Древесный маг Орловского княжества (том 14)
Аннотация
Несложно усвоить закон – всему своя цена. Сложнее его принять. Спасая жизни многих, Ярослав лишился одной.
Но стоит ли с этим мириться?
Автор: Игорь Павлов
Цикл: Орловское княжество
Предыдущие книги этой серии:
Древесный маг Орловского княжества (том 13)
Древесный маг Орловского княжества Том 12
Древесный маг Орловского княжества. Том 11
Древесный маг Орловского княжества. Том 10
Но стоит ли с этим мириться?
Автор: Игорь Павлов
Цикл: Орловское княжество
Предыдущие книги этой серии:
Древесный маг Орловского княжества (том 13)
Древесный маг Орловского княжества Том 12
Древесный маг Орловского княжества. Том 11
Древесный маг Орловского княжества. Том 10
Ознакомительный фрагмент
Глава 1. Спасти Мейлин Цяо
Второй день королевского бала, ничего не предвещало беды. Чуть больше часа назад король беззаботно разгуливал по парку, любезничал с гостями и баловал своей удивительной магией адептов Академии. Но вдруг всё резко переменилось. Внезапный сбор, аресты, кровавая расправа. Всё прошло тихо для большинства, но для приближённых это стало хорошей встряской.
Дальше интересней. Выйдя на главную площадь, король принялся конструировать из себя самого не просто птицу, а нечто большее. Смахивающее чем–то на летающие кареты. Крылья стали больше и жёстче, на них появились двигатели. Затем он вобрал в своё брюхо китайскую госпожу и понёсся на восток, оставляя всех с носом.
Самые наблюдательные могли заметить, что взлёт дался тяжело, как и первые минуты управления. Самые зоркие могли увидеть, как чёрное тело пару раз провалилось налету, пока его не поглотила тьма в небесах.
Вот так спешно созданный самолёт я ещё в воздухе дорабатываю, не имея времени спокойно всё испытать. Потому что Мейлин умирает прямо сейчас.
Не видя иного выхода, решил отправиться в Китай в Чанъань, чтобы упасть в ноги Кумихо и молить о помощи. Я готов заплатить любую цену, лишь бы девятихвостая возродила мою бесстрашную Мейлин.
Даже не сомневаюсь… Она знала, что её ждёт, но с такой непоколебимой силой улыбалась нам всем.
Интересно, а как далеко в будущее заглянула сама Кумихо? Ведала ли, отправляя Мейлин со мной, что это произойдёт?
До рассвета несусь над главной магистралью через Орёл и до Саратова, чтобы не сбиться с пути. Пересекаю Волгу и ухожу на юго–восток. Затем несусь над Каспийской низменностью, пытаясь распознать наш прежний путь. Удаётся сориентироваться довольно быстро, ибо в обе стороны идут нескончаемые вереницы торговых караванов. Кто бы мог подумать, что торговля между нашими землями так стремительно разовьётся за последний год.
В воздухе мне удаётся достичь колоссальной скорости, с которой большие отрезки преодолеваются очень быстро. Вот только резерв разматывается ещё быстрее. В полёте я грею её тело, чувствуя слабый пульс. Сердце Мейлин бьётся всё медленнее и медленнее. Каждый очередной стук я ожидаю, затаив дыхание, несмотря на свой стремительный и даже бешеный полёт.
Солнце простреливает лучами навстречу, очень скоро оно поднимается до зенита и уже не так слепит. Приметив отдалённо знакомые вершины, снижаюсь, чтобы восполнить свой резерв. Приземление в новом качестве даётся не сразу и не с первого захода. Только когда меняю вектор тяги двигателей, получается спуститься не так болезненно. И дело совсем не во мне. Лишняя встряска для Мейлин может оказаться фатальной.
На земле среди невысоких деревьев мой лётный каркас перестраивается в домик, где я укладываю Мейлин на собранный настил. Стянув сухие дрова, создаю костёр, чтоб согреть её. Пытаюсь поить водой по капельке в рот. Больше нельзя, иначе захлебнётся…
Не отрывая взгляда, пытаюсь уловить хоть какие–то признаки сознания. Движение глаз под веками, ресниц… Но прекрасный белый лик так безмятежен. И так невыносима мысль, что могу потерять её.
