Глава 1
Слава богу, настроена техника всё же на конкретное упражнение, а не на моё физическое уничтожение. Потому что уже зародились некоторые сомнения.
Огонь по мне прекращается в тот момент, как я покидаю оговоренные условиями задачи пределы третьего сектора.
Когда я, наконец, на последнем издыхании переваливаюсь через забор, во мне сидят уже несколько кусков железа, причём один из них – в крайне неприятном месте (таким эвфемизмом Алекс обозначает серьёзную опасность).
Ещё два раза слава богу за то, что стандартный медицинский пульт у меня с собой, это вообще одно из формальных условий упражнения.
Поначалу я хотел наплевать на тупые местные правила, всё равно их никто никогда не читает, и отнестись ко всему спустя рукава. Но не особо любящий меня и дотошный подполковник Бак сумел вчера объяснить, что мелочей в таких инструкциях не бывает.
И сейчас я с облегчением жму на красную кнопку пульта, после чего разваливаюсь на траве, подставляя лицо утреннему солнцу.
Самое смешное, что условия договора-то выполнены: третий сектор мною пройден. Вдвойне хорошо, что начинал я в этот раз с самого начала, бежал полный маршрут. Видеофиксация наверняка отметила даже точное время.
_________
- Занятно, - куратор проекта покачивается на носках, озадаченно поворачивая голову влево-вправо и разминая шею. – Наиболее парадоксальную ситуацию, действительно, найти было бы сложно. С другой стороны, к формальной стороне вопроса претензий быть не может. Оговоренные условия вами действительно выполнены.
Он наконец присаживается в кресло для посетителей, стоящее в углу палаты, и возвращается к своей обычной полупротокольной манере:
- Алекс, чтоб не грузить ни вас, ни себя: условия этого контракта закрыты, все отметки я сейчас лично оформлю, как вернусь на кафедру. Но это никоим образом не отменяет ни нашего с вами разбора полётов, ни коррекции дальнейшего плана работы. Время беседы – не более пятнадцати минут, обсуждаем три вопроса. Первый: как вообще это всё получилось? - он многозначительно таращится на меня.
- Вчера после обеда провозился в медсекторе, - деликатно опускаю местные нравы в столовой и свежепришитую руку. – На культуру-то я потом успел, но пара-другая часов из расписания полигона у меня выпали. Не хотел запускать тему, раз. Вечером хотел фокусно подумать над тактикой прохождения последнего сектора, два. Потому местный смотритель вчера пошёл спать, а я остался бегать. Закончил довольно поздно. Сегодня, до официального подъёма, хотел ещё пару раз пробежаться. Для чего размялся, включил всё оборудование. Затем побежал.
- Почему не проверили загрузку бункера боеприпасами? – как-то излишне спокойно вопрошает Бак. – Это ж один из стандартных пунктов подготовки? Если б проверили, то увидели бы: вместо резины, стоят кассеты с боевыми.
- Решил время сэкономить, - бормочу. – Пока туда идти на рубеж, пока лезть смотреть... время же. Потом обратно ещё топать. Поленился, если честно.
- А кто-то ночью оказался гораздо менее ленивым, чем вы, - Бак неожиданно разражается несвойственным ему откровенным хохотом (если честно, до этого момента я его смеющимся в принципе не представлял). – И туда пройтись не поленился. И с кассетами-то вам подсуропил. В результате чего, пройти третий сектор вы вообще были не должны, поскольку все ограничения были сняты. И установка отрабатывала программу не обусловленного обстрела цели, а её поражения в оговоренной зоне.
- Я это потом тоже понял, - под надетым на мои рёбра жёстким фиксатором очень чешется, но я могу лишь бессильно поскрести наружную сторону жёсткой повязки. – Когда пошла первая пристрелочная серия, было видно, что вовсю летят боевые, а не резина. Я потому и решил не останавливаться: помнил же, что вы вчера сняли все полицейские ограничения. Хоть замирай в створе, хоть падай, без вариантов. Только бежать дальше.
