Тренер Гильдии Фамильяров 5
Аннотация
Меня зовут Артур Горай. Я вернулся на сорок лет в прошлое, и с меня хватит чемпионских титулов. Теперь я намерен разобрать Синдикаты по винтикам!
В этом мне помогает мой дракон. Он знает будущее, но есть одна загвоздка: он тоже переродился. Теперь мой Легендарный напарник — сущий подросток, с которым, мягко говоря, сложно договориться.
Но он заявил, что мое предназначение — стать главным тренером в самой безнадёжной гильдии города. Я и устроился.
И тут же понеслось: пустая касса, лучший боец мечтает свернуть мне шею, до турнира осталось шесть дней, да и сама база похожа на руины.
Но ничего, с этим я справлюсь. Кассу наполним, базу разовьем, команду к турниру подготовим. Только вот проблем от этого меньше не становится…
Кстати, никто не в курсе, чем кормить говорящего сверчка-аристократа, если из еды дома только доширак? Очень надо.
Авторы: Сергей Харченко, Александр Лиманский
Цикл: Мир Фамильяров: Тренер
Предыдущие книги этой серии:
Тренер Гильдии Фамильяров 4
Тренер Гильдии Фамильяров 3
Тренер Гильдии Фамильяров 2
Тренер Гильдии Фамильяров
В этом мне помогает мой дракон. Он знает будущее, но есть одна загвоздка: он тоже переродился. Теперь мой Легендарный напарник — сущий подросток, с которым, мягко говоря, сложно договориться.
Но он заявил, что мое предназначение — стать главным тренером в самой безнадёжной гильдии города. Я и устроился.
И тут же понеслось: пустая касса, лучший боец мечтает свернуть мне шею, до турнира осталось шесть дней, да и сама база похожа на руины.
Но ничего, с этим я справлюсь. Кассу наполним, базу разовьем, команду к турниру подготовим. Только вот проблем от этого меньше не становится…
Кстати, никто не в курсе, чем кормить говорящего сверчка-аристократа, если из еды дома только доширак? Очень надо.
Авторы: Сергей Харченко, Александр Лиманский
Цикл: Мир Фамильяров: Тренер
Предыдущие книги этой серии:
Тренер Гильдии Фамильяров 4
Тренер Гильдии Фамильяров 3
Тренер Гильдии Фамильяров 2
Тренер Гильдии Фамильяров
Глава 2
Водительское кресло старенького микроавтобуса жалобно скрипнуло. Белов обернулся ко мне, всё ещё цепко сжимая руль обеими руками. Выгнул шею так, что хрустнули позвонки.
— Что ты удумал, Горай? — прошипел помощник, оборачиваясь ко мне. — Сейчас нам не до шуток. Надо думать, как бы успеть на финал!
Кира, проследив за моим взглядом, устремлённым на терьера, натянула улыбку. В глазах её блеснула догадка.
— Кажется, я поняла… — прошептала она. — Живчик.
Я молча кивнул. Джек-рассел, почувствовав, что от него что-то требуется, подобрался. Он уже сидел в позе сфинкса и навострил большие уши.
Из нагрудного кармана моей куртки выглянул барон Сверчанский. Гусар прокашлялся, поправил воображаемый кивер.
— Итак, шерстяная пехота, смирно! — звонко застрекотал сверчок, сверля щенка фасеточными глазами. — Слушать боевую задачу внимательно, ушами не хлопать. Диспозиция критическая!
Терьер возмущённо гавкнул в сторону сверчка, и тот погрозил ему лапкой.
Искорка, чувствуя напряжение, уже переползла мне на плечо и крепко вцепилась коготками в куртку.
Проводники, как и Белов, ничего не поняли. Они непонимающе переглядывались в салоне.
— Тренер, а что происходит? — нервно спросил Дэнни. — Мы автобус толкать будем?
— Увидите, что будет, — коротко ответил я. — Артём Сергеич, сами говорили, что спешим. Кира, открывай дверь. И держитесь крепче.
Когда передние двери микроавтобуса со скрипом распахнулись, я передал задачу Живчику по Сопряжению.
«Два сильных воздушных потока. Никакого хаотичного завихрения. Перед этим плотный кинетический удар. Точки приложения — распахнутые двери».
Задумка была верной. Двери нашего дряхлого микроавтобуса должны сыграть роль парусов. Лишь бы выдержали.
Живчик в это время замер, перестал вилять хвостом. Его глаза слегка затуманились. Эфирные узлы на боках вспыхнули.
