Князь Медведев IV. Тайна рода
Аннотация
65 лет опыта в теле 18-летнего князя.
Был ректором магической академии – стал последним князем угасающего рода. Контраст мудрости и молодости.
Магия заблокирована проклятием, а вражеский клан объявил на меня охоту!
Как будто этого мало, оказалось, что новый мир – арена для противостояния высших сил и, по пророчеству, я в самом центре этой партии.
Хорошо, что опыт никуда не делся. Я привык решать проблемы. Есть план, есть магический наночип и родовые фамильяры дракон и медведь, которых лучше не будить.
Те, кто стёр мой род, к такому точно не готовы!
Автор: Вячеслав Уточкин
Цикл: Медведев
Предыдущие книги этой серии:
Князь Медведев III. Дело рода
Князь Медведев II. Сила рода
Князь Медведев. Слово рода
Был ректором магической академии – стал последним князем угасающего рода. Контраст мудрости и молодости.
Магия заблокирована проклятием, а вражеский клан объявил на меня охоту!
Как будто этого мало, оказалось, что новый мир – арена для противостояния высших сил и, по пророчеству, я в самом центре этой партии.
Хорошо, что опыт никуда не делся. Я привык решать проблемы. Есть план, есть магический наночип и родовые фамильяры дракон и медведь, которых лучше не будить.
Те, кто стёр мой род, к такому точно не готовы!
Автор: Вячеслав Уточкин
Цикл: Медведев
Предыдущие книги этой серии:
Князь Медведев III. Дело рода
Князь Медведев II. Сила рода
Князь Медведев. Слово рода
Ознакомительный фрагмент
Глава 1. Хозяин Севера
Темнота была какой-то плотной и липкой.
Я потянулся к своему внутреннему миру и пробился к нему с трудом, продираясь сквозь эту вязкую тьму.
Очутился возле источника. Глянул вверх и присвистнул. Над ним висела полупрозрачная медуза. Тянула щупальца и пыталась к нему присосаться.
Вот только мои наноагенты уже взялись за дело и деловито разбирали нехорошую тварь на мелкие фрагменты.
Прошла, наверно, всего пара секунд, — и от медузы ничего не осталось. Боль ушла.
Перед глазами вспыхнуло сообщение от Слова:
Блок ментальной защиты повреждён.
Паразит уничтожен.
Необходим ремонт. Потери наноагентов составят 50%.
Блок будет недоступен 48 астрономических часов.
Приступать? Да/Нет
Я мысленно дал команду на техобслуживание и вышел из внутреннего мира.
Открыв глаза, невольно вздрогнул, встретившись с остекленевшим взглядом Кукольника. Пошатываясь, встал. Удар по мозгам не прошёл бесследно.
Вамп торчала у Кукольника в груди. Видно, когда я отрубился, то просто рухнул на него, так и не выпустив нож из руки.
Мелькнула мысль, что это я удачно упал.
Выдернул и убрал Вамп в инвентарь. Забрал из безвольной руки Кукольника цилиндр, который чуть не отправил меня на тот свет.
От досады хотелось сплюнуть. Это нехорошее существо сдохло раньше, чем я узнал, как помочь Ордынской. Маленькая надежда оставалась только на Васю. Искать следующего Кукольника времени не было.
Вася тоже начал приходить в себя и даже умудрился сесть.
Я подошёл к нему.
— Вася, соберись, — строго сказал я. — Как ещё можно помочь Ордынской?
Он неопределённо замотал головой. Потом заметил прибор в моей руке и стал тыкать в него пальцем.
— Ы-ы-ы… — очень информативно сообщил Вася.
— Это то, что нам нужно? — на всякий случай уточнил я.
Вася усиленно закивал, а потом схватился за голову и застонал. Мне понадобилось целых пять минут, чтобы привести его в норму. Наконец Вася обрёл членораздельную речь.
— Надо перевернуть её на живот, — выдал он указание.
Я помог. Вася убрал волосы Ордынской с затылка и, плотно прижав цилиндр к основанию черепа, провернул ручку пару раз. Секунду ничего не происходило. Потом Ордынскую выгнуло. Я даже испугался, что она сломает позвоночник.
