Жрец Хаоса. Книга ХIII

Аннотация

Книга "Жрец Хаоса. Книга ХIII" от М. Борзых — это захватывающее путешествие в мир магии, интриг и борьбы за выживание. Сюжет книги описывает приключения главного героя, который оказывается втянутым в сложную сеть событий, связанных с древними духами и магическими силами. Он встречает богиню, которая помогает ему разгадать загадки прошлого и спасать мир от опасности.

Один из ключевых персонажей книги — богиня Эсрай, обладающая необычными способностями и необычным характером. Её взаимоотношения с главным героем развиваются от недоверия и соперничества до взаимопонимания и сотрудничества. Их диалоги и взаимодействие создают увлекательную динамику и добавляют глубину сюжету.

Автор: М. Борзых
Цикл: Зов Пустоты

Предыдущие книги этой серии:
Жрец Хаоса. Книга ХII
Жрец Хаоса. Книга ХI
Жрец Хаоса. Книга Х

Показать / Скрыть текст

Глава 2
Обносить альбионцев вот так сразу мы не отправились. Это в первый раз в условиях цейтнота мой экспромт прокатил на дурака. Во второй раз, более чем уверен, встретят нас во всеоружии. Особенно когда мы пойдём грабить награбленное. К-хм… вернее, заниматься экспортным черенкованием в их священной роще.
Если честно, я в принципе плохо представлял себе, как это будет выглядеть. Одно дело, если бы мэллорн был просто каким-нибудь священным древом, как я себе и представлял его до беседы с Эсрай. Выкопать росток и уйти порталом. Всего и делов-то. Другое дело — если это система защиты, привязанная к душам неких сущностей.
На задворках сознания мелькнула искра узнавания, будто бы я где-то и когда-то знал или слышал о подобном, но тут же исчезла.
Для наших целей предполагалось, что «переезд» саженца нужно согласовать с кем-то из пожертвовавших собой духов. Понятно, что с этим вопросом у нас будет разбираться Эсрай, но что-то мне подсказывало: тихо и мирно решить свои дела в мэллорновой роще без феерического светопреставления у нас точно не выйдет.
И если уж на то пошло, я хотел за одну поездку решить и ещё один вопрос. На мне висело камнем невыполненное обещание, данное духу, заточенному под саркофагом Эльтрандуила.
Конечно, можно было и повременить. Томился он там веками и тысячелетиями, и ещё бы посидел, но у меня перед глазами был пример Эсрай. Что-то в их Альбионе было нечисто, раз они пачками своих соседей-духов в рабство отправляли и пленяли для паразитизма на их силе.
И нет, я не был этаким рыцарем на белом коне, страдающим приступами альтруизма. Мне в вероятной войне с Таджем нужна была любая помощь. Иметь в должниках ещё одного древнего духа было бы не лишним.
Но для освобождения Урба мне нужно было начать обучение с Шанталь. Учитель из меня так себе, но я надеялся на помощь Войда и Кхимару, у них явно опыта в этой сфере было больше.
Пока же пришлось несколько приземлить порывы богини и честно сказать, что в ближайшее время визит не состоится. В том числе пришлось рассказать и про Урба, который находился в заточении, как и она сама. Узнав о том, что пустотник ещё кого-то пленил подобным образом, Эсрай удивилась, но абсолютно спокойно приняла моё решение:
«Ты прав. Лучше сделать всё одним махом, ибо после кражи ростка мэллорна в следующий раз в Альбион мы вряд ли быстро попадём. Переполох будет немалый».
Потому, прихватив с собой запрос от Розинцевой на накопители, мы отправились домой.
Вторая половина воскресенье прошла в уютной домашней обстановке. Даже удивительно, что не нужно было никуда бежать, лететь, уходить порталом. Удалось спокойно побеседовать с домочадцами. С повинной головой к Эсрай пришёл сдаваться Юматов:
— Леди Эсрайлиннвиэль, прошу меня простить. Вы были абсолютно правы, — и замер. — Проведение испытаний показало, что ваш вариант наиболее практичен и имеет лучшую энергоёмкость.