Воздух в салоне мгновенно уплотнился. У меня заложило уши, словно я сейчас сидел в кресле самолёта, который набирал высоту.
Я увидел завихрение, которое разделилось надвое. С гудящим свистом воздушные потоки врезались в двери-паруса.
Металл жалобно застонал. Микроавтобус дёрнулся так, что Дэнни едва не выронил свой смартфон, думая, что нужно снимать, неважно что произойдёт.
Белов, сругнувшись, выкрутил руль на дорогу. Мы поползли в гору. Сначала рывками, поскрипывая старыми амортизаторами, а затем всё быстрее и быстрее.
Искорка, придя в восторг от происходящего, ободряюще зашипела. Начала ритмично попыхивать сизым дымком из пасти. И дым вылетал в открытую со стороны Киры дверь. Со стороны мы, должно быть, выглядели как сбежавший из дурдома паровоз с крыльями.
— Матерь божья… — выдохнул Белов. — Вот так щенок, мать его итить! Надо почаще его брать. Экономия бензина бешеная!
Кира нервно хихикнула на его шутку, вдавливаясь в кресло.
А наш транспорт на альтернативном источнике энергии ускорялся всё сильнее, взлетая в гору. Белов вцепился в руль побелевшими пальцами, обгоняя машины и пытаясь не съехать в кювет. Он обернулся, вцепился в меня глазами размером с пятаки.
— Скорость растёт, Артур Виктр-рыч! — запаниковал помощник.
Я бросил между тем взгляд на спидометр. Стрелка на нём уже перевалила восемьдесят километров в час.
— Артём, ну-ка смотри на дорогу! — толкнула его Кира. — Не смей паниковать!
— Скажи псу, пусть тягу уберёт! — Белов продолжал истерить. — На пригорке обычно гайцы стоят! Тормознут — сам будешь им объяснять, почему превысили!
Кира вдруг запрокинула голову, звонко рассмеялась. Видно это нервное.
— А что? — сквозь слёзы выдавила Воронцова. — Гибридный двигатель на собачьей тяге! Экологичный транспорт! Ха-ха!
Тем временем двери микроавтобуса захрустели, как суставы под артритом. Салон задрожал. Ещё не хватало, чтобы эта рухлядь развалилась по дороге от такой аэродинамической нагрузки. Всё же она была приличной, а это уже совсем не шутки.
Поэтому я остепенил Живчика, приказал ему чуть уменьшить порывы воздуха. Кира уже перестала смеяться, начала что-то шептать под нос, вцепившиись руками в кресло, и стараясь не выпасть наружу.
Ветров, верный своим привычкам, вновь вытащил смартфон. Я бы удивился, если б он пропустил такое событие. Мажор попытался запустить прямую трансляцию.
— Мчим на финал! На альтернативном топливе! — вещал мажор в камеру, пытаясь перекричать свист ветра и скрип дверей под нагрузкой. — Спойлер! Ни одна собака не пострадала, но наш автобус…
Белов вильнул рулём в сторону. Еле-еле. Но этого хватило, чтобы задеть обочину. Видно попалась яма, так как нас прилично так подкинуло.
— Нет! Стойте! — Дэнни вскрикнул, кое-как перехватил телефон, выскочивший из рук.
Лера, сидевшая позади него, раздражённо закатила глаза.
— Ветров, может, хватит строить из себя блохера? — ядовито произнесла Соколова. — Спрячь свой безумно дорогой и ненаглядный телефончик, пока не разбил!
— Блогера, Лера. Блогера, ты это хотела сказать, — поправил её Дэнни, оскорблённо поджимая губы.
— Блохер Денис Ветров? — хихикнула Анна.
— Да-да, Дениска, я не оговорилась, — отрезала Соколова. — Есть блогеры, а такие как ты блохеры. Только и можете всякую чушь снимать. Пока нормальные люди дело делают.
— Я бы поспорил с тобой. Денис идеально ведёт канал, — встал на его защиту Костя. — Пятьсот тысяч подписчиков. Всем бы столько.
— И почти все боты. Да, Ветров? — хитро прищурилась Лера, замечая как меняется лицо Ветрова. — Ути, мой маленький, не дуй губки. Мамочка не хотела тебя обидеть.
— Ха-ха! — прыснула Анна, уворачиваясь от пустой бутылки, которой Ветров пытался достать Соколову.
— Успокоились, — холодно заметил я. — Успеете сегодня навоеваться. Уже скоро
Понятное дело, так команда сбрасывала напряжение перед битвой, но всё же это не должно перерастать в драку, пусть даже в столь символическую.
