Князь Целитель 5
Аннотация
Аномалия преподносит новые сюрпризы, но и я не стою на месте. Благодаря обильной практике и тем опасностям, с которыми сталкиваюсь, я становлюсь сильнее. Заодно постепенно обзавожусь соратниками, которые со временем станут моей надёжной опорой. Но кто же решил превратить и без того опасную Аномалию в полигон для своих опытов? И к чему это приведёт?
Авторы: Сергей Измайлов, Ткачев Андрей
Цикл: Князь Целитель
Предыдущие книги этой серии:
Князь Целитель 4
Князь Целитель 3
Князь Целитель 2
Князь Целитель 1
Авторы: Сергей Измайлов, Ткачев Андрей
Цикл: Князь Целитель
Предыдущие книги этой серии:
Князь Целитель 4
Князь Целитель 3
Князь Целитель 2
Князь Целитель 1
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
Я проснулся внезапно, когда было ещё темно. Просто открыл глаза и понял, что больше не засну, иногда так бывает по необъяснимым причинам. Но сейчас причины были вполне очевидны — беспокойство по поводу того, что вчера произошло, и того, что может произойти дальше.
Медленно поднявшись с кровати, я подошёл к окну. На горизонте неторопливо разгорался рассвет, на часах почти полшестого, скоро зазвонит будильник.
Мы договорились сегодня идти в Аномалию, продолжить отработку навыков. Моей основной задачей была практика с молнией, расширение диапазона мощности удара, дальности атаки и множественной атаки. Только сегодня первый раз за всё время пребывания в Каменске идти туда особо не хотелось.
После поимки неуловимого мага был внутренний подъём, гордость за то, что я с этим справился, хотя считаю себя ещё новичком. А теперь, после чего его так жёстко уничтожили посреди расположения полка, какое-то опустошение, провал. Мага убили свои же, пока не успел разболтать лишнего и эти «свои», которых все рядом находящиеся тоже считают своими, ходят по улицам, вместе со своими сослуживцами сражаются плечом к плечу с монстрами Аномалии, улыбаются, рассказывают байки вечером у костра во время походов. А на самом деле просто наблюдают за всем со стороны, изображая для всех окружающих обычную жизнь.
Так я стоял и смотрел в окно, как уже посветлевший горизонт разгорается ярким пламенем восходящего солнца. Зазвонил будильник, я автоматически отключил его и пошёл умываться.
На кухне уже звенела посуда и свистел чайник. Матвей накрывает стол для завтрака.
— Таким мрачным я тебя ещё ни разу не видел с момента нашего знакомства в поезде, — сказал Матвей, глядя на меня с некоторой тревогой, но продолжая с аппетитом уплетать жареную картошку с мясом. — Может, хочешь со мной чем-то поделиться? Если тяжёлую ношу поделить на двоих, то станет вдвое легче. Или ты пока мне не настолько доверяешь?
— В поезде, — повторил я вслух. — Такое впечатление, что это было где-то в прошлой жизни.
— Да, давно, — улыбнулся Матвей. — А на самом деле совсем недавно, чуть больше месяца прошло. А нет, почти два. Так ты не ответил.
— Дело не в доверии, — сказал я, уставившись в тарелку и неторопливо тыкая вилкой в небольшой кусочек мяса, который постоянно ловко уворачивался. — И не в недоверии. У меня нет повода сомневаться в тебе. Просто я пока не могу тебе рассказать о себе всё. По крайней мере, пока. Меня связывают определённые обязательства и условия. Когда такая возможность появится, ты всё узнаешь. Но настроение неважное не из-за этого.
— А из-за чего? — спросил приятель, когда пауза затянулась.
— Всё пытаюсь понять, кому и зачем всё это надо, — начал я. — Все эти непонятные манипуляции с монстрами Аномалии у меня пока в голове не укладываются. Мне непонятна цель. Зачем? Это ведь всё не просто так. Кто-то очень большой и невероятно богатый тратит уйму денег, задействует много людей и ресурсов, чтобы проводить эти сомнительные эксперименты.
