Глава 2
Капсула открылась бесшумно — и впервые за всё время в городе мне стало не по себе.
Не от боли. Не от иголок, не от сывороток и не от загадочной дряни, которую мне вкололи.
А от их лиц.
Маги и ассистенты, ещё недавно оживлённые, почти болтливые, вдруг стали подозрительно молчаливыми. Лица — застыли. Кто-то сделал вид, что занят артефактами, кто-то уставился в пол. Даже девушка с линзой — та, что перед этим щебетала, как птичка, теперь будто превратилась в изваяние.
Они что-то увидели. Что-то, что не хотели озвучивать в моём присутствии.
— Субъект стабилен, — наконец сказала женщина в мантии с серебряной полосой. Её голос был спокойным, но уже без прежней лёгкости. — Магическая реакция в допустимых пределах. Воздействие эссенции... принято.
Я сел, опираясь на руки.
— И каков диагноз? — поинтересовался я, разминая шею. — Я всё ещё ходячая бомба или могу наконец поесть?
— Вы... Полагаю, вы в своем роде уникальны, — ответила женщина после паузы. — Некоторые показатели не поддаются быстрой интерпретации. Мы передадим результаты специалистам более узкого профиля для глубокого анализа.
— Чувствую себя чемоданом без ручки, — фыркнул я. — Неудобно, но выкинуть жалко.
Женщина многозначительно на меня уставилась.
— Не выкидывают только то, что может быть полезно. А сигнатуры, которые мы получили, могут заинтересовать некоторые кланы...
— И что мне с этим делать, почтенная?
В этот момент в зал вошёл человек лет двадцати пяти в сверкающе-белой форме с золотыми вставками. На его груди — герб клана Солнцерожденных в виде двух солнц, на плечах — серебряный плащ с алым подбоем. Явно кто-то из “высшей касты”.
— Второй помощник Альтен, — представился он, не глядя на меня. — Совет клана Солнцерождённых. Мы получили уведомление о нестандартном субъекте.
Женщина кивнула, не проявляя ни малейшего почтения. Парень явно хотел насладиться произведенным эффектом. Но... Видимо, не на ту напал.
— Результаты диагностики переданы канцелярии вашего клана, — невозмутимо сказала дама. — Пациент стабилен. Заключение — не подвержен магическому загрязнению. По нашей классификации сигнатур проходит как «Н-особый». Это всё, что я могу вам сказать, господин Второй помощник.
Альтен подошёл ближе. Взгляд — ледяной. Глаза цвета отмытых монет.
— "Н-особый"? Этого недостаточно! — Он обернулся к ассистентке. — Я требую полный доступ к первичным данным, включая энергетические сигнатуры и фазовые срезы.
— Боюсь, это не в вашей компетенции, господин Второй помощник, — спокойно возразила женщина. — Пациент находится под юрисдикцией Ордена Белой Ткани. Согласно Уставу, только наш Орден может распоряжаться случаями нестабильной структуры, если она не несёт угрозы.
— Вы ошибаетесь. Согласно параграфу четырнадцать-три, при подозрении на связь с Дикими землями и потенциальную контаминацию, Солнцерождённые вправе...
— …вправе запрашивать наблюдение. Не вмешательство. — Она сделала шаг ближе. Её тон остался мягким, но в голосе появилась сталь. — Вы получите копии отчёта, как и остальные кланы и Совет. Но субъект останется в пределах Башни до окончания дополнительного анализа.
Альтен прищурился.
— Вы берёте на себя ответственность за возможные последствия?
— Я — магистр Элиса Виррен. И да, я беру на себя ответственность. Как и пять лет назад, когда вас, господин Альтен, выносили из заражённого сектора. — Она улыбнулась, но взгляд её был ледяным. — Помните тот случай?
Тишина.
Альтен отступил на шаг.
— Совет моего клана будет наблюдать. Постоянно.
