Лекарь из Пустоты. Книга 8
Аннотация
Я давал ему шанс жить спокойно, но он сделал неправильный выбор...
Авторы: Александр Майерс, Алексей Ермоленков
Цикл: Лекарь из Пустоты
Предыдущие книги этой серии:
Лекарь из Пустоты. Книга 7
Лекарь из Пустоты. Книга 6
Лекарь из Пустоты. Книга 5
Авторы: Александр Майерс, Алексей Ермоленков
Цикл: Лекарь из Пустоты
Предыдущие книги этой серии:
Лекарь из Пустоты. Книга 7
Лекарь из Пустоты. Книга 6
Лекарь из Пустоты. Книга 5
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
Италия, город Милан, выставочный комплекс «Фиера Милано»
Я медленно поднял руки, демонстрируя, что не собираюсь сопротивляться.
— Что ж, агент Вебер. Я готов проследовать с вами. Но имейте в виду — вы совершаете ошибку, — произнёс я, глядя ему в глаза.
— Это мы выясним в ходе разбирательства, — сухо ответил он и кивнул своим людям.
Один из них шагнул ко мне, держа в руках пару матово-чёрных браслетов. Блокираторы магии. Тяжёлые, покрытые рунной вязью — явно недешёвая вещь. Такие и правда способны подавить магический дар большинства одарённых.
«Хозяин, позволь, я их…» — заворочался внутри Шёпот.
«Нет. Улетай сейчас же. Найди безопасное место и жди моего зова. Не приближайся, пока я не разрешу», — мысленно велел я.
«Но…»
«Это приказ. Всё, Шёпот. Исчезни!»
Дух недовольно заворчал, но подчинился. Я ощутил, как он стремительно выскользнул наружу. Никто из присутствующих, конечно, его не заметил.
Агент тем временем защёлкнул браслеты на моих запястьях. Холодный металл неприятно сдавил кожу. Я тут же почувствовал, как невидимая пелена окутала мои энергетические каналы — врождённый дар угас. Но Пустота даже не шелохнулась. Блокиратор попросту не видел её, не воспринимал как магию.
— Прошу за мной, — Клаус развернулся и зашагал к служебному выходу.
Шрам и мои гвардейцы двинулись было следом, но Вебер остановил их жестом.
— Только граф. Ваши люди могут следовать за нами на отдельных машинах, но в автомобиль к задержанному я их не пущу.
— Господин? — Богдан вопросительно взглянул на меня.
— Всё в порядке. Поезжайте за нами. И, будь добр, сообщи о происходящем моим друзьям. Пусть будут в курсе, — спокойно произнёс я.
Шрам коротко кивнул и начал раздавать приказы своим людям. Я же проследовал с агентами к неприметному фургону, припаркованному у чёрного хода выставочного комплекса.
Ехали недолго. Как я и предполагал, меня повезли не в полицейский участок и не в тюрьму, а в гостиницу — ту самую, где я и остановился. Дворянский статус давал свои привилегии даже под арестом, посадить меня в камеру они не имели права.
Меня проводили в мой собственный номер, только теперь у дверей встали двое агентов в штатском, а внутри уже разместили охранные артефакты.
Мои гвардейцы разместились в коридоре и смежных номерах. Формально входить в мою комнату им запретили, но они заняли позиции так, чтобы видеть каждого, кто входит и выходит. Шрам поставил стул в коридоре напротив двери и демонстративно уселся на него, сложив руки на груди и сверля агентов мрачным взглядом. Те старательно делали вид, что не замечают его.
Я же устроился в кресле у окна и прикрыл глаза.
Значит, у них есть доказательства присутствия тёмного духа. Откуда? Вариантов немного. Шёпот ведёт себя предельно осторожно, я слежу за этим. Стандартные артефакты его не чувствуют, для этого нужно что-то особенное.