Бережно глажу по чёрным волосам. Снова пробую вливать лечебную магию, тратя последние остатки резерва. Лишь полпроцента не уходит в землю. Но даже ради этого я готов отдавать.
Подзарядившись от посоха Мары и передохнув минут двадцать, снова сгребаю в охапку нежное, слабое тельце и взмываю в воздух, чтобы с новыми отчаянными силами рваться дальше на восток.
Из–за своей скорости и стремления срезать по прямой, теряю из виду торговые пути. Иду по интуиции, стараясь ориентироваться по солнцу. К закату мне удаётся добраться до жёлтой Хуанхэ. Дальше вдоль реки ухожу на юг, пока не вижу первую крупную переправу.
Уже во мраке спускаюсь к небольшой деревушке. Люди всполошились, заметив летающий объект и услышав шум пропеллеров, но даже не подумали, что появившийся на улочке странник и есть тот небесный дракон, издававший грозный рокот. Выяснив путь до столицы и ориентиры, отправляюсь дальше.
Ночные огни городов, как путеводная звезда. Становится проще ориентироваться. Но силы мои на исходе. Пытаюсь дотянуть до большого поселения. Но боюсь, что сорвусь в падении, поэтому снижаюсь на поле под пригорком, где и устаиваю небольшой привал. Полчаса на отдых и выдвигаюсь дальше.
Новый рассвет застаёт меня в полёте. Кроваво–красное небо на далёком горизонте добавляет остроты моему отчаянию. За всё время пути Мейлин не пошевелилась ни разу, а её сердце уже едва бьётся. А я всё никак не могу добраться до этой долбаной столицы.
Ещё дважды мне приходится спускаться близ деревень, чтобы уточнить путь у местных. И не зря, к полудню выяснилось, что я отклонился достаточно серьёзно, и чуть было не пролетел нужный город стороной.
Скорректировав маршрут, понёсся на северо–восток, пытаясь выловить блеск крупной реки.
Наконец, на вечернем горизонте появилась столица Китая – Чанъань!
Крупный город щедро раскинулся на равнине, прямо на пересечении нескольких рек, от которых отведено множество каналов, пронизывающих широкие улицы. Обнесённый каменной стеной, которая обрисовывает и множественные поместья, с высоты птичьего полёта он напоминает обширный лабиринт. Среди множества дворцов есть лишь один выдающийся с огромной территорией в четверть города, защищённый отдельной стеной и находящийся на возвышенности.
Ещё на подлёте распознаю школу наложниц, примыкающую к нему. Всполошившийся люд бегает по всей территории. А я тем временем снижаюсь, чтобы попасть прямиком в императорский дворец. На площади перед главным зданием идут какие–то построения: люди в пёстрой одежде стоят коробками по отдельным цветам, их озаряет свет тлеющих метровых чаш на ножках.
У широких ступеней кружится группа из тридцати разодетых танцовщиц под музыку гуциня. Всё выглядит странным, особенно, когда замечаю, что повсюду шныряют рыжие лисицы.
Снижаясь на посадку, опасаюсь, что распугаю народ. Но люди стоят, словно зомбированные. А вот рыжие прошмандовки разбегаются кто–куда.
Перехватив Мейлин на руки, спешу в широкую арку дворца, проходя по центральной дорожке, обрамлённой с обеих сторон строем из невозмутимо стоящих слуг и воинов. При виде меня, танцовщицы разлетаются, как растревоженные бабочки и танцуют по краям. А когда поднимаюсь по лестнице, идут следом, продолжая выкаблучиваться.
Всё это выглядит, как некая игра. А то и насмешка. Мне плевать, что тут творится, я хочу поскорее нейти Кумихо. В тронном зале выстроились министры, а вся императорская семья сидит на ступеньках перед троном в лисьих позах. Лица у всех наитупейшие, с ними что–то не так. Да и министры стоят статуями, глядя немигающими глазами перед собой.
Прохожу половину пути и замечаю, как меж министров просачиваются лисицы, с интересом и опаской рассматривающие меня.
Кумихо в образе Мейлин сидит на троне, куда ведут на ступени аж в несколько пролётов – это выше уровня пола на целый этаж. Она в красном кафтане с щедрой золотой вышивкой, на голове золотая корона в виде целого букета цветов с дождём из висюлек. Убедившись, что это она, спешу к ней скорее.
