Идеальный мир для Химеролога 11
Аннотация
Меня звали Викториан. Прародитель всех монстров, отец безумия, создатель легендарных Химероса и Каи. Забавно, что больше всего боялись именно их. Видимо, никто и никогда не заглядывал в мой тайный блокнотик, где хранятся наброски настоящих кошмаров...
Эх, было время...
Теперь я — Виктор. И я владелец ветеринарной клиники на окраине имперской столицы в мире, куда сбежал отдохнуть.
Да, я сам этого захотел. Даже самым могущественным и отбитым создателям нужен отпуск. А этот мир, битком набитый уникальным генетическим материалом, казался идеальным местом. «Идеальный мир для тебя», — сказала мне одна богиня, советуя отправиться сюда.
Вот только она забыла уточнить одну деталь: в этом «идеальном мире» даже ветеринару придётся вспомнить, как создавать чудовищ, чтобы просто выжить.
Авторы: Олег Сапфир, Марк Альтергот
Цикл: Химеролог
Предыдущие книги этой серии:
Идеальный мир для Химеролога 10
Идеальный мир для Химеролога 9
Идеальный мир для Химеролога 8
Эх, было время...
Теперь я — Виктор. И я владелец ветеринарной клиники на окраине имперской столицы в мире, куда сбежал отдохнуть.
Да, я сам этого захотел. Даже самым могущественным и отбитым создателям нужен отпуск. А этот мир, битком набитый уникальным генетическим материалом, казался идеальным местом. «Идеальный мир для тебя», — сказала мне одна богиня, советуя отправиться сюда.
Вот только она забыла уточнить одну деталь: в этом «идеальном мире» даже ветеринару придётся вспомнить, как создавать чудовищ, чтобы просто выжить.
Авторы: Олег Сапфир, Марк Альтергот
Цикл: Химеролог
Предыдущие книги этой серии:
Идеальный мир для Химеролога 10
Идеальный мир для Химеролога 9
Идеальный мир для Химеролога 8
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
Столичный Экзотариум
— Макар, быстрее!
Агнесса не шла — она летела по лестнице выставочного комплекса так, что гвардейцы едва за ней поспевали. Внутри у неё всё колотилось, словно включили центрифугу на полных оборотах.
Она опаздывала. Катастрофически опаздывала. И это опоздание грозило обернуться таким провалом, последствия которого её род не расхлебает даже за десяток лет.
Ещё наверху она поняла, что внизу Экзотариума творится что-то неладное. Багратион, её огромный боевой тигр, вдруг повёл себя совершенно неадекватно. Зверь, чьи рефлексы были отточены лучше, чем у имперского гвардейца, внезапно забился, закрыв лапами морду. Химера скулила и тряслась. Агнесса никогда, с самого момента создания Багратиона, не видела его в таком состоянии. Зверь буквально транслировал сковывающий кости ужас. Такое происходило только тогда, когда химера чуяла присутствие чего-то подавляющего, стоящего в эволюционной пищевой цепи невообразимо выше.
И Агнесса прекрасно знала, в чьём арсенале имеется именно такая убойная «способность». Виктор!
Подбегая к залам, она на ходу читала сообщения от своего помощника, Альфреда, которые сыпались одно за другим.
«Госпожа, тут конфликт»...
«Они столкнулись с герцогом Любомировым»...
«Я пытался остановить, госпожа...»
Любомиров. Одно только имя вызывало нервный тик. Это не местный авторитет и даже не глава среднего рода. Герцог входил в пятерку богатейших людей Российской Империи, его транспортная корпорация опутала своими щупальцами всю страну. Водные порты, логистические центры, подземные железные дороги, даже закрытые маршруты дирижаблей через Дикие Земли — всё было под ним.
С такими фигурами не ссорятся. С ними говорят полушёпотом, выверяют каждую запятую в документах, и долго, очень долго кланяются при встрече. Если этот транспортный спрут введёт неофициальные санкции, корпорация Новиковых захлебнётся: логистика встанет, себестоимость продукции взлетит до небес. Все эти чудесные мази и пилюли, которые Виктор разрабатывал в своей лаборатории, просто сгниют на складах.
Агнесса ворвалась в выставочный зал, тяжело дыша, и резко остановилась.
Шикарный павильон напоминал цирк-шапито после пожара. Гости толпились вдоль стен, дамочки обмахивались веерами, а их охранники судорожно пытались разобраться в произошедшем. Воздух гудел от напряжения. Какие-то пудели жались к ногам хозяев, огромная рысь спряталась в тяжёлых портьерах.
