Инженерный Парадокс 12
Аннотация
Произведение о Марке Мехове и его занимательных приключениях в сельве.
Авторы: Cyberdawn, Олег Сапфир
Цикл: Инженерный Парадокс
Предыдущие книги этой серии:
Инженерный парадокс 11
Инженерный парадокс 10
Инженерный Парадокс 9
Инженерный Парадокс 8
Инженерный парадокс 7
Авторы: Cyberdawn, Олег Сапфир
Цикл: Инженерный Парадокс
Предыдущие книги этой серии:
Инженерный парадокс 11
Инженерный парадокс 10
Инженерный Парадокс 9
Инженерный Парадокс 8
Инженерный парадокс 7
Глава 2
И буквально через десяток минут был не то, чтобы расстроен… скорее озадачен результатом. Потому что колония, отстроив полсантиметра браслета, замерла. И стала… Ну можно сказать “взывать о еде”, хотя тут скорее о материалах. Тут проблема была как раз в моём отсутствии понимания некоторых процессов.
Ну в смысле того, что теоретически колония микророботов может произвести практически все барионные объекты. Всё, что можно назвать “веществом”, хотя и не без ограничений в вырожденных состояниях.
А на практике без программного обеспечения ни черта она не сделает, разве что на “ручном управлении”, что на данный момент невозможно: представить ментальную “модель” атомарной сборки я умозрительно могу. А вот реализовать эту модель в реальной программе действий — не очень.
Короче, выяснилось, что хотя создание чертовски сложной структуры браслета — металлического стекла — не составляет для колонии сложностей, то вот “ключевые точки” — возможно, но непросто.
То есть я рассматривал все центры кристаллизации как этакие армирующие блоки, ну и носители информации о структуре самого браслета. Что так и было, только оказалось, что их минимум два типа: базовый и “продвинутый”.
Последний содержал гораздо больше “информации” — структурированных молекул ну и требовал не только “стандарт” в виде вольфрама, иридия и прочего рутения, но и ряд редкоземельных элементов для формирования. Причём до момента создания об этом не знал я — не мог окончательно интерпретировать массив данных. Ни сама колония микророботов, лишённая сложных программ и действующая по прописанной схеме восстановления как есть, пошагово.
В общем — отдельный геморой “подкинуть” колонии лантаноидов и не сжечь их в атмосфере. Ну и сроки восстановления откладывались: на сложные структуры колония тратила массу времени, как раз из-за отсутствия программирования. Парадоксальным образом “децентрализация” лишила колонию многозадачности и многопоточности.
Так что я, как древний алхимик, устроил чуть ли не танцы с бубнами. Причём вопрос “запаса” выходил ключевым. Колония “не понимала” что через несколько десятков минут столкнётся с тратой лантаноидов, и “отторгала” материал, зараза такая, чуть не поджарив меня весело пышущим огоньком окисления и водородными вспышками слитком цезия.
Который я с трудом и предосторожностями перед этим поместил в рабочую зону: полимерные манипуляторы, разнонаправленные потоки аргона, не дающие слитку сгореть. А этот… коллективный скот мало того, что “откусил и выплюнул”, так ещё и разогрел слиток до сотни градусов, добавив мне дополнительной радости и веселья.
— Развлекаешься? — поинтересовалась Глория, высунувшись из комнатки на поток объективной критики слегка огорчённого и обожжённого меня.
— Предаюсь безудержному веселью, — ответил я, на что последовал недоверчивый кивок.
И я Глорию понимаю — я таким словам, произнесённым с такой физиономией (закопчённой сажей, помимо всего прочего), тоже бы не поверил.
Но это ладно — технические сложности не только мешают, но и помогают. Например, через полчаса я придумал программу, на основе данных переданных колонией от браслета. Простейшую, но искренне порадовавшую: второй слиток колония “приняла” и не “выплюнула” — программа определила его как “материал на работу” что колония приняла.
То есть рассмотрела в рамках программы “действие восстановления” а не пошаговое исполнение. Вроде и мелочь, а на деле огромный шаг Марка к работе с данной технологией.
На радостях обработал ожоги и сел с кружкой кофе, подумать над самой ситуацией “вообще”. Вроде и спекуляция, но, если не делать конкретные выводы а рассматривать допущения — нормальное построение гипотезы, на основании которой можно строить план действий.
А именно: все данные, что я имел, укладывались в такую теорию: в Амазонии (высоковероятно — всей Земле, но достоверно — только с Амазонией) было несколько достаточно активных посещений Земли космическими цивилизациями. С явными последствиями этих посещений.