— Наблюдайте, — кивнула магистр. — Но без вмешательства. Или последствия — на вас.
Он развернулся и ушёл, не попрощавшись.
Я выдохнул.
— И кто же был этот очаровашка?
— Советник тактического крыла Дневного клана, — сказала женщина. Теперь я знал ее имя - Элиса. — Один из тех, кто управляет оперативными действиями Дневного клана. У них много глаз. И ещё больше зубов.
— Он тоже думает, что я монстр? — улыбнулся я.
— Возможно. Или же Солнцерожденных заинтересовала ваша особенность, что вероятнее.
Я поднялся с платформы.
— Что теперь?
— Отдых. Наблюдение. А дальше… — Она замялась, снова теряя уверенность. — А дальше будет зависеть не от вас. Вы — аномалия. Но не агрессивная. По нашей классификации: класс «Н-особый».
— Звучит, как диагноз.
— Звучит, как привилегия, если попадёте в правильные руки.
— А такие у вас есть?
Она едва улыбнулась.
— Вас передадут под наблюдение по протоколу. Вы временно переводитесь в нейтральную зону. В приёмник для неидентифицированных. Их еще называют безродными - простолюдины, обладающие склонностью к магии, но не принадлежащие к списку магических семей, — сообщила магистр. — До дальнейшего распоряжения.
— А если я не хочу быть неидентифицированным?
— Тогда вам стоит что-нибудь вспомнить, Ром.
Имя она произнесла с нажимом. Словно хотела дать понять, что для них я теперь не просто “субъект”.
— Интернат Безродных — приют для тех, кто по какой-то причине оказался без идентификации, рода и истории, — пояснила она. — Вам предоставят крышу, еду и шанс на базовое магическое обучение, если проявите дар. Но…
— Но?
— Оттуда редко выходят.
Вот это уже звучало ближе к правде.
Я хотел было что-то съязвить, когда за моей спиной вдруг раздался голос. Женский, тихий, но почему-то разрезавший воздух, как клинок.
— Прошу прощения, что вмешиваюсь, но я здесь по делу.
Я обернулся.
В дверях стояла женщина в длинной мантии цвета ночного неба — глубокий тёмно-фиолетовый, с серебряной вышивкой по подолу. На её плечах покоился знак — круг, разделённый наполовину луной и звёздами. На груди — брошь с символом лунного серпа. Её волосы были заплетены в строгий узел, а глаза... Казалось, в них жила сама тьма.
— Магистр Салине, — сухо произнесла Виррен, поджав губы. — Мы не ожидали вас так скоро…
— К чему медлить? — перебила её женщина. — Один из тестов, — она кивнула в сторону диаграмм на кристаллическом экране, — показал стабильный отклик на Теневую синхронизацию. А такие реакции - уже наше поле для работы. Благодарю за то, что оперативно поделились информацией.
— Это может быть случайным совпадением, — неуверенно сказала ассистент с «лупой».
— Возможно. Но даже редкая случайность заслуживает внимания, — Салине посмотрела на меня. Не так, как смотрела Виррен — не как на объект исследований. Как на фигуру, которую нужно поставить на доску. — Я прошу передать этого юношу под временное наблюдение Ночного клана. Пока не будет выявлена природа отклонения.
— Но у него нет рода, магистр, — возразила Виррен. — И нет подтвержденной связи. Вы не можете взять его.
— У него есть реакция, — спокойно сказала Салине. — А ещё… у него толком нет ничего, что привязало бы его к Дневному свету. Вы же сами видите.
Я вдруг ощутил лёгкий холод. Не от слов — от того, насколько точно они во мне отозвались. Да, я не знал, кто я. Но всё здесь, в этом городе света, ощущалось как… не моё. Я чувствовал это каждой клеткой. Словно жил в чужом теле.
— Вы полагаете, он может быть одним из ваших? — спросила Виррен, прищурившись.