Я сразу вспомнил про тот разрушенный артефакт в саду петербургского особняка. Люди Чёрной касты что-то оставили под кустом, а потом оно самоуничтожилось. Но перед этим, видимо, успело передать данные.
Дерьмо. Я тогда заподозрил неладное, конечно, но и подумать не мог, что каста хочет обнаружить Шёпота. И тем более я не мог подумать, что они рискнут передать информацию европейским спецслужбам.
Хотя… почему нет? Если они внедрили своего человека, всё возможно.
А может, Вебер и есть тот самый человек?
Дверь открылась, и в номер вошёл агент Клаус Вебер собственной персоной. Без пиджака, в одной белой рубашке с закатанными рукавами, с тонкой папкой в руках. Он поставил напротив меня стул, сел и положил папку на журнальный столик между нами.
— Итак, граф Серебров. Давайте поговорим.
— С удовольствием. Для начала хочу заявить официально: я не убивал барона Хаммерстайна. И тёмного духа у меня нет, — произнёс я.
Вебер усмехнулся уголком рта.
— Разумеется, вы будете это отрицать. Но у нас есть запись энергетической сигнатуры неизвестной сущности, зафиксированной в вашем особняке в Санкт-Петербурге. А также показания свидетелей, которые видели, как барон умер сразу после контакта с вами и указывал на вас перед смертью.
— Хаммерстайн вложил мне в руку кулон с чёрной розой, и в следующий миг его аура начала разрушаться. Я пытался его спасти, это видели все вокруг. Ваши «свидетели» могут подтвердить, что я бросился к нему и использовал целительскую магию.
— Чтобы замести следы, — кивнул Клаус.
— Агент Вебер, вы же профессионал. Магические следы невозможно подделать. Проклятие, убившее барона, было активировано не мной. Его источник находился в самом Хаммерстайне. Проведите экспертизу, и вы убедитесь. Более того, я не могу отвечать за всех духов в мире. Если кто-то и залетал ко мне в особняк, Это еще не значит, что этот дух принадлежит мне? Может, это я жертва и меня хотели убить с его помощью? Все это лишь косвенные улики.
Клаус откинулся на спинку стула и несколько секунд изучал меня взглядом. Потом медленно кивнул.
— Хорошо, граф. Эксперт уже едет. Он специализируется на тёмной магии и некротических проклятиях. Посмотрим, что он скажет.
— Прекрасно. А пока мы ждём, может, тоже ответите на один вопрос? — спросил я.
— Смотря какой.
— А как же «вопросы здесь задаю я»? Ладно, неважно. Почему австрийская разведка так оперативно оказалась на месте и сразу предъявила обвинение, опираясь на доказательства, полученные неизвестно откуда? Кто передал вам данные о «тёмном духе» из моего особняка? — вонзив взгляд в глаза агента, спросил я.
Вебер прищурился.
— Это конфиденциальная информация.
— Разумеется. Просто я подумал, что Чёрная каста, на которую вы якобы охотитесь, очень удачно снабдила вас компроматом именно на того, кто активно им противостоит, — пожал плечами я.
В глазах агента мелькнуло что-то похожее на интерес. Но он промолчал, поднялся и вышел из номера, оставив меня одного.
Что ж, теперь главное — дождаться эксперта и убедить его, что проклятие на Хаммерстайне не имеет ко мне отношения.
А ещё осталось понять, играет ли Вебер против меня или он действительно заблуждается.
В любом случае я отсюда выйду. И тогда у Чёрной касты появится ещё одна причина меня бояться.
Италия, город Милан
Шрам вышел из гостиницы, где держали Юрия, и достал телефон. Он убедился, что господину ничего не угрожает, и теперь пора было браться за дело.
Богдан отыскал в памяти телефона номер главы СБИ, который дал ему Юрий. Сказал звонить по нему только в крайнем случае. А этот случай — самый что ни на есть крайний.