Графиня протолкнулась через плотную людскую массу, выискивая нужную фигуру, и наконец наткнулась на Альфреда. Помощник стоял бледный, прижимаясь плечом к колонне, а вид у него был такой, словно он только что пережил покушение на собственную жизнь.
— Где он?! Где Виктор?! — Агнесса схватила парня за рукав пиджака.
Альфред моргнул, его глаза постепенно начали фокусироваться.
— Госпожа... они ушли. Все ушли.
— Что здесь, чёрт возьми, произошло?! Я тебе сказала глаз с них не спускать! Я же просила проконтролировать!
— Я пытался... — забормотал помощник, глотая слова. — Госпожа, клянусь, я вмешался! Но этот человек...
Агнесса выдохнула и силой заставила себя понизить тон:
— Спокойно. По порядку. Что случилось с самого начала?
Альфред шумно сглотнул.
— Ваша спутница, госпожа Валерия... она столкнулась у буфета с женой Любомирова. Супруга закатила скандал из-за платья и на весь зал заявила, что это дешевая подделка. Герцогу не понравился лишний шум. Он приказал охране вышвырнуть Валерию за двери и лично плеснул в нее вином. И ровно в этот момент появился Виктор.
Агнесса сдавленно застонала и спрятала лицо в ладонях.
— Только не Лера... Господи, зачем они вообще докопались до его девочки. Лучше бы кто угодно другой, только не Валерия...
В повседневных делах Виктор нередко демонстрировал хитрость и едкий цинизм, мог держаться в стороне с ледяным равнодушием. Однако его железобетонная забота о собственных людях принимала настолько извращенные формы, что это пугало Агнессу до дрожи. Она довольно давно осознала: за образом привычно чудаковатого ветеринара прячется человек, способный без долгих раздумий стереть с лица земли любого перешедшего ему дорогу глупца.
— Ну и как отреагировал Виктор? Набросился на охрану или сразу перешел к поджогам?
— Примерно так, — кивнул Альфред. — Все химеры в помещении внезапно взбесились и подняли страшный рев. Герцог сразу же натравил на него собственную боевую тварь, но животное предпочло трусливо забиться в угол. А вот Виктор...
Помощник выудил из внутреннего кармана массивный корпоративный телефон. Подобные лабораторные образцы выдавались сотрудникам специально для детальной записи экспериментов, так как их оптика отличалась многовекторной фокусировкой и весьма качественной системой шумоподавления.
— У меня не было времени писать вам, госпожа. Когда начался конфликт, я включил камеру.
Агнесса взяла телефон. Видео было чётким.
На экране она увидела герцога, брызгающего слюной, перепачканную вином Валерию и абсолютно спокойного Виктора. Затем в кадре появилось нечто... Кошмарный гибрид.
Агнесса похолодела. Это была та самая тварь, про которую рассказывали легенды. Идеальный хищник с врождённым инстинктом атаки на упреждение. Тварь не только защищала хозяина, но и всегда убивала первой. У герцога даже было специальное имперское разрешение на свободное ношение этого монстра, мотивированное угрозами частых покушений.
Но на записи монстр, в чьи гены были вписаны агрессия и жажда крови, вжал шипы в пол и трясся, даже не пытаясь издать рык. Тварь застыла в глухой, обречённой позе защиты, закрывая самое слабое место.
— Она боится его, — тихо произнесла Агнесса, пересматривая кадры.
Потом она услышала слова.
Голос Виктора прозвучал в записи настолько обыденно, будто он заказывал кофе: «Твоя империя падёт».
Графиня закрыла глаза. Пальцы сжали телефон так, что пластиковый чехол захрустел.
Второе лицо в государстве, транспортный монополист, от чьей благосклонности напрямую зависело развитие логистической сети. И именно ему Виктор только что, прямо в лицо, публично высказал всё, что о нём думает. Причем Виктор ещё и догнал уходящего Любомирова напутствием уничтожить всё, чем тот владеет. Будто просто ударить по самолюбию было недостаточно. Нужно было ещё пнуть с размаху на прощание.
— Макар! — графиня развернулась к начальнику охраны.
Тот уже стоял рядом, оценивая толпу зевак.
— Слушаю, госпожа.