- А вот если бы вы проверили всё, как полагается, то возле бункера вы бы на стене увидели памятку по обстановке, - подполковник назидательно трясёт в воздухе пальцем. - При проектировании и установке таких упражнений, как ваш третий сектор, любой инженер всегда учитывает островки безопасности для техперсонала.
- О, - кажется я даже широко открываю рот. – А я и не знал!
- О чём и речь, Алекс, - вздыхает куратор. – О чём и речь… Хотя, лично на меня вы производили впечатление вполне самостоятельного человека. И мне в голову не приходило, что за вами тоже, как и за клановыми, - он именно что презрительно выплёвывает последнее слово, - надо ходить и смотреть, где подтереть жопу. Извините.
- Да без проблем, - я в самом деле растерян.
А он где-то весьма прав.
- Знаете, у меня, конечно, вертится на языке что-то типа того, что я ничем вообще не рисковал и не рискую из важного, кроме себя, - почему-то именно с ним решаю говорить только то, что думаю. – И мой прокол по технике безопасности – это только мои последствия. Но почему-то именно вам такого говорить не хочется, - констатирую вслух, с удивлением для самого себя, под пронзительным взглядом куратора.
- Занятно… - неопределённо роняет он. – Вы всё же и правда не дурак. Хорошо, что вам этого всего говорить не хочется. Потому что если бы вы это сказали, я бы вынужден был вас поправить. Во-первых, ваш учебный проект оформлен как методический вопрос, переходящий в задачу. От типовых либо предлагаемых вами решений зависит, в том числе, что будет в итоге лично у меня в план-факте прикладных исследований. Соответственно, в зарплате лично я могу как потерять, так и приобрести. В бонусной её части, - они снисходительно наклоняет голову к плечу.
- Упс. Не знал. – Повторно каюсь.
- Я именно поэтому и не хотел вас брать на данном этапе учебного плана. Такого вашего отношения, разумеется, я предвидеть не мог; но опыт – великая вещь. А мои предчувствия меня почти никогда не подводят. – Он продолжает насмешливо смотреть на меня.
- Я был неправ. Больше не повторится. – Подумав и взвесив детали, озвучиваю коррективы к собственным планам игры.
- Был бы вам очень признателен, - нейтрально кивает подполковник. – Если говорить прагматично, часть месячного бонуса я переживу - не схожу в ресторан раз или пару, в крайнем случае. А вот вы, если будете и дальше… второй раз доставить мне неприятности уже не сможете. По чисто техническим причинам, - он снова красноречиво смотрит на меня.
- Больше не повторится, - повторяю. – И кстати, знаете, там всё же не совсем везение. Я тут, пока вас ждал, сопоставил и проанализировал. Есть небольшая закономерность.
Алекс с помощью чипа выдал анализ, в точности которого ручается.
- Только вначале не поясните, на всякий случай, что там за островки безопасности? О которых вы только что говорили ?
- Техобслуживание, - пожимает плечами Бак. - На случай, если во время регулярного тэо что-то пойдет не так, техперсоналу должно быть, где укрыться. Такие островки отмечают на поверхности - цветом, на объеме - вешками. Между первой и третьей сериями, у вас технически была возможность занять безопасное место на позиции. Если бы вы только подозревали о его наличии, разумеется – бегаете-то вы хорошо. Добежать лично вы успевали даже задом наперёд.
- Вот бл… - опять говорю, что думаю, не сдерживаясь.
Правда, сейчас – исключительно в адрес Алекса. Ну ладно – я бездомная дворняга; но он то?!. Великий учёный, мать его…
- На вашей обстановке эти островки тоже были обозначены, чтоб даже полный дилетант сообразил, куда бежать, - куратор весело добивает последние гвозди в гроб моего доверия к Алексу. – Странно, мне казалось, у вас отличное интуитивное начало… Впрочем, чего жалеть задним числом, - он хлопает себя по коленям. – Как ни парадоксально, но мои сто грамм и пончик вы в этом месяце уже отработали.
Интересно, это он сейчас специально меня поддевает?