После третьего гудка в трубке раздался сухой голос:
— Слушаю, господин Лавров.
На мгновение Шрам удивился, откуда собеседник знает его номер. А потом вспомнил, что граф говорил — в случае с полковником Воронцовым не стоит ничему удивляться.
— Здравствуйте, Юрий Михайлович. У нас проблема. Графа арестовали и обвиняют в убийстве Хаммерстайна с помощью тёмного духа.
— Я в курсе. Только что получил доклад от нашего человека в Милане. Ситуация серьёзная, — невозмутимо ответил Воронцов.
Шрам выругался про себя. Если СБИ уже знает, значит, информация разошлась по всем каналам. Дело дрянь.
— Что можно сделать? — спросил он, отходя к парковке за углом гостиницы.
— Пока ничего. Мы подключили дипломатические каналы. Посольство в Риме уже направило ноту итальянскому МИДу. Я лично вылетаю в Милан ближайшим рейсом. Но если у них действительно есть доказательства присутствия тёмного духа, всё может обернуться плохо.
— У графа нет никакого духа.
— Вы уверены? Впрочем, неважно. Проблема в том, чтобы убедить в этом европейцев. Вебер — крепкий орешек, специализируется на магическом терроризме. Если он взялся за это дело, просто так не отступит, — ответил полковник.
— Значит, надо найти способ заставить его отступить, — процедил Богдан.
— Вот и займитесь этим. Всё, что узнаете — докладывайте немедленно. Я помогу по своим каналам. Конец связи.
Воронцов отключился. Шрам убрал телефон в карман и несколько секунд стоял неподвижно, глядя в темноту. В голове уже выстраивался план действий.
Он снова взял в руки телефон. Князь Баум ответил после первого же гудка.
— Кто это? — рявкнул он в трубку.
— Ваша светлость, это Богдан Лавров. Командир службы безопасности…
— Да-да, я понял! Что там у вас происходит, Богдан? Почему Юрия арестовали? Я уже слышал какие-то безумные слухи…
— Это не слухи, ваша светлость. Графа обвиняют в убийстве барона Хаммерстайна, — ответил Шрам.
Мирон Сергеевич выругался так витиевато и многоэтажно, что Шрам невольно отметил — князь явно служил в имперской армии и не на штабной должности. Наследники столичных родов нередко проходят службу в имперских войсках для поднятия престижа и получения военного опыта.
— У меня есть кое-какие связи в итальянском правительстве, я сейчас же им позвоню. Это чистой воды провокация! — продолжил Баум, взяв себя в руки.
— Благодарю, ваша светлость.
— Не за что. Юрий — мой партнёр и друг. Мы его вытащим, чего бы это ни стоило, — пообещал князь.
Следующий звонок — герцогу Каттанео. Лоренцо, услышав новости, сначала не поверил, а потом пришёл в ярость.
— Это неслыханно! Может, я не очень хорошо знаю графа, но уверен — он не мог совершить убийство, да ещё таким грязным способом! Я немедленно свяжусь с губернатором Милана и с королевским двором. Уверен, мы сможем уладить это недоразумение.
— Это не недоразумение, ваша светлость. За этим стоит Чёрная каста, — сказал Шрам.
— Тем более. Я не позволю каким-то террористам манипулировать правосудием в моей стране. Можете на меня рассчитывать, господин Лавров, — ответил герцог.
Маркиз де Мариньи тоже не заставил себя ждать. Персиваль уже был в курсе — ему позвонила Николь, которая видела сцену на банкете своими глазами и теперь места себе не находила от волнения.
— Я подниму всех, кого могу, — заверил маркиз. — У меня есть выходы на французский МИД и на нескольких влиятельных сенаторов в Брюсселе. А главное — профессор Вандерли уже рвёт и мечет. Говорит, что лично поручится за графа где угодно и перед кем угодно.
— Это может помочь? — засомневался Богдан.