Но у самых ступеней мне преграждает путь целая стая лисиц!
Блин, неужели не узнала своего друга?!
– Кумихо! – Кричу. – Это я! Ярослав! Белый дракон! Мы же друзья! Забыла?
Молчит, откинувшись на подлокотник трона вальяжно, смотрит на меня лениво.
– Спаси Мейлин, – молю и укладываю девушку перед лисицами.
Взгляд духа не меняется, как и выражение на лице. Такое ощущение, что она где–то в облаках витает. А я весь, как на иголках. Чувствую, что время Мейлин стремительно тает, счёт пошёл уже на секунды. Ещё немного и её сердечко перестанет биться.
Музыка резко обрывается, когда я вижу выходящую из–за трона невзрачную служанку. Она наклоняется к Кумихо, затем поворачивается ко мне.
– Ты вернул пустой сосуд, – заявила надменно. – Императрице такой не нужен.
– Это же твоя подопечная, Мейлин Цяо! – Возмущаюсь. – Ты наблюдала за ней с самого её рождения! Неужели ты не можешь…
Замолчал. Служанка снова наклонилась к Кумихо, которая вроде ничего не сказала, продолжая смотреть невозмутимо. Но девка тут же выпрямилась и выдала:
– Её императорское величество не слепа. Она знает, чей сосуд у её ног.
– Помоги! Я сделаю всё, что угодно! Заключу любой договор! Посмотри на неё! Неужели она заслужила такой смерти?
– Она сама выбрала эту судьбу, – ответила служанка спокойно.
– Нет, это всё моя вина! – Воскликнул, демонстрируя платок с лисицей без хвостов. – Она спасла мою жизнь дважды, а затем и сотни людей. Разве такой подвиг не может тронуть твоё сердце, Кумихо?
– Как вульгарно! – Воскликнула служанка и наклонилась к владычице, которая зашевелила рукой, что–то доставая из рукава.
Наклонившись к ней, помощница кивнула и пошла вниз по ступенькам, с которых, как собачонки, на четвереньках стали расходиться безвольные представители династии.
Служанка с прямой осанкой прошагала неспешно до бездыханной, обошла её и вручила мне иглу с клубком огненно–рыжей нитки.
– Вышивай, – выпалила она.
– Не понял?! – Отшатнулся.
– Бесхвостая лиса – это вульгарно, вышивай, – уточнила служанка строго и отступила.
– Но я не умею, – растерялся.
– Тогда что ты тут забыл? – Усмехнулась прислужница, будто это она тут императрица.
Чуть помедлив, я взял иглу и дрожащей рукой раза с десятого вставил нитку в иголку. Отмотал, срезал ногтем, завязал на кончике. Затем начал шить… Криво, косо, большими стежками. Мне не дали много расцветок, лишь одну. Но вскоре я понял, что мой хвост из кривого сам по себе превращается в довольно искусный. В двойном ускорении я управился за пару–тройку минут и вручил платок служанке.
Та приняла с поклоном и неспешно пошагала обратно. Кумихо вальяжно приняла платок, но посмотрела на него с заинтересованностью, затем взглянула на меня прежним безразлично–надменным взглядом.
– Интересные забавы, – произнёс дух голосом Мейлин, и по телу моему побежали мурашки.
Неужели она всё прочла по тому платку?!
Одежда её зашелестела, и она медленно поднялась. В зале с оханьем все упали на колени, лисицы заскулили, бросаясь врассыпную.
Императрица величественно поплыла по ступенькам, держа двумя пальцами мой многострадальный платок. Висюльки с короны по обе стороны зазвенели, пронзая слух не простым, а явно магическим звуком, от которого задрожали и стены, и люди.
Не зная, как умаслить существо, я опустился на колени и поклонился, как это делается тут во время приветствия монарха.
Не обращая на меня внимания, Кумихо опустилась к Мейлин. Посмотрев на её лицо сосредоточенно секунд пять, она произнесла:
– Глупая.
– Какая бы ни была, спаси, – вою.
– Вернуть невозможно, – отвечает, глядя уже на меня. – Есть законы, которые мне неподвластны, Ярослав.
