Чокнуться можно! Том 3

Аннотация

Весеннее обострение? Моё началось с того, что я переродился. Лучший психиатр своего времени — в теле уголовника, за которым охотятся очень серьёзные люди.
Выход? Спрятаться там, где никто не будет искать — в больнице маленького городка. Сменить имя. Не высовываться.
Только от Системы не спрячешься. Тело уголовника её не тянет, совместимость на нуле. Если не прокачаюсь, то оно меня убьёт. А прокачка у психиатра одна: лечить, диагностировать, залезать в чужие головы.
Хорошо, что пациентов тут хватает. Плохо, что те, кто ищет прежнего хозяина этого тела, уже в городе.
А ещё сегодня ко мне на приём записался император Римской империи!

Авторы: Алексей Аржанов, Виктор Молотов
Цикл: Чокнуться можно!

Предыдущие книги этой серии:
Чокнуться можно! Том 2
Чокнуться можно!

Ознакомительный фрагмент

Глава 1
Вот так поворот… Я, конечно, с самого начала чувствовал, что с моей медсестрой что-то не так. Она всё время была ходячей аномалией.
Но свою истинную личность она скрывала идеально. Смогла даже мою бдительность притупить. И ведь у меня пару раз и в самом деле возникали мысли о том, что она чем-то напоминает мне какого-нибудь спецагента из кино. Вот только я думал об этом в шутку! Возможно, именно в этом и заключался её план.
Полина преградила мне проход. Выйти из кабинета уже не получится. Да и смысл куда-то бежать? Если на меня уже вышел сотрудник какой-то службы — деваться некуда. Придётся решать эту проблему здесь и сейчас.
Пистолет не наставлен, но и не убран. Однако я чувствую, что Полина может воспользоваться им, если придётся. Только поднимать его она не спешит. Так держат табельное оружие те, кто умеет с ним обращаться, но не любит лишний раз его использовать.
«Медсестра» убрала корочку назад, в карман, но взгляда от меня не оторвала.
Я решил, что спорить сейчас бесполезно. Поэтому спокойно сделал шаг назад и присел на стул для пациентов. Руки оставил на виду — положил ладони на колени. Любое лишнее движение сейчас может сработать против меня. Собственно, как и любое слово.
— Всё, спокойно, — произнёс я. — Как видите, я сижу и не собираюсь сопротивляться. Но прежде чем вы продолжите свой монолог, мне нужно кое-что сказать.
— Слушаю.
— Я хочу задать пару вопросов. Не для того, чтобы тянуть время. Просто хочу понимать, что тут происходит и с кем я, собственно, разговариваю? То, что вы — не медсестра, я уже догадался, — я сухо усмехнулся.
— Задавайте, — недолго подумав, ответила она.
— Из какой вы службы, Полина?
— Это не имеет значения. Межведомственная группа, — уклончиво ответила она. — И прав у меня достаточно, чтобы зачитать вам статью и… и довести дело до конца.
Очевидно, она не станет рассказывать мне подробности. Но, судя по показателям системы, она мне не лжёт.
— Понимаю, — кивнул я. — И по какому же делу я у вас прохожу?
— По теневому рынку поддельных документов медицинского профиля, — ответила она. — Мы уже обнаружили около тридцати комплектов липовых документов, ушедших в разные регионы. Часть владельцев найдена. Часть — нет, — она сделала паузу. — И подозрение упало на появившегося в городе психиатра. Другими словами, на вас.
— Значит, вы здесь, Полина, чтобы меня проверить? — подытожил я.
— Именно.
— Теперь всё ясно… Мы проработали вместе около месяца. Меня удивляет, что вы решили взять меня только сейчас, — пожал плечами я. — Чем же я навлёк на себя подозрения?
/Эмоциональный фон. Идёт фиксация…/
Снова! Значит, я оказался прав. Что-то в её психике изменилось. Впервые за месяц система давала по Полине полноценный отчёт.
/Тревога — выше среднего, подавление аффекта — высокое, когнитивный диссонанс — выраженный/
А я всё гадал, как же ей удаётся показывать такой ровный непробиваемый фон. Система сообщала, что это аномалия. Я полагал, что это — патология. Но на деле я наблюдал чистую отлаженную работу.
Видимо, Полину учили гасить мимику, эмоции и вегетативные сигналы до уровня ниже моего порога считывания. И гасила она их не усилием воли, а скорее привычкой, к которой её приучали годами.
Но сейчас её фон поплыл. Именно в момент моего задержания все её навыки куда-то улетучились. А всё потому…