Салине на миг замолчала. Потом тихо, почти шёпотом ответила:
— Я обязана проверить. А если он — нашей крови? Вы хотите, чтобы он заглох в интернате, или… чтобы его подобрал кто-то похуже и превратил невесть во что?
Мне не нужно было быть магом, чтобы понять, что под «похуже» она имела в виду кого-то из Дневных. Может, даже кого-то из тех, кто меня уже видел. И, кажется, испугался, раз захотел так быстро прибрать к рукам.
Салине подошла ко мне и протянула тонкий браслет. Металл — тёмный, с серебряными знаками, едва заметными. Он был холодным на ощупь, но когда я взял его — странным образом уменьшился под размер моего запястья. Словно ждал меня.
— Это временный пропуск, — сказала магистр. — Знак допуска в квартал Лунорожденных. Не теряйте его. Без него вы не пройдёте ни один барьер. На официальный запрос ответят не раньше завтрашнего дня, поэтому пока что останьтесь в стенах Ордена Белой Ткани. Этот браслет станет не только вашим пропуском в квартал Лунорожденных, но и билетом на выход за пределы интерната.
— Лунорожденные? — переспросил я.
— Так называют наш клан, — кивнула она. — Ночной клан. Мы — тень города. Его вторая половина. И возможно — ваша.
Она развернулась к Виррен:
— Я подаю официальную заявку. Наш глава, Герцог Варейн уже уведомлён. Господин Ром — мой кандидат на отбор в рекруты.
Господин? Забавно. Из босяков в господа за несколько часов - вот это я понимаю, рост по социальной лестнице.
Я приподнял бровь:
— А если я откажусь от вашего предложения?
— Тогда отправитесь в интернат, — сказала Виррен. — И мы, вероятно, больше не встретимся.
Салине наклонилась ко мне и сказала тише:
— Но вы не откажетесь. Потому что уже чувствуете, что мы ближе, чем всё, что вы видели здесь.
Она ушла так же тихо, как появилась. А я остался с браслетом, который… странно пульсировал на запястье. Словно чувствовал, что я — не случайность.
Что меня ждали.
***
Интернат Безродных был тише, чем всё остальное здание Башни. Не пустой, но словно выдохшийся. Здесь не выкрикивали приказы, не щёлкали магическими замками и не носились по коридорам. Только тёплый свет ламп, скрип половиц и запах старой бумаги.
— Добро пожаловать в Серое крыло, — сказал старик, который меня встретил.
На нём была простая туника и жилет с вытертыми пуговицами. Без эмблем, без регалий. Но он имел вид человека, который мог отругать самого генерала — и при этом остаться в живых. Седые волосы были убраны в хвост, тонкие пальцы перемазаны чернилами.
— Сен Барлон. Воспитатель. Архивист на пенсии. Иногда злюсь, но не кусаюсь. Обычно.
— Ром, — представился я. — Временно без документов. И без памяти.
— Слышал о тебе. Ты по адресу, — усмехнулся Барлон. — У нас тут целый этаж таких. Некоторые вспоминают, некоторые — не хотят. Иные слишком хорошо помнят, чтобы называть свои имена. Подъём на рассвете, отбой на закате. Жизнь по Дневному времени. Вопросы?
Старик сразу мне понравился. Было в нем что-то, что внушало уважение. Какая-то внутренняя сила, которую он, впрочем, не собирался демонстрировать.
Он провёл меня через скрипучий коридор с видавшими виды дверями, в конце которого был небольшой зал — камин, книги, круглый стол и несколько кресел.
— Тебе пока выделят койку в углу первой комнаты. И не волнуйся — соседи вменяемые. Один вчера чуть не поджёг себе бороду, но в остальном — мирный парень.
— Приятная компания, — кивнул я. — Таких, как я, здесь много?
— Таких, как ты - нет, — заметил старик, наливая какой-то дымящийся отвар. — Но, как ни странно, чаще именно такие и могут отсюда выйти. На, выпей, отвар из ночных грибов. Сам собирал.