— Ну а вдруг всё не так? — спросил Матвей. Поймав мой вопросительный взгляд, он продолжил: — Вдруг всё не совсем то, чем кажется? Вдруг всё вообще совсем не так? Может, просто ведутся тайные разработки, которые позволят контролировать монстров Аномалии, держать их в узде, не пускать за пределы. Империи ведь в огроменную копеечку обходятся все эти «волны», оборона близлежащих к Аномалии городов. А вспомни этот бронепоезд, на котором мы с тобой сюда ехали, в Москву-то такие не ездят, там нормальные, красивые, с большими окнами, а не с амбразурами и турелями на крыше.
— Красивые мечты, — грустно улыбнулся я и положил вилку. Доедать завтрак категорически не хотелось. — Было бы здорово, если всё именно так и есть. Только это вовсе не так.
— Ну с чего ты взял? — спросил Матвей, тоже положив вилку и откинувшись на спинку стула. — Чего ты сразу негатив нагоняешь? Надо стараться во всём видеть хорошее, даже в том, что изначально показалось тебе плохим. Так легче и хочется жить. И это не зависит от того, ешь ты на завтрак голую перловку или блюда заморской кухни золотой вилкой. Счастье не в золоте, а в мировосприятии. Главное в жизни — это позитив. Встало солнце, светит в глаз — отлично! Дождь пошёл, расквасил всё на фиг, что по улице не пройти — просто великолепно, можно дома посидеть и в окно посмотреть.
— Здорово, — усмехнулся я.
— Ну а что, разве не так? — развёл руками приятель.
— Всё так, — кивнул я. — Мы сами кузнецы своего счастья. Только есть один нюанс. Задумавший перемены к лучшему, старающийся ради общего блага, не будет распылять с помощью мощного фугаса своего верного адепта буквально у всех под носом. Это не смотрится, как просто конспирация хода исследований некоего нововведения, которое сделает всех счастливыми. К сожалению, всё гораздо хуже, чем кажется на первый взгляд, а не лучше. Но кое в чём ты всё-таки прав.
— Во как, — усмехнулся Матвей. — Вывернул всё, а потом говорит, что я прав. И в чём же тогда?
— В том, что не надо киснуть, — сказал я, взял вилку в руку и наколол наконец непослушный кусочек мяса. — Надо делать своё дело. То, что ты умеешь. Поэтому мы сейчас завтракаем, собираемся и идём в аномалию. Покажем там всем, где раки зимуют.
— Вот это совсем другое дело! — заулыбался погрустневший было приятель. — Вот это я понимаю! Узнаю теперь Ваню Комарова, а то скис уже совсем. Порвём их там всех этих монстров, как Шарик тапки!
— Обязательно порвём! — воскликнул я и протянул Матвею открытую ладонь, по которой он звонко хлопнул.
Мы по-быстрому закончили завтрак, в один глоток выпили кофе и пошли собираться.
***
— Какой-то ты сегодня особенно злой, что ли, Ваня, — сказал Стас, помогая Матвею добыть вырезку из только что убитого Лешего.
Да уж. Кто бы мог подумать недавно, что при наличии команды и более развитом даре эти монстры станут пусть и не совсем легкой добычей, но в любом случае не тем, что вызывает работу на износ.
В то же время молния оказалась очень удобным инструментом, чтобы останавливать монстров. После такого и приходит понимание, почему к боевым магам так относятся — как-никак боевой магией можно воздействовать на расстоянии, а вот применять что-то для исцеления надо вблизи. С учетом того, что мы выходим против опасных монстров Аномалии, рисковать и входить в плотный контакт с противником — не самое лучшее решение.
— Наверное, я сегодня кофе слишком крепкий сварил, — прокряхтел Матвей, разрезая длинный кусок мяса на куски поменьше.
— Но ты-то всех так не разносишь в труху, как он, — парировал Стас. — Весело рубишь, конечно, тут спору нет. Вон даже Лешего сам завалил, но всё равно не так. Мне кажется, у меня запах озона до сих пор в носу стоит. Так и лес спалить можно.
— Нельзя, — буркнул я, окидывая взглядом неплохое стадо только что убитых монстров. — А чего они? Сами виноваты, нечего на рожон такой толпой переть. У меня другого выхода не было.