— Передайте по громкой связи: в связи с резким аномальным эфирным фоном и сбоем артефактов давления, мероприятие экстренно закрывается. Просим прощения за неудобства, но в целях безопасности гостей просим немедленно покинуть территорию... А ты, Альфред... — Агнесса посмотрела на помощника, лихорадочно соображая. — Свидетелей много? Кто стоял близко?
— Людей было не так много, госпожа. Толпа ломанулась к окнам, когда твари начали бесноваться. Грохот стоял дикий, перекрывая половину разговора. Смартфон вычистил фон на записи, поэтому слышно так чётко. Человек десять, возможно, разобрали пару слов. Охрана герцога точно.
— Это можно купировать, — пробормотала она. — Кто-то посчитает, что просто мутный псих решил поиграть в злодея. Кто-то засомневается. Парочку придётся мягко «попросить» забыть инцидент. У нас ещё есть шансы. Видео удалить, телефон сбросить к базовым настройкам прямо сейчас.
Она развернулась на каблуках и бросилась к дверям комплекса. В голове гудело. Мозг отказывался складывать элементы в логическую цепь. Это была настолько полномасштабная катастрофа, что казалась нереальной.
Она выбежала на улицу. Охранники мгновенно подогнали броневик, Агнесса рухнула на кожаное сиденье, хлопнув дверью так, что лязгнула усиленная сталь.
— Гони в клинику «Доброго Доктора»! — приказала она водителю.
Броневик с визгом покрышек рванул по проспекту.
Что ей теперь делать с этой чудовищной силой? С одной стороны — гений, чьи знания уже приносят её роду колоссальные богатства, с другой — человек, для которого авторитеты Империи просто пыль. Виктор совершенно не понимал правил игры аристократов или намеренно их игнорировал. В этом обществе не угрожали так топорно, тем более людям уровня Любомирова. К нему приходили на поклон, заискивали, давали миллионные взятки за провоз одного лишнего контейнера.
А она сама? Вся её затея с Акванариумом, с этими новыми землями... Она же буквально собиралась просить аудиенции у транспортных ведомств герцога, чтобы согласовать квоты на подвоз стройматериалов и распространение товаров в другие города, о чём публично заявила сегодня. На этом и строился бизнес. Если логистика будет нарушена, если им перекроют кислород по транспортным веткам, вся её империя рухнет в огромную финансовую дыру.
Заломит ли он ей за это грабительские цены? Впаяет ли жёсткие условия перевозок? Да, это было неприятно, но ожидаемо. К такому развитию событий она подготовилась. Но сейчас расклад поменялся, и в условиях конфликта приходилось рисковать текущими поставками, либо...
За тонированным стеклом смазанными пятнами проносился свет уличных фонарей. Внезапная догадка сперва показалась Агнесе чистым безумием.
Виктор прямым текстом пообещал Любомирову уничтожить его империю. А вдруг это была вовсе не шутка? Вполне вероятно, что план по сносу чужого бизнеса опирается как раз на её производственные мощности и рецепты. Парень мог задумать полное разрушение устоявшейся системы. Предложит рынку альтернативные пути, перетянет контракты, и хваленая герцогская монополия быстро станет ненужным рудиментом.
От подобных перспектив между лопаток пробежал холодок. Агнесса гнала машину по мокрому проспекту и ловила себя на мысли, что окончательно перестала понимать происходящее. Она спешила к странному типу в халате, не имея ни малейшего представления о том, с каких слов начнет диалог на пороге ветеринарной лечебницы.
* * *
Салон внедорожника герцога Любомирова
Шестиколёсный «Титан» конструировали по спецзаказу с расчетом на выживание при любых покушениях. Тяжелая махина плавно проглатывала неровности ночного асфальта. Корпус автомобиля укрывала стальная броня толщиной в два пальца, а массивные задние двери откидывались против хода движения ради дополнительного прикрытия пассажиров. Мощная пневмоподвеска скрадывала колоссальный вес металла, делая поездку похожей на перемещение внутри комфортабельного бункера.
Герцог Любомиров вальяжно раскинулся на кожаном диване, крутя в пальцах коммуникатор. Жена ехала позади в отдельном седане под прикрытием двух машин гвардии. Безопасность превыше всего, да и дышать с ней одним воздухом больше десяти минут его откровенно утомляло. Гораздо спокойнее он чувствовал себя в компании той, что ехала сейчас прямо за его креслом — в глухом герметичном отсеке, готовом по первому же импульсу с пульта разложиться на четыре стороны, как коробка с сюрпризом, и выпустить наружу идеальную машину смерти.
