Проклятье Мидаса
Аннотация
Что бы вы делали, будь у вас неограниченное количество денег? Вот совсем. Вообще? Вот и главный герой, попаданец в тело корейца со слегка странным именем Ким И Ван, оказался в лёгкой растерянности, когда, однажды, не самым добрым утром, его уставшие от телефона глаза увидели на экране нового игрового монитора, только что купленного им на последние деньги, странное окно с сообщением: "Система Мидас активирована". И только одна кнопка "Ок"под ним...
Автор: Михаил Француз
Цикл: Система удвоения
Автор: Михаил Француз
Цикл: Система удвоения
Глава 2
«Система Мидас активирована». И кнопка «Ок». Больше ничего. Ни логотипа фирмы производителя монитора, ни приветствия BIOS самого компьютера. Белый экран, на нём серое окошко, такое какие были, наверное, в винде девяносто пятой – девяносто восьмой, то есть, такое же угловатое «выпуклое» и кандовое… хотя, некоторые сказали бы: «олдскульное». В этом сером окошке надпись, под которой одна только кнопка «Ок».
И, как это понимать? Серьёзно, что за система «Мидас»? Здесь же, на этом дорогущем и крутом игровом железе должна была быть одиннадцатая Виндовс предустановлена! Я за неё в магазин дополнительные деньги платил! За её наличие. За винду, а не за какой-то странный «Мидас».
Ну, ладно, «Ок», так «Ок». Я щёлкнул мышкой на эту кнопку. Всё равно ведь никаких других вариантов оставлено мне разработчиками не было.
Одно узенькое серое окошко сменилось после нажатия новым большим, но таким же серым окошком. И это было уже более информативным.
«Вас приветствует Система «Мидас». Теперь все потраченные вами деньги будут возвращаться вам в удвоенном размере…»
Дальше я прочитать не успел, так как отвлёкся на сигнал оповещения своего смартфона, который пиликнул, сообщая мне о получении нового сообщения.
Я дотянулся до аппарата, поднял его к глазам, разблокировал экран и… завис, глядя на высветившуюся строчку пуш-уведомления банковского приложения о зачислении на мой счёт тридцати миллионов вон «с копейками».
Перечитал сообщение. Перевёл взгляд на экран монитора. Потом снова опустил взгляд к смартфону, чтобы уже в третий раз перечитать короткую строчку пуш. Повторил итерацию, как зациклившаяся программа ещё раз пять, после чего открыл само банковское приложение и убедился, что уведомление не было шуткой или багом: в истории снятий и пополнений действительно красовалось это самое число. Точнее, там было два числа: первое – это сумма, потраченная мной ранее на покупку компьютера в магазине, а вторая – перевод из неизвестного источника без пояснений, равный первой сумме, умноженной на два. С точностью до воны! Ни малейшей ошибки. Я даже не поленился открыть калькулятор и пересчитать. Действительно – всё совпадает: пятнадцать миллионов вон потрачено на компьютер – вернулось тридцать миллионов.
- Пи**ц, взломали, - тяжело и обречённо вздохнул я. После чего нехотя встал из своего кресла, порывшись в ящике стола, достал документы, оделся и пошёл прочь из дома: заводить свою Kia Rey, за которую ещё не успел выплатить кредит. Кстати, Ён Соль, уходя, оставила ключи от этой машины на моём столе, показав, что не пытается на неё претендовать.
Полчаса езды по ярким и даже в чём-то праздничным улицам Сеула, и я, наконец, у цели: перед отделением моего банка. Ну, точнее, банка, услугами которого я пользуюсь – будем точны в формулировках, ведь, если бы у меня был свой банк, то та ситуация, что сложилась у нас с Ён Соль, просто не могла бы произойти. Да, даже, если бы я не владел этим банком, а просто работал в нём на менеджерской позиции, то она бы, наверное, от меня не ушла, ведь в банке у меня были бы перспективы, куда более интересные и близкие, чем сейчас – в моей фирме, где я кручу провода и ставлю распределительные шкафы с трансформаторами.
Почему так? Ну, с моей внешностью в сфере финансов и обслуживания достаточно просто двигаться. Особенно, если «играть по правилам», то есть: с длинными переработками, подарками начальнику, корпоративными попойками и… некоторыми другими действиями, не прописанными в контракте.