Команда затихла, лишь вяло переговариваясь. Дэнни пытался показать свою страничку Лере. Лера отказывалась, выражая недоверие. Анна с Костей были зрителями, изредка встревая в их перепалку.
Так мы и миновали горку, докатились до заправки, сбавив скорость до шестидесяти кэмэ в час, и свернули к колонке, остановились.
Живчик свернул вихревые потоки. Он вывалил язык, тяжело дыша, и я взял обессиленного щенка на руки, положил рядом, на сиденье.
— Красавец, справился, — потрепал я по его холке. Искорка похвалила Живчика по-своему, прошипела скороговоркой. Отчего заправщик шарахнулся от неё в сторону, чуть не споткнувшись о заправочный шланг.
Мне лишь осталось успокоить парня, сказав, что саламандра под контролем.
Заправив полный бак, мы рванули в сторону Бетонки, успевая минута в минуту к началу.
Когда таймер на въездных воротах отсчитывал последние секунды до локализации зоны проведения матча, наш микроавтобус буквально влетел на парковку.
Мы успели.
Выгрузив питомцев из прицепа, мы в спешке миновали гостевой холл, затем прошли по одному из десятка коридоров, сопровождаемые обслуживающим персоналом Бетонки. Зашли в просторную раздевалку.
Я огляделся, отпуская Живчика с поводка. Несколько широких скамей в ряд, большой стол, с десяток шкафчиков и совмещённый санузел. Далее переход в смотровую зону. Очередная ложа, откуда мы будем следить за сражением.
Напряжение, временно отступившее во время увлекательной поездки, вернулось с новой силой. Кира, бледная как мел, устроилась в углу. Мелкими глотками запивала успокоительное водой из кулера.
Артём Сергеевич устроился за столом, высыпал счастливые фисташки. Ровно одиннадцать.
Он судорожно пересчитывал их, бормоча под нос какие-то обрывочные фразы, ссыпал в карман и тут же вытаскивал обратно, начиная ритуал заново. Колдовал на победу, как и всегда.
Я оставался хладнокровен, хотя внутреннее беспокойство присутствовало. Куда уж без него. Финал всё-таки. Ключевой судьбоносный этап, который либо мы преодолеем, либо… А вот насчёт второго я даже думать не хотел.
Преодолеем. Выдержим. Покажем, кто такие «Огненные львы».
Так что я полностью выкинул эмоции. Хлопнул в ладоши, собирая тандемы вокруг себя.
— А теперь слушайте, Львы! — мой голос прозвучал уверенно и жёстко. Тем самым я обозначал каждому, что сейчас многое на кону, настраивал команду. — Действуем строго по плану. Хаос. Непредсказуемость. Рваный ритм. Но помните главное: питомцы «Хищников» под химией. Под очень сильной химией. Они не чувствуют боли, у них отключён инстинкт самосохранения, и они не боятся ваших выпадов.
Дэнни сглотнул, нервно поглаживая мерцающую броню Неона. Барс нервничал, судя по хаотичным всплескам его ауры. Выпустил когти, и не собирался их прятать, подтверждая мои догадки.
То же касалось и остальных. Лера с Анной побледнели, их питомцы замерли на полу в виде скульптур. Костя почёсывал макушку одной рукой, вторую запустил в булькающую Желешку. Казалось, что она успокаивала тем самым и себя, и своего Проводника.
— Если монстр не падает после удара или рывка, не пытайтесь его добить, — продолжил я инструктаж. — Меняйте цель. Сразу. Бейте по проводнику. Вспоминаем базовые правила Арены. Выносим хозяина. Срываем броню, и тандем выбывает из боя. Всё ясно?
Команда решительно закивала. На Аренах Бронзовой лиги, включая и Бетонку, проводники редко атаковали друг друга напрямую. Предпочитали стравливать питомцев. Но сейчас ситуация требовала нестандартных решений. Уверен, что «Хищники» пойдут тем же путём, понимая, что до фамильяров им не добраться.
В голове всплыли вчерашние слова Вэллора. Я посмотрел на Смирнова.
— И ещё кое-что, — добавил я. — В план вносится одна очень важная поправка. Костя, слушай внимательно. И остальные возьмите на заметку.
Щуплый парень вытянулся в струнку, и вытянул шею в мою сторону, отчего стал похож на жирафа, замершего над кроной дерева.
— Контроль панголина должен быть тотальным, — чеканя каждое слово, сказал я. — Желешка не отпускает его ни на секунду. Ни на мгновение. Все остальные страхуют её, если уж приспичит.