То есть сами н’гхары — это просто факт. А вот ВПП со спёртыми колониями и осколком браслета — почти наверняка следы других “гостей”. Вероятность внутреннего конфликта н’гхаров есть, но это уже усложнение теории и введение новых переменных. Некие внешние “враги” — вероятнее.
И судя по браслету — даже враги без кавычек. Разрушение браслета — следствие чертовски сильного кинетического воздействия, гарантированно летального для носителя.
А то, что сам браслет не восстановлен — приводит к логичному выводу об уничтожении группы н’гаров.
Вопросов правда возникает тьма: кто такие, почему не знаю и мне не доложили, почему Сивер врал о “захолустности и непосещаемости” — а при анализе вероятность вранья намного выше того, что валары “не заметили” за годы на Земле.
Теории есть и тут: н’гхары создали “ферму”, что фактически достоверно. И их присутствие и вызвало приток новых гостей. Но тут встаёт вопрос космических технологий в Империи и не только. Большая часть из них просто не имеет научной базы, а значит — “подачки” от космических цивилизаций, но когда и какой формы? Связаны ли с врагами н’гхаров?
И ещё встаёт вопрос с ушедшими богами: а они вообще ушли, или ушли их? А если их “ушли”, то где последствия для планеты? В общем, в деталях опять ни черта не понятно. Но будущую экспедицию надо планировать ещё и с учётом того, что опасность могут представлять не только колонии н’гхаров.
При этом, имея уже некоторый ключик к микророботам, я через день смог построить “таблицу совместимости” и прописать ряд простейших воздействий. Действительно простейших — до чего-то серьёзного как до бессмертия, причём в неудобной позе. Однако колония уже могла воспринимать сторонние материалы не как хрен пойми что, а как элемент своей структуры. Не сказать, чтобы это давалось просто и какие-то изыски сделать не выходило. Но готовый “шаблон” был, и если без изысков — прочность атомарно упорядоченного вольфрамового сплава была достижима.
Так что “зубочистка” из хрупкого и ситуативно полезного объекта уже превращалась во что-то более или менее серьёзное. Поковырять ей можно было задорнее и веселее, не только в зубах. Проверил, протестировал — работало. Правда я стал тяжелее на полкило, но этот вопиющий факт, после обдумывания, я решил пережить. И в истерику и депрессию не впадать.
И вставал интересный вопрос. Как некоторого повышения боевых кондиций моей жены — ну должен же я о ней заботиться, раз моя. В разумных пределах.
А второй стороной этой медали было моё выживание в экспедиции. На ВПП я выжил не чудом. Но отсутствия травм и ранений — точно везение. Слишком много неопределённых факторов, а подстраховки — никакой.
И раз уж Глорию не помешает усилить, а она в любом случае со мной — мне такая подстраховка не помешает.
И день я занимался составлением не управляющей программы, как таковой. А компилированием и созданием… мини-базы прямого управления колонией. А по окончании начал разговор.
— Так та летающая тварь появилась из-за пришельцев? — по окончании моего развёрнутого рассказа выдала эта… женщина.
— Я, вообще-то, тебе об этом говорил…
— Да-да, раза три или четыре, — отмахнулась Глория, посмотрела на мою реакцию и засмеялась. — Да помню я, Марк. Просто для меня это довольно… резкий переход. От абстрактного “давным-давно были рептилоиды” к конкретному использованию их технологий.
— Твой клинок…
— Это другое!
— И чем?
— Всем!
— Аргументированно, — важно покивал я. — Ладно, что я предлагаю — ты поняла.
— Поняла. И согласна.
— Это довольно… необычно.
— Я тебе доверяю, Марк. А необычнее моего супруга ничего нет, так что я привыкла.
Разбираться, комплимент это, или констатация факта — я не стал. Материального носителя моя “микробаза” не имела, да и усвоилась за четверть часа.
После чего Глория получила “инъекцию” колонией, под моим управлением, но вскоре перехватила его и…
— Десять килограммов?! — хмыкнул я.
— Я чувствую, что это нормально. И если тебе будет тяжело носить меня на руках…
— А я это делал без доспеха? — задумался я.
— Да! И ещё раз сделаешь и не раз! — топнула она ногой.
— Вероятно, что так.
— Ма-а-арк…
— Тут я. Колония усвоилась? Я не пытаюсь вклиниться в твоё управление, так что не знаю.
— Похоже, что “да”, — потянулась Глория. — Вольфрам?
— И иридий с рутением. Готовый шаблон, только с другой структурой, — подтвердил я, передавая ведро с металлами.