Кстати, именно из-за этих самых «правил» я, в своё время, и выбрал Инженерное направление в Университете, а не Финансы или Маркетинг. Инженер – плоть от плоти производства, он – продолжение завода, и следует «правилам» заводским. Да – здесь, в цеху или на объекте, случаются переработки. Куда уж без них, особенно, когда начинают приближаться сроки сдачи объекта, но «квароса», то есть «смерть от переработок» - это удел менеджеров. До работы с электрическим током свыше шестисот Вольт просто не допустят нездорового или невыспавшегося человека, как бы не горели сроки – вреда от него будет значительно больше, чем пользы: и сам помрёт, устроив «несчастный случай на производстве», который обязательно будет пристально рассматривать трудовая инспекция, и очень дорогостоящее оборудование запорет. Да и сердечно-сосудистые болячки – основная составляющая «квароса», развиваются от сидячего малоподвижного образа жизни, приправленного литрами кофе и пачками сигарет в день. На реальном, физическом производстве такого нет. Там ты целый день на ногах.
Это не значит, что у рабочих и низовых инженеров нет своих профессиональных болячек – они, естественно, есть, но это всё ж, другое, не тот «хайвей ту хелл», который проложен перед менеджерами среднего и низшего звена в Хангук.
Но, ладно. Не о том речь. Зачем я приехал в банк?
Как это, зачем? Разбираться с подозрительным переводом, конечно же! Не хватало ещё жертвой мошенников стать! Ведь, классическая же схема: тебе переводят крупную сумму денег, ты радуешься этому, как дурак, бежишь тут же их тратить или переводишь на другой счёт, после чего тебе звонят и сообщают, что перевод был ошибочным, просят вернуть.
Далее целых два возможных пути: первый – ты, как честный, но глупый человек, переводишь уже свои деньги на названный счёт… после чего становишься соучастником в цепочке отмывания «грязных» денег, и тебя тёпленьким, с удовольствием берёт полиция.
Второй: ты не переводишь деньги, а говоришь, что уже их потратил… тут же попадая на новую вилку: тебя берёт полиция уже за воровство (а именно так данное действие в данной ситуации квалифицируется судом), либо тебя выставляют на бабки, угрожая подачей в эту полицию заявления.
И тот, и другой, и третий варианты – максимально некомфортны и проблематичны. Единственный правильный в этой ситуации: связаться с банком, заявить о подозрительном переводе, заблокировать его, даже не прикасаясь к деньгам, и ждать результатов расследования банка, проводящего проверку этого перевода.
Неприятно – да, лишние хлопоты – да. Но ты, хотя бы, не влетишь на бабки и останешься чист перед законом. Так что, с подобными вещами лучше не шутить – чревато!
С криптой, кстати, так же, на P2P сделках можно только так влететь в «грязные деньги» и уехать в места не столь отдалённые, как «обнальщику» или «номиналу». И это одна из причин, почему я с Битком, всё-таки, завязал после падения второй в моей практики биржи, не стал уходить в «серые» внебиржевые сделки – слишком уж там риски велики получаются. Неоправданно. Не стоит оно того.
Да, конечно, о подозрительном переводе в банк и по телефону вполне сообщить можно. Так и быстрее, и проще. Но, раз уж, всё равно, выходной, девушка ушла, а компьютер взломан, то, почему бы и не съездить лично? Быстрее результат узнаешь, подробнее проблему объяснишь, да и с живым человеком всяко приятнее в такой некомфортной ситуации общаться, чем с бездушным автоответчиком. Да и сам процесс – успокаивает.
Моя очередь подошла быстро. Паренёк-оператор выслушал меня внимательно, проверил все положенные документы, открыл историю операций, нашёл подозрительный перевод, заблокировал его… попытался. Не смог.
Попытался снова. Ещё раз, и ещё раз. Так и эдак… а он не блокируется.
Но, мало ли – паренёк-то не слишком опытный, может, что не так сделал, может, чего не додумал – бывает, не страшно. Он, конечно, погрустнел, извинился, сходил за более старшим и компетентным коллегой. Тот проверил всю его последовательность действий, попробовал сам… у него тоже не получилось. Тогда они со спокойной душой позвали уже менеджера.
Тот тоже пришёл, выслушал, посмотрел. Сам пробовать повторять их бесполезные действия не стал. Вместо этого, связался со службой финансовой безопасности банка и попросил отследить этот подозрительный перевод уже их.
Но вот, когда вместо этих двух незадачливых операторов и менеджера, ко мне спустился целый управляющий филиалом и пригласил меня пройти в отдельную комнату для продолжения беседы, я, честно говоря, начал волноваться, ведь это было уже не по сценарию – не занимаются такие крупные фишки таким мелким мошенничеством, как моё.
Однако, вскакивать и бежать из банка я не стал. Как и качать права, как и отказываться проследовать за управляющим. В конце концов: а куда мне бежать? У банка, всё равно, вся моя информация есть, я для них полностью, как на ладони, всё равно, что голый. Им достаточно в полицию только позвонить, чтобы мои «бега» тут же закончились.