— Удерживаем её! — заорал Вася, прижимая голову и руки женщины к столу.
Я навалился на ноги.
Через секунду, когда тело Ордынской вроде как перестало колбасить, мы чуть ослабили хватку.
Она прохрипела слова, не подобающие ректору Академии, и мы с Васей отправились в полёт. Самое обидное, что я даже не понял, как она это сделала.
Ордынская резко села и недобрым взором окинула помещение. Остановила свирепый взгляд на сползающем по стене Васе.
— Убью, — таким тоном можно заморозить континент.
Вася тяжело вздохнул, закрыл глаза и смирился со своей судьбой.
— Ольга Брониславовна, — вежливо обратился я к ректору, — попрошу воздержаться от поспешных действий.
Её взгляд мгновенно переместился на мою скромную персону.
— Миша, ты как? Ты жив? — Ордынская сделала неудачную попытку улыбнуться.
— Да вот, решил сдать экзамены экстерном, — попытался я шуткой разрядить обстановку. — Пришёл, а тут полный бардак.
— Миша, не морочь мне голову, — из её голоса исчезла теплота. — В меня подсадили Наездника. Тело слушалось его, не меня. Но я всё видела и понимала. И хорошо помню нашу последнюю встречу в коттедже. — Она на секунду задумалась и сделала неправильный вывод:
— Ты под контролем Кукольника…
Я кивнул в сторону трупа:
— Этого, что ли?
Ордынская слетела со стола, сразу приняв стойку, готовая к немедленному бою. И, наконец, увидела трупы Кукольника, его охранника и второго санитара.
Из неё словно выдернули стержень. Женщина с трудом добралась до хирургического стола и опустилась на него.
— Миша, всё очень плохо. — В её голосе звучали тоска и безысходность. — Император попал под контроль Кукольников.
— Кто ещё?
На мой вопрос ректор задумалась.
— Алёна Арзамасская точно. Она возглавила охрану Кремля. Остальных пока не знаю.
— Ты знаешь, что с Кэт и Лён?
Ордынская тяжело вздохнула:
— С Лён всё сложно.
Она замолчала.
У меня внутри разлился вымораживающий холод. Я, стиснув зубы, спросил:
— Она жива?
Ордынская не подняла глаз.
— Не знаю, — и, глубоко вздохнув, продолжила:
— Когда её арестовали, я уже была под контролем. Поместили Лён в Тайницкую башню Кремля. К ней направился Кукольник. После этого моё тело с ним больше не пересекалось.
Вася заёрзал у стены. Я перевёл на него взгляд.
— Кукольник вошёл в башню и больше не вышел, — зачастил тот. — После этого туда послали спецгруппы. Одну вашу, одну нашу.
— Вашу — это какую? — перебил я.
— Британский спецназ, — его ответ удивил меня. Я даже бровь поднял.
— Так ты у нас, Вася, шпион? — Мой голос звучал ласково. — По разговору не скажешь.
— Мой род ещё при Годунове-основателе перебрался на Оловянные острова, — он как-то очень стеснительно начал рассказывать свою биографию. — А потом дед влез в чужие игры. Пришлось бежать в Россию под чужой фамилией. Я родился и вырос здесь. А потом нам напомнили, кто мы такие, и предложили работу.
— Вася, тебя точно убьют, — ласково подвела итог Ордынская.
Мужик уныло кивнул:
— Я уже понял.
— Ладно, с тобой потом решим, — прервал я их диалог. — Что там с Лён?
— А всё, — Вася пожал плечами. — Ни один отряд не вернулся. Вход в башню замуровали.
— Ладно, — сделав несколько глубоких вдохов, выдохнул я. — Приеду — разберусь.
Ордынская и Вася уставились на меня, как на героя, собирающегося сунуть голову в пасть дракона и укусить того за язык.
Я достал свиток телепортации из инвентаря и передал Ордынской.
— Ты дворец лучше меня знаешь. Выбери укромное место. Ну и пойдём наводить порядок.
Вася снова засуетился, с опаской поглядывая на Ордынскую.
— Ну что ещё? — прошипела она.