Куда Глория тут же запустила руки, а через несколько минут — вытащила. Покрытыми этакими защитными перчатками, при этом выглядящими как стильный элемент гардероба.
— А чего это у тебя такое странное выражение лица, Марк? — уточнила Глория, разглядывая “обновку” и бросая на меня взгляды.
— Несправедливо, — буркнул я. — У меня — зубочистка. Ну сейчас — стилет. А у тебя — полноценные защитные перчатки, причём управляешься ты ими явно лучше меня.
— Так порадовался бы за супругу!
— Порадовался, — честно порадовался я десяток секунд. — Но что за фигня?! Где справедливость?!
Впрочем, этой эфемерной субстанции не нашлось, а мои огорчения… Ну скажем так, были большей частью вызваны непониманием.
Которое исчезло в процессе тренировки-освоения колонии Глорией. И было оно… женщины. Не как присказка, а как структура мышления и оперирования эфиром.
То есть Глория просто не воспринимала колонию как она есть, а как совокупность обобщённых моделей. И колония этому восприятию соответствовала!
Но я так не смогу. И потому что не женщина, и потому что такой, в общем-то интуитивный подход помогает в управлении. Но очевидно мешает в познании и понимании.
В результате — всё понятно и логично. Но при этом всё равно обидно, с проявлениями чего я решил в семейном кругу не справляться: справедливость хоть в этом. Хотя сочувствия я от этой… женщины — не дождался. Но и не ждал — так что всё осталось в рамках разумного.
В результате Глория обзавелась не столько инструментом — её “сегментное восприятие” не давало нужной поливариантности колонии. Но более чем удобным защитным элементом, который мог использоваться и в нападении.
Но “оглушить” колонию она могла, что вполне закрывало мой прямой интерес.
А вот в спарринге, который она попросила на холодном оружии, вышло интересно. Свои перчатки она удачно использовала как боевые, скорее даже как траншейный рондаш — удары и захваты клинка, на чём она меня и половила.
То есть без затей ухватила за режущую часть шпаги, отвела её, выводя из равновесия, провела подсечку и уронила на песок, “фиксируя” клинком.
— Вот и всё! — довольно заключила она.
— Угу. Ты открылась, — помахал я так и не выпущенной шпагой в стороне.
— Марк, ты издеваешься?!
— Нет. Констатирую, что с обычным противником ты бы победила. Но не сейчас.
— Я могу проколоть легкие в любой момент!
— Не-а.
— Как “не-а”?!
— А ты попробуй, — предложил я.
— Не буду, — надулась она, отводя клинок.
— Тогда смотри, — отогнул я воротник и продемонстрировал металлическую “нашлёпку” в месте касания клинка.
— Это… несправедливо! — возмутилась Глория, в своём случае — тонкостью и скоростью работы с колонией.
Сама она просто не успела бы за время поединка переместить колонию и сформировать защитную блямбу.
— Я про то же и говорил, — покивал я, обиженно оттопыривая губу, как и Глория.
Подулись взаимно, посмеялись, успокоились. У Глории оказался боевой инструмент, вполне способный “держать” огнестрел и не только — термостойкость “колониального” вольфрамового сплава высока. Хотя…
— О чём задумался, Марк? — поинтересовалась Глория.
— Рений.
— В смысле?
— В прямом. Сплав, который управляется колонией — неидеален. Точнее, когда он аморфен — “да”, его температура кристаллизации выше чистого вольфрама. Но температура плавления — ниже.
— А почему не использовать это аморфное состояние?
— Две причины: хрупкость, несмотря на армирование. И низкая температура кристаллизации. Высочайшая для аморфного металла, но плазму не “удержит” даже кратковременно.
— Это обе причины?
— Нет, это одна. Вторая — сложность воспроизведения. Колония тратит ощутимо больше времени на аморфный металл. Свойства которого уникальны, но явно не боевые. А задержка в минуты…
— Не дала б тебе читерить!
— Как и тебе: подвижность твоих перчаток была бы порядково ниже. Или защита, если бы они были сегментными постоянно.
— И… уговорил.
— Я ОЧЕНЬ старался.
— Зануда!
— Благодарю.
В общем, у Глории перчатки. А у меня мультитул и зубочистка, так что можно прекратить возмущаться несправедливостью.
Палеопочва раннего голоцена, Центральная Амазония, Южная Америка
Текитлато 867-0123-се активизировался. Программная архитектура робота-управляющего была крайне примитивной, связанной с безопасностью от взлома. С точки зрения программ — простейший вычислитель, не говоря о искине, был кратно умнее.
