Космос.Today III
Аннотация
Есть новообретенная сила в руках и ногах, есть верные друзья-соратники рядом, любимая работа - даже целых две, и внятные цели на ближайшую жизнь. Но Тимуру Сороке - парамедику и внештатному военкору Русского Легиона - этого явно недостаточно. Просто тянуть лямку и наслаждаться жизнью в перерывах между боями? Это не в его натуре! Доминион - явно не то, чем кажется, да и Система из инфернального врага вдруг начинает казаться чем-то гораздо более простым и понятным. Но как разгадать тайну, если контракт подписан, присягу никто не отменял, и коли легат говорит "надо!", Восьмой экипаж отвечает - «есть!»
Автор: Евгений Капба
Цикл: Космос.Today
Предыдущие книги этой серии:
Космос.Today II
Космос.Today
Автор: Евгений Капба
Цикл: Космос.Today
Предыдущие книги этой серии:
Космос.Today II
Космос.Today
Глава 2, в которой кое-что проясняется
Желтый защитный костюм, который выдал Пампушному Багателия, не имел такой опции - подключиться к частоте нашего интеркома. Оно и понятно: связь - ключ к войне, защищенная связь - ключ надежный. Бошетунмай провозился с настройками встроенного коммуникатора минут пять, потом плюнул и признался в своем бессилии.
Одиссей Хаджаратович почесал бороду, посмотрел на гостиничных дел мастера, потом - на меня и вынес вердикт:
- Ора, вы оба будете свэрху ехать, да? Сам там будешь с ним трепаться. На произвольной волне, настрой что хочешь. Он же твой дядя, да? Вот и развлекай его... Калоны - тоже люди, да? И на прием нашу частоту оставь, чтобы важные вводные не пропустить, тэхника позволяет... - на этом Багателия посчитал вопрос закрытым и полез на место водителя, а Палыча таки отправил спать - в капсулу.
На броню к нам вылез Барух, но он самым нахальным образом расположился на корме, улегся и смотрел в небеса, на которых как раз появились голубые разводы: Ранамандри вступал в свои права. А мы с Пампушным Алексеем Петровичем, позывной - дядя Леша, наконец имели возможность потрепаться.
- Такое дело, дядя Леша, - сказал я, перекладывая винтовку на колени. - Сомов-то все свое барахло мне оставил. Даже револьвер. И художества. И энергетики...
- Это как раз понятно, - в этом своем резиновом комбезе он выглядел как ученый из фильмов про биологический апокалипсис. - Кому еще ему отправлять было, если, кроме вот такого красивого Сороки, который вроде как коллега и продолжатель почетной миссии, никаких наследников у него нет! Ты же на Землю рисунки отправил?
- Отправил, - согласился я.
- А кому - Петру Петровичу, Василию Васильевичу или Алексею Алексеевичу? - весьма прямолинейно спросил Пампушный.
- Я, наверное, должен какой-то пароль спросить... - задумался я. - Иначе как-то тупо получается. Никакой конспирации. Настоящие Штирлицы так себя вести не должны! Но вообще-то я журналист, материалы отсылаю в "Космос.Тудей", там будут статьи выходить, очерки... А потом - обещали книгу выпустить. Рисунки Сомова я рекомендовал в качестве иллюстраций брать - будет ему дань памяти и все такое. А я вернусь на Землю знаменитым писателем!
От словосочетания "знаменитый писатель" мне стало смешно самому. Не бывает сейчас знаменитых писателей! И композиторов знаменитых не бывает. Спроси случайного человека на улице: кто такой Ханс Зиммер или Сергей Лукьяненко - уж поверьте, ответят очень немногие. А задай вопрос по Тейлор Свифт или Владимира Соловьева - тут же получишь полную шапку позитивных и негативных откликов. Знаменитые в нашем мире те, кто лицом торгует. Вот они - звезды, селебрити, лидеры мнений и совесть нации...