— Нельзя свитком, — втянув голову в плечи, проблеял Вася. — Кукольники контролируют все перемещения телепортами в округе. Можно сразу оказаться в подвалах Лондонского Тауэра.
— Откуда знаешь?
Вася совсем сник, решив, что сейчас его прибьют, но всё-таки ответил:
— Я помогал Великому Мастеру Кукольников вычерчивать большую печать на двенадцатом подземном уровне Кремля.
Ордынская сжала кулаки. Вася закрыл глаза.
— Ольга Брониславовна, успокойтесь, — встал я на защиту Васи. — Он теперь на нашей стороне, хоть и не по доброй воле, а под жёсткой нерушимой клятвой. Давайте лучше подумаем, как добраться до Москвы.
Ордынская сделала пару глубоких вдохов, успокаиваясь.
— В Выборге на запасных путях стоит бронепоезд. Тот самый, на котором ты прибыл. Предлагаю добираться на нём, — она полностью взяла себя в руки и уже с энтузиазмом добавила:
— Ещё возьмём бойцов из Выборга. Мы втроём, конечно, сила, но они точно не помешают.
Я забрал у женщины свиток.
— Ну что ж, раз всё решили, пора выдвигаться.
На мои слова первым отреагировал Вася. Он подошёл к мёртвому Кукольнику, забрал у того ошейник, убрал в чемодан. Затем притормозил у дефибриллятора. Не знаю, о чём санитар подумал, но прихватил и его.
— Я готов, — радостно сообщил он. — Ну, чего, пошли?
Мы поднялись на скоростном лифте. Холл Академии встретил нас гулкой тишиной.
— А где все? — озираясь, задал я вопрос.
— Когда я была под контролем, объявила эвакуацию. Под предлогом возможной эпидемии, — ответила Ордынская хмуро.
Дальше мы шли молча. На парковке стоял одинокий здоровенный автобус. Я кивнул на него:
— А давайте перейдём в Выборг свитком. Место я там знаю. Домик бывшего мэра, где сейчас квартирует отряд моей личной гвардии.
— У тебя сколько свитков? — спросила Ордынская.
— Два.
Она покачала головой.
— Побереги, — женщина всё больше становилась похожа на ректора Академии, а не на озверевшую даму. — Я умею управлять этой громадиной. Заодно заскочим к Стеле. Вдруг что-то новое узнаем.
Возражать я не стал. Вася сразу забился на заднее сиденье. Автобус тронулся, вышел на серпантин. На первом резком повороте бледный Вася пересел к нам.
— Ты чего? — спросил я нервно сглатывающего слюну мужика.
— На поворотах там до самого низа вид открывается. Будто над пропастью висишь. А я высоты боюсь, — он с опаской выглянул в окно.
Мы с Ордынской с улыбкой переглянулись.
До Стелы добрались быстро. Вышли вдвоём. Вася наотрез отказался:
— Я вас в автобусе подожду.
Мы с Ордынской были на полпути к мини-замку, когда пространство перед нами подёрнулось рябью. Из возникшего портала вышли четверо.
Первые два оказались вооружены автоматами и одеты в бронежилеты. Они сразу взяли нас на прицел. Ордынская безо всяких мудр повесила перед нами полупрозрачную преграду. В прошлой жизни я тоже так мог. Думаю, даже лучше. Но с пятью процентами магоканалов об этом оставалось только мечтать.
Двое, вышедшие следом за бойцами, оказались Ордынской не по зубам. Очень похожи на убитого мной Кукольника. Тощие, бледные, в глазах знакомый серо-зелёный свет.
Они синхронно махнули руками и экран ректора пропал.
Сразу же ментальный удар, не встретив сопротивления находящегося на профилактике блока, парализовал тело. Ордынская замерла рядом.
Падая, я успел заметить, как из знакомой рощи появился шаман Акакий.
Упал на удивление удачно. И, хотя после ментального удара было паршиво, заставил себя внимательно отслеживать, что происходит вокруг.
Шаман Акакий прямо из воздуха достал бубен и сделал два резких удара по потемневшей коже. Он стоял на приличном от меня расстоянии, но звук бубна иглой проникал в мозг.