Да. Точно! Всё потому, что Полина впервые за месяц начала колебаться. Сомнения разрушили её хладнокровность.
И это можно счесть за две новости сразу. Хорошая новость — у меня есть возможность выкрутиться из ситуации. Минимальный шанс избежать тюрьмы. Плохая — эта возможность появилась у меня только потому, что внутри Полины что-то сломалось. А сломанный человек с пистолетом может быть куда опаснее, чем спокойный.
Что ж… Нейроинтерфейс уже отрабатывает множество вариантов ответа. А я подключаю интуицию и готовлюсь к тяжелейшему разговору.
Думаю, справиться с Полиной будет куда сложнее, чем с Леной. Одно дело — простая девушка, другое — сотрудник спецслужб.
— Что ж, Полина Викторовна… Думаю, вы не будете против, если не стану ничего отрицать? Зачем зря тратить время.
— Это было бы разумно с вашей стороны, — она удивлённо наклонила голову. Похоже, не ожидала, что я так быстро приму свою «вину».
— Документы куплены. Это факт, и спорить с ним бесполезно. Я догадывался, что на меня рано или поздно выйдут. И был готов к этому. И да, я знаю, что это статья. Более того, я прекрасно понимаю, что вы разговаривать со мной уже не хотите. Ваша задача — отправить меня под арест.
— Тогда зачем вы вообще со мной разговариваете? — хмыкнула она.
— Потому что вы мне это позволяете, — я улыбнулся. — Если бы не хотели со мной говорить, я бы уже давно был в наручниках. Но полицию вы ещё не вызвали. Иначе бы я это заметил.
Она промолчала. Не стала комментировать мои умозаключения. Знала, что я прав. Но пока что не была готова это признать.
— Полина. Скажите мне одну вещь, — вздохнул я. — Что вы вообще видели за этот месяц?
— Не поняла, — нахмурилась девушка. — В каком смысле?
— В прямом. Вы сидели рядом со мной на приёме. Каждый день. Вы видели всё, что я делал. Вспомните всех пациентов, которым мы с вами вместе помогли.
Я знал, что этот аргумент сработает лучше остальных. Мы ведь действительно работали рука об руку. Полина видела, как я принимаю больных. В голове сразу же пронеслись десятки самых запоминающихся пациентов. Все особые случаи, с которыми мне пришлось столкнуться в течение этого месяца.
— Да, я видела. Прекрасно помню их всех. Память у меня отличная, — ответила Полина.
— Я ведь не просто так это говорю. Вы вели карты этих людей. Вы знаете диагнозы, назначения, динамику. Полина, раз у вас такая хорошая память, скажите мне — за этот месяц у меня был хоть один случай, когда я навредил пациенту? Или хотя бы один случай нечестной справки?
— Нет.
Она ответила спокойно. Но система показала, как её эмоциональный фон пошатнулся.
— Полина, я ведь не оправдываюсь. Факт есть факт. Да, документы поддельные. Но всё это время действовал я как врач. И вы не можете этого отрицать, — рассуждал я. — Понимаю, что по закону я — преступник в белом халате. Мошенник. Но вы сами-то в это верите?
/Фиксируется правильный подбор слов. Вероятность успешного убеждения увеличена/
Она наконец сдвинулась с места. Прошла к моему рабочему месту. Затем села на угол стола. Пистолет положила рядом — справа от себя. Причём повернула его дулом в сторону стены. Скорее всего, этим она подсознательно показывает, что готова продолжить беседу. Ситуация ещё не разрешена, но Полина явно смягчилась.
Я разжёг её сомнения ещё сильнее.
— Алексей Сергеевич, — её голос стал тише. — Вы понимаете, что вы сейчас делаете?
— Конечно понимаю.
— Вы пытаетесь меня уговорить.
— Нет. Уговорить вас невозможно — вас этому учили. Я хочу, чтобы вы меня поняли. И поняли свои собственные эмоции, — произнёс я. — Подозреваю, вам велено предоставить обо мне отчёт. И сделать это нужно уже сегодня-завтра. Именно поэтому на вас весь день лица нет. На самом деле вы не хотите этого делать.
Она долго, не моргая, смотрела мне в глаза. Будто пыталась меня прочесть с помощью какой-нибудь собственной системы.
— Я приехала сюда с готовой картинкой, — сказала Полина наконец. — Знаете, как это бывает? Тебе дают папку, ты её читаешь по дороге. А к моменту прибытия уже знаешь, кого ищешь. Покупатель документов всегда себя выдаёт. У таких людей всегда тёмная история. Мотив один — скрыться. В таком случае поведение всегда будет подозрительным.
— И?