— Мистер Юматов, я рада, что теория подтвердилась практикой. Мне приятно было помочь в вашем непростом деле. Если позволите, я позже предложу ещё один вариант. Появились у меня некоторые мысли, но нужно поэкспериментировать.
— Всегда рады такой в высшей степени профессиональной помощи, леди! — Степан склонил голову в уважительном поклоне, а после обратился уже ко мне:
— Юрий Викторович, нам рений теперь необходим в больших объёмах. Астролита при таком расходе у нас чуть ли не на два десятка протезов хватит, а то и больше. А вот расход рения увеличится.
— Постараюсь обеспечить вас запасом, — кивнул я, подумывая над тем, что теперь обычными десятью-пятнадцатью граммами, как в первый раз с Железиным, дело не обойдётся, и отправился искать Леонтьева.
По сути, Леонтьев мне нужен был по нескольким вопросам. Во-первых, я хотел его отрядить на приёмку Дюльбера, а заодно, чтобы он принял в учёт расходов заказ на магонакопители. Во-вторых, необходимо было, чтобы он от нашего лица отправил соответствующий запрос на получение доли в рении в натуральном эквиваленте. И в-третьих, мне хотелось предупредить его, чтобы он оказал содействие Эсрай, если та надумает всё же заняться ювелирным делом.
Но, направляясь к Леонтьеву с одними вопросами, мы вдруг перешли на обсуждение совершенно других. Всё было взаимосвязано, отложить их не было никакой возможности. Узнав, что принц подарил нам дворец Дюльбер вместе с десятью гектарами земли на черноморском побережье и экзотическим парком растений, Леонтьев на время выпал из реальности, видимо что-то пытаясь высчитать. Пришлось помахать перед его лицом ладонью, чтобы привести управляющего в чувство. А уж когда я передал ему заказ на магические накопители, составленный Розинцевой, он схватился за голову. Спустя долгих полминуты он тряхнул головой, приходя в себя, и, сложив руки перед собой, произнёс:
— Решительно невозможно. Не потянем. Ну что ему стоило подарить вам этот дворец хотя бы через годик? Тогда ещё хоть как-то. Но сейчас… — кажется, Леонтьев пребывал в шоке, так что даже не особо фильтровал собственную речь.
— Иван Иванович, давайте-ка всё по порядку. Я знаю, что вы человек ответственный и дотошный, и чтобы вас привести в подобное состояние духа, должно было произойти нечто экстраординарное. Поэтому рассказывайте.
— Ну что ж, — Леонтьев сложил перед собой руки в замок и принялся мне рассказывать. — Ваше сиятельство, полгода примерно как я работаю у вас и занимаюсь всеми вашими делами. Признаться, полученные от Светловых предприятия так или иначе достались нам в плачевном состоянии. И для того, чтобы вывести их хотя бы на самоокупаемость и прибыль, должно было произойти чудо. Из всех имеющихся у нас активов на самоокупаемость вышло два актива. Первый — больница, которая уже покрывает свои текущие затраты, но не отбила пока ещё вложенные в неё средства на первоначальное приобретение необходимого оборудования. К тому же вышла она на самоокупаемость ещё и за счёт того, что вместе с друзьями доктора Лемонса к нам перешли и их пациенты. К тому же часть затрат закрыло благотворительное пожертвование императрицы.
Я в удивлении вскинул брови. Леонтьев, заметив мои эмоции, пояснил:
— После событий с ледяным элементалем и обустройством у нас полевого лазарета, принимавшего бесплатно всех раненых, как аристократов, так и простолюдинов, от императрицы поступило солидное пожертвование-благодарность за нашу самоотверженную безвозмездную работу. Также имелось и несколько более скоромных пожертвований от аристократов, получивших у нас помощь в ту памятную ночь.
Я сделал себе пометку в памяти, что императрица, оказывается, при всей своей параноидальности и подозрительности — женщина не жадная и не кичащаяся своими поступками. Выходит, что поддержку нам она оказала молча, что делало ей честь. Ещё большую честь ей делало то, что она ни разу не обмолвилась за это время о пожертвовании и не попыталась сделать нас обязанными за него.