— У тебя есть время на сбор грибов с такими-то подопечными?
— А чего их искать-то? Они после заката по всему городу растут. Все равно на рассвете растворятся. А так хоть польза - способствует крепкому сну и здоровому пищеварению.
Он поставил кружку передо мной, сел сам, вздохнул и уставился в огонь.
— Можешь спрашивать. Если ты и правда потерял память, то вопросов у тебя будет много.
— Хорошо, — я наклонился вперёд. — Кто вообще тут управляет всем этим балаганом? Дневные, Ночные, Ордена какие-то… А над ними-то кто стоит?
Барлон приподнял бровь.
— Думаешь, ответ будет простым?
— Думаю, ты умеешь объяснять сложное простыми словами, Сен Барлон.
Он усмехнулся.
— В основе — семь кланов. Два главных: Дневной и Ночной. Свет и тень. Они должны находиться в равновесии и зависят друг от друга. Лунорожденные - единственные, кто может добывать Ноктиум. Разведывают местность, сражаются с тварями, которыми по ночам кишат Дикие земли. Солнцерожденные - единственные, кто умеет стабилизировать грязный Ноктиум и превращать его в чистый и пригодный для использования продукт.
— А этот Ноктиум им всем зачем?
— Как зачем? — почти оскорбился старик. — На нем всё работает. Вообще всё. От Сердца Альбигора - это энергетический источник всего города, до проклятого медленного лифта в левом крыле и той капсулы, в которой тебя мариновали. Магия - тоже. Не будет Ноктиума - не станет и города…
— Но есть еще этот Орден Белой Ткани, — напомнил я.
— Это орден клана Белых плащей. Они приносят клятву служить Городу и соблюдать нейтралитет. Лекари всех мастей, учителя, библиотекари, наставники…
— А кроме них?
— Еще есть Пламенники, Огненный клан. Лучшие кузнецы, снабжают весь город оружием и бронёй. Иногда помогают Ночному клану в вылазках против тварей - твари огонь не любят… Есть “Зеленые руки” - эти палку в пустыне воткнут, а она наутро зацветет. Кормят весь Альбигор и травы выращивают. “Золотые весы” - самые скользкие. Эти - специалисты по артефактам и артефактной технике. Очень богатый и влиятельный клан, вечно играет на интригах между кланами ради выгоды. Ну и самый мерзкий - это Серый орден. Эти умеют создавать иллюзии и манипулируют сознанием. Они единственные, кому подчинилась магия Теней после Лунорожденных. Нередко работают как агенты и шпионы, продавая информацию и свои услуги любому, кто заплатит.
Я усмехнулся.
— Короче, тот еще серпентарий. И кто из них - меньшее зло?
— Меньшее зло? — хмыкнул старик. — Нет такого. Все служат Городу. А управляет Альбигором Совет. Там и представители всех кланов, и магическая аристократия, и делегаты от горожан. Забавно, но уже пятьсот лет система работает… Хотя иной раз так хочется их всех поганой метлой…
— А раньше бывало, что рамка на воротах… — я поискал слово, — ошибалась?
Старик замолчал. Надолго. Чай в его чашке уже остыл, когда он заговорил:
— Магия… не делает ошибок. — Он поднял на меня взгляд. — Но даже магию можно обмануть.
***
Сон подкрался незаметно. Без подушки, без одеяла, без приглашения. Просто навалился на меня и погрузил в приятный мрак. Последнее, что я помнил — приглушённый свет, дыхание соседей по комнате и шаркающие шаги Барлона по коридору.
А потом — зеркала.
Много. Бесконечный ряд.
Я стоял в пустоте, похожей на туман. Пол и потолок слились в одно — серое, вязкое, дрожащее. А передо мной — лабиринт. Сложенный из высоких, до самого неба, зеркальных стен. Я не знал, куда идти, но ноги сами сделали первый шаг.