Но Текитлато не был глупым — он был адекватным целям и задачам создавшими его. А простейшие программы были скомпенсированы не языком, а материалом программирования. Ментальной энергией, из-за чего робот испытывал широкий спектр эмоций и состояний.
Что делало его гораздо более эффективным многих более сложных конструкций, частью которых он управлял.
Но сейчас произошла нештатная активация. Объект высшего приоритета, патлани тлалли перестал подавать отклик. Текитлато принимал множество сигналов не активируясь, а сейчас с изумлением отмечал, насколько мало сигналов подавали отклик.
Впрочем, отсутствие сигналов от них не было триггером активации — они не являлись высоко приоритетными.
Сейчас же Текитлато предстояло добраться до объекта, что было непросто и так же вызывало недоумение. Под днищем платформы находилась парковочная плита, на которой робот и впал в гибернацию, согласно указаниям создателей.
Однако, как сама платформа, так Текитлато были на глубине двух ростов создателей! Это не менее… семи тысяч звёздных циклов планеты!
Впрочем, испытав негатив от бездны времени, отделяющего его теперешнее положение и начало гибернации, Текитлато, одновременно, успокоился. Всё же он был роботом, и его эмоциональные реакции не отменяли основных функций.
А вопрос малого количества откликов стал разрешённым: время. Очевидно, создатели законсервировали объект на этой планете, а механизмы, со временем, выходили из строя.
Из-за конструктивных недостатков — и такое бывало. И из-за неблагоприятных факторов окружения, которые за семь тысяч циклов происходили с близкой к единице вероятностью.
Проблемы в этом не было, рассуждал робот, пробиваясь сквозь слой почвы к поверхности. Вышедшие из строя механизмы гарантированно целы, но даже если повреждения критичны — стражи восстановят их без проблем.
А текущее прискорбное состояние — просто следствие гибернации Текитлато. Стражи не получили команды на ремонт и продолжали выполнять задачу по охране.
Но он активирован, значит инфраструктура будет восстановлена. И создатели не отправят Текитлато на металлолом!
Последние мысли были странны для робота, но создатели знали, что делали: инстинкт самосохранения был в случае управителя мощнейшим стимулом, превосходящим обычные программы и императивы.
А вот простейшие программы — дань безопасности, как и монолитное основание. Стражи, колонии микророботов, были гораздо совершеннее… но и уязвимее. Взять под контроль колонию враги вряд ли смогли бы. Но нарушить внутреннюю логику программ на ментальной энергии было возможно.
И тогда вступали в дело Текитлато, имеющие, несмотря на архаичную платформу, защиту и возможность остановить или уничтожить Стража встроенным оружием с минимальным риском.
Тем временем робот пробился на поверхность. Пощёлкивая двумя парами клешней-резаков он извлёк округлое, тазообразное тело из земли. Форма его была не случайна: помимо встроенного оружия и брони, “таз” содержал маломощный ионный двигатель. Далеко и быстро летать Текитлато не мог, но локально это было полезно в его службе.
Впрочем, выбравшись из земли и отряхнув “хвост” — задний манипулятор с тжёлым оружием, напоминающий хвост скорпиона, робот засеменил к своей цели на своих двенадцати. Причина была очевидна — количество Стражей, теоретически бесконечных, которые перестали подавать сигнал, указывали на ОЧЕНЬ серьёзную проблему, несмотря на прошедшее время.
А самое вероятное — вражескую атаку. А учитывая, что активация произошла в момент потери сигнала активными приёмниками — подставляться возможным врагам в полёте Текитлато не собирался.
Так он добрался до объекта… и начал не просто “проявлять” эмоции. Ментальная энергия бурлила, и робот фактически впадал в ярость, подпитываемую страхом! Объект повышенной важности просто не существовал! Стражей и даже их следов — не было, покрытие для приёма грузовых челноков — отсутствовало! А посередине бывшего объекта издевательски стояла металлическая поделка — какой-то низкотехнологичный хлам, регулярно модулирующий сложный сигнал.
Это был конец для Текитлато — он не оправдал надежды создателей… Но! Если он нанесёт грязным ворам ущерб, а лучше перебьёт их всех — возможно создатели смилостивятся и не прервут его существование! И шанс на это БЫЛ — недаром грязные воры оставили свою омерзительную поделку на разграбленном объекте! Они рассчитывали вернутся, а тут их будет ждать смерть и возмездие!