— Единственным предприятием, которое не просто вышло на самоокупаемость, но и ещё и приносит прибыль, является артефактная мастерская, — продолжил Леонтьев. — А всё потому, что работать туда перешли почти полным составом юматовские специалисты. Вот уж кто старается на славу, ведь вашими стараниями изобретатели имеют процент с каждого вошедшего в производство и продажу патента. Именно поэтому сейчас это у нас единственное стабильно растущее в прибыли предприятие. Но нельзя сказать, что и здесь нет практически никаких затрат. Есть, и достаточно много: начиная со всевозможных реактивов, образцов и материалов для изобретений и создания пробников и прототипов, и заканчивая гарантированным медицинским обслуживанием в нашем госпитале. Это вообще достаточно приличная статья расходов. Однако же она является весомым аргументом при устройстве к нам на работу. Вы в своё время обещали людям, работающим на вас, бесплатное лекарское обслуживание у нас в больнице, в том числе и магическое, потому люди стараются и держатся за свои рабочие места. Собственно, зачастую люди и есть наша самая большая статья расходов.
Леонтьев успокоился, перейдя на понятный ему язык. Он выдавал информацию со скоростью пулемёта, будто боялся, что я вновь куда-то исчезну, и он не успеет отчитаться. Я же сидел и вникал в текущую экономическую ситуацию в роду. Признаться, ей я уделял преступно мало времени. Вот теперь и приходилось расплачиваться.
— Полная комплектация штата мраморных карьеров и серебряного рудника стоила немалых средств, как и постепенный набор охраны. Не одними же химерами защищать подобные активы, — тем временем продолжал шпарить, как будто по написанному, Леонтьев. — А ещё ведь кроме рабочих набирали ещё и штаты управленцев. Если рудник постепенно оправдывает набранный штат, то с мраморными карьерами всё несколько сложнее. Я даже притормозил набор специалистов, потому что выработки мрамора под заказ сейчас минимальны. Неваград, который обычно принимал на себя львиную долю мрамора с наших карьеров, нынче практически застыл. Строительство остановлено. Доставка практически невозможна из-за ледостава. Кроме того, вся обстановка в империи не располагала к затратам на обустройство дворцов, парков и набережных. Все, наоборот, ждали войну и тратиться в преддверии оной никто не хотел. Поэтому пока добыча у нас держится на том же уровне, но склады забиты продукцией. А зарплаты мы продолжаем платить в полном объёме.
— А что с деревнями?
— Ой, деревни — это самая меньшая наша проблема, — скупо улыбнулся Иван Иванович. — Хвала богам, в этом году был нормальный урожай. Кое-что мы выкупили у них по столичным закупочным ценам, этого с лихвой хватило для обеспечения финансовой подушки у деревенских домохозяйств. Плюс малыми средствами восстановили местную лесопилку после памятных вам событий. Пока лесопилка работает по минимальным ценам и продаёт продукцию самим же деревенским. Они обновляют избы и подсобные хозяйства. Позже будем продавать на сторону по несколько иным ценам.
— Иван Иванович, миленький, давайте вернёмся к изначальной теме беседы. Чем так критично приобретение нами дворцового комплекса Дюльбера?
— Ваше сиятельство, дело в том, что, судя по тому, что вы расписали, дворцовый комплекс Дюльбера будет обходиться нам кратно дороже, чем содержание того же Химерово. Штат на такой дворец составляет порядка шестидесяти человек, не говоря уже о расходниках на его содержание. Те самые энергетические накопители будут жрать львиную долю расходов на него, а в перспективе все наши предприятия скопом при таком потреблении будут работать только на Дюльбер. А прибыли он не принесёт вовсе! Одни сплошные расходы! Красиво? Да! Статусно? Непременно! Царский подарок? Несомненно! Но мы его не тянем.