Любомиров нажал кнопку вызова и поднёс трубку к уху.
— Какого хрена, я вас спрашиваю?! — голос герцога был негромким, но динамик всё равно угрожающе зашипел. — Вы мне что подсунули в контейнер? Я спрашиваю, почему образец номер два сегодня повёл себя как трусливая облезлая шавка?
На том конце провода раздалось невнятное бормотание руководителя секретной лаборатории. Учёный клялся, что настройки не сбоили.
— Да плевать я хотел на ваши калибровки! — процедил Любомиров, брезгливо морщась. — Вы мне обещали, что Тера будет абсолютно идентична первой модели! Те же матрицы подавления, та же чистая агрессия! И что я получаю? Меня оскорбляют прилюдно! Мне в лицо угрожает какой-то бродяга, а эта генетическая ошибка даже зубы не оскалила! Она просто села на задницу и затряслась. Гера бы ему там же лицо обглодала. Вы понимаете, как я выглядел перед этой публикой?!
Герцог раздражённо потёр переносицу, слушая жалкие оправдания про остаточный эфирный след. Он специально пошёл на этот приём не со своей оригинальной боевой химерой Герой, а взял её свежего клона Теру. Обкатка в полевых условиях, проверка реакции на агрессивную среду... Никто из присутствующих на той выставке не должен был даже заподозрить, что у него теперь есть не один, а два абсолютных монстра. И Гера спокойно ждала его дома, готовая выполнять точечные приказы по зачистке неугодных.
А в планах было создание третьей, четвёртой... Учёные гарантировали успешный синтез до семи особей, пока не начнётся клеточный распад. Семь непобедимых тварей высшего порядка, работающих в синхроне. С такой персональной армией можно уже не просто диктовать цены на логистику, а прямо стучать ногой в двери императорского дворца и поднимать вопрос о новом хозяине престола.
А теперь эти пробирочные идиоты всё запарывают на самом старте.
Любомиров с отвращением швырнул телефон на коврик под ногами.
— Заменить руководителя проекта, — бросил он начальнику охраны, сидевшему на переднем пассажирском сиденье. — Эту гниду — в утилизатор. Прямо с утра. Пусть новый пошевеливается.
Охранник молча кивнул и тут же протянул назад включённый планшет.
— Господин, мы собрали данные по тому человеку с выставки.
Любомиров взял устройство. «Виктор Химеров».
Он пробежался глазами по коротким сухим абзацам досье. Круглый сирота. Прописан на окраине. Чудом выжил во время налёта дикого дракона на столицу — потерял память, диагноз подтверждён. Сейчас работает в занюханной ветеринарной лечебнице. Мотается за город, сам варит какие-то дешёвые порошки для чужих блохастых питомцев. Из контактов — графиня Агнесса Новикова, которая почему-то таскает его с собой на приёмы в качестве шута или ширмы.
Герцог заблокировал экран.
Чернь. Абсолютная нищебродская грязь с обочины, которая даже не заслуживает того, чтобы об неё пачкали обувь. И эта грязь только что пообещала уничтожить его империю. Подумать только...
Любомиров прикрыл глаза, погружаясь в приятные мысли о собственной силе. Когда ему исполнилось восемь, даже родной отец перестал повышать на него голос, потому что малолетний наследник интуитивно научился сжимать кислород в человеческом теле до состояния камня. Его природный Дар стихии воздуха был настолько сокрушительным и первобытным, что Любомиров давно перестал им пользоваться. Это просто не по-благородному — махать руками, как какой-то кабацкий пропойца. Зачем напрягаться, когда всегда под рукой обученные люди и дорогие химеры?
— Надеюсь, вы знаете, как следует поступить с этим ветеринаром, — произнес он и вернул планшет подчиненному.
— Так точно, ваша светлость. Все пройдет как нелепый несчастный случай.
Начальник охраны отодвинул край рукава и глянул на циферблат.
— Примерно через двадцать семь минут объект перестанет дышать. Можете ни о чем не переживать.
— Переживать? — герцог криво усмехнулся. — Я хочу, чтобы этот кусок мяса страдал. С ним вместе была девка, секретутка или кто она там. Заставьте ее умирать предельно медленно. А ветеринара надежно свяжите и посадите смотреть на процесс. Да... — Любомиров медленно провернул золотую запонку. — Пускай захлебывается кровью прямо у него на глазах. И лишь потом убирайте самого ублюдка. Хочу, чтобы его последние минуты сопровождались полным осознанием собственного ничтожества.