- Если б соблюдали инструкцию от и до, мимо пояснения по островкам безопасности в бункере вы не прошли бы. – Итожит куратор. – Знаете, Алекс, вот именно вам я ничего не буду говорить больше. У педколлектива есть мнение, что у вас всегда на всё есть своё мнение. Нравится вам такой образ жизни и подход к работе – ну что я тут сделаю, боевых патронов на территории хватает... Вы меня понимаете? Тем более, как вы уже могли убедиться, недоброжелателей у вас в достатке. Замена ленты ж не случайна.
- Честно говоря, я не думал, что такое возможно, - аккуратно подбираю слова, потому что сейчас смахиваю одно за другим уведомления от Алекса.
Которые он истерично шлёт и шлёт. Он что-то настырно пытается мне пропихнуть, но я вот в этот момент не готов с ним говорить. По целому ряду причин.
- Должны же, во-первых, остаться следы замены. Во-вторых, я по своим каналам выясню, чьих рук дело замена ленты. – По мере продолжения моей мысли, лицо Бака расплывается в улыбке всё шире и шире.
- Что я сейчас не так сказал? – спрашиваю осторожно.
- За обстановку отвечаете вы и только вы, перечитайте всё же положение и инструкции! – припечатывает он. – Камеры ничего не покажут, следов тоже не будет. Кстати, как думаете, а кто вообще будет вести разбирательство по этому факту?
- Безопасность? Такой старичок, божий одуванчик, возле отдела приёма учащихся?
- Ну, он не один в безопасности и в том отделе, но да. Он. Как думаете, он будет сильно рыть землю, особенно если опасается, что может выйти на клановых? Которые таким образом недвусмысленно заявили свою открытую позиции в ваш адрес?
Я думал, насмешливее с его стороны смотреть уже нельзя. Оказывается, можно.
- Чужие проблемы никому не нужны, - в этом месте уверенно киваю. – Он мне не друг, не родственник и не братва сходных взглядов, чтоб из-за чего-то там мне симпатизировать. И за меня вписываться. Особенно если ради этого придётся идти против кланов. Я так понимаю, они и ему могут накостылять, если что? В той или иной форме?
- Вот мне и непонятно, - Бак молча опускает ресницы на секунду. - Как такая светлая голова, как у вас, в некоторых прикладных вопросах оказывается то близкой к гениальности. Как сейчас. То беспросветно тупой, как в случае с регламентированной проверкой установки перед запуском?
- Да дурак я… - соглашаюсь. – Кто бы спорил… Знаете, когда ещё отец был жив, он постоянно ругал меня за подобные очевидные промахи. И моим самым ненавистным моментом было, когда я уже налажал и хлебнул известной субстанции ложкой, а он вечером дома бьёт пальцем по столу и говорит с оттяжкой: «А ведь я говори-и-и-ил!.. А ведь я предупрежда-а-а-ал!..». Самое печальное, что он действительно всегда оказывался прав. А мне тогда так хотелось взять мамину сковородку на длинной ручке; и влепить ему навстречу всей плоскостью сковороды. Чтоб он вылетел в окно, обязательно спиной вперёд, а руки и ноги при этом назад… - дальше смущённо замолкаю, под красноречивым взглядом подполковника. – Извините. Я без параллелей.
- Весьма на это надеюсь, - неопределённо и холодно роняет он. – Теперь поведайте, что вы думаете по поводу случайностей и неслучайностей в забеге. Что вы там успели проанализировать, пока ждали тут меня?
- Но вы подтверждаете, что условия задачи выполнены и маршрут пройден?
- На оговоренную сумму контракта - однозначно да, - кивает он. – Запись работала, хронометраж вёлся, маршрут пройден. Иное не оговаривалось.