— Это расход в пиковой ситуации, — попытался пояснить я Леонтьеву, — в связи с замерзанием черноморского побережья. Как только лёд сойдёт, потребление накопителей кратно уменьшится. Мы это обсуждали с главным садовником Розинцевой. И если уж прибыли он не приносит, то можем попробовать обустроить что-то вроде питомников для разведения экзотических растений на продажу.
— Хм… возможно на булавки хватит… — в задумчивости пробормотал Леонтьев, ещё раз вчитываясь в список накопителей. — У нас и сейчас дыра в бюджете, закрыть которую достаточно сложно. Да только кто ж знает, сколько этот ледостав стоять будет, — управляющий пытливо взглянул на меня, не решаясь задать главный вопрос.
— Иван Иванович, по примерным прикидкам, до восхождения принца на трон. А там уж сень его огненных крыльев должна будет накрыть империю и несколько согреть её береговые линии.
Леонтьев что-то прикинул в уме:
— Если слухи не врут, то это на зимнее солнцестояние, ориентировочно?
Получив мой кивок, Иван Иванович принялся черкать на бумаге артефакторным пером множеством сумм со стрелками, перемещая одному ему ведомые доход и расходы из одной статьи в дургую, словно косточки на счетах.
— Три недели мы ещё как-то вытянем, — задумчиво пожевав кончик артефакторного пера, ответил он. — Но всё равно дефицит будет приличный на конец года.
— А если поподробней?
— У нас продукции мраморной на складах уже под сто тысяч зависло.
Я чертыхнулся.
— А это всё зарплаты, транспортная логистика…
— Можешь не продолжать, — прервал я его. Прикинув, сколько мне дал алхимик в Стокгольме за кровь ледяных виверн, я подумал, что в пространственном кармане у меня вполне мог лежать впечатляющего размера капитал. В таком разрезе жизнь Шанталь действительно выходила баснословно дорогой. Ну да фарш обратно не прокрутишь, потому не было смысла жалеть о содеянном. Однако же имеющихся у меня останков должно было хватить, чтобы поправить дела в роду. — Допустим, сто тысяч можно будет компенсировать своими средствами.
Леонтьев у ставился на меня так, будто я от него скрывал погреб, доверху забитый золотыми слитками.
— Будь добр, дай задание кому-нибудь из неявно связанных с нами лиц узнать, сколько стоят ингредиенты из ледяной виверны.
— О-о, — округлились глаза у Ивана Ивановича. — А у нас что-то есть?
— Есть, — кивнул я. — И да, если есть возможность, подумайте с Юматовым: возможно ли указанные в списке накопители заменить на накопители из крови ледяных виверн? Этого добра у нас тоже достаточно.
— Так это же в корне меняет дело! — загорелись азартом глаза у нашего управляющего. — Когда нужна указанная партия накопителей?
— Через неделю максимум, желательно раньше.
— Понял, — кивнул Леонтьев. — Если у вас всё…
— Нет, погоди, — остановил я управляющего. — Есть ещё один вопрос, скажем так, личного характера. У нас проживает в особняке альбионка, и, возможно, в будущем она станет княгиней Угаровой. Девица, весьма сведущая в магии металлов.
— Да уж, слышал я про эту сведущую. Юматов себе едва ли не все волосы на голове выдрал: сперва от возмущения, а после от счастья, что такой уникум ему попался, — рассмеялся управляющий.
— Так вот, барышня в том числе и особо хороша в работе с серебром. Рудник у нас свой есть. Подумай на досуге, где ей можно личную ювелирную мастерскую организовать.
— Хорошо, заодно узнаю, кто у нас нынче в столице в этой сфере работает, чтобы знать, кому дорогу перейдём, — хмыкнул Леонтьев. — И ваше сиятельство, можно нам с Юматовым образец крови виверн, хоть маленький? Ему бы для подсчётов пригодился.
— Без проблем.
Я провалился в собственное «Ничто» и выбрал один из мелких камешков синего цвета, размером меньше перепелиного яйца.
— Если это мелкий… — зажглись восторгом глаза управляющего, — то беру свои слова назад насчёт дефицита. Покроем всё. И всех!
Мне кажется, управляющий готов был взлететь, не имея крыльев, от открывающихся перспектив.