Тем более, приглашают-то пока вежливо…
- Присаживайтесь, господин Ким, - указал мне на кресло возле стола он, усаживаясь в другое, напротив. – Не надо волноваться, ничего страшного не произошло. Всё в порядке.
- Хм, знаете, господин управляющий, вот после таких слов, обычно, и начинаешь волноваться, - изобразил бледноватую улыбку я. – Особенно, когда с пустяковым мошенничеством приходит разбираться настолько большой и важный человек, как вы, - аккуратно польстил мужчине напротив я. Без подобострастия, но с соответствующим нашей разнице в социальном положении уважением.
- Да нет, - улыбнулся он, видимо, моя лесть пришлась-таки ему по душе. – В данном случае, действительно, всё в порядке, не о чем волноваться. Это не мошенники.
- А, кто же, тогда? – в искреннем удивлении округлил глаза я.
- Разве только, если называть мошенниками BOK, - «пошутил» он. – Но, в таком случае, это слишком мелкое для них слово.
- BOK? – переспросил я. – Извините, господин управляющий, что это?
- Bank of Korea, - расшифровал он и пояснил. – Центральный банк Кореи. Тот перевод, который вы указали, наш отдел финансового контроля проверил его. Отправителем указан BOK. Все индексы верные, и к нему нет претензий даже у KoFIU (Korea Financial Intelligence Unit) нет вопросов к этому переводу, а у них, поверьте мне, достаточно возможностей и полномочий, чтобы рассмотреть такую транзакцию в прямом смысле под микроскопом.
- Но… я, тогда, уже совершенно ничего не понимаю, - искренне признался в своей полной растерянности я. – Где я, и где Bank of Korea?! Да и вообще, разве же они могут напрямую переводить какие-либо средства частным лицам? Они ведь даже с банками прямо не взаимодействуют, используя сложные, регулируемые законом порядки и схемы.
- В целом, вы правы, господин Ким, - покровительственно мне улыбнулся мой собеседник. – И, официально, так оно всё и есть. Официально.
- Эм… - окончательно растерялся я, и мне уже даже не надо было преувеличивать это своё состояние.
- Но, именно поэтому, я и пригласил вас для разговора в отдельный кабинет, а не оставил в общем зале.
- Вы снова меня пугаете, господин управляющий.
- Просто, чтобы вы понимали, что распространяться о произошедшем за пределами этих стен не надо. Вы, когда-нибудь слышали что-нибудь про… «вертолётные деньги», господин Ким?
- Эм… только в самых общих чертах. Вроде бы, это так называют… ну, когда правительство начинает слепо раздавать деньги населению, в случайном порядке? Это об этом?
- Примерно, - с некоторым превосходством улыбнулся управляющий. – В том случае, когда денежная масса в стране недостаточна, и для оживления экономики резко нужно её увеличить, правительству, в целом, не важно, кому именно эти деньги дать, поэтому и говорят, что оно начинает «разбрасывать деньги, как с вертолёта». Но, это в целом. Сами понимаете, господин Ким, что слово «случайность» вообще неприменимо к деньгам. Естественно, под эту задачу выстраиваются какие-то специальные механизмы, назначаются льготы, социальные выплаты, компенсации и прочее… ну, мы же с вами только недавно пережили локдаун, мне ли вам рассказывать?
- Действительно, - припомнил недавнее безумие я.
- Так вот, тогда правительства всех стран напечатали и раздали СЛИШКОМ много денег. Настолько, что с последствиями борются до сих пор, хотя прошло уже почти шесть лет. Поэтому, такие международные институты, как МВФ, Всемирный Банк и тот же ФРС, сейчас очень неодобрительно смотрят на попытки повторения подобных действий. И смотрят внимательно.
- Эм…
- Но это ведь не значит, что конкретным правительствам, в конкретных случаях, этот инструмент не покажется… уместным, а его применение оправданным? Как вы думаете?
- Хм, ну… пожалуй, - решил не выделываться и согласиться я.
- В частности, наше… Годовой прирост реального ВВП в стране составил рекордные 3,2 процента, в основном из-за полупроводников и микроэлектроники, а денежная масса М2 растёт недостаточно быстро, чтобы покрыть этот рост и обеспечить его продолжение, при этом, у нас годовая инфляция превысила 3,1%, что просто не позволяет BOK прямо проводить эмиссию или смягчение ДКП. Международные организации ни за что не допустят этого. По их мнению, ставку – вовсе надо поднимать… - с умным видом нёс пургу управляющий, пользуясь тем, что я в этом не должен был ни коим образом ничего понимать. Он сыпал цифрами и терминами, явно красуясь передо мной и перед собой, показывая, насколько он образован, продвинут и сведущ. Но, основную его мысль, я, кажется, начинал уже улавливать.