— Да и не только в этом дело, — сказал Стас немного настороженно. — Ты словно какой-то бесстрашный стал, ломишься в кусты, почти не глядя.
— Да видел я тех волков, ты же знаешь, что я с ними сделал, — ответил я.
Не буду же я ему рассказывать, что у меня теперь практически постоянно активирована карта нейроинтерфейса, которую я постоянно переключаю то на монстров, то на людей. Управляющего атакой мага я пока так и не увидел. Видимо, тот молодой отвечал за этот квадрат, а другого на это место ещё не нашли.
— Видел, конечно, — усмехнулся Стас. — Спалил к такой-то матери прямо на лету. Ещё бы немного и шашлычок получился.
— Браток, да ты проголодался, что ли? — усмехнулся Матвей, доставая из пакета только что убранное туда мясо. — Вот, будешь? Ваня тебе его даже пожарит, если хочешь. Тебя какая прожарка интересует, средняя?
— Знаешь, — начал Стас, глядя на шмат мяса Лешего и слегка наморщив нос. — Если бы ты мне пару недель назад это предложил, то меня бы сначала вырвало, потом я запихнул бы тебе этот кусок куда подальше, а сейчас я как-то гораздо спокойнее к этому отношусь. Но на сырое парное всё же не тянет.
— Так я говорю же, Ваня молнией поджарит сейчас, ты только по прожарке сориентируй.
— Так, господа, хватит уже о высокой кухне, — сказал я, поднимаясь с туши другого Лешего, на которой я сидел. — Идёмте домой. Стас, бельчатину свою не забудь, а то без ужина останешься.
— Чтобы я, да такую вкуснятину, да забыл? — вскинул брови Стас, закидывая за спину большую полуневидимую связку. — Да ни за что в жизни! Да, чуть не забыл, я же навялил бельчатины на всякий случай для походов, не хотите попробовать? Здорово получилось, я специй не пожалел.
— Сам ешь, не могу я у тебя это взять, солдат ребёнка не обидит, — усмехнулся Матвей, закинув рюкзак за спину и подхватывая два тяжёлых пакета с мясом.
— Это кто тут ребёнок, я сейчас не понял? — Стас даже выплюнул соломинку изо рта, которую теребил всю дорогу. Благо она из города, а не местная.
— Ты чего это так завёлся-то, глянь! — Матвей сделал испуганное лицо, но я видел, что он еле сдерживается, чтобы не рассмеяться. — Я же белочек имел в виду, ты что, на свой счёт принял, что ли? Ну ты даёшь, братка! — для убедительности своего удивления, Матвей медленно покачал головой. — Наверное, ты и, правда, проголодался. Могу вяленым Лешим угостить, коли ты сырого не хочешь, у меня с собой имеется.
— Идём уже в город, — прервал я их дебаты. — Добычу домой занесём и сходим в таверну пообедать. Сегодня улов хороший, можно и отметить немного, отдохнуть.
— Во-о-о! Вот это дело! — обрадовался Матвей. — Давненько мы не посещали подобные заведения. Правда, после прошлого раза тебе снова работать пришлось.
— Ну ладно тебе, не обобщай, — сказал я. — Тогда гостей города провожали, вот и решили им навешать для скорости.
— Мне кажется, там всем уже всё равно было, кому навешивать, — сказал Матвей, снова покачав головой. — Словно только и ждали, кто первый начнёт.
— Всё-таки хорошо, что я тогда в этого Гуся не пошёл, — усмехнулся Стас. — Друзья звали, но зато цел остался.
Мы как раз подходили к главной развилке дорог, когда откуда-то со стороны послышались крики. Я обернулся на звук и увидел, как по другой дороге ускоренным шагом движется отряд охотников. Судя по кровавым повязкам, стонам и хромоте, им здорово досталось.
— Хочешь им помочь? — спросил остановившийся рядом со мной Матвей. — Могу в роли кассира выступить.
— Прекрати, — осадил я его. — Людям плохо, а ты за своё.
— Да пошутил я, — отмахнулся Матвей.