— И да, Иван Иванович, насчёт рения, нужного Юматову для протезов… попробуйте выбить нам долю в натуральном виде. Если не выйдет, то я через дворец попробую надавить.
— Сделаем.
***
Сколько бы я не откладывал сам для себя момент начала обучения с Шанталь, но её помощь была мне нужна. А потому попросив Кхимару и Войда меня подстраховать, я отправился прямиков к голландке. Той в комнате не оказалось, зато химеры мигом подсказали мне, что Шанталь ещё с утра засела в библиотеке с гербовником Российской империи.
Меня такое занятие порадовало. Умная девочка, не зная, сколько проживёт здесь, она принялась изучать окружающую действительность из доступных источников.
До ужина была ещё пара часов, и вспомнив своё обучение с Инари, я решил, что некоторые знания действительно осваивать лучше на голодный желудок, чтобы в процессе случайно не вернуть все поглощённое.
— Заканчивай грызть гранит науки, — обратился я голландке. — У нас с тобой первое занятие.
Девушка вздрогнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки. Я заметил даже робкий интерес. После статуса неодарённой в собственном роду, ей, вероятно, не терпелось начать изучать магию, но она не торопила меня с обучением, здраво опасаясь это делать из позиции должницы.
— А как и где будет проходить занятие? — робко поинтересовалась моя новоявленная ученица, аккуратно складывая книги в стопку, прежде чем вернуть их на полки.
— Для начала будет что-то вроде медитации для осознания силы. А где… Где тебе будет спокойней?
— Наверно, в своей комнате, — после секундного размышления ответила Шанталь.
— Тогда пойдём.
Как назло, на втором этаже нам по дороге встретилась Эсрай. Она лишь вопросительно вскинула бровь, когда я входил в комнату голландки, но удержалась от вопросов.
Шанталь поселили в обычные гостевые покои с широкой кроватью под балдахином, шкафом на резных ножках, жарко пылающим камином и небольшой чайной группой из столика и двух кресел возле него. На полу лежал светлый ковёр с толстым ворсом.
Я скинул подушки на пол и первым сел на ковёр, откинувшись на край кровати и вытянув ноги. Кхимару под иллюзией бесшумно устроился на подоконнике, подобрав под себя ноги. Внутри меня, на грани сознания, тихо заворочался Войд, словно устраивался поудобней в зрительском зале.
— Присаживайся, — я кивнул на место рядом с собой.
— Я лучше постою, — пискнула девушка, нервно теребя одну из оборок на простом сером домашнем платье, которым с ней поделилась Эльза.
— Шанталь, тебе нужно расслабиться, а стоя у тебя это вряд ли получится.
Она тяжело вздохнула, но села. По-змеиному гибко, но с прямой спиной, будто шпагу проглотила.
— Боги, ты же не на экзамене. Сядь, чтобы тебе было удобно. Плед возьми, если хочешь… — пытался я расслабить пустотницу, но видимо бестолку.
Она нервничала, то ли боясь моей близости, то ли неизвестности. А то и вовсе могла опасаться моих домогательств.
Я мысленно поморщился. Сложно учить кого-то, когда ученик чувствует себя как на экзекуции.
— Вы так и не сказали, какой у меня дар, — наконец, выдавила она из себя главный вопрос.
— Твой дар — пустота.
— Надо же, никогда о таком не слышала, — буркнула Шанталь. — Звучит уныло.
— Но стихия эта сильна и вариативна. Ты даже не представляешь, какие она открывает перспективы.
Боги, да я сам себе сейчас Махашуньяту напоминаю, рекламируя её дар. Она мне за такое ещё приплачивать должна.
«Ну да, заплатит, а потом догонит и ещё добавит!» — хохотнул Войд в ответ на мои мысли.
— Ты должна научиться её чувствовать для начала, и только потом можно начать изучать конструкты из её арсенала.
— Да что там учиться, — голос у голландки был чуть надтреснутым. Она смотрела на пылающие в камине дрова и даже не моргала. — Сколько себя помню, я была пуста. Искала хоть искру магии, но тщетно. Так что пустоты внутри меня с избытком.