Костя неуверенно переступил с ноги на ногу.
— А если вырвется? Панголин же весит как танк, а Желешка перепитана влагой. Она…
— Скорее всего он вырвется, — кивнул я, не строя иллюзий. — У него сил хватит добраться до Желешки. Главное, не давай ему почувствовать свободу. Вяжи ему лапы, путай хвост, заливай глаза. Всё время дезориентируй. Отсюда и пляшем. Всё, — захлопал я в ладоши, замечая щуплого усатого мужичка в костюме организатора Бетонки, — За дело!
Бойцы сгрудились в плотное кольцо, вытянули руки в центр и сложили ладони на мою ладонь, одна на другую.
— Львы! Львы! Львы! — хором рявкнула команда, и от унисона в раздевалке завибрировало пространство.
— Вперёд! — рявкнул Белов. — Вы всё сможете!
Организатор дёрнул усом, флегматично взглянул на нас.
— Гильдия «Огненные львы», — монотонно уточнил он, скорее для себя, сверяясь с планшетом. — Были зафиксированы посторонние питомцы, на посту охраны. Они не заявлены в основной состав на бой.
Он достал из сумки на плече два гибких безразмерных металлических браслета, на которых мигали красные индикаторы.
— Вот блокираторы, — так же монотонно сообщил организатор. — Вы будете на верхнем ярусе, в открытой ложе. Если снимете до окончания боя, сами понимаете…
— Да знаем мы ваши правила, — буркнул Белов, выхватывая из его рук браслеты.
Каждый гладиатор знал, что будет. Питомцы вне ринга должны быть в блокираторах Силы. Если их сорвать до окончания турнира, это будет автоматически расцениваться как несанкционированное использование эфира. Безоговорочная дисквалификация всей команды.
Я присел на корточки, защёлкнул первый браслет на шее раздражённо фыркнувшей Искорки. Второй ошейник достался Живчику, поверх его родного. Щенок также был недоволен, возмущённо гавкнул, попытался почесать задней лапой холодный металл, но быстро смирился.
Индикаторы на браслетах сменили цвет с красного на ярко-зелёный.
Организатор сверился с показаниями на своём планшете, нажал кнопку на рации.
— Третий сектор, бокс двенадцать, — сообщил он. — Сторонние питомцы заземлены. Команда готовится к выходу.
Он кивнул нам и так же флегматично удалился.
Гладиаторы начали последнюю проверку амуниции. Защёлкали карабины брони, застучали щиты, усиленные Искоркой. Затем бойцы проверили кинетические одноразрядные дубинки.
Я критически осмотрел их оружие, мысленно поморщился. Оружие старенькое, потёртое, с синей изолентой на рукоятках. Без слёз не взглянешь. Заряд один, да и тот не вырубит тех питомцев, против кого скоро выйдем.
Вот ещё одна статья расходов для Киры. Но это уже потом.
На нагрудниках блестели свежие наклейки. Логотипы производителя и спонсора. Искрящаяся молния и замок с тремя башнями.
Чуть позже мы с Кирой и Беловым замерли в ложе. Внизу под оглушительный рёв трибун и вспышки камер-дронов, выстраивались на большой песчаной площадке финалисты. Наши ближе к нам, «Хищники» по другую сторону красной линии.
Я поправил гарнитуру, проверил связь, услышал голос каждого проводника.
Чуть позже стадион затих, сменяясь гулом ожидания. Голос Широкова возвестил начало финального группового поединка Бетонки. Следом он перечислил участников, проводников и их фамильяров.
А чуть позже вспыхнуло табло с таймером, который отсчитал последние секунды. И сразу же за этим раздался вибрирующий удар гонга.
Бой начался.
«Улей» Синдиката пришёл в движение. И это было довольно пугающее зрелище. Никакой привычной суеты, никаких пробных выпадов или рычания.
Четыре больших существа — каменный панголин, сумеречная горилла и два бородавчатых носорога — двинулись на нас как единый механизм. За ними проводники, среди которых я заметил крупную женщину, хозяйку одного из носорогов.
Я вгляделся в бинокль. Зрачки питомцев «Хищников» расширены до предела, подтверждая худшие опасения: они были накачаны химией по самую макушку.
Даже улыбнулся, вспоминая прошлое. Как Синдикаты в один голос утверждали, фамильяры прибаливают и находятся под лекарствами общего назначения. Ну да, прибаливают так, что носятся по аренам как метеоры и боли со страхом не чувствуют. Удивительно, что этой отмазке многие верили.