- В общем, когда интересы страны требуют, а внешние силы не позволяют… умный человек всегда найдёт… не самое явное решение. И способ обойти чужие ограничения.
- То есть, вы хотите сказать…
- Не хочу. И не говорю. У меня, во-первых, нет и не может быть таких сведений: я – слишком маленькая сошка для подобного. А во-вторых, даже, если бы у меня такие данные и были, я бы не имел никакого права делиться ими с кем бы то ни было… Вы меня понимаете, господин Ким?
- Кажется, да… - изобразил озадаченность, почтение и даже немного подобострастия я. – То есть, вы считаете, что мой перевод – это… «вертолётные деньги»?
- Я ничего не считаю, повторяю вам, господин Ким, - с нажимом сказал он, «проникновенно» глядя мне в глаза. – Но, сами подумайте, чем ещё может быть прямой перевод BOK частному лицу? Но, опять же: я вам ничего не говорил.
- Конечно-конечно, - поспешил заверить управляющего я. – Вот только… а мне-то что теперь делать?
- Спокойно идти домой и не беспокоиться. Ни у банка, ни у KoFIU, ни у FSS, ни у FSC к вам и вашему переводу вопросов нет. Можете смело пользоваться. И, если вы патриот своей страны, то поспешите оправдать оказанное вам правительством доверие…
- В каком смысле? – «недоумённо» нахмурил брови я.
- В том самом, что, как можно быстрее эти деньги потратите на что-нибудь корейское, поддержите отечественного производителя товаров или услуг, малый бизнес, сферу обслуживания… И, самое главное, будете помалкивать об этом. Я понятно объясняю?
- Только корейское? – «ужаснулся» я.
- Ну, вы же патриот?
- Конечно, патриот! – поспешил заверить его я. Слишком прямой и острый вопрос, чтобы кто-то вообще посмел ответить на него «нет». Южная Корея, это, конечно, не Северная… но, в некоторых аспектах, она может быть ещё и пожёстче! И патриотизм – это, как раз, один из таких вопросов.
- Значит, мы поняли друг друга, господин Ким.
- Постойте! – вскинулся я. – А, что, если… это не единственный такой перевод? Что, если… это повторится? Если придёт ещё?..
- Ну, значит, вы – счастливый человек, господин Ким, - улыбнулся управляющий Пак. – И Родина довольна тем, как вы исполняете порученную вам миссию.
- Во-о-от как, - протянул я и машинально достал свой телефон, чтобы ещё раз глянуть на такие неожиданно приятные цифры своего банковского счёта. Всё ж, тридцать миллионов – это почти моя годовая зарплата! Получить её вот так, ничего для этого не сделав…
Вот только взгляд на экран телефона заставил меня вздрогнуть: он снова, как и монитор до него, был белым, а в центре красовалось серое «олдскульное» окошко с тем же текстом, что и на компьютере дома.
- Господин управляющий! – вскинулся я и повернул к нему телефон экраном. – А про это вот, что вы можете сказать?
- Про что? – поправил он очки, вглядываясь. – Вы же не включили экран, что я должен увидеть? Царапину на плёнке?
- Как, не включил? – оторопел я, снова глянув на висящее на белом фоне серое окно. Нахмурился и машинально нажал кнопку питания… после чего окно с белым фоном исчезли, а экран осветился привычной мне заставкой разблокировки по паролю. – Ой, действительно… - произнёс я. – Извините. Наверное, переволновался – мерещится всякое…
- Ничего страшного, - мягко и покровительственно улыбнулся управляющий. – Пойдите сейчас в кофейню на соседней улице, выпейте там чего-нибудь горяченько и бодрящего, вы же теперь можете это себе позволить.
- Спасибо, господин управляющий, - встав с кресла, вежливо поклонился ему я, как это тут принято «на девяносто градусов». У меня спина не преломится, а впечатление на полезного человека на полезном месте я произведу благоприятное. Мало ли, когда ещё обратиться понадобится. Как там у Грибоедова было: «…дворнику, во избежанье зла, собаке дворника – что б ласкова была…». – Обязательно последую вашему совету.
- Хорошо, - кивнул он мне, после чего всем своим видом показал, что он крайне занятой человек, и мне бы не следовало долее отвлекать его от важных дел.
Я человек понятливый. Я ещё раз поклонился и покинул этот кабинет, понимая, что больше мне тут ничем сейчас не помогут, и с «системой» придётся разбираться самому.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 57 дней со дня публикации.