— Как только я сюда «устроилась», сразу поняла, что ищу именно вас. В первый день же увидела, как вы спорите с Капитановым. Кажется, ему кто-то рассказал, будто вы украли психотропные препараты на прошлом месте работы. В один из дней вы пришли на работу с синяком под глазом. Ах да… И ещё кое-что. Я ведь в курсе, что вы ходили на какую-то разборку за гаражами. И знаю, что вы взяли шприц с седативным. Я молчала, потому что мне было интересно, что вы с ним сделаете.
Ничего-то от неё не скроешь!
Точно, она видела, как я взял шприц. Всё совпадает.
— Что ж, браво, Полина Викторовна. Профессиональная внимательность, — пожал плечами я. — Вот только что вам даёт вся эта информация?
— Месяц прошёл, — она проигнорировала мой вопрос. — Месяц! И я каждый день жду, когда вы себя проявите. Когда вы хоть раз дадите мне зацепку — кроме самих документов. Но все неприятности, в которые вы влезали, всегда оканчивались либо спасением пациентов, либо… Либо у вас находились убедительные оправдания! Мне не за что было зацепиться. Я надеялась, что скоро смогу поехать домой. Так хотелось уже поскорее сообщить начальству, что материал собран. Но вы не оставили ни одной зацепки.
— Полина…
— Помолчите! — устало буркнула она. — Сейчас я говорю.
Забавно, но её слова прозвучали скорее не как приказ, а как каприз. Похоже, я иду в верном направлении. Мне удалось надавить на верные точки. Но расслабляться рано. Пока что опасность не миновала.
— Что тут сказать, доктор Астахов? — задумалась она. — Я могу сдать вас прямо сейчас. Доказательств у меня нет, но вы признали вину. Вот только…
— Только что?
— Вы действуете как настоящий врач. Не знаю, как это возможно. Но уж кто-кто, а я знаю, что вы помогаете пациентам. Качественно. Таких специалистов, как вы, даже в Москве нет, — заявила она. — Но если я вас не сдам… Тогда я нарушу должностные инструкции. А я за восемь лет работы ещё никогда их не нарушала.
Восемь лет? Чёрт подери, неплохо же она скрывала свой возраст! Мне казалось, что она только-только выпустилась из медицинского колледжа. На вид Полине больше двадцати и не дашь.
А она, похоже, даже старше меня.
Я ждал, когда Полина продолжит свой монолог. Сейчас её торопить нельзя. Она скорее сама с собой говорит, чем со мной.
Убеждает себя! Именно этого я и пытался добиться.
— Алексей Сергеевич, — наконец обратилась ко мне Полина. — Кто вы на самом деле?
Я знал, что этот вопрос последует. Готовился к нему весь разговор. Но ответить на него всё равно трудно.
Сказать правду — нельзя. Правда в том, что я — попаданец из будущего в теле уголовника с нейроинтерфейсом. Да от такого заявления и чокнуться можно! А если соврать — она всё сразу поймёт. Глаз у неё на ложь намётан.
Остаётся только третий вариант…
— Я не могу вам рассказать всю правду. И вы это понимаете, — произнёс я. — На то у меня есть свои причины. Скажу столько, сколько могу. Да, изначально я — не Алексей Астахов. У того человека была лицензия, образование и плохая история, в которой он сам не хотел больше жить. Я не из органов, не из конкурирующей структуры, не из криминала. По крайней мере, сейчас. До этого у меня была другая жизнь, в которой я допустил много ошибок, за которые до сих пор стыдно. Я закончил её сам. Без чьей-либо помощи. И начал эту — с попытки делать что-то противоположное. И… Как видите, получается очень даже неплохо.
— Это очень аккуратная формулировка, — подметила она. — Никакой конкретики.
— Это всё, что я могу вам сказать. Если вы хотите больше — мне придётся врать. И вы сразу это поймёте. Тогда мы оба останемся в худшем положении, чем сейчас.
— Я ценю, что вы не врёте, Алексей Сергеевич, — после короткой паузы сказала она.
— А я ценю, что вы хотя бы пытаетесь меня слушать, — ответил я.
/Эмоциональный фон Полины: тревога снижается. Подавление частично восстанавливается. Когнитивный диссонанс переходит в решение/
Ещё немного, и наш диалог перейдёт к кульминации. Сейчас у меня под рукой достаточно навыков. И я знаю, что могу одним словом довести Полину до нужной точки за десять секунд. Вот только через два-три дня она поймёт, что на неё воздействовали чем-то вроде гипноза. Профи вроде неё обязаны такое понимать. И тогда всё, что я сейчас выстроил, рассыпится, и она вернётся — уже с коллегами. И сомневаться больше точно не станет.