— Ох, я не могу на это смотреть, — услышал я бормотание Киры. Она налила воды из кулера, запила ещё одну таблетку успокоительного.
Белов молчал, уставился на арену, чуть ли не свесившись из открытой ложи с биноклем и щелкая семечки.
Живчика я забрал за пазуху. Он хотел поболеть за наших. Искорка замерла на плече, как и прежде. Даже барон Сверчанский посматривал из кармана одним глазком.
На арене команды уже сблизились. «Огненные львы» не стали дожидаться атаки. Сломали их алгоритмы с первой же секунды. Молодцы.
Матильда сорвалась с места, превращаясь в рыжую молнию. Пустынная лиса совершила невероятный прыжок, с ходу влетела в левого бородавчатого носорога.
Нанесла серию быстрых кинжальных ударов когтями, и прямо в слабо защищённые места на шее зверя.
Носорог даже не моргнул. Что они за химию им вкачали?
Зверь лишь мотнул массивной головой, готовясь поднять Матильду на свой рог. В этот же момент сумеречная горилла, которая находилась в десяти метрах правее, синхронно среагировала на угрозу брату по «Улью», рванула наперерез Матильде.
— Анна! Меняй цель! На хозяина! — рявкнул я в гарнитуру. — Быстрее!
Лисица попыталась отскочить, но носорог всё-таки успел чиркнуть её рогом по касательной. Удар, способный переломать рёбра, был поглощён барьером. Неон успел защитить лисицу.
Матильда сгруппировалась в воздухе, совершила ещё один рывок, взметая за собой облачко золотистого песка. Обрушилась точь-в-точь на татуированного проводника носорога. Тот не ожидал атаки на себя. не успел выставить щит. Рыжая бестия сбила его с ног. Мощным ударом лапы сорвала фрагмент композитной брони, оголяя плечо бойца.
Судейский браслет на руке проводника громко запищал, мгновенно вспыхнул ярко-красным светом. Правило касания сработало.
— А-а-а-а! — татуированный в сердцах заколотил кулаками по песку. Его носорог тут же замер, опустив голову. Минус один тандем, и это на первой же минуте боя!
Трибуны взревели от восторга. А я понимал, что праздновать рано.
В центре арены разворачивалась главная драма.
Желешка, вняв моим приказам, не стала растекаться лужей. Расплывшись в коврик и буквально прилипнув к песку арены, она держала сразу пятью щупальцами Щита. Намертво скрутила лапы и хвост панголина, и держала, работая словно якорь.
— Тренер, Бублика надо выпускать! — зазвенел в наушниках голос Леры. — Такой шанс!
— Горай! — услышал я Белова. — Что делаем?
Я выставил указательный палец. Дал понять, чтобы не шумел.
Всё я прекрасно видел. Щит связан Желешкой. Матильда отвлекает гориллу и носорога, Неон её прикрывает. А Бублик вкопался в песок, в глухую оборону.
— Нет, пусть стоит на месте, — сказал я как отрезал.
— Но тренер! — возмутилась Лера.
— Соколова, ты слышала, что я сказал! — напряжённо произнёс я, и услышал лишь шипение в ответ.
Вроде бы развалили мы тактику «Улья». И казалось, что Бублику зелёный свет до упитанной хозяйки носорога.
Но я внимательно следил за реакцией Щита. Что-то было не так. Вспомнил слова Вэллора, а затем увидел.
Вместо того, чтобы вырываться, Щит замер. А затем начал раздуваться. Каменные пластины на его спине с жутким скрежетом поползли в стороны, обнажая пульсирующую алую плоть, затем вновь сложились. Из ноздрей повалил пар.
«Нео-Синтез» решил поступить наверняка. Щит был подкачан ещё одним, куда более опасным препаратом. Среди ветеранов подпольных гладиаторских боёв эту дрянь называли «Крушителем». Он провоцировал аномально усиленную работу Ядра, заставлял накапливать колоссальное количество кинетической и тепловой энергии в состоянии покоя. Чтобы потом разогнать фамильяра до состояния берсерка.
Панголин не вырывался, потому что в его крови происходила адская реакция. Скоро он рванёт с такой силой, что всем достанется.
Желешка тревожно вздувалась пузырями, её щупальца дрожали, натягиваясь словно струны. Питомица Кости едва сдерживала Щита, который быстро набирал мощь.
— Костя! Держите панголина! — бросил я в микрофон.
— Ей плохо, Артур Викторыч, — выдавил Костя. — Я кое-как… пш-ш-ш…
Я постучал по ганитуре. Да чтоб вас! Как с таким оборудованием можно выходить на арены?!