Первое зеркало.
Я в форме Дневного клана. Белый мундир, эмблема двух солнц. На лице — выражение высокомерия, которое я никогда бы не признал своим. Эта версия меня смотрела с презрением и... болью? А потом медленно отвернулась.
Второе зеркало.
Я в доспехах Лунорожденных. Темный металл, символ луны на груди. Лицо — напряжённое, в глазах — ярость. Этот Ром держал на руках чьё-то тело. Девушка? Я не видел её лица — только кровь на его пальцах. На моих пальцах.
Я отступил, но туман позади сгустился, не пуская назад.
Третье зеркало — разбито. Осколки рассыпаны по полу, но из трещин вырывался дым. Я склонился ближе.
— Ром...
Голос откуда-то издалека и одновременно внутри меня. Едва слышный, но живой. Я вздрогнул. Внутри разбитого зеркала — лишь размытые контуры человеческой фигуры. Словно тень, сотканная из тьмы и дыма. Она тянулась ко мне. Пальцы касались границы стекла. Я тоже потянулся… но что-то остановило эту тень. Прозрачная стена, словно из магического стекла. Она ударила по ней ладонью. Беззвучно. Без крика.
— Кто ты? — прошептал я.
Сзади — шаги.
Я обернулся.
Пламя.
Силуэт человека, обведённый темным огнём. Лица не было — вместо него полыхало черное пламя. Внутри этого огня — голоса. Шепот. Пение. Крики. Звуки битвы. Он стоял на краю круга из зеркал и смотрел прямо на меня.
— Вернись, — произнёс он. Голос не звучал — он дрожал прямо у меня в костях. — Ты нужен.
— Вернуться… Куда?
Огонь стал ближе. Я чувствовал, как от жара начал плавиться воздух.
Я отступил — и рухнул назад. Зеркала рассыпались.
Тьма.
Звук разбитого стекла…
И я проснулся.
Холодный пот на лбу, сжатые кулаки. Тьма за окном, тихие голоса хранителей где-то в коридоре. Всё как было.
Но в руке - щепки. Во сне я сломал борт кровати.
Я помнил каждый фрагмент.
Два образа меня. Тень. Пламя. Зеркало, из которого вытекал дым.
И голос.
И в этот момент тень, которую я отбрасывал на стене, пошевелилась. Сама по себе.
***
Я проснулся раньше гонга. Солнца ещё не поднялись над городом, но Башня уже проснулась — в коридорах шуршали шаги, скрипели тележки, слышались утомлённые вздохи дежурных магов.
Я вымыл лицо в холодной воде, натянул выданную рубаху и спустился в столовую. Подавали “диетическое меню” — каша цвета пепла, кислая лепёшка и настой, от которого немел язык. Башня Белой Ткани знала толк в лечебных завтраках. Или пытках — кому как.
Я уже доедал, когда в помещение вошёл надзиратель с привычной каменной физиономией и ткнул пальцем:
— Субъект Ром. Приглашение в малый приёмный зал. Немедленно.
Я молча встал, нисколько не сожалея о недоеденной лепешке.
Идти пришлось по другим маршрутам, через внутренние коридоры. Подозрительно пустые. За каждым поворотом стояла охрана. У дверей в зал — двое Щитов, и в воздухе снова чувствовалось напряжение.
Когда дверь открылась, я увидел знакомую фигуру.
Магистр Салине стояла у большого окна, за которым сиял город, окутанный предрассветным серебром. В мантии цвета спелой сливы, с черной тесьмой и серебряной вышивкой, отливала сумерками. На груди на цепочке висел символ полумесяца, пересечённого стилетом. А рядом стояла фигура в маске. Высокий воин в темных доспехах и полумаске, молчаливый, как статуя.
— Доброе утро, господин Ром, — произнесла она. — Рада, что вы пришли.
— Меня вызвали. Не смог отказать столь эффектной даме.