— Задачу понял.
— А завтра в полдень, — Любомиров дернул галстучный узел, — жду графиню Новикову в своем офисе. Она будет елозить на коленях по ковру и слезно вымаливать прощение за то, что вообще притащила собачью обслугу в высшее общество. И в качестве моральной компенсации я заберу у неё половину всего её производственного сектора.
Охранник с сомнением крякнул.
— Господин, но ведь её фармацевтические заводы для нас бесполезны. Наша логистика вообще с этой инфраструктурой не бьётся. Зачем нам этот мусор?
— Я прекрасно знаю, что они бесполезны, — процедил герцог. — Дело не в активах. Кто-то должен заплатить за мой испорченный вечер. Моя репутация стоит слишком дорого. В этом городе каждый ублюдок должен помнить, что я...
Пип-пип-пип!
Резкий, рвущий барабанные перепонки звук системы раннего предупреждения обрезал фразу на полуслове.
Любомиров рефлекторно дёрнулся к окну. В мутном свете уличных фонарей он увидел, как из темноты прямо на их машину несётся огромная крылатая масса. Тень накрыла броневик за долю секунды.
Герцог даже не успел осознать масштабы летящей на него твари, как раздался чудовищный скрежет разрываемого металла. Шеститонный «Титан» смяло сбоку, как бумажную коробку. Машину оторвало от земли и со скрежетом швырнуло с дороги в темноту пустыря.
Мир превратился в крутящийся барабан стиральной машины. Звон лопающегося триплексного стекла, гул сминаемых стоек, удары, запах жжёного пластика и пробитого аккумулятора. Броневик кувыркался метров тридцать, разбрасывая по сухой траве обломки бамперов и колёса, пока наконец не замер на искорёженной крыше.
Любомиров застонал, повиснув на ремнях безопасности. Под пиджаком тускло мерцали дорогие защитные артефакты — именно они вовремя погасили удар и позволили сохранить кости целыми.
Отщелкнув пряжку, он рухнул на перевернутый потолок и принялся вышибать ногами заклинившую дверь. Любомиров вывалился наружу, в траву пустыря. Несколько секунд он просто жадно хватал ртом холодный воздух, а затем заставил себя посмотреть на сплющенную кабину. Бойцы охраны неподвижно болтались на ремнях, и было совершенно неважно, мертвы они или находятся в глубокой отключке.
За спиной с резким гидравлическим лязгом открылся багажный отсек. Местная автоматика отработала на удивление исправно, разведя четыре бронированные створки, и наружу ловко выбралась Тера. Ничуть не пострадавшая, она отряхнулась и на всякий случай перешла на угрожающее шипение.
Любомиров выпрямился. Он попытался брезгливо стряхнуть налипшую грязь с брюк, попутно давая выход закипающей злости.
— Ну ладно... — процедил он, выпуская давно знакомую силу.
Воздух мгновенно оплёл пальцы тугими жгутами. И тут же внутренние радары, выдрессированные годами родовых конфликтов, ударили по нервам сигналом о новой угрозе.
Сверху!
Он вскинул обе руки. Выплеснул энергию единым махом. В доли секунды над ним сомкнулся абсолютно непроницаемый воздушный купол высшего порядка. Воздух сжался до плотности сверхпрочного стекла, способного выдержать плазменный залп или прямое падение строительного крана...
Но защитный купол треснул и рассыпался в пыль от попадания чего -то сверхмощного.
Герцог уже собирал следующую порцию магии, готовясь метнуть ответный аэро-шторм в того ублюдка, который посмел атаковать его... Но тут ему в лицо прилетела холодная жидкость. Звонкий влажный хлопок — и Любомиров оказался с ног до головы облит тёмно-красной липкой жижей.
Герцог замер с поднятыми руками, тяжело дыша. Дорогая рубашка мгновенно пропиталась влагой, холодные капли стекали по бровям, капали с подбородка на помятый пиджак.
Он медленно опустил руки и судорожно вдохнул, слизнул языком каплю с уголка губы и почувствовал знакомый терпкий привкус.
Рубиновое вино. То самое, коллекционное, полувековой выдержки.
Герцог остался стоять посреди грязного пустыря. Рядом лежал перевёрнутый джип, в котором валялись бессознательные охранники и рычала многомиллионная химера, а он смотрел на свои перепачканные вином ладони, и его колотила неконтролируемая дрожь.