— …боюсь, не удержит, — услышал я обрывок фразы Смирнова.
— Ты справишься, Костя. Ты сможешь, — приободрил я его.
Пока Желешка из последних сил удерживала панголина на месте, Матильда продолжала свой танец. Пустынная лиса металась по песку, как заведённая пружина. Отвлекала на себя бородавчатого носорога, а разъярённая сумеречная горилла всё норовила её оглушить лапой.
Схема работала, но со скрипом.
Устав и не добравшись до Проводников, Матильда откатывалась за спину Бублика, об которого разбивались атаки гориллы и носорога. Они врезались, взламывали барьер, но Неон ставил ещё один.
Дэнни обливался потом, настраивая Неона и постоянно меняя позицию. Вчерашний массаж Неону помог, он превзошёл сам себя. Грациозно скользил по арене, то и дело выбрасывая свой барьер-«зонтик». То перед Матильдой, то перед Бубликом.
Учитывая, что энергоузлы барса были в раздрае, для него это было сродни подвигу. Но силы покидали его. Хрустальная шерсть зверя мерцала всё слабее, барьеры становились тоньше.
— Они нас измотают, точно говорю, — Белов оттолкнулся от парапета, взлохматил несколько волосин на залысине. — Надо что-то делать…
— Артём, не мешай, — холодно заметила Кира, приводя моего помощника в чувство.
Я был весь на арене.
Всё, мы оказались в тупике.
«Улей» просчитал нас, адаптировался. Химия в их крови делала своё грязное дело.
К Щиту сейчас опасно подходить, он уже набрал мощи. А насчёт остальных…
Бородавчатый носорог, повинуясь безмолвной команде «Улья», сделал ложный выпад в сторону Бублика, а сам резко сменил траекторию, отсекая Матильду от барьера, вклинился между ним и лисицей.
Горилла заходила в тыл, перекрывая путь к отступлению.
Было рискованно, но я всё же принял решение.
— Костя! — воскликнул я. — Подсечка носорогу! Но Щита не отпускай, держи его!
— Желешка не выдержит! — закричал Смирнов.
— Делай! — зарычал я, понимая, что другого варианта нет, как повышать голос. Он в панике, поэтому тут только брать тон повыше.
И Костя отдал команду.
Желешка выпустила из себя ещё одно щупальце в сторону носорога, который уже готов был подсечь рогом Матильду.
— Хлюп! — разнеслось по арене, вместе с гулом трибун.
— Вы посмотрите, что делает этот слайм! — загремел голос Широкова из динамиков. — Но он ведь не выдержит! Это нереально, сдержать таких крупных хищников!
Я улыбнулся. Всё получалось.
Носорог дёрнулся, запыхтел. Его хозяйка закричала на своего питомца. Попыталась ударить его кинетической дубинкой.
Не самый лучший способ подбодрить своего фамильяра. И главная ошибка в том, что Гладиатор поддался эмоциям.
Матильда наказала девушку через пару секунд.
Прыжок, уворот от дубинки, полёт мимо щита, который не успевал закрыть хозяйку.
Мгновение, и Матильда уже вцепилась когтями в плечо крупной девушки. Затрещал композит, наплечник отлетел в сторону. Браслет девушки вспыхнул красным.
Она завизжала от ярости, и поломала об колено дубинку.
Минус два тандема!
— Да! А вот это уже заявочка! Ха-ха! — Артём Сергеевич победно вскинул руки.
Кира радостно воскликнула. Но их триумф был преждевременным. Я видел то, чего не видели они.
Желешка ослабла настолько, что её щупальца истончились.
Да притом Щит дошёл до кондиции.
Он издал оглушительный рёв. Резко дёрнулся, разрывая тонкие путы, словно нити. Желешка булькнула, теряя форму, растеклась по песку.
А Щит-берсерк ломанулся вперёд, словно разгоняющийся товарный поезд.
— Ещё барьеры! — заорал я в микрофон гарнитуры, перекрывая рёв толпы. — Ветров, не спать! Перекрывай Бублика!
Дэнни попытался. Но Неон был уже истощён.
Барс вскинул голову, его шерсть тускло мигнула, и хрустальный зонтик раскрылся лишь наполовину, оказавшись слишком хрупким.
Разъярённый Щит на полной скорости влетел в его барьер, разбивая его вдребезги. Со всей своей колоссальной скоростью врезался в Бублика.
