест дракон — это послужит на пользу тем, кого мы защищаем. Плохо, если сами дикари или орки, они станут крепче, их станет больше, и набеги увеличатся. Больше погибнет невинных людей.
В ход шли логичные аргументы, и, мне кажется, Тефея вообще строила жизнь на логике и выводах. Да и права она, чего греха таить. Отбрось морализм и увидишь, что по факту это просто природа, не более. Одни едят других.
— Я понял.
— Очень хорошо, — кивнула она, бросив взгляд за мою спину. — И очень хорошо, что мы их перехватили. Хуже оркам — лучше нам. Если с дикарями ещё можно договориться как-то и даже, как говорят охотники, поторговать, то орки понимают только силу.
Ну вот орков, кстати говоря, мне было и не жалко, сожрут их или нет, что довольно забавно. Стоит виду перестать быть похожим на нас, как тебе становится наплевать на него. Ну да, людское лицемерие, оно такое…
Поделится в соц.сетях