— Это вообще... как? — одними губами прошептал монополист в темноту.
* * *
До клиники доехали молча. Всю дорогу Валерия сидела в углу заднего сиденья такси и безостановочно тёрла пятно от вина на изумрудном платье в попытке стереть из памяти этот вечер. Смотреть на неё было больно: девушка совершенно сдулась и обмякла.
Замок входной двери щёлкнул, мы шагнули в приёмную. Валерия шумно выдохнула и сбросила туфли прямо на ворс коврика.
— Иди в комнату отдыха, — сказал я, отправляясь в свой кабинет. — Умойся, а я соображу попить. Стресс надо глушить до перехода в психосоматику.
— Вик… можно я у тебя в кабинете посижу? — голос Валерии дрожал. — Я не хочу оставаться одна, даже за закрытой дверью.
— Падай в кресло, — я махнул рукой и повесил пиджак на спинку дивана, — и выдыхай. Здесь совершенно безопасно.
Она с ногами забралась в массивное сиденье, подтянув колени к подбородку.
— Уверен?
— Сто сорок шесть процентов, — я на секунду прикрыл глаза и раскинул сенсорную сеть.
Клиника отозвалась размеренным ритмом. По вентиляционной шахте семенил отряд хомяков в поисках чужих жучков на стыках. На чердаке затаилась пара ворон, что мониторили периметр крыши. В канализации ворочались крупные крысиные туши. Все мои творения ждали команды разнести перекрытия и подняться наверх. Пространство укрывал экранирующий купол. Заложить бомбу или незаметно пробраться к окнам здесь не выйдет, любого нарушителя система защиты засечёт ещё на подходах.
— Периметр чист. Все системы работают штатно. Расслабься, — я подошёл к встроенному в стеллаж бару. — Чай заварить? Или кофейку бахнем?
Валерия уткнулась подбородком в колени.
— Вик, плесни чего-нибудь покрепче.
— Резонно, — я достал пару пузатых бокалов. — Вино?
— Да. Только не красное.
Взгляд сам упал на багровое пятно на зелёном шёлке, пришлось сдержать усмешку.
— И то верно. Красного нам на сегодня с головой хватило, лимиты исчерпаны.
Я откупорил бутылку белого, плеснул на донышко и передал бокал Лере. Она вцепилась в стекло холодными пальцами и жадно отпила. Немного закашлялась, но мертвенная бледность стала медленно уходить с лица.
Пару минут посидели молча. Я пробовал кисловатое вино, девушка упорно гипнотизировала взглядом столешницу.
— Вик, почему так происходит? — прошептала она. — Я ведь ничего плохого не сделала, никому не мешала. А он подошёл и унизил меня перед всей толпой. Остальные только смотрели, всем было абсолютно плевать. За что?
Я покрутил бокал за ножку.
— Ни за что, Лера. Банальная разница в длине дубины и толщине кошелька. Наличие грубой силы обычно быстро отключает эмпатию, а имеющаяся власть позволяет выливать на окружающих вино и не нести ответственности. В его картине мира ты являешься просто живой декорацией.
Она вскинула на меня полные обиды глаза.
— У тебя же тоже есть сила. Ты вообще можешь скрутить их всех в бараний рог. Почему ты так не делаешь, а сидишь здесь, лечишь зверюшек и пьёшь кофе?
Я хмыкнул и опёрся бедром о край стола.
В голове сразу всплыли картинки из прошлого. Пылающие улицы, пожирающая вооружённые отряды биомасса... Побитые аристократы в лужах крови с просьбами пощадить их семьи... Я хорошо помнил то состояние, в котором перекраивал карты целых континентов ради личных амбиций.
— Знаешь, — я сделал ещё глоток. — Я далеко не всегда отличался миролюбием. Косячил по-крупному, выжигал территории и творил откровенно гадкие вещи ради неких высших целей. Когда живёшь слишком долго, в голове со временем закипает каша из понятий правильного и неправильного.
Стекло звонко опустилось на деревянную поверхность.
— В какой-то момент самоутверждаться за счёт слабых становится скучно. Оставим это дорвавшимся до кормушки дилетантам. У меня нет необходимости доказывать своё превосходство. Как только этот Любомиров перешагнёт черту, я его устраню физически.
Лицо Леры совсем потеряло цвет, жидкость расплескалась по краям бокала в её дрожащих руках.