Но Пампушный моего скепсиса не разделял:
- Балдеж! - сказал он. - Приедешь - будешь как сыр в масле кататься. Разбогатеешь! С книгой ты точно разбогатеешь, я тебе отвечаю. Ты шикарно придумал! Я видел сериал "Калифорникейшн", про агента Малдера, который стал писать книжки - и там он был очень богатый. Полететь в космос, чтобы написать про это книжку - охренительный план! А Сомов тематическую выставку графики готовил, даже - целую серию выставок. И тоже - от "Космос.Тудея"... Как это говорится - под планидой? Под Фемидой... А, вот: под эгидой. Ихней. Молодцы вы оба, интеллигенция! Но на выставке не заработаешь, а на книге... Писатели - они знаешь, сколько гребут бабла? У-у-у-у!
Ему прям нравилось рассуждать про чужое "бабло". Это было видно даже через оргстекло защитного костюма. Он некоторое время еще предавался мечтаниям, но в итоге разразился чем-то вроде исповеди:
- А я так - гостиничный работник, что там, что здесь. Я книги писать не могу и рисовать не умею. Сам-то я московский... На Земле я в "Интуристе" двадцать лет трудился. Ну, и подрабатывал у Василия Васильевича, не без этого! Он меня и уговорил, сказал - место теплое, почти курорт! Дело, мол, тебе классово близкое. Тоже гостиница и тоже - подрабатывать. Еще и подлечат! А мне совсем кирдык приходил, цирроз печени и некроз поджелудочной... Вот я и согласился. Так ты от Петровича?
- От Алексея Алексеевича, - сдался я. - Тоже - подрабатываю. Но в Легион завербовался не поэтому.
В конце концов, сам проект "Космос.Тудей" и имя моего минского куратора и были чем-то вроде пароля. И ниточка от Сомова вела к этому пузатому балаболу. Я ведь не профессиональный спецслужбист, в академиях шпионских не учился, супергеройские курсы не оканчивал. Нечего и притворяться, значит.
- А! От Алексея Алексеевича? Бульбаш, значит! - заерзал задницей по броне "гостиничный работник". - Братья наши меньшие?
- Я, как приедем, в зубы тебе дам, дядюшка, - пообещал я. - Ты за базаром-то следи. У тебя с этим явные проблемы. Несешь всякую дичь.
- А что я не так сказал? - удивился Пампушный. - Мы же это, как его... Братские народы! Россия, Украина, Беларусь - вместе мы святая Русь! Или ты против?
- Я-то не против, я даже за. Но ты выражения подбирай, звучит отвратно, - вздохнул я. - Братьями меньшими знаешь, кого называют?
- О-о-о-о, я так глубоко не копаю, - беспечно заявил "дядя Леша". - Чего ты к словам цепляешься, племяш? Сначала в госпитале, с этими неграми, теперь тут... Зануда, да?
- Гы, - хохотнул я, вспомнив его натуральный "факап" с английским языком. - Я про твой "ам сак зе дик" еще всему экипажу расскажу, так и знай.
Мы снова ехали по эстакаде, до Драмсарая было еще часа два или три, так что наконец мы могли перейти к сути дела. Хотя, учитывая дурацкую манеру Пампушного разговаривать о чем попало, оказалось, что вывести беседу на правильный курс и придерживаться его, не применяя физической силы к "дядюшке" - задача нетривиальная. Тем не менее выяснить удалось немало.
Например, вот что: Сомов в последний раз ночевал в гостинице "Космос" как раз после командировки в систему Траппист-1, ту самую, с двумя обитаемыми планетами. И Пампушный уверял - именно там Гена и "сломался". Тут его слова и история Смирновой сходились.
- И не думай, это не какой-то ПТСР или типа того, - "дядя" покачивался на броне, крепко вцепившись в орудийную башню рукой. - Дело тут не в моральных страданиях... Гена не такой был человек! У него с мотивацией всегда все обстояло как положено, он себя считал кем-то вроде палпатина Земли...
- Кого, твою мать?.. - удивился я.
Мои брови поползли на лоб. Палпатина, блин, еще не хватало!
- Паладин! Рыцарь без страха и упрека! - поправился Пампушный. - Он реально считал, что мы тут все должны готовить почву для будущего взрывного роста могущества расы людей. "Галактика просто ждет, когда мы перестанем грызть друг друга на одной крохотной планетке, выйдем - и возьмем космос себе!" - говорил он. "Мы - викинги вселенной, мы всех нагнем!" - вот такой была его идеология. Как его вообще занесло к нефорам - не знаю, ему ж в долбославы прямой путь! При этом, кажется, он знал много больше нашего. Или думал, что знал. Гена уверял, что рефаим - не единственные, что есть и другие э-э-э-э... Инопланетяне! "И все - лохи!" - я цитирую дословно.