Варан находился в глухой обороне, как скала, но это уже не имело смысла. Удар был такой силы, что даже я услышал хруст брони шестилапого.
Варана отбросило. Он пролетел несколько метров, тяжело рухнул на бок и замер.
Лера истошно закричала, срывая голос. Бросилась к своему зверю. А её браслет вспыхнул красным. Она не обратила внимания на него. Обняла своего питомца.
Бублик тяжело заворочался. С трудом поднялся на дрожащие лапы, покачивая массивной головой. Бой для него был окончен.
Соколова, глотая злые слёзы, отправилась в компании с Бубликом в сторону выхода с арены.
Я тяжело вздохнул. Дело дрянь. Мы потеряли танка. Теперь Матильде и Неону не за кем прятаться.
Трибуны ревели, предвкушая развязку.
А я понимал, что произойдёт через пару секунд. Закрыл глаза, затем открыл.
Да и Костя упал на колени в ужасе взглянув на Щита, который лапами притоптал Желешку в песок. Та булькнула и замерла.
Браслет Смирнова вспыхнул красным. Мы выровнялись.
Но Анна и Дэнни начали паниковать.
Я же увидел шанс переломить ситуацию. Муромцев уже праздновал победу, демонстративно поднимая вверх разрядное копьё, а его Щит совершал торжественный круг по арене, готовясь к очередному разбегу.
— Ветров, Соколова! — гаркнул я в микрофон. — Слушать меня! Все на гориллу! Сейчас! Работайте в паре!
Дэнни и Анна, подавив страх, бросились выполнять приказ.
Матильда снарядом рванула к сумеречной горилле. Прямо под кулаки-молоты обезьяны. Горилла яростно забила по ней, но попала лишь в барьер Неона.
Барс работал из последних сил, выжимая из своих энергоузлов последние капли эфира. Удары гориллы со звоном отскакивали от щита, не причиняя Матильде ни малейшего вреда.
И горилла увлеклась, уже не обращая внимания на крики худощавого хозяина.
Пока та была занята Матильдой, Неон скользнул в сторону, обошёл гориллу сбоку. Один точный удар лапы, хлёсткий, с растопыренными когтями.
Я аж залюбовался грацией барса.
Неон подсёк опорную ногу монстра, за наколенник.
Горилла, потеряв равновесие, рухнула на песок.
Барс не дал ей шанса подняться. Сгруппировался, сформировал барьер и врезался им прямо прямо в челюсть вскочившей на четвереньки гориллы.
Обезьяна дёрнулась и обмякла, отправляясь в глубокий нокаут. Её проводник, стоявший позади, в отчаянии схватился за голову. Браслет его вспыхнул красным.
И вот теперь всё решится.
Муромцев замер в одном углу арены. Лера и Дэнни — в другом. Перед ними фамильяры.
Илья всё же притормозил своего панголина. Тот был на кураже, принялся рыть песок передней лапой и наклонил голову в сторону наших тандемов, будто раздраконенный бык на корриде.
Муромцев решил поиграть на публику. Он поднял копьё, а его лицо исказила злая ухмылка.
— Ну что, а я ведь вам говорил! — его голос гулко разнёсся по притихшей арене. — Я так и сказал! Мой Щит раскатает вас по песку!
— Ты слишком самоуверен, Илюша! — крикнул ему Дэнни.
Муромцев указал копьём в сторону наших тандемов. Никак не отреагировал на слова Ветрова. Он уже праздновал победу.
Как и его тренер. Старичок чуть ли не танцевал в ложе напротив. Сиял словно начищенный самовар.
— Десять секунд! — торжественно воскликнул Илья. — Именно столько понадобится Щиту, чтобы раздавить вас, клопов несчастных!
— Тренер, что делаем? — услышал я голос Дэнни в наушниках. — Тренер?
— Подожди, Ветров, не суетись, — бросил я в ответ.
— Артур Викторыч, тут вообще-то нас раскатывать в блин собираются, — донёсся испуганный голосок Анны.
— Я знаю, — отозвался я.
— Это хорошо, что ты всё знаешь, Артур, — произнесла Кира, вскочив из кресла. — Что делать-то будем?
— Я думаю, — остановил я её.
Может быть слишком резко. Но как ещё ответишь в такой ситуации? Когда всё может разрушиться в момент, и перевес на стороне противника.
Когда Илья резко опустил копьё, Щит зарычал. Замер на долю секунды. Его алые зрачки, лишённые даже намёка на разум, сфокусировались на самой уязвимой цели. На Матильде.
Панголин рванул с места, словно таран приближаясь к лисице.