Сердце оборвалось в груди и слёзы прорезали глаза.
– Сделай хоть что–то, – прохрипел. – Не дай ей уйти из этого мира.
Кумихо задумалась. Не сразу заметил, а теперь, когда в меня уткнулась морда, вокруг нас уже собралось под полсотни лисиц! Впервые я рассмотрел, что у них по два, по три и по четыре хвоста. Есть и по шесть и по семь! Некоторые начали ластиться и к владычице. А затем и вовсе принялись лизать её прямо в лицо, как верные собачонки. Корона у Кумихо съехала в сторону, следом упала со звоном.
– Хорошо! – Прогремела она мощно, распугивая зверей–духов.
От такой сильной волны и я сел на задницу. Не успел сообразить, а у моего носа уже протянутая ладонь.
– Жемчужина небесной русалки, – произнесла Кумихо уже спокойно.
Речь ведь о тех самых жемчужинах, что нашёл у великана в Сучжоу! И благо, я не все отдал Купаве. Активировав карман, полез и стал долго копаться, невзирая на губительный мороз. С третьего раза удалось нащупать нужный ящик.
Вынул одну и подал.
– Дай девять, – добавила Кумихо деловито и, получив своё, проглотила одну за другой и так все девять! Я даже стук в горлышке услышал, как он бильярдных шаров.
Затем началось ещё более интересное. Кумихо залезла на Мейлин, как при любодеянии, и вонзилась своими губами в её. Когда я увидел светящуюся магистраль энергии, идущую через горло, понял, что она вливает в неё силы. Но даже и предположить не мог, что случиться дальше! Вернее не ожидал, что буквально через полминуты Кумихо посыплется прахом! Накрывая своими императорскими одеждами всё ещё неподвижную девушку.
Как только это случилось, лисицы снова набежали. Потянули одежду, начали драться между собой за её клочки. Полезли к Мейлин, нюхая и чихая.
Чёрные глаза открылись довольно неожиданно. И без всяких вздохов, цаца поднялась, принимая сидячее положение. Подскочив к ней, сразу обнял. А она вдруг затребовала:
– Гладь.
В груди похолодело. Отпряв, я увидел совершенно чужой взгляд. Это была не Мейлин!
– Что ты сделала? – Ахнул, хватая её за плечи. – Что?! Ты?! Сделала?! Вселилась в это тело?!
– Да, это единственный способ, – ответил дух невозмутимо.
Затряс тело, перестав себя контролировать.
– Мейлин! Очнись! – Затребовал, как полоумный.
Глаза её заморгали часто, проступили слёзы, и забил кашель. Кое–как успокоившись, она вновь посмотрела на меня уже не так холодно.
Подскочившая служанка подала ей воды в чашечке. Цяо послушно выпила и немного помолчала, закрыв глаза, будто что–то вспоминает.
В этот момент я мысленно взмолился всем Богам, лишь бы это была она…
– У вас получилось? – Первое, что спросила сиплым голоском девушка, снова на меня взглянув.
– Да, и только благодаря тебе, – выдавил и снова обнял её. Крепко, но бережно, как самое дорогое, что у меня есть. – Скажи мне, что это ты. А не она…
– Теперь Кумихо будет со мной, – прошептала в ответ Мейлин. – Ей наскучило забавляться тут. Она прочитала по платку, как много забав в твоём королевстве и согласилась оставить прежние привязанности.
– Я не позволю ей творить бесчинства, – заявляю.
– Нет повода для беспокойства, ваше величество, Кумихо уже читает мою душу и начинает любить то, что люблю я. Это неизбежно, когда две сущности так близки друг к другу.
Хотелось бы верить.
– А ты точно хочешь назад? – Спросил, всем сердцем жалея, что задал этот вопрос.
Но не затронуть эту тему я не мог. У неё должен быть выбор, особенно после всех этих жертв и страданий.
– Верните меня домой, ваше величество, – ответила Мейлин официозно, слабенько отпихнув меня. – И постарайтесь вести себя подобающе в пути.
– Обязательно, – ответил радостный и расцеловал её в обе щеки.
Ни с кем здесь прощаться не стал. Хоть и узнал парочку персонажей.