Тут было от чего охренеть. И над чем призадуматься. Если смотреть в лицо фактам, которыми я располагал, то ни Пампушный, ни Сомов достойными доверия источниками считаться не могли. Один - трепло и вообще - тюфяк какой-то, наверняка в этом своем "Интуристе" в замочные скважины за постояльцами подглядывал. Второй - пропащий бедолага, проходимец и алкаш. Ну да, у них наверняка имелись какие-то давнишние заслуги, но с моей стороны все это выглядело довольно сомнительно.
Некоторое время мы ехали молча, наблюдая за стадом хрючил, которые активно копошились в полях вдоль эстакады, выкапывали и жрали какие-то комковатые штуковины - наверное, корнеплоды. Небо окрасилось в бронзовый цвет: Раномандри передавал свои полномочия Кеплеру-Большому, над горизонтом уже виднелся Кеплер-Красный. Медэвак, ведомый твердой рукой Багателии, катил вперед быстро и без остановок, в полтора-два раза быстрее, чем ехали к Яме.
Заговорил "дядюшка" примерно через четверть часа:
- И вот что, племяш... После той командировки на Траппист Гена говорить о "лохах" перестал. Я не знаю, с чем это связано, и ни на что не намекаю...
Конечно, Пампушный намекал, и притом - очень толсто! И продолжал это делать:
- Он все спрашивал меня, не знаю ли я какого-нибудь толкового хирурга, "но чтоб без капсул, капсулы тут не помогут", и заказывал в баре самые разные напитки, которые раньше и не пробовал вовсе. Да - алкашку, и да - тонизирующие всех мастей, только бы в них был кофеин, теобромин, таурин и все такое прочее... Потом остановился на местном варианте "Ягермейстера" и глушил его со страшной силой. И знаешь, что еще?
- Конечно, не знаю! Колись давай, - поторопил Пампушного я.
Ситуация выглядела странно. Я прекрасно знал, какой удар по организму и сознанию наносит это самое "бодрое опьянение", которое наступает после злоупотребления коктейлями типа "водка-энергетик". Кирдык постепенно приходит сердцу, сосудистой системе, поджелудочной, желудку... В моменте: кажущаяся бодрость и вменяемость, а по факту - пьяные слюни и кретинские выходки. Ну, по большой глупости таким образом пару раз можно себя попытаться весело уничтожить. Но осознанно, методично и вдумчиво травить себя, как это делал Сомов? Не верю, ёлки! Не верю!
- Он перестал пожимать руки. До этого - очень такой тактичный... Тактильный! Тактильный был человек! Обнимался, ладонь сжимал так, будто сломать хочет... А после Трапписта - как отрезало! - выложил еще один момент Пампушный. - И вот еще что... Может, тебе это пригодится: он бывал на обеих планетах. И на Фоане, и на Раномасине. Ты же будешь расследовать все это, да?
- Наверное... - задумался я. - Может быть... Я вообще-то человек подневольный, все-таки главная моя должность - парамедик в Восьмом экипаже, куда пошлют - туда и еду. Но информацию следующей посылкой точно передам Алексею Алексеевичу.
- Ну, и на этом спасибо. Я и сам передам Василию Васильевичу, но лучше - по двум каналам. У меня для тебя много чего было в гостинице... - вздохнул "дядюшка". - Ну, не для тебя - для кого угодно типа тебя. Но увы, увы - все сгорело синим пламенем. Потому я душу травить тебе не буду, даже и говорить не стану. Хотя револьверчик у тебя сомовский, уникальный, можешь себе представить, что там за ништяки были...
- Не трави душу... - отмахнулся я, оглядывая окрестности.
Мы проезжали то самое место, где воевали с гигантской венериной мухоловкой. Сейчас джунгли вокруг даже не шевелились: здорово наши их причесали! Но следов боя видно не было: местная буйная флора быстро брала свое, затягивая раны и переваривая обломки.
