Кровь Титана
Аннотация
Кровь... Для обычного человека это лишь малая часть наследства, достающегося от предков по праву рождения. Но что, если ты рожден не от обычного человека, даже не от эльфа или демона? На что дает право Кровь Титана в твоих жилах, и какую ответственность налагает? Просто красная жидкость, что содержит саму жизнь или самая важная часть того, что только могли передать тебе предки?
Автор: 0Mopган0
Автор: 0Mopган0
Глава 1
Пятилетний малыш, веселый, заводной и радостный, резко припал к земле, прокатился мячиком, выскакивая из-под палки стражника, и метнулся в кухонную дверь.
- Ха-ха-ха-ха-ха!!! - разнесся по палатам звонкий детский смех, и все, кто его слышал, заулыбались. Никто не мог сдержаться, когда смеется этот ребенок. Даже стражник, гнавшийся за ним через весь двор, но оставшийся за дверью, не смог.
Теплые голубые глаза чада смотрели на мир с искренним любопытством, чернющие волосы опускались ниже лопаток, а руки уже тянулись к столу, свистнуть что-нибудь и припрятать. В этом доме рабов голодом не морили, но и до сыта кормили редко. Простая грубая еда, набедренные повязки вместо одежды, все? как и везде. Мать этого ребенка, когда-то стройная, словно лань, прекрасная, словно сами боги создали этакое чудо, а ныне, изрядно потяжелевшая от постоянных родов, с улыбкой смотрела на своего старшенького. Она всегда выделяла его среди своих детей, ведь он единственный из них, рожден от любимого человека, и вышел просто на загляденье. Единственное, что огорчало женщину, так это полное отсутствие во внешности его кушитских предков со стороны матери, зато его сходство с отцом очень велико.
- Мама, мама, а я смог убежать от Сутрука! И даже палкой по мне не попал ни разочка! - Радостно улыбнулся ребенок, делясь с кухонными рабынями, одной из которых стала и Ишиба, после утери значительной части своей красоты, своим достижением.
- Ох, Мари, однажды Сутрук так надает тебе по заднице, - укорила его Ишиба, но даже она знала, что этого не случится. Сутрук, глава стражи поместья уважаемого купца Морва в малыше Мараке души не чает. А мальчишка все дразнит его и дразнит. То сандалии надрежет, то в кашу добавит приправ, да так, что есть ее после этого нет никакой возможности. Мать внимательно вгляделась в сына, вдруг заметив что-то новое в его глазах, но тут же убедила себя, что ей показалось. Вот только не показалось.
Этой ночью, во сне, к своему ребенку явился отец. Он знал, что не доживет и до завтра, ибо был ранен смертельно, а потому, из последних сил решил позаботиться о том, чтобы род его продолжался. Титан Филонес, которого в Шумере знали под именем Филлион, лежал на прибрежном песке острова Крит, где произошла очередная битва между Титанами и Кроносом, и медленно умирал, но его сил и сейчас хватало на многое. Титан потянулся по связи со своей кровью, ухнул в нее, и выпал во сне пятилетнего мальчугана, едва его не разрушив. Стабилизировал сон одним напряжением воли и проговорил:
- Здравствуй, сын. - Суровый воин, чья жизнь прошла в выживании и боях? не стал рассусоливать, а сформировал ментальный пакет и внедрил его в разум своего потомка, после чего резко приблизился и вбил свои полупрозрачные руки ему прямо в живот, чем напугал мальчика едва ли не до смерти. Титан передавал силу своему ребенку, но она тут же тратилась, вся без остатка. Зато мозг ребенка экстренно развивался, а память прошлой жизни проживалась его разумом, как своя. Сам Титан считал, что прошлая жизнь этой души не очень-то подходит для выживания в этом мире, ведь он просматривал ее вместе с сыном, но это лучше, чем ничего. Это поможет ему не только адаптироваться, но и выжить, а значит, оставить потомство с сильной кровью. Кровью Титанов. К тому же, оставалась маленькая надежда, что старший брат, Зевс, позаботится о племяннике, но в это верилось слабо. В Элладе идет война, а племянник слишком слаб, и толку Зевсу от него никакого.
Закончив с этим делом, Титан выдохнул пришедшему в себя мальчику:
- Выживи... - И исчез. Через несколько минут все мудрецы, маги, ведьмы и колдуны почувствовали, что мир покинул очередной Могучий. В последнее время это не редкость, но привыкнуть к астральным волнам подобной мощи трудно, если вообще возможно. Эти волны слышны даже в соседних мирах, настолько Титаны сильны.