Она лишь усмехнулась в ответ на комплимент.
— Всё зависит от того, как вы привыкли воспринимать силу, — спокойно ответила Салине. — Но если хотите: да, я пришла, чтобы вызвать вас. На испытание.
— Какое ещё испытание?
— На рекрутский отбор. Клан Лунорожденных получил разрешение принять вас как кандидата в свои ряды. Сегодня вечером, на заходе второго солнца, вы должны явиться в наш квартал.
— Звучит щедро. — Я прищурился. — И с чего же такие подачки?
— Один из тестов показал аномально устойчивую синхронизацию с Теневыми волнами. С безродными это бывает крайне редко. Днём вы не проявились. А ночью… — Она чуть склонила голову, — вы словно ожили и показали, что умеете удивлять.
Я усмехнулся.
— Так это вас стоит благодарить за то, что я ни хрена не выспался?
В этот момент дверь снова открылась.
И в зал вошёл он.
Опять он.
Слишком молод, чтобы раздавать приказы, и слишком уверенный в себе, чтобы быть обычным помощником. Бледное лицо, короткие светлые волосы, на груди — золотой знак Дневного клана. Тот самый представитель Совета Солнцерожденных, некий Альтен. На этот раз - в сопровождении сразу четырех бойцов в белых плащах.
— Прошу прощения за вмешательство, магистр Салине, — сказал он. — Но субъект ещё не определён. Клан Солнцерожденных официально заявляет о своем интересе в этом молодом человеке.
Салине медленно повернулась.
В её взгляде не было ни страха, ни раздражения. Только холодная, безупречно вежливая насмешка.
— Интерес приходит с опозданием, лорд Альтен-младший. Вы не успели.
Младший? Кто же там старший Альтен, если даже этот парень успел всех достать?
— Согласно Уставу, подобные субъекты подлежат первичной экспертизе магистральным кланом. А именно — нашим. Он был найден и доставлен в дневное время. Мы имеем законное право…
— Согласно параграфу семнадцатому, в случае с неопознанным субъектом, который не прошёл ни одной вашей диагностики и официально получил приглашение от признанного наставника, выбор остаётся за ним, — перебила Салине. — Диагностику проводил независимый Орден Белой Ткани, и они же вынесли вердикт - склонность к Тени. Или вы намерены оспорить Устав Совета?
Альтен на миг замер. Как будто не ожидал, что она отразит его выпад столь точно. Я уловил — у него был заготовлен план. Но не на этот ход.
— Это всё ещё не отменяет нашего права заявить интерес на субъекта, — сухо бросил он. — И предложить альтернативу.
Салине мягко улыбнулась.
— Конечно. Но господин Ром примет решение сам.
Они оба посмотрели на меня.
Я ощутил, как в воздухе что-то дрожит. Не магия. Внимание. Давление.
За моей спиной — кристаллическое спокойствие Салине. Передо мной — холёная угроза Альтена. Откажу одним - наживу врагов среди других. Забавно.
— Я принимаю приглашение клана Лунорожденных, — спокойно сказал я.
Щеголь в белом замер. Его лицо не изменилось. Почти. Только левый уголок рта чуть дрогнул.
— Уверены? — прошипел он.
— Знаете, куда приятнее, когда тебя называют по имени, а не просто субъектом. Подумайте над этим, пока будете начищать свой сияющий доспех.
— Выбор сделан, — сухо сказала Салине. — Мы придём за ним вечером, к началу Порога.
Она кивнула мне. Воин в маске отступил к двери. Я последовал за ними. А когда мы уже выходили, я оглянулся.
Альтен стоял неподвижно, руки сцеплены за спиной, лицо неподвижно. Но глаза… Глаза горели холодным презрением.
Это мне еще аукнется, как пить дать.
***
Когда первое солнце накренилось к горизонту, за мной пришли. Те же двое: магистр Салине и её спутник в маске. Только теперь к ним добавилась третья фигура — молчаливый маг с кристаллом-светильником, плывшим над его ладонью.