Впереди уже виднелся вулкан: сейчас из него не вылетали лавовые бомбы, только валил дым и текли оранжевые раскаленные реки.
- Папа мне подсказывает, что тебе, Сорока, тоже таки нужно выучиться на пилота! - вдруг раздался в интеркоме голос Баруха. - И я имею намерение за тебя в этом плане взяться.
Я аж вздрогнул: разговаривая с Пампушным, я забыл, что мой коммуникатор работал на прием еще и на волне экипажа. Переключиться было делом секунды:
- Это что еще за новости, Барух? - озвучил свое удивление я. - И что значит "тоже?"
- "Тоже" значит, что я уже умею, вот что, - откликнулся Бляхер. - Истребителем ты не станешь, но бот или грузовик водить не тяжелее, чем справиться с управлением подъемного крана! Научишься!
- Но я не умею управлять подъемным краном! У меня права категории В!
- Что ж, прискорбно, что ты такой недоразвитый шлимазл! Управление краном - очень полезный навык, стоило освоить... - Барух явно издевался. - Помимо общефизической и стрелковой подготовки будет у тебя дополнительная нагрузка в капсуле. Боты мы освоим, пока будем киснуть на "Ломоносове" во время перелета.
- Ты чего за меня решаешь, вообще? - возмутился я. - Ты, конечно, опцион и вообще мужик авторитетный, но елки-палки, Барух!
- Это не я, - откликнулся Бляхер. - Это Папа!
И снова откинулся на броне.
Когда он начинал говорит про Папу - все, пиши пропало. Толку не будет. Можно просто успокоиться и переждать, и вообще - смириться. Если Папа что-то сказал - Барух в лепешку расшибется, но сделает именно так. И стоило признать - Папа рекомендовал обычно вещи довольно-таки неплохие. Например - что плохого в том, чтобы уметь управлять космическим кораблем, пусть и крохотным типа бота?
В этот момент меня за плечо потрогал Пампушный - он ведь был отключен от связи и понятия не имел, о чем мы говорим! Ну, и слава Папе, если честно. Нечего ему в наши заморочки влезать.
Я переключил канал и спросил:
- Чего тебе, дядя?
- Срать охота.
- Идиот? - уточнил я. - Ты что, в Яме не сходил? Ты ж вообще, вроде как, только из капсулы, откуда...
- А что я могу сделать?
Пришлось мне вызывать командира и описывать ситуацию. Багателия стал ржать, как полоумный, все остальные - тоже. А я был вынужден это слушать.
- Ора, как он это себе прэдставляет? - задыхался командир. - Это же Убахобо! Атмосфэра нэ пригодна для людей, да? Оголит жопу и свесится ею с эстакады, и сделает свой халам-балам? Нэт, Сорока, ты ему скажи, чтобы он загэрметизировал себе голову, на уровне шеи - есть такая функция, и гадил вовнутрь костюма, уахама?
Багателия так и сказал - "вовнутрь", и от этого мне стало очень смешно, так что "дядюшке" расклады про позу над эстакадой, халам-балам и герметизацию головы излагал периодически прерываясь на фырканье и кряхтенье, которыми пытался замаскировать порывы смеха.
- Издеваетесь... - понял Пампушный. – Значит, буду терпеть! Сколько там осталось?
- Часа полтора, - прикинул я. - Хорошо идем.
- Это кабздец, - вздохнул "дядюшка".
Дальше он молчал и крепился. И, честно говоря, я был совершенно не против. Мне было о чем подумать.
Зацепка от Сомова, на которую я возлагал столько надежд, оказалась вот таким вот оригинальным типом, который, с одной стороны, поведал мне кое-что важное, а с другой стороны - практической пользы от нашей болтовни вроде как и ноль без палочки. Да, Алексей Алексеевич не ставил мне четких задач по разоблачению, курощению, дуракавалянию и низведению, но если уж назвался Штирлицем - будь добр соответствовать! По-журналистски и по-шпионски мне сильно хотелось в этом всем разобраться!
А что, если Сомов был прав, и инопланетян – больше, чем одни эльфы? Что, если действительно в рядах Легионов действуют неведомые враги? Как быть, если Система окажется не таким уж инфернальным злом, а Доминион - не Звездной Империей, а чем-то другим? Что делать?