— Элиас Вандерли — один из самых уважаемых целителей Европы. Если он публично встанет на защиту Юрия, это будет много значить. Я слышал, он уже устроил сбор подписей европейских целителей. Они собираются отправить петицию итальянской короне, будут требовать объективного расследования и освобождения графа под залог.
— Спасибо, ваша милость.
— Перестаньте. Я должник вашего господина. Ещё созвонимся, — сказал де Мариньи и сбросил звонок.
Шрам почувствовал, как напряжение немного отпускает. Значит, Юрий успел заработать себе имя и репутацию не только в России. Европейские коллеги помнят Женеву, помнят, как он поставил на место Хаммерстайна и доказал свою правоту, помнят его блестящие успехи в целительстве. Теперь это всё работало на него.
Телефон зазвонил снова. На этот раз — Дмитрий, отец Юрия. Голос у него был встревоженный до предела.
— Богдан, что случилось? Нам позвонили из посольства, сказали, что Юра арестован по обвинению в убийстве! Это правда?
— Правда, Дмитрий Игоревич. Но не всё так, как говорят. Графа подставили, — ответил Шрам.
— Подставили?! Кто? Как?
— Чёрная каста. Они устроили провокацию, использовав барона Хаммерстайна. Сейчас мы делаем всё возможное, чтобы вытащить вашего сына. Я лично за этим слежу.
В трубке на заднем плане послышался плач — похоже, рядом была Татьяна — мать Юрия. Через мгновение она сама взяла телефон.
— Богдан, умоляю, скажи, что с моим сыном всё будет хорошо! Я не переживу, если…
— Татьяна Алексеевна, я обещаю вам, что вытащу господина. Чего бы мне это ни стоило. Вы меня знаете. Я своё слово держу, — твёрдо произнёс Шрам.
— Спасибо, Богдан… — голос Татьяны дрожал.
— Скоро я позвоню и обрадую вас хорошими новостями.
Шрам отключился и тяжело вздохнул. Вокруг окончательно стемнело. Улицы Милана сияли огнями, где-то вдалеке слышалась музыка — город жил своей обычной ночной жизнью, не подозревая, что в номере фешенебельной гостиницы решается судьба человека, который бросил вызов одной из самых могущественных тёмных организаций мира.
Шрам отправился в кофейню, которая находилась неподалёку. Чашечка крепкого двойного эспрессо ему сейчас не помешает — ночка, вероятно, будет долгой.
Он связался с гвардейцами и убедился, что в гостинице всё спокойно. Агенты Вебера, к их чести, вели себя профессионально и не проявляли даже малейшей агрессии. Похоже, они понимали, что с влиятельным русским графом и его людьми лучше не шутить.
Богдан, как и собирался, выпил кофе, а затем направился обратно в гостиницу. У входа он заметил человека, который явно кого-то ждал. Высокий, широкоплечий, лет сорока с небольшим, с коротким ёжиком светлых волос. Одет в гражданское, но выправка — военная, без вариантов. Шрам подмечал такое на раз.
И ещё — от него исходил магический фон. Сильный боевой маг.
Мужчина, заметив Богдана, шагнул навстречу.
— Господин Лавров? Командир службы безопасности рода Серебровых? — спросил он на английском, но с явным немецким акцентом.
Шрам остановился, машинально потянувшись к пистолету.
— Допустим. Кто вы и что вам нужно?
— Меня зовут Клеменс Мюллер. Я немецкий боевой маг в отставке. Ваш господин, граф Серебров, когда-то вернул мне магический дар, который считался утраченным навсегда.
Шрам нахмурился, вспоминая. Юрий, кажется, рассказывал об этом случае — он как раз произошёл во время форума в Женеве.
— И что вы здесь делаете?
— Я поклялся, что верну долг. Когда я узнал, что графа арестовали по ложному обвинению, я немедленно вылетел в Милан. Я здесь, чтобы помочь.