Отряд подходил всё ближе и я заметил, что они по очереди подхватывают импровизированные носилки наподобие тех, что мы делали вчера для мага. По их окрикам я понял, что бойцу на носилках совсем плохо.
— Помрёт сейчас, не донесём! — крикнул кто-то из членов этого отряда в отчаянии.
— Типун тебе на язык! — выпалил голос постарше. — Шевели ногами!
— Опустите носилки, я целитель! — крикнул я, выдвинувшись им навстречу.
— Ты? Целитель? — с большим сомнением спросил шедший впереди, окинув взглядом мою амуницию и протазан.
— Вить, это, правда, целитель, я его знаю. Видел пару раз в местном госпитале, — сказал другой, выглядывая вперёд. — Останавливаемся!
Я как раз поравнялся с ними, когда они опустили-таки носилки прямо на тропу. Молодой мужчина, меньше тридцати на вид, уже не стонал, был без сознания.
— Отрубился совсем недавно, — сказал один боец. — Но вроде живой ещё.
— Живой, — кивнул я, проверив пульс на сонной артерии.
Через левую руку и тело шли четыре длинные глубокие раны, похоже на повреждения от лапы Лешего. Все доспехи, из того, что уцелело, были в крови, как и одежда. Кровь капала с носилок на утоптанную до плотности асфальта красную землю. Всё ещё продолжали кровоточить два сосуда, которые до этого соратники зажимали ему тряпками.
Я остановил кровотечение и положил ему руку на сердце, щедро делясь целительной энергией. Мне уже приходилось делать подобное раньше, но с пятым кругом — впервые. Я старался влить в него как можно больше энергии за короткий промежуток времени, и сам был в шоке, когда увидел, что довольно быстро боец задышал глубже, сердце забилось увереннее, а страшные раны на груди начали затягиваться.
За процессом регенерации я наблюдал, как заворожённый, продолжая лить в него энергию. Все же пусть я и знал, что так будет, но магия исцеления мне всегда нравилась именно тем, что она исправляла такие вот вещи. Все это просто было невозможно с использованием обычных инструментов и лекарств, поэтому я так много усилий прикладывал в этом направлении.
Мужчина пришёл в себя и начал постанывать, зашевелил руками. Многие в отряде вздохнули с облегчением и начали перешёптываться.
— Да что ж так больно-то, док! — чуть ли не крикнул мой пациент.
— Сейчас исправим, — сказал я и влил ему в рот немного наркозного эликсира. — Глотай!
Мужчина судорожно сглотнул, ещё немного постонал и затих, сонно засопев. Я тем временем продолжил заживлять его раны уже целенаправленно. Так регенерация пошла намного быстрее.
— Вот же чудеса, — прошептал кто-то позади меня.
Я поднял голову и увидел, что весь отряд обступил меня и те, кто сзади, стараются заглянуть через плечо впередистоящих, чтобы увидеть чудо исцеления. Ещё несколько минут и о чудовищных ранах напоминали только окровавленная одежда и доспехи. Свежие рубцы пока что были хорошо заметны, но я знал, что через месяц их уже будет трудно отыскать.
Самое главное, благодаря тому, что мы находились в Аномалии, я имел возможность восстанавливаться быстрее, чем где-либо еще. И поэтому, даже несмотря на серьезные приложенные усилия, резерв мой был полон больше чем наполовину.
— Слышь, док, а меня подлатаешь? — спросил один боец с толстой окровавленной повязкой на голени. — Я бы и до госпиталя дохромал, да невмоготу уже, сил нет.
— Сядь на землю, — сказал я ему.
— Да хватит тебе, Борь, чужой добротой пользоваться! — сказал ему тот, которого называли Витей.
— Всё нормально, — возразил я и принялся разматывать повязку.
Специальных ножниц у меня с собой не было, а ножом резать слипшиеся бинты я не рискнул. Голень Бори тоже оказалась знатно распахана, возможно, здесь тоже коготь Лешего побывал, но расспрашивать не имеет особого смысла. Рана была сильно заражена негативной энергией, которую я незамедлительно использовал для восстановления своих запасов.