Поэтому я и пытался достучаться до неё словами. Пусть примет правильное решение сама.
Хотя в данном случае оба решения в каком-то смысле неправильные!
— Хорошо, — сказала она наконец. — Слушайте меня внимательно, Алексей Сергеевич. У нас с вами только один выход. Поступим следующим образом…
— Слушаю вас внимательно, — я позволил себе улыбнуться.
— Я остаюсь на месте. Командировка продлевается — это в моих полномочиях, мне разрешили взять ещё один месяц, если объект потребует… более подробного изучения. Я подам отчёт. Скажу, что объект под наблюдением, компрометирующих действий по линии профессиональной деятельности не зафиксировано. Сообщу, что требуется дополнительная проверка биографии.
— Так. Допустим, — кивнул я. — А что дальше?
Как-то подозрительно хорошо всё это звучит.
— Тридцать суток. За это время вы продолжаете работать так, как работали. Без эксцессов, драк и прочих конфликтов. И уж тем более — никаких шприцев в карманах. Если за следующий месяц я хотя бы раз замечу, что вы выходите за врачебные рамки, дело будет закрыто. Второго шанса у вас уже не будет. Надеюсь, вы меня поняли?
Проклятье… Сработало!
Этот разговор, пожалуй, был сложнее всех клинических случаев, убеждений и стычек, которые произошли со мной в течение последнего месяца.
Но я справился. И эта победа была возможна только потому, что всё это время я добросовестно работал и помогал людям. Так, как и делал всю свою прошлую жизнь.
— Понятно.
— И ещё, — она убрала пистолет в сумку. — Я не ваш друг. Не ваш союзник. Я продолжу быть вашим надзирателем. Решение принято. Но если это решение окажется ошибочным — расплачиваться буду я. Поэтому ошибаться я не намерена. Это вам тоже понятно?
— Понятно-понятно, Полина Викторовна, — улыбнулся я.
— И последнее… Если вы расскажете об этом разговоре кому-то — я сразу же об этом узнаю. И тогда…
— Я никому не скажу, — перебил её я. — Какой в этом смысл? Я, может, и похож на афериста, но на идиота вряд ли смахиваю.
— Это верно, — она впервые улыбнулась. Причём с облегчением.
Видимо, это решение далось ей с большим трудом. И она выбрала тот вариант, к которому сама больше стремилась.
— Идите домой, Алексей Сергеевич. Завтра в восемь увидимся снова. Я возвращаюсь к своей предыдущей роли. К роли вашей медсестры, — отперев дверь кабинета, произнесла она.
— Спасибо, Полина, — поблагодарил её я. — Рад, что мы смогли найти общий язык.
— Не благодарите, — покачала головой она. — Я ещё не знаю, правильно ли это сделала. Всё, до завтра, Алексей Сергеевич. На приём опоздаю минут на двадцать — у медсестёр будет планёрка, — с этими словами она направилась к выходу из поликлиники.
Быстро же она переключилась. Всего минута — и передо мной уже не сотрудник межведомственной службы, а та самая медсестра, с которой я трудился последние недели.
/Совместимость: 78% (+3%). Эмпатический контакт с объектом «Гордеева П. В.» установлен. Уровень: предварительный/
Замечательно… Просто замечательно! Теперь у меня на работе сидит не медсестра, а мадам с табельным оружием.
Но она согласилась не сдавать меня. И я в свою очередь её не подведу. Возможно, Полина — мой шанс окончательно избавиться от риска быть обнаруженным.
Чёрт… А ведь я в Тиховолжске не один с такими документами хожу. Ещё ведь есть Макс! Он до сих пор не рассказал мне, зачем ему пришлось провернуть такую же аферу. Но лучше ему Полине лишний раз на глаза не попадаться.
А он ведь, зараза, как раз на неё глаз положил! То и дело крутится перед нашим кабинетом. Надо бы как-то предупредить его аккуратно. Сказать, например, что у её есть жених. Может, после этого успокоится.
Этим вечером я, наверное, впервые за всё время отправился домой на маршрутке. После пережитого разговора нужно немного передохнуть. Обдумать всё, переключиться.
Однако мои приключения на этом не закончились. Уже на подходе к квартире мне пришло сообщение в мессенджере.
От Лены.
«Лёша, если придёшь домой раньше меня, пожалуйста, не злись! Я скоро вернусь и всё объясню!»
Так… И какой же сюрприз уготовила мне судьба на этот раз?

Поделится в соц.сетях

Страницы: 1 2

Новые книги

Master от 17-05-2026, 00:06