— Готовы, господин Ром? — спросила Салине.
Я кивнул.
— Только вы скажите, если мы идём в ад. Я хотя бы сменю рубашку.
Она улыбнулась краешком губ — почти одобрительно.
Мы покинули территорию Башни Белой Ткани через боковой проход, миновали улицы, где дневные лампы уже гасли, а маги в светлых мантиях спешили домой, словно опасаясь опоздать до Порога. Порогами, как я понял, называлось время перехода дня в ночь и обратно.
Город с наступлением сумерек менялся на глазах.
Одни торговцы закрывали лавки, другие - только готовились начать работу. Дворники торопливо собирали мусор. Из дверей кафе вытекал запах мяты и подгоревшего сахара.
Но главное — менялся сам воздух.
Он становился влажным, густым. Словно город и правда начинал дышать иначе.
Мы подошли к высокой арке, увитой глифами, что тянулись вверх, как чернильные лозы. У самой арки стояла стража — в других доспехах. Не бронза, не золото. Чёрный металл, с гравировкой, и эмблема луны, вплетённой в круг. В воздухе — ни одного факела. Только светящиеся магические шары, закреплённые над проёмом.
— Проход в квартал Лунорожденных, — сказал маг со светильником. — Добро пожаловать, кандидат.
Они ждали, когда я шагну сам. Видимо, в этом тоже был какой-то смысл.
Я сделал шаг за порог. Всего один. И мир вокруг меня… сменился.
Проход в квартал был не просто физическим.
Это была граница — между дневным и ночным. Между светом и тьмой.
Туман стелился над землей, оплетал улицы, не скрывая, но смягчая очертания зданий. Башни — высокие, острые, как иголки. Фасады домов — резные, местами выкрашенные в чёрный, багряный, фиолетовый. Дороги — каменные, с белыми линиями, указывавшими путь.
— У нас всё иначе, — сказала Салине, пока мы шли. — Иначе строят, иначе едят. Иначе думают.
— Полагаю, я это уже понял.
— Понимать — не значит быть частью.
По улицам двигались люди — подростки в простых темных накидках, маги в масках, бойцы с клинками. Кто-то ехал верхом на странном существе — четырёхногом, с кожей цвета мокрого камня.
Магия здесь чувствовалась буквально в воздухе.
Но я… не чувствовал страха.
Наоборот — некое узнавание. Не память. Даже не интуиция.
Скорее — будто я возвращался. Часть меня.
Мы добрались до здания, похожего на зал тренировок — изогнутая крыша, фрески по бокам, а над входом — три полумесяца, вложенные друг в друга.
— Храм Ночных воинов, — пояснила Салине. — Испытание пройдет здесь. Сегодня вечером.
Она обернулась ко мне.
— Я скажу прямо. Мы не уверены, что вы - один из нас. Но ваша аура тянется к Тени, и Ночь пока что вас принимает. Если вы пройдёте испытание, получите статус Рекрута Лунорожденных. А дальше…
— …дальше начнётся веселье, — усмехнулся я.
— Да, — сказала она. — Веселье. С болью, кровью и первыми ответами.
Она протянула мне небольшой браслет. Серый металл, почти невесомый, с выгравированной луной.
— Наденьте. Без него тебя не пропустят в следующие кварталы.
Именно в этот момент раздался удар гонга — где-то за стенами города. Протяжный, тяжёлый. Словно бой магического сердца.
— Первый удар. Солнцерожденные передают власть нашему клану до рассвета, — сказала Салине.
Вскоре прозвучал второй удар.
— Второе солнце село. День окончательно сменился ночью, — сказал маг со светильником.
— А третий?
— Это будет твой вызов на испытание, — тихо сказал воин в маске.
И гонг ударил в третий раз.

Читать всю книгу

Поделится в соц.сетях