Между остальными бойцами начались споры и тихая брань, почти все дружно решали какой-то общий вопрос. Мои парни стояли в сторонке и помалкивали. Для вмешательства пока не возникало повода. Внезапно споры прекратились и ко мне подошёл всё тот же Витя.
— Док, может, и других ребят подлатаешь? — осторожно спросил мужчина. — Мы щедро заплатим.
— Оплата тут ни при чём, — махнул я рукой, тут же услышав недовольный вздох Матвея, но не стал обращать внимания.
— Ты это брось, Док, — покачал головой Виктор. — Если бы не ты, Семёна бы точно похоронили. Да и мы с парнями решили уже, что тебе это нужнее, чем нам, ты же маг.
Мужчина протянул ко мне руку, на ладони лежали четыре магических кристалла среднего ранга.
— Бери, это твоё, — сказал Виктор. — Есть и ещё кое-что для вашего брата полезное.
— Этого более чем достаточно, — сказал я, осторожно принимая кристаллы на свою ладонь и убирая в карман рюкзака, лежавшего рядом. — Вы здесь старший, займитесь сортировкой. Сначала те, у кого раны серьёзные.
— Не переживай, док, — довольным голосом ответил Виктор. — С мелочью сами справимся. Валерка, иди, ты следующий.
Итак, трудовые будни полевого госпиталя продолжаются, но меня это нисколько не раздражало и не расстраивало. Зато я наконец прочувствовал в чём разница пятого круга целительства от четвёртого. Поток энергии был чувствительно мощнее и процессы регенерации происходили быстрее, увереннее. Наверняка есть много других тонкостей, которые мне только предстоит узнать. Буду настаивать, чтобы Герасимов мне это разъяснил, да и в библиотеку бы надо наведаться. Помню, там был отдел старинных и редких книг за решёткой, возможно, и туда теперь доступ будет.
Ещё четверть часа я залечивал раны и ожоги, потом Виктор сказал, что у остальных пустяковые ссадины, мол, перебьются. Я не стал особо настаивать, так как сам изрядно вымотался. Это ещё хорошо, что я мог восстанавливаться за счёт удаляемой из ран негативной энергии.
Вылеченный мной отряд потихоньку пошёл дальше, мы с парнями их опередили и вышли из зоны Аномалии первыми.
— Мне кажется, на фиг не нужен тебе этот госпиталь, Ваня, — усмехнулся, Матвей, убедившись, что отряд от нас достаточно далеко отстал. — Ставим палатку на развилке и встречаем всех раненых. Так и у них шансов будет больше, и у тебя практики навалом, а ещё придётся сундук на колёсиках для транспортировки магических кристаллов при себе иметь.
— Ну а что, неплохо ведь труд оплачен, — добавил Стас. — Матвей дело говорит. А шатёр можно у военных попросить, наверняка у них запасные есть. На целебный эликсир можно выменять.
— Выменять, — эхом повторил я. — Точно, а ведь это идея!
— Шатёр? — решил уточнить Матвей.
— Да ну вас с вашим шатром, — отмахнулся я. — Я имел в виду магический боекомплект для снайперской винтовки.
— А может, и ни к чему уже, Вань? — спросил Стас. — Я вроде и обычными неплохо справляюсь.
— Ну мы же не только на Игольчатых волков охотиться будем, — ответил я. — Надо и вперёд потихоньку продвигаться. Ты ведь заметил сегодня, что для Лешего твой выстрел был просто неприятен, не больше.
— Это да, — вздохнул Стас. — Леший — крепкая скотина. Зато Матвей его ловко нашинковал.
— Так это потому, что у него клинок магический, — пояснил я. — Обычный отскочит, каким бы острым ни был. С волками попроще будет, у них нет такой защиты. Да и мои молнии на них неплохо действуют.
— Поэтому Матвей волчатину и не ест, — сделал вывод Стас. — Толку не будет. А то, глядишь, ещё и иголки на заднице вырастут.
— А насчёт шатра с крестом на перекрёстке я бы на твоём месте подумал, — сказал мне Матвей, не заметив шутки Стаса. — Очень неплохая идея.
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 57 дней со дня публикации.