— Зачем ты бросил ему вызов на приёме? Я по дороге поискала о нём информацию. Владелец всех дорог, герцог с личной армией боевиков. Теперь нас точно приговорят.
Валерию начало откровенно трясти.
— С чего бы это нас убивать? — искренне удивился я таким выводам.
— Такие фигуры ничего не прощают! Несогласные с их политикой журналисты испаряются, а прямые конкуренты массово шагают из окон. Ты открыто пообещал снести всю его империю при десятках свидетелей!
Её показательная паника начинала раздражать. Девушка уже мысленно легла в гроб, несмотря на стоящего рядом живого защитника.
— Давай обойдёмся без слёз, — я перегнулся через стол и опёрся на пальцы. — Безопасность была тебе обещана, и своё слово я привык держать. Когда этот индюк решил к тебе подойти, метрах в пяти стоял Псих. С полностью развёрнутым внутренним резервом и прямой связью на мой управляющий узел. Попробуй тот урод тебя ударить или швырнуть магическую технику — питомец сработал бы до получения прямой команды. Он бы мгновенно откусил герцогу половину туловища. Защита обеспечена на всех уровнях. Испорченная одежда в категорию смертельной угрозы не входит, пёс работает только на предупреждение покушений.
Я разогнул спину.
— Прекрати себя накручивать, у нас сейчас хватает других забот.
Из коридора донёсся звук тяжёлых шагов. Дверь подалась внутрь, пропуская в кабинет Рядовую. Обезьяне явно досталось в недавней стычке: костяной наплечник треснул, а шерсть на груди покрылась густым слоем технической смазки вперемешку с копотью.
— Избавилась от мусора? — поинтересовался я.
Обезьяна согласно ухнула и подняла вверх большой палец.
— Мусора? — переспросила Лера, с удивлением рассматривая потрёпанную химеру. — Какого именно?
— Ой, да не бери в голову.
Створка форточки над потолком со скрежетом повернулась и в помещение влетел Кеша с охапкой фотографий в лапах.
— Задание выполнено, хозяин! — гаркнул попугай, пытаясь отдышаться.
— Выкладывай, — я требовательно протянул руку. — И почему так долго возился?
— Мои извинения! — Кеша возмущённо пискнул. — Природа наградила меня крыльями и лапами. Орудовать на вашем принтере сложновато!
— Могу в качестве премии приживить тебе человеческие пальцы для взаимодействия с электроникой.
— Отставить хирургическое новаторство! — птица нервно захлопала крыльями. — Пернатый профиль должен оставаться в заводском состоянии без пришивания левых конечностей! Дополнительные конечности только собьют полётную аэродинамику.
Попугай резко дёрнул лапкой, скидывая на столешницу пачку отпечатанных снимков.
Я пододвинул листы поближе и принялся тасовать их. Большинство изображало промышленный пейзаж со складами и навевало скуку.
— Пустышка... Тоже мимо... В брак... — я отодвигал неудачные дубли, пока не наткнулся на нужный ракурс. — Отличный кадр. Можешь полюбоваться.
Оставшиеся фото полетели на край стола к Валерии. Она с опаской взяла верхнее и замерла.
Снимок с высоты демонстрировал отличную композицию. Заброшенный и освещённый автомобильными фарами пустырь, на котором валялся разорванный кузов внедорожника. Главным действующим лицом выступал Любомиров собственной персоной. Одежду аристократа покрыла липкая бурая масса, пока он выкрикивал проклятия в объектив. Его грозная химера стояла рядом с металлоломом, а на заднем фоне маячили мигалки подоспевшего эскорта.
— Каким образом? — севшим голосом спросила девушка.
— Важнее понимать зачем, — отозвался я. — На банкете было чётко озвучено начало войны. И не переживай, союзники в предстоящем конфликте найдутся быстро.
Валерия бросила снимки на стол и нервно улыбнулась:
— Точно найдутся?
— Без вариантов. Скоро сюда должна заявиться Агнесса. Ставлю репутацию клиники на её готовность присоединиться к забаве.
Колокольчик над входной дверью зазвенел, и по коридору застучали каблуки.
Агнесса Новикова вихрем ворвалась внутрь. Наряд потерял форму, сложная укладка на голове окончательно рассыпалась. Следом в помещение скользнул Михаил и плотно закрыл дверь с крайне хмурым видом.
— Причины инцидента я уловила, — с порога объявила графиня. — Скандал и испорченные вещи мы оставим за скобками. Однако, Виктор, — она опёрлась руками о край моего стола, — существует ли у тебя хоть крупица понимания статуса данного субъекта?