Разгоняя любопытных лисиц, которые топтали контуры, я всё–таки справился с порталом, через который мы и переместились в Ярославец. В Замок, где тихо и спокойно.
Продолжая держать в своих объятиях, спустил девушку на руках в малый зал. По дороге цаца попыталась возмутиться, но в итоге прижалась, как родная. Пусть и ненадолго.
Мы поужинали вдвоём. Цаца быстро набралась сил, поддерживаемая духом и снова взялась за своё, продолжая держать лицо даже в неформальной обстановке. Любуясь ею, не мог скрыть радости, улыбка не сходила с моей физиономии, даже когда я уплетал еду за обе щёки.
Под конец Мейлин сидела уже красная, как переспелый помидор, и поглядывала на меня с обидой.
– Ну ты чего? – Спросил, нарушая нашу игру в молчанку.
– Не могу понять вашего веселья, – выдала цаца с претензией и вообще отвернулась. – Мы договорились о ночи. Нет, он не будет нас гладить. В поместье попросим служанку, у неё лучший набор расчёсок в городе.
Последние фразы явно не мне адресованы. Судя по всему, Мейлин в своём теле главная. Надеюсь, так и останется.
Не сдержавшись, пересел поближе. Цяо поборола испуг и посмотрела на меня вопросительно. Два дня я тащил её по небу через весь Китай. Но даже после этого она не растеряла свою красоту и свежесть. Притяжение между нами так сладко. Я чую, как её многострадальное сердце набирает обороны, я вижу, как приоткрываются губы, не подчиняясь её сознанию.
Взяв обе лапки, целую одну, затем другую. Мейлин не стала сопротивляться, она даже обомлела, на миг её взгляд затуманился. Но тут уж я сам взбодрился, уловив в нём искорки лисьего сарказма.
– Что вы делаете, – ахнула Мейлин, опомнившись.
– Спасибо тебе за всё, что ты для меня сделала. Как я могу отблагодарить тебя, скажи?
Посерьёзнев, цаца секунд десять держит паузу, а затем произносит уверенно:
– Придёт время, и я дам вам ответ. А сейчас позвольте мне откланяться.
Под покровом вечера из тихого Замка Мейлин отвезли экипажем уже без меня. Я же отправился во Дворец, затаив дыхание. Первые же доклады обнадёжили. Никаких серьёзных происшествий, за исключением пропажи короля. В обычный день меня бы так не искали. А на балу с ног сбились, потому что потеряли на двое суток. Пришлось отдуваться по полной программе в наш последний день, уделяя внимание всем нашим гостям в этот прощальный вечер.
Наконец, появилась обещанная прусская принцесса Луиза, которая меня совсем не впечатлила. Впрочем, как и другие монаршие пассии до неё, которых мне пытались впарить. Осознав, кто мне действительно нужен, я отправил всех знатных гостей обратно за кордон, не приняв ни одного брачного союза.
Как сказал император Александр третий, у России есть только два союзника — её армия и флот. Вот этим я активно и занялся, давая новые распоряжения на создание воинских формирований в приграничных княжествах с централизованным управлением и финансированием.
Не забыл и о наращивании нашего технического превосходства. В ангарах сборки заложили двадцать новых Скатов гражданского типа. Одновременно на Фабрике Колояра начали работать над станками под каркасы и детали, чтоб перейти на серийное производство. Подумываю и о боевом воздушном флоте, который никакая магия на высоте от четырёх сотен метров уже не достанет. А вот мы можем сбрасывать на головы врага всё, что вздумается. Как навоз, так и конфетти, а то и кассетные бомбы.
Тем же временем активно занялся строительством железной дороги. С появлением новых цехов под рельсы, мы ускорились так, что к началу сентября вышли к Сосково. Но это не самое главное достижение.
Наконец, удалось создать первый образец рабочего парового двигателя! А с ним и первый локомотив, на котором всей моей доверенной оравой пронеслись от Ярославца до Сосково, потратив на весь путь всего–то тридцать шесть минут!
Но это не самое главное событие сентября.
Когда в мой сборочный цех ворвалась Люта и крикнула:
– Василиса рожает!
Я бросил свои железяки с субстанциями призраков и рванул во Дворец, позабыв обо всём на свете.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 7 дней со дня публикации.