Шанталь постаралась скрыть свою горечь за смешком, но ей это не удалось.
— Это не та пустота. Нам нужна другая, — возразил я, пытаясь подобрать хоть какие-то аналогии, чтобы зацепить сознание ученицы. Увидев, что та неотрывно следит за огнём, я решил попробовать его в качестве сравнения. — Предположу, что как змея ты привыкла чувствовать мир через тело, — начал я, пытаясь сконцентрировтаь её внимание. — Через тепло, через огонь. Магма — это наполнение. Она заполняет собой пространство, жжёт, меняет. А пустота… — я на секунду задумался, подбирая слова. — Пустота — это отсутствие. Дыра. Место, где ничего нет. Попробуй отыскать её внутри себя. Внутри своей энергетической структуры.
Шанталь даже не моргнула. Так и застыла со стеклянным взглядом, утопая им в пламени.
«Так ничего не выйдет, — подал голос Войд. — Огонь её манит, как близкое, знакомое… безопасное убежище. Она в нём прячется».
Я и сам это видел. А что если…уйти в моё Ничто?
Там спокойнее и нас никто не потревожит. Идея была не лишена смысла. Пространство пустоты — абсолютная тишина, никаких отвлекающих факторов. Но…
«Какой безопасный срок нахождения в моём пространственном кармане для человека, связанного со мной клятвой крови?» — вопрос я задавал всем своим подселенцам сразу.
«За пару часов до ужина ничего с ней не случится, — пришёл почти единогласный ответ. — Да артефактов пустоты у тебя хватает. Они должны повлиять положительно».
Я кивнул. Логично.
Пока девушка сидела с безучастным видом, я протянул руку, коснулся её плеча и провалился в собственное Ничто, утягивая её за собой.
Мир вокруг схлопнулся в точку и распался.
Мы стояли в пустоте. В прямом смысле. Вокруг — ни тьмы, ни света, ни верха, ни низа. Просто отсутствие всего. Только мы двое и я, ощущающий привычные границы своего пространства.
Шанталь охнула, схватилась за мою руку, но не закричала. Молодец.
— Где мы? — прошептала она.
— Считай, что я тебя чуть подтолкнул к знакомству с твоей первостихией. Здесь тебя не ничего не отвлечёт. Ты зациклилась на пустоте внутри, не представляя, какова она снаружи. Ощути её вокруг, и тогда отыщешь каплю этой силы внутри. Отпусти мою руку. Ты в безопасности.
При этом я чувствовал, как все химеры тихо сидят, забившись подальше от нас, дабы не мешать процессу обучения. И ведь даже не шуршали, поддерживая легенду об абсолютной пустоте, чем только подтверждали аксиому: «Если ты смотришь в пустоту, то будь готов к тому, что и из пустоты кто-то посмотрит на тебя».
Спустя пару секунд Шанталь всё же отпустила мою руку, чтобы с удивлением понять, что она не рухнула куда-то вниз, и не взлетела вверх. Пустота не давила на неё, а словно принюхивалась, знакомилась, узнавая в ней отголоски себя.
— Хорошо. Теперь закрой глаза и слушай мой голос.
Она послушалась на этот раз без возражений и споров.
— Ты уже касалась пустоты, — сказал я тихо. — Когда умирала. Вспомни тот миг. Не боль. То, что осталось, когда боль ушла. Тишину. Пустоту внутри себя.
Она молчала. Дышала.
«Скажи ей представить, что она сбрасывает кожу, — подсказал Войд. — Но не старую, как змея, а всю. До костей. Она сбросила со смертью свою прошлую жизнь, как кожу. Как и мы все. Если она будет зацикливаться на прошлом, она закроет себе будущее. Ей нужно раскрыться, поверить, что родился новый путь, новая дверь, новая она. Ей дали шанс, и только от неё зависит, воспользуется ли она им или нет».