К телу медленно возвращалась подвижность.
Бойцы, державшие меня на прицеле, перенацелили оружие на Акакия. Автоматы в их руках заработали, выплёвывая в его сторону тучу пуль. Акакий уже не бил в бубен, но тот продолжал звучать, сменив тональность. А смертоносный рой мелких кусков металла, меняя направление, огибал шамана стороной.
За треском очередей вражеских бойцов я не услышал выстрелов из рощи. Просто оба автоматчика упали с простреленными головами.
Похоже, Акакий был не одинок в своём противостоянии Кукольникам. Из леса явно работал снайпер.
В наступившей вдруг тишине я услышал ещё пару хлопков, донёсшихся из рощи. Возле лиц Кукольников зависли два кусочка раскалённого металла.
В тот же миг бубен шамана разорвало на мелкие части, а рощу накрыл сиреневый туман.
По глазам резануло болью. Я рефлекторно зажмурился.
Проморгавшись, заметил странное явление. От разорванного на части бубна по кругу расходился прозрачный, чуть белёсый туман. Там, где он проходил, реальность менялась. Было сложно понять, в чём именно состояло изменение. А потом волна прошла надо мной.
Мир вспыхнул новыми и такими знакомыми по проколам красками.
Я увидел, как Кукольники вытягивают из шамана его бело-серебристую энергию и преобразуют в свою серо-зелёную.
Акакий качнулся и рухнул на колени. В тот же миг рядом с ним возник Белый медведь. Настоящий Хозяин Севера. Яростный и огромный.
Акакий без сил сломанной куклой рухнул на землю. А вокруг мишки сплелась сфера полупрозрачного сиреневого тумана. Она дрожала мыльным пузырём от мощных ударов запертого внутри медведя. Но не разрушалась. Наоборот, стала уменьшаться в размерах, грозя раздавить беснующуюся внутри белую глыбу.
Рык Белого медведя напомнил мне о моих фамильярах.
Я мысленно потянулся к ним.
— Потапыч, Дракоша, есть работа.
Появившийся рядом Потапыч явно заматерел с нашей последней встречи. Дракоша, сидевшая у него на холке, возмущённо прочирикала:
— Ну вот, опять дело. Нет чтобы к праздничному столу пригласить.
Потапыч тихо рыкнул, и Дракоша заткнулась.
Кукольники не обращали на нас никакого внимания. Их целиком захватило противостояние с Белым медведем. Тот пытался вырваться из-под прозрачного купола, который уменьшался в размерах, грозя раздавить хозяина Северных земель.
Ко мне окончательно вернулся контроль над телом. Быстрый взгляд в сторону Ордынской показал, что та всё ещё парализована.
В руках появились такие надёжные и почти родные Ухнеб и Вамп. Я бесшумно поднялся и двинулся к Кукольникам. Потапыч скользил рядом, удивительно тихо для его нынешнего размера. Дракоша, сверкая глазами, рвалась в бой.
Я едва заметно кивнул Потапычу на правого противника. Тот кивнул в ответ.
Сам сосредоточил внимание на левом.
Вложив все свои немаленькие силы, ударил его Ухнебом в затылок. Моя любимая телескопическая дубинка завязла в воздухе, не дойдя до головы Кукольника. На металле дубинки проступили пятна ржавчины. Я почти услышал мысленный стон артефакта.
От злости у меня на пальцах стали отрастать когти химеры. Ухнеб и Вамп тут же ушли в инвентарь.
Кукольник развернулся ко мне. На его губах играла злорадная улыбка.
Я ударил врага в лицо сразу двумя руками, распрямив пальцы, в надежде пробить когтями его защиту.
Этот нехороший Кукольник даже не дёрнул головой, всё так же улыбаясь. Мои руки утонули в преграде, созданной будто из битого стекла, но так и не сумели стереть эту мерзкую улыбку, остановившись в миллиметре от головы врага.
Кожу на моих руках рассекли неглубокие порезы. Капли крови забрызгали мерзкое лицо Кукольника.
«Жаль, что это не кислота», — мелькнула мысль.