И Анна тоже запаниковала.
— Тренер! Он же сметёт нас! — взвизгнула она в гарнитуру.
Матильда, обычно хладнокровная и юркая, поддалась панике хозяйки. Просто вжалась в песок, не в силах сдвинуться с места.
— Ждать! — рявкнул я так, что даже у меня самого зазвенело в ушах. — Никому не двигаться! Ждать команды!
Мой внутренний метроном отстукивал секунды, вычислял скорость и траекторию панголина, малейшее его движение. Я видел как поднимается его грудная клетка, вдыхая порцию воздуха. Как он выдыхает его через пасть, разбрызгивая по пути едкую жёлтую слюну.
Я понял, что делать. Это рискованно. Но другого варианта я не видел.
Пять метров до наших тандемов. Щит утробно зарычал, вскидывая пасть. Он уже готов оттолкнуться, чтобы придать своей массе ещё большее ускорение.
Три метра. Сейчас прыгнет!
— Дэнни! Тройной барьер под острым углом на себя! Савельева — рывок-уворот! СЕЙЧАС! — скомандовал я, предельно ясно.
Неон отреагировал с запредельной самоотдачей. Барс выбросил вперёд и чуть вверх сразу три слоя хрустальных барьера, выставил их, как я и сказал. Получился идеальный полупрозрачный трамплин, прямо перед Матильдой и на пути движения Щита.
В эту же долю секунды Анна вывела лисицу из ступора. Отправила ей мощный импульс Сопряжения. И её питомица мгновенно сжалась пружиной, метнулась в сторону, уходя с линии удара.
Илья зарычал. Он понял всё. А Щит бы и рад затормозить, да вот только это как просить остановиться гружёную фуру, которая мчится на пределе скорости.
— Хр-р-руп-п! — раздался треск хрустальных барьеров.
На полном ходу Щит подмял первые два под себя, но в то же время третий трамплин сыграл свою роль. Он треснул, но выдержал, поднимая панголина на пару метров в воздух.
В полёте панголин махнул когтистой лапой, пытаясь задеть ускользнувшую Матильду, но поймал лишь пустоту.
Панголин перелетел через головы застывших тандемов. С оглушительным грохотом ударился в полутораметровый защитный борт арены.
Раздался хруст камня, затем и барьера, который защищал первые ряды зрителей.
Но… не защитил. Прорвался, словно тряпка.
Время для меня замедлилось. Я сейчас не воспринимал ничего. Ни криков Белова и Киры, ни рёва бушующих трибун, ни криков брызнувших в разные стороны зрителей. Перепрыгивая через спинки кресел, они бросились врассыпную, когда Щит пробил брешь в защите.
Двадцать метров серой зоны панголин преодолел за пару секунд.
Мой взгляд, натренированный выхватывать детали из хаоса, зацепился за страшную картину, от которой в жилах заледенела кровь.
В том месте, куда через секунду должен врезаться неуправляемый Щит, замерли двое. Стройная блондинка в деловом брючном костюме и темноволосая девочка-подросток. Они не бежали. Лишь вжались в свои кресла. Оцепенели от ужаса, глядя на бегущую прямо на них бронированную тушу.
Что с ними будет, было понятно без лишних слов.
Пульс в висках отдавался глухим набатом. Осознание того, что делать, вспыхнуло в мозгу, сдавливая виски от боли. Я мог их спасти.
Я перевёл взгляд с обречённых зрителей на Живчика, сидящего у моих ног.
Щенок, чувствуя эманации страха и боли, тревожно скулил. На его шее бездушным светом мигал красный диод сдерживающего ошейника.
Живчик звонко тявкнул. Ожидая приказа, он припал на передние лапы, преданно посматривая на меня.
Дилемма была проста и чудовищна в своей сути.
Либо эти невинные люди погибнут. Либо «Огненные львы» потеряют всё, проиграв бой, который уже почти выиграли.
Третьего было не дано.
Всё, ради чего мы рвали жилы последние недели. Тяжёлые тренировки и потраченные нервные клетки, пройденные этапы, каждый из которых дался нам с большим трудом, деньги Киры, надежды команды на выход в Бронзу — всё это сгорит в ту же секунду, как я сорву ошейник с Живчика, и тот остановит панголина.
Я сжал челюсти до скрипа.
Ветеран Арены внутри меня требовал заслуженной победы. Но человек, которым я был, просто не мог поступить иначе. Выбор был очевиден с самой первой секунды.
Моя рука метнулась к шее терьера.
Поделится в соц.сетях