Нет, что делать, пожалуй, понятно: делать нужно свою работу. Вытаскивать людей из-под огня и писать материалы! Это даже не обсуждается, на том стояли и стоять будем. Но вот в глобальном смысле?..
Со шпионско-лирического настроя меня сбили танки. Внушительная колонна гусеничных машин катила нам навстречу, и в их принадлежности не было сомнений: алые прямоугольники, нанесенные на башни, говорили сами за себя. Русский Легион! Двадцать или тридцать танков грохотали так, будто началось светопреставление. Сводный броневой отряд двигал куда-то в сторону Аньямы - на полигон, для того самого боевого слаживания.
В интеркоме я слышал переговоры Багателии с командиром колонны. Как выяснилось - Драмсарай, до которого оставалось километров тридцать, был забит войсками, там занимались "слаживанием" снабженцы - организовывали передовую базу и склады. А еще - под куполом формировались маршевые колонны из прибывающих от БДК войск. Они выдвигались на эстакаду с временными промежутками, достаточными для того, чтобы гигантские волны на двух участках побережья - до и после Драмсарая - не доставили проблем. Обычно интервал составлял полтора или два часа, но танки замешкались: у "Славутича" заклинила гидравлика на одной из аппарелей, так что бронетехника варягов оказалась на грунте Убахобо чуть позже, чем положено. Теперь они нагоняли.
Перспектива встретиться с местным цунами танкистов не пугала - машины были герметичны и весьма увесисты, смыть с эстакады бронированную дуру совсем не просто! Но им пока везло, они миновали и первый участок берега моря, и Драмсарай без происшествий.
Мы распрощались без лишних церемоний и продолжили путь.
Двигаясь под безумными небесами Убахобо дальше, мы встретили еще две колонны: похоже, спутники на орбите фиксировали снижение сейсмической активности и как следствие - меньшую приливную активность. Это позволяло направлять колонны с меньшими временными промежутками.
Багателия перебрался на броню, передав управление проснувшемуся Палычу, и теперь приветствовал своих многочисленных знакомых царственными взмахами руки и комментариями в интерком. За годы своей службы командир вылечил, кажется, добрую половину легиона, и о его манере "экономить" время контракта и латать людей без участия нанитов уже ходили легенды. Что там говорить - он и человек был неординарный, яркий, запоминающийся.
Когда вдалеке показался купол Драмсарая, на душе стало значительно веселее, пускай это и был далеко не конец нашего убахобского вояжа. А Пампушный - тот и вовсе стал ерзать, и ерзал так интенсивно, что Багателия ткнул его в плечо кулаком и предупредилвесьма громогласно:
- Уасся, если дырку в костюме протрешь, заставлю новый покупать, даже если до этого ты успеешь умереть, уахама? - я услышал эту реплику через оба шлема сразу, без всякого интеркома.
Пампушный все понял и больше не ерзал, хотя лицо его приобрело свекольный оттенок. Похоже, он терпел из последних сил. Едва мы въехали через шлюз на территорию Рама Сари, как "дядюшка" кубарем скатился с брони и помчался куда-то в сторону скверика.
- Ой-вей! - вздохнул Барух. - А штик флейш мит цвей ойгн! Зря он туда побежал, там совершенно нет никаких туалетов, это я со знанием дела говорю!
Спустя секунд тридцать раздалось возмущенное пиликанье роботов-уборщиков и крики сбитого с толку Пампушного, который где-то там, среди декоративных кустов, пытался сделать свое грязное дело. Бляхер был прав: зря он туда побежал. Двери с буквочками М и Ж имелись прямо тут, на КПП!
- Действительно - иногда мы не видим счастья рядом, а ищем его в неведомых далях... - проговорил Палыч, который наблюдал за всей это картиной, высунувшись из люка "Мастодонта".
- Ваня! - удивилась Раиса. - Это что - романтизм какой-то? Ты меня пугаешь!
- Вот такой вот говенный романтизм! - припечатал Хриплый, и мы немного погыгыкали.
Так, не сильно. В конце концов - ничего такого особенно необычного не случилось.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 57 дней со дня публикации.