А мальчик... он прожил в своем сне целую жизнь в тридцать три года длиной, был школьником, подростком, солдатом, семьянином, жертвой аварии... Он перестал быть мальчиком, он стал мужчиной в теле ребенка пяти лет. Он знал, что проснется, как только пожелает, но пока что к этому не стремился. Он обрабатывал ту информацию, что оставил ему... отец. Титан. Не поверить всему этому было просто невозможно, ведь то, что он пережил и узнал... Выдумать все это просто невозможно. Впрочем, самый главный факт, который слегка выбил его из колеи - душа существует. Остальное он пока просто запоминал, но не обдумывал. На это еще будет время. Впрочем, он едва успел запомнить послание отца в этой новой жизни или реинкарнации, когда проснулся. Сила, переданная Титаном, кончилась? и мальчик проснулся, почувствовав, что кровь из носа залила его новую плетеную из трав и сена подушку, подаренную мамой. Он встал, умылся из фонтана во дворе, присыпал песком кровавые разводы, и вернулся на свою кровать, если так можно назвать плетеную подстилку, и перевернул "подушку" чистой стороной к себе. Утро вечера мудренее.
С самого утра мальчик был задумчив, он просеивал новые знания и менял мировоззрение. Магия существует, и нынешний отец владел ей, точнее чем-то похожим. Хоть он и был больше воином, но это не умаляет его истинные возможности. Да ребенок и сам видел настоящую магию полгода назад, когда хозяин поместья приглашал целителя для своей дочери, просто для пятилетнего ребенка это было настолько непонятно, что разум отсеял событие в папку "неважное", да и все. Маг что-то пошептал, поводил руками, сжигал какие-то травы, и хоп, дочка хозяина выздоровела, причем буквально за несколько минут. А ведь от нее уже оставались только кожа да кости.
Но фиг с ней с магией! Марак со всей печалью осознал, что он раб, рожденный рабыней. Здесь, это статус на всю оставшуюся жизнь. Благословенный Шумер, одно из самых развитых государств мира на сей день, просто не имело социальных лифтов! Вообще! Родился рабом, будешь им всю жизнь. Вниз еще можно спуститься по социальной лестнице, но вверх подняться нереально.
- Твою мать, - на исковерканном русском выразил всю глубину жопы, в которую попал, мальчик. Отношение ко всему произошедшему у него может быть любым, но играть пятилетнего мальчугана тяжело, почти нереально. Однако, за утро никто ничего не заподозрил. Он все так же шалил, смеялся, носился по двору поместья, и незаметно помогал обитателям по мелочам. Пять лет ребенку, уже почти взрослый, по здешним меркам. Вот так и получилось, что Марак изменился полностью всего за одну ночь.
А следующим утром он встал раньше обычного, и подобрав ветку у самого забора, отправился на задний двор. Притаился там и стал запоминать все, что видит. И посмотреть там было на что. Сутрук, глава стражи поместья, хотя там всей стражи четыре воина, гонял их в хвост и в гриву.
Он крутился на одном месте, выйдя один против четверых, с бронзовым мечом в руке, да щитом в половину роста, и всегда успевал отразить удары подчиненных. Меч этот стоит не меньше восьмой части такого поместья как это, а воин, что им владеет, не среднего умения, это точно. Сутрук был сотником в армии императора и не раз участвовал в настоящих сражениях
Когда бойцы разошлись, Сутрук позанимался еще полчаса, и тоже ушел омыться от пота. А Марак наоборот, вышел на ту же полянку и стал повторять все увиденные удары, только вместо меча в его руках была деревяшка странной "загагулистой" формы.
Мальчик занимался упорно, как только мог. У него заболела кисть, и он сменил руку. Ноги едва держали уставшее тело, но он продолжал. Он чувствовал взгляд в спину, так что нужно было показать себя с наилучшей стороны будущему преподавателю. Чувствовать взгляды на себя он всегда умел, просто раньше, будучи ребенком, не облекал это в слова. А теперь он использовал это в собственных интересах. Мальчик совсем выбился из сил, и упал на песок. Только тогда он почувствовал, что Сутрук ушел и больше не смотрит.
- Понадобится много времени и усилий, - пробормотал мальчик, глядя в синее небо. И был прав, потому что взаимное подглядывание продолжилось почти полгода, когда, наконец, Сутрук вышел из своего укрытия, и молча поправил положение руки и ноги длинной палкой, больше похожей на короткий посох. Марак еще понятия не имел, как сильно он возненавидит эту палку, но знал, что пойдет сколь угодно далеко, чтобы перестать быть рабом.
Два года спустя.
Купец Морв вернулся домой из очередного путешествия, на этот раз в Индию. Путешествие было долгим, полным опасностей и прибытка, но главное, что по приезду домой, все было в порядке. Дочка подрастает, старший сын показал себя в путешествии с самой лучшей стороны, и Морв был счастлив. Только через три дня, намиловавшись с женой, которая правила этим уголком счастья в его отсутствие, он призвал к себе верного Сутрука.