Я послушно повторял слова за Войдом, отстранённо осознавая, что они касаются всех нас, переродившихся в этом мире, имеющих самые разные истории и багаж знаний, опыта и боли в прошлом. Нам всем дали шанс на разных стартовых позициях, но все мы: Юрий Угаров-Юрдан Эсфес, Каюмова-Аста, Юмэ Кагеро-Инари, Альб Ирликийский-Войд плыли, по сути, в одной лодке, несущейся к водопаду, и пытались выгрести к берегу.
Не знаю, то ли мы вместе с Шанталь настроились на одну философскую волну, то ли Махашуньята в этот раз решила помочь своей новой послушнице, Шанталь вдруг перестала дышать и резко открыла глаза, в которых отразился чёрно-синий водоворот.
— Я чувствую, — сказала она чужим голосом. — Там… что-то есть. И одно… зовёт меня.
Я обернулся мысленным взором. В углу моего Ничто, куда я свалил малый алтарь Махашуньяты и трофеи с мольфаров, лежала куча обсидиановых осколков. Те самые, которыми мольфары проводили жертвоприношения.
— Чёрное. Холодное. Острое, — она подняла руку, не глядя и не целясь. Просто потянулась в пустоту, и та потянулась ей навстречу.
Один из осколков в куче шевельнулся, приподнялся — и скользнул через Ничто прямо в ладонь Шанталь. Та даже не шелохнулась. Просто разжала пальцы, и на них легла чёрная, как ночь, острая пластина обсидиана. Ни пореза, ни крови. Пустота притянулась к пустоте.
Я резко вытолкнул Шанталь из собственного пространственного кармана.
Та, белая как полтно, хрипло дышала, стоя на четвереньках, но в одной руке так и зажимая осколок обсидиана.
— Почему мне так хреново? — просипела пустотница, пытаясь отдышаться.
— Потому что ты не просто почувствовала пустоту внутри себя. Ты заставила её работать на тебя.
Она поднесла осколок к лицу, рассматривая.
— Я… хочу жрать.
Не «я голодна». Не «не мешало бы перекусить». Именно — хочу жрать. С животным, первобытным рыком в голосе.
Я не удержался от смешка. Знакомая реакция. Тогда, в первые дни, когда пустота только поселилась во мне, я испытывал постоянный, выматывающий голод. Не только физический, но и магический. Желание жрать без остановки накрывало с головой, потому что пустота внутри требовала: «Заполни меня. Чем угодно. Просто заполни».
«Там не только Пустота виновата, — отозвался Войд. — Но в одном ты прав. Голод — это маркер. Пустота проснулась по-настоящему».
— Сильно? — спросил я.
— Зверски, — выдохнула Шанталь, хватаясь за живот. — Как будто меня месяц не кормили. А пообедала я часа три назад.
— Это нормально, — сказал я, поднимаясь и подавая ей руку. — Первое время пустота будет выжирать тебя изнутри голодом. Ешь. Много. Всё подряд. Потом пройдёт. Или не пройдёт, но научишься контролировать.
— Ты это… тоже проходил? — спросила она, принимая руку и вставая. Едва удержалась, слегка повело.
— Проходил. Поверь, я знаю, о чём говорю, —я за руку повёл Шанталь на выход из комнаты. — Пойдём кормить твою пустоту. А завтра продолжим.
— Завтра? — простонала она. — Мне кажется, я сегодня объемся на ужине и лопну, не сумев переварить, всё съеденное.
— О, поверь, переваришь! И добавки попросишь! Раза два или три, — хохотнул я. — Добро пожаловать в магию пустоты. Она про порталы, убийственные щиты и пространственные карманы. Но она же про голод, дыры и ощущение, что внутри тебя поселилась бездна или паразит.
Внутри заржал Войд.
Шанталь вздохнула, потирая живот, и поплелась со мной к двери. Только на пороге она посмотрела на осколок в своей руке, потом на меня.
— Он мой теперь?
— Твой, — кивнул я. — Ты сама выбрала. Не отниму. Только не спрашивай, что с ним делали. Ответ тебе не понравится.

Читать всю книгу

Поделится в соц.сетях

Страницы: 1 2

Новые книги

Master от 6-04-2026, 22:08