Кожу Кукольника начало разъедать. Он завыл и схватился за лицо обеими руками. Его защита дрогнула.
Мои руки тоже немилосердно жгло. Когти химеры начали разрушаться.
Я ударил снова, как бьют копьём. В грудь и ниже, в живот. Защита не сработала, руки вошли в тело Кукольника по запястья.
И застряли.
А этот нехороший человек ещё и вцепился в них. Хрипел, брыкался, но не подыхал.
Мне надо было срочно понять, как проходит бой со вторым Кукольником. С огромным напряжением мышц я развернулся, использовав насаженного Кукольника как щит.
Вовремя.
Сгусток сиреневого огня ударил в него. Враг захрипел и разжал руки, удерживающие меня. Его тело прямо на глазах начало распадаться.
Возле ног второго противника распростёрлась туша Потапыча. Вьющаяся вокруг Кукольника Дракоша плюнула в того маленьким шариком огня, который опалил врагу лицо.
Рука Кукольника вдруг удлинилась и выхватила Дракошу прямо из воздуха. Он схватил её за крыло и смял его, как лист бумаги. Бросил скулящую Дракошу на неподвижного Потапыча.
Во второй руке врага разгорелся новый шар сиреневого пламени. Оскалившись, Кукольник прошипел:
— Сейчас твои фамильяры погибнут в страшных муках. Готов обменять их жизнь на каменный шарик?
Я понимал, что не успею предотвратить катастрофу. Но сам себе дал обещание уничтожить Кукольников. Мир будто замер, ожидая моего решения. Я готов был броситься на врага. Если не победить, то хотя бы утянуть с собой.
Вамп оказалась в моей руке.
Но мы оба упустили из виду ещё одно действующее лицо этой схватки.
За спиной Кукольника прямо из воздуха соткалась белая махина. Удар лапы Белого медведя отправил голову Кукольника в дальний полёт. Сиреневый шар мигнул и погас раньше, чем безголовое тело рухнуло.
В следующий миг я оказался рядом со своими фамильярами.
Упал на колени возле Потапыча.
Дракоша, не обращая внимания на собственное сломанное крыло, вздрагивая всем телом, вцепилась в обвисшее ухо медведя. Всхлипывая, причитала:
— Меховушка, не умирай. Как я без тебя? Кто меня кормить и возить будет? Кто слушать станет?
Меня будто выжгло изнутри.
Потапыч лежал неподвижно. Я приложил ладонь к его боку и поймал едва заметное поверхностное дыхание.
Жив.
Мои мысли заметались, ища способ помочь. Кровь? Энергия? Наноагенты? Буду работать комплексно, но не позволю уйти за грань самому близкому мне зверю.
Надо мной раздался усталый рык. Белый медведь стоял рядом. Помятый боем, со свалявшейся шерстью, он был уже не белым, а грязно-седым.
Мысль, которую переслал мне медведь, была тяжёлой и рваной, как взорванный лёд на реке. Каждая фраза звучала с паузами.
Твои зверушки… заберу. Подлечу.
Ты — шамана… лечи.
Бубен Северного Сияния найди. На Дороге Холода ищи.
Без шамана… мне путь сюда закрыт.
Белый медведь подгрёб к себе бессознательного Потапыча, в ухо которого мёртвой хваткой вцепилась тоже потерявшая сознание Дракоша.
Я встретился с ним взглядом. Он неожиданно подмигнул, как бы намекая: не кипиши, всё будет в порядке.
И исчез, прихватив моих фамильяров.
Перед глазами сверкнула снежинка, а в голове прозвучал механический голос. Чем-то он был похож на речь Слова.
Вы готовы войти на Дорогу Холода?
Да/нет
Это полная подстава. Если сейчас здесь появится хоть один Кукольник, — он вырежет всех. Уходить нельзя.
Я сосредоточил взгляд на снежинке и мысленно спросил:
— Сколько времени займёт Дорога Холода?
Ответ пришёл мгновенно:
Лучший результат разумного под ником Акакий — 48 часов
— Я могу отложить выход на Дорогу? — Меня аж потряхивало в ожидании ответа.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 7 дней со дня публикации.