- Я здесь, господин Марв, - вошел в первую комнату на мужской половине страж.
- Проходи, Сутрук, проходи и рассказывай, как тут все было без меня.
- Благодарю, господин. Все, как и всегда, хорошо. Жена твоя благочестива пред богами и мужем, налоги выплачены, рабы работают, стражи стерегут, - склонил голову мужчина.
- Слышал я, что кухонная рабыня снова на сносях, и говорят, что твой отпрыск в ней, - усмехнулся купец.
- Может и мой, а может и нет, надо мага звать, как разродится.
- Будешь выкупать? - спокойно спросил Марв. Такое, пусть и редко, случается.
- Возможно. Смотреть нужно, кого родит. Если девку, то нет, - столь же спокойно ответил Сутрук. У него не было желания платить за девицу, да еще и обеспечивать ее приданым, а до того - растить. Пусть мать с этим разбирается. Если мальчик родится, тогда и думать будет.
- Понимаю, - кивнул купец, и ехидно прищурившись, спросил:- А кого другого выкупить не желаешь?
- Если Вы про Марака, господин, то еще думаю.
- А что так?
- У него есть воля, есть и упорство. Таланта нет, - пожал плечом воин.
- Ну, как я слышал, мальчик в семь лет выдерживает те же тренировки, что и твои подчиненные, а ты говоришь, что нет таланта? Да ты никак торг уже начал, и господина без штанов оставить желаешь?
- Начал, конечно, - улыбнулся на возмущение купца Сутрук. - С Вами ведь нельзя по-другому, не то так цену заломите, а я потеряю подающего надежды бойца. Но время идет, и нужно давать ему в руки копье, но какое там копье рабу? - Воин был спокоен, как скала. Он знал, что с господином они договорятся, не в первый раз.
- Эх, отец его воином был справным, удачливым да сильным, - с намеком на отличную родословную, пробасил купец.
- Знаю. Я его хорошо помню, и в тренировочном бою с ним сходился один раз. Гвардеец, не меньше, а то и телохранитель, - покачал головой бывший сотник пехоты. Он видел однажды, как сражаются телохранители Императора, и знает, о чем говорит. Элита воинов империи Шумер, сильно выделяется из любых других армейцев. Поговаривают, что они и против мага могут выйти, и даже победить. Конечно, не против магистра, но мастера завалят точно.
- Да, невероятный боец, овеянный вниманием богов. И за сколько ты хочешь выкупить его сына? - сделал ударение на предпоследнем слове купец.
- Полторы цены взрослого раба, больше не дам, - сразу дал честную цену Сутрук.
- Три, - азартно включился в торг купец, но увидел кислое лицо стража. - Что?
- У меня всего полтора золотых. Больше золотого я не отдам, к тому же, это честная цена, господин. Вдруг мальчик родится? На что сына выкупать стану?
- Понятно, - кивнул Марв. - Цена, в общем, честная, именно столько он стоил бы на базаре Вавилона или Ура. Так что я согласен, но с условием, что пока ты на меня работаешь, он тоже будет у меня работать.
- Подходит. Но тогда его питание на вас, господин.
- Из рабского котелка пусть жрет, этот волчонок точно выживет, только сильнее станет, - спокойно пожал плечом Марв.
- Вот и договорились. Деньги занесу вечером.
Так Марак перестал быть рабом, но стал свободным, принадлежащим Сутруку. Его вписали в Книгу Свободных, и вычеркнули из Книги Рабов, но по факту, он не перестал быть рабом, только обязательства и принадлежность сменились. Марак это понимал не хуже остальных, а потому старался на тренировках изо всех своих сил. Стоит сказать, что этих самых сил у него было явно больше, чем у любого другого семилетки, но он скрывал их, как только мог. Единственное, что выбивалось из картины нормального семилетнего мальчишки, так это выносливость. Он махал тяжеленным чурбаком, выданным ему вместо копья часами, тогда как любой другой, даже взрослый, давно бы слег от таких нагрузок. Кровь Титанов, это не просто слова, это куда более плотная и сильная аура, что, как "сказал" ему отец, даст долголетие, в районе трехсот-пятисот лет, большую силу, выносливость и живость ума. Последнее он и сам заметил, даже раньше, чем понял, что границ развития телесной силы или ловкости просто нет. Думать было легко. Он прошелся по всей школьной программе буквально за полгода вечерних размышлений. Объем внимания стал куда больше, и удерживать в уме задачи стало просто и естественно, да и решать их тоже.