Вместо лекций я протянул графине распечатки. Девушка сфокусировала взгляд на верхней карточке, её левый глаз заколотило мелким нервным тиком.
— За подобную акцию нас всех закопают, — выдохнула она.
Миша подобрался поближе и начал разглядывать обломки броневика на фото.
— Серьёзный масштаб разрушений, — констатировал парень после недолгой паузы.
Допив остатки вина, я безразличным тоном поинтересовался у гостьи:
— Гвардия уже получила распоряжение снимать амуницию с консервации?
Графиня подавилась слюной и выпала в осадок.
— Это ещё зачем? Ты хочешь, чтобы я воевала с Любомировым? — сипло уточнила Агнесса. — Он же способен перерабатывать чужие корпорации и выкашивать целые Рода ради сотой доли нынешнего влияния! А бросить отряды на лобовой прорыв к монополисту обернётся полной потерей людей за двое суток.
Я покрутил пустой бокал в пальцах и перевёл внимание на стоявшего рядом парнишку.
— Михаил, пожалуйста, подожди нас за пределами кабинета.
Миша тяжело и очень по-взрослому вздохнул. Он бросил долгий взгляд на сестру, повернулся и покорно пошёл на выход.
— Стоять, — остановила его Новикова. — В чём смысл тайн? Что ещё такого может прозвучать в этой комнате, способного перекрыть последствия войны с крупнейшим воротилой столицы?
Рядовая в этот момент с интересом поддевала когтем кусок пластикового плинтуса. Я перевёл взгляд с обезьяны обратно на подростка.
— Хорошо, оставайся, — согласился я. — Иногда он улавливает взаимосвязи значительно шустрее тебя.
Миша шагнул обратно в кабинет, нахмурился, в уме прокручивая информацию.
— Ликвидация родителей была заказана именно оттуда?
Мне оставалось только кивнуть.
Воздух застрял у Агнессы в горле, попытка возразить окончилась провалом.
— Так функционирует местная политическая машина, — обратился я к графине. — Вы вцепились в господина Дубарова. Тот послужил обычным координатором внизу пищевой цепи, а капал зелье сторонний алхимик. Мотив с подставой и скупкой патентов лежал на поверхности для всех желающих его увидеть. Только попробуй сложить реальный пазл. Будет ли мелкий решала рисковать головой ради физического устранения лидеров крупной фракции? Тайная Канцелярия перехватила бы заказчиков вместе с исполнителями меньше чем за неделю, а слежку пустили бы по всем каналам связи.
Я посмотрел на застывшую гостью и продолжил:
— Следствие тогда полностью застопорилось. Кто-то влиятельный отсёк следователей от ниточек на самом старте. Режиссёром спектакля с ядом выступал конкретно дорожный магнат. Мужик расчистил площадку от конкурентов и планировал скупить обанкроченный бизнес за сущие копейки.
Агнесса растерянно посмотрела на брата, который утвердительно кивнул, явно согласившись со сложившейся картинкой.
— И каким образом ты всё это выяснил? — выдавила она.
— Ну, запросы в Канцелярию работают хуже, чем память непосредственных участников событий. Довелось пересекаться с обитателями закрытых инкубаторов по выведению химер, и этот замечательный комплекс целиком спонсировал Любомиров. Особи там отличаются поразительной способностью запоминать лица визитёров и разговоры инженеров. Я считал прямые трансляции кулуарных совещаний, имена причастных руководителей и планы развития проектов прямо из их мозгов.
Выданная порция данных мгновенно отрезвила Новикову. От растерянности не осталось и следа, глаза наполнились злобой. Она достала телефон и сделала вызов.
— Макар, начинайте выводить боевые группы из тени и расконсервируйте склады. Мы объявляем войну роду Любомировых.
Вызов сбросился.
Я смотрел на быструю трансформацию этой железной леди с откровенным удовольствием.
— Рад приветствовать за игральным столом. Ближайшие сутки не дадут вам заскучать.
— Не дадут заскучать? — мрачно отозвалась она. — Происходит прямое столкновение с владельцем гигантских ресурсов.
Я неторопливо поднялся. На лице сама собой расползлась плотоядная улыбка.
— Выдыхай, графиня, — спокойным тоном закончил я. — Пришло время показать, на что в бою способен настоящий Химеролог.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 7 дней со дня публикации.