— Каким образом? Предлагаете ворваться в гостиницу и силой освободить графа? — Шрам смерил его оценивающим взглядом.
Клеменс усмехнулся.
— Если понадобится — да. Я прошёл три войны и дюжину спецопераций. Прорваться через охрану и вытащить одного человека — задача вполне решаемая. Но я слышал, что графа обвиняют в обладании тёмным духом. А я, помимо всего прочего, хороший призыватель. Магистр этого искусства, если быть точным. Может быть, мои знания могут помочь доказать, что обвинение — фальшивка?
Шрам задумался. Призыватель, значит… А ведь это и правда может помочь, надо только надавить на нужные рычаги.
— Я должен позвонить кое-кому, — сказал Богдан.
Он отошёл на несколько шагов и снова набрал номер Воронцова.
Италия, город Милан
Прошло несколько часов. Браслеты с меня не снимали, и покидать номер «не рекомендовали», но в остальном я был свободен. Так что я преспокойно заказал себе ужин и насладился ризотто с морепродуктами, запив его ананасовым соком. После чего включил телевизор и завалился на диван.
Давненько я просто не валялся на диване с пультом. Надо пользоваться моментом.
Показывали футбол, и мне уже даже стало интересно, кто победит, когда дверь открылась, и в номер вошли трое.
Первым — Клаус Вебер с бесстрастным лицом, но заметной тенью недовольства в глазах. За ним шагал невысокий мужчина лет шестидесяти в строгом сером костюме и с кожаным чемоданчиком в руке.
Эксперт, догадался я. От него ощутимо веяло магией — сложной и многослойной.
А вот третий визитёр заставил меня удивлённо приподнять бровь.
Екатерина.
Высокая, стройная, в элегантном тёмно-синем брючном костюме, который сидел на ней как влитой. Волосы убраны в строгий пучок, на лице — ни грамма косметики, но даже так она выглядела сногсшибательно.
— Екатерина? Какими судьбами? — не удержался я.
— Прибыла обеспечить ваше юридическое сопровождение, ваше сиятельство, — сухо ответила она, но в её глазах на мгновение мелькнуло что-то тёплое. — Я ведь ваш личный секретарь, если помните. И по совместительству — дипломированный юрист. А ещё у меня есть опыт работы в… определённых структурах.
Я мысленно усмехнулся. Да уж, опыт у Кати действительно был.
— Я не давал разрешения на присутствие посторонних, Гюнтер, это нарушение протокола, — холодно произнёс Вебер, обращаясь к эксперту.
Эксперт пожал плечами.
— Мне приказали сверху, Клаус, — он выразительно ткнул пальцем в потолок. — У русских графов, оказывается, много влиятельных друзей. Фрау Екатерина имеет допуск и право присутствовать при экспертизе. Таково распоряжение нашего с вами руководства.
Вебер сжал челюсти, но спорить не стал. Видимо, звонки моих друзей, включая полковника Воронцова, уже достигли нужных ушей. Никто не хотел международного скандала, поэтому на начальство Клауса надавили, чтобы те обеспечили максимальную прозрачность расследования.
Что ж, отлично. Значит, мои друзья времени зря не теряли.
— Меня зовут Гюнтер Шмидт, ваше сиятельство. Рад знакомству.
— Взаимно.
— Давайте приступим, — Шмидт поставил чемоданчик на стол и открыл его.
Внутри обнаружился целый арсенал артефактов. Диагностические кристаллы, какие-то пластины с рунами, несколько флаконов с эликсирами, небольшой жезл из дерева с янтарным навершием. Эксперт извлёк один из кристаллов, огранённый в форме октаэдра, и повернулся ко мне.
— Граф Серебров, я попрошу снять с вас блокираторы. Мне нужно просканировать вашу ауру и энергетические каналы в активном состоянии.
Вебер хотел что-то возразить, но Катя опередила его.