Перейдя на институтскую программу, мальчик заметил некоторую тяжесть, но тоже ничего особенного. Мозги пахали как ломовая лошадь, только напрягай! К семи годам Марак подошел к середине институтской программы, и то, только потому, что вспоминать каждую отдельную задачу было сложно, и приходилось прикладывать усилия в течение дня, что бы вечером спокойно порешать. Математический факультет московского технического, это не фунт изюму. Там программа далеко не для тупых, но постепенно он ее перемалывал, заодно вспоминая многие нюансы, например способы быстрого счета, и забивая такие умения на подкорку. Пожалуй, именно это составляло большую проблему, а вовсе не сами расчеты.
Мышечная память так же не спешила запомнить все нужные движения, в этом смысле не отличаясь от любого другого человека. Ко всему нужна привычка, и эту самую привычку Марак нарабатывал не щадя себя. Основная проблема с тренировками оказалась не в них самих, а в питании. Рабов кормили далеко не досыта, но он огромное количество энергии тратил как на физические тренировки, так и на умственные, а мозги забирают как раз львиную долю сил. Но вот ведь штука! Как бы он не устал вчера, утром он был свеж, силен и ничего не болело. А он изрядно перетруждал мышцы, причем ежедневно! Это тоже влияние сильной и плотной ауры, что радовало мальчика безмерно. Непоседливость компенсировалась постоянным состоянием усталости, и только поэтому он мог сосредоточиться на всестороннем развитии. Ну, еще, конечно, посох Сутрука, это да. Он не щадил будущего воина, и колотил его за ошибки по спине и заднице от всей души. Увернулся? Молодец, ну а на "нет" и суда нет. Так текла жизнь Марака до четырнадцати лет, когда он официально стал воином и пошел в свой первый поход с купцом.
Тридцатилетняя Ишиба смотрела каравану хозяина вслед. Вместе с ним уезжал от нее старший сын и ей было больно от этого. Еще не старая женщина, но уже без нескольких зубов, изрядно пополневшая и оттого давно непригодная в постельные рабыни, она даже сейчас сохранила следы былой красы и одинокой не была. Но ни один мужчина не вытеснит из сердца любящей матери сына. Ему всего четырнадцать, а он уже просто копия своего отца. Высокий, статный, красивый... хищник. Это было видно во всем, во взгляде, прямом и уверенном, в походке, по-воински мягкой и тихой, даже в движении плеч, которое делал его отец, словно такие вещи могут передаваться на уровне крови.
Медный меч, выданный ему Сутруком в эту поездку, не болтается, а словно влитой, держится у пояса. Наконечник копья, с помощью которого молодой воин должен сам сделать полноценное оружие, выдан купцом, а щит давно сделан своими руками. Медь на умбон перекована из скоб, честно сворованных во время стройки соседнего поместья, а местный кузнец собрал щит и умбон в одно "тело". Зачем ему этот умбон, было понятно каждому, но здесь, в просвещенной империи Шумер, так просто не делали, а потому, те кто видел, удивлялись. Да и форма щита не здешняя - круглая, словно глаз Шамаша, ноги не закрывает, да только вот подвижность увеличивает изрядно, в отличие от полуростовых плетеных щитов местных вояк. Тяжелые защитные конструкции не позволяют двигаться быстро и смело, и приходится рулить щитом буквально всем телом.
Был у парня и доспех для тела, только о нем, кроме кузнеца никто не ведал, да и он знал только то, что ковал сами чешуйки из меди, но и те "дырявые". Зачем, почему, он не знал, получил заказ и выполнил, на том и все. Уже после, Марак своими руками навязывал их на кожаную куртку. Деньги на все это он честно заработал, так как четверть стандартной платы стража он стал получать с тринадцати лет, когда стал уверенно побеждать в бою не только четверку подчиненных Сутрука, но и его самого.
Быстрый, словно мангуст, сильный, как медведь и умный, как мудрец, он не знал себе равных на тренировочной площадке. Ловкий подросток, уже к тринадцати годам достигший роста в метр семьдесят, крушил "врагов" одного за другим. И ни разу за это время, он не показал своей истинной силы и скорости, даже намеком не дал понять, что то, что он показывает, это не максимум возможностей его тренированного тела. Зато каждую ночь, вставая за два часа до рассвета, он перепрыгивал глиняный забор поместья и у самой кромки воды отрабатывал полные комплексы с копьем и мечом, но там уже совсем на другой скорости. Он словно расплывался, а воздух стонал от скорости копья, да и само оно гнулось, сопротивляясь таким нагрузкам, довольно часто ломаясь. Найти подходящую древесину для него так и не получилось.
И вот теперь, этот парнишка уже полноценный страж, ушел в поход в дальние страны, где все чуждо, все другое. Где нет власти священной Империи, и смерть подстерегает на каждом шагу. Мать прощалась с сыном, стоя на дороге, что уводила его из родного дома.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 57 дней со дня публикации.