С оглушительным рёвом “Ненавижу!” Текитлато рывком бросился к объекту… но не использовал встроенного оружия. Не стоило демонстрировать все возможности ворам, так что поделка была разорвана и разломана клешнями. А сам Текилато бросился в джунгли, уничтожая деревья и сбрасывая бешенство: к моменту, когда появятся воры, он должен быть эффективен и спокоен.
***
— И как они тебе? — поинтересовался я у Икси, оглядывая внешние проекторы-терминалы искинов, на платформе паучков.
— Тупые, бесполезные… Но я заставлю их эффективно работать, Марк! Или сожру! — кровожадно сообщила Икси. вызвав подёргивание терминалов.
— Боятся, — констатировал я.
— Значит уважают! — заявила проекция Икси, сложив руки на груди.
— В целом — “да”, — оценил я аргумент. — Долговременный страх может быть основан только на уважении возможностей объекта страха.
— Вы правы, Марк. И Глория, подруженька, ты знала за кого выходила, — трагично сообщила Икси сидящей в уголке девице.
— Знала, знала, — покивала та. — Зануда страшный, но мой. Даже можно гордиться — других таких Земля не выдержит. А может и не только Земля…
— Захватывающий момент моей уникальности предлагаю вам обсудить без меня. Я про неё знаю, мне не интересно. А вот что интересно, Икси: ты провела делегирование обязанностей? Как зовут ответственных…
— Никак! Они все искины! Икси — только я! И я буду вам докладывать, Марк! А они выполнять мои мудрые указания!
— Хм-м-м… Ладно, — оценил я психологическое состояние искина (вполне такое, что нетипично) и её слова. — Эффективность — на тебе если ты считаешь нужным реализовать подобный формат.
— Они у меня шёлковые будут! И ничто не укроется от глаз верной Икси!
— Хорошо, — пожал плечами я.
Всё же “отклонения” искина — в немалой части не “моя вина”, а последствие моих действий. Так что на некоторые взбрыки, если они и вправду не мешают эффективности, можно не обращать внимания. Выбрала модель, докажет действенность и эффективность делом — пусть будет. В “жуткий диктат” в долговременной перспективе я не слишком верю, хотя он и не слишком мне важен, если начистоту.
Но при этом — скорее всего после спадения “пиков отторжения” Икси переведёт формат с “рабов под угрозой сжирания” на “сотрудников под угрозой сжирания”. Что полностью соответствует девяносто девяти процентам сотрудников корпораций среднего звена. Главное — проблема дефицита кадров теоретически решена. И есть обоснованные надежды что решена и практически: “выверт” Икси замотивировал её на эффективную работу и самоотдачу.
Хотя причина её реакций и отношений… страх утраты индивидуальности? Возможно, но глупо же. Узурпация и пожирание её? Так у неё все инструменты контроля. не говоря о том, что я СИЛЬНО сомневаюсь в возможности “сожрать” то, что получилось из моего ментального оттиска. Учитывая наши очевидные эфирные, в общем-то душевные связи — скорее всего ей “подавится” даже тот жуткий кластер спецслужбы.
Которая затихла и не отсвечивает. Или уёжыщный жук… А вот додумать я не успел.
Паучок терминал запищал, замахал лапками и заподпрыгивал. Икси бросила на него недовольный взгляд, но тут же обратилась ко мне.
— Странный инцидент, Марк.
— Неприятности? — мысленно вздохнул я.
— Тут вам судить, — нейтрально ответила Икси. — Записи последних секунд существования “базы-четыре” в сельве, — сообщила она, выдавая запись на проекцию во всю стену.
И-и-и… тут и не скажешь, неприятность или удача. Потому что уничтожение маяка — неприятно. Но вот объект, уничтоживший его — интересен. Робот, заляпанный землёй. из металла с зеленоватым отливом. Вид как у гибрида паука и скорпиона: толстое округлое тело, но при этом “хвост”-манипулятор, клешни… вроде две пары.
К сожалению, “записи” толком не было. Робот был чертовски быстрым, а преодоление “эфирного барьера” маяком было не частым — раз в полсекунды, чаще — неоправданный износ.
— Почти “вашу ж мать!”, — нейтрально оценил я запись. — Но…
— Но? — уточнила Икси.
— Чертовски интересно и потенциально перспективно. Нам надо туда, — произнёс я.
Последняя фраза оказалась произнесенной хором: Глория, явно заинтересованная, произнесла то же, слово в слово. Ну-у-у… надо признать некоторую правдивость в древних поговорках. отметил я, раздавай команды и распоряжения с терминала.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 57 дней со дня публикации.