— Это стандартная процедура, агент. Вы же не хотите, чтобы защита графа потом заявила, что экспертиза проводилась с нарушениями? — спросила она.
Клаус бросил на неё испепеляющий взгляд, но промолчал. Один из его людей шагнул ко мне и расстегнул браслеты. Я с облегчением потёр запястья — металл всё-таки натирал кожу, да и ощущение магического вакуума было неприятным.
— Благодарю, — Шмидт кивнул и активировал кристалл.
Тот засветился голубоватым светом. Эксперт медленно провёл им вокруг меня, что-то бормоча себе под нос. Кристалл в его руке то вспыхивал ярче, то тускнел, реагируя на разные слои моей ауры.
Я старался дышать ровно и сохранять спокойное выражение лица. Барьер, который я получил после посвящения в Жрецы Пустоты, сейчас ощущался как тончайшая, почти невесомая вуаль поверх моей ауры. Рагнар уверял, что никто не сможет ничего увидеть в моей ауре, если я сам этого не захочу. Посмотрим, насколько хорош этот Шмидт.
Эксперт хмурился. Он обошёл меня по кругу, потом попросил вытянуть руки вперёд и провёл кристаллом вдоль них. Затем — вдоль позвоночника. Затем — вокруг головы. С каждым движением его брови сходились всё ближе к переносице.
— Интересно… — пробормотал он.
— Что именно? — резко спросил Вебер.
— Аура графа… нестандартная. Очень плотная, энергетические каналы расширены сильнее, чем у большинства целителей. Следы недавних магических воздействий, но они носят скорее тренировочный характер. И ещё… есть блок. Очень мощный, профессионально поставленный. Скрывает большую часть ауры от внешнего сканирования.
— Блок — стандартная практика для магов моего уровня. Не вижу в этом ничего криминального, — спокойно заметил я.
— Разумеется. Я и не говорю, что это криминал. Просто констатирую факт, — согласился Гюнтер.
Он убрал кристалл в чемоданчик и достал другой артефакт — плоскую серебряную пластину с выгравированными на ней рунными цепочками. Положил её на стол и жестом предложил мне прикоснуться.
— Это детектор тёмных сущностей, граф. Он реагирует на остаточную энергию духов, с которыми маг контактировал в последнее время. Прошу вас.
Я молча положил ладонь на пластину. Металл был холодным, но через секунду начал нагреваться. Шмидт склонился над артефактом, наблюдая за рунами. Те слабо засветились — ровным, спокойным светом, без вспышек и искажений.
— Хм. Никаких следов контакта с тёмными сущностями за последние две-три недели, — произнёс он.
— Это ничего не доказывает. Он мог использовать духа в момент убийства, а потом стереть следы, — вмешался Вебер.
— Стереть следы контакта с мощной тёмной сущностью практически невозможно, Клаус, — покачал головой Шмидт. — Особенно если речь идёт о духе, способном убить человека проклятием. Такие вещи оставляют глубокий отпечаток в ауре. Детектор это обязательно показал бы.
Он снова полез в чемоданчик и извлёк ещё один артефакт — на этот раз небольшой обсидиановый шар. Положил его рядом с пластиной и активировал коротким заклинанием. Шар засветился изнутри тусклым багровым светом.
— А это анализатор проклятий. Он считает остаточную энергию с места преступления и может определить источник. Я уже использовал его на теле барона Хаммерстайна.
Эксперт замолчал, глядя на показания артефакта. Его лицо стало непроницаемым. Вебер подался вперёд, Екатерина напряглась, я продолжал сохранять спокойствие, хотя внутри всё сжалось в тугой узел.
— Что там, Гюнтер? — поторопил агент Вебер.
Эксперт поднял взгляд. Сначала посмотрел на меня, потом на Клауса, потом снова на меня.
— Да. Проклятие наслал граф Серебров, никаких сомнений, — произнёс он.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 7 дней со дня публикации.