- Моя изначальная идея, которую я отрабатывал: надо повторить путь по трассе несколько сотен раз, чтоб пришло чувство трассы. – Начинаю пояснения. – Глядишь, и решение правильное придёт само. Ну, это я сперва так думал… И вчера, под резиной, я после пропущенных попаданий останавливался и возвращался на исходный: типа, есть же попадание? Конец забега, давай заново. А сегодня, когда оказалось, что надо бежать или убьёт, меня как осенило: а ведь у нас не оговорено, достигну ли я финиша целый, раненый или ещё в каком состоянии!
Куратор поощряюще кивает.
- Ну и там отступать реально некуда было, - продолжаю. – Может, вашу кафедру, как заказчика, выбравшийся за третий сектор раненый, как промежуточный результат исследования, тоже устраивает. Эвакуация ж по ту сторону забора не оговаривалась? Может, его там уже машина ждёт, массажистка и газировка с сэндвичем.
- Справедливо. Продолжайте.
- Вот и я так подумал... Задача стояла – выйти за третий сектор Квадрата. А там, пешком по прерии пилить, или ждёт транспорт с реанимацией – это уже давайте обсуждать отдельно.
- Слона надо есть по частям. – Кивает подполковник. - Пока всё логично. Если будет стоять задача продолжения исследования за забором, это уже тема отдельной работы и отдельного контракта. Логика принимается. Развивайтесь.
- Я после первой серии сменил себе тактику, - вспоминаю тот момент и невольно покрываюсь потом. – До того, я себе говорил, что в меня не должно быть попаданий. А тут, когда пошло боевыми, сам себе переформулировал вводные: раз попаданий не избежать, значит, надо выйти хоть и не совсем целым, но живым. И быть в состоянии вызвать потом помощь, - обвожу взглядом белое убранство палаты.
- И какая тактика? Что предприняли? – маска обычной невозмутимости спадает с лица куратора и он явно демонстрирует любопытство вперемешку с нетерпением.
- У меня стоит списанная с производства версия чипа А-СЕМЬ, ставили в клинике перед Квадратом…
- Я в курсе.
- Я не знаю, какие к ней претензии возникли у медиков, но расчёты с её помощью делаю со скоростью звука. Также – сопоставляю массивы данных с той же скоростью, если они оцифрованы либо поддаются оцифровке.
- Вы прикинули траекторию и баллистику? – предполагает Бак, даже чуть подаваясь головой вперёд.
- Не «прикинул», а чётко знал. Подсветил её себе на виртуальном макете, - касаюсь виска пальцем. – Чип, кстати, хороший, позволяет рисовать картинку даже в динамике.
- То есть, вы видели не просто три-дэ модель, а ещё и в проекции по времени? Со всеми изменениями? – уточняет он, явно загораясь каким-то нездоровым огнём.
- Точно. Соответственно, надо было быстро решить такую задачу: какие части тела подставить под пули, чтоб не потерять способность перемещаться, не снизить скорость и не получить критических для витальности повреждений.
- С последним как-то не очень получилось? – абсолютно нейтрально уточняет Бак. – Или…?
- Не получилось, - подтверждаю. – Капитан Карвальо говорит, что сама печень в открытом поле такого не переварит. Но это, кстати, была уже четвёртая серия, а не третья. Эта ваша долбаная машина и правда очень быстро думает. Сейчас вот четвёртая серия пошла раньше, чем нужно, и явно не куда придётся… я уже через забор переваливался, когда оно меня достало. Знаете, как из ехидства, что ли. Хотя, конечно, это не так.
- Откуда у машины ехидство, - отстранённо роняет куратор. – Режим просто такой. Ты смотри… А ведь логично… Есть ещё что-то?
- Да. Моя личная гипотеза, но я не знаю, как её проверить на практике. Когда установка рубит третью серию, она меня видит в полной проекции и насквозь. Почему-то за маячки при прицеливании она берёт железные пряжки на груди формы.
Это была догадка Алекса, но он давал голову на отсечение, что система целится «сквозь» меня. Почему – нам с ним понять не удалось, ввиду нехватки времени.
Именно это объяснение я и озвучиваю, добавляя в конце:
- Я и старался изогнуться на бегу так, чтоб раневые каналы от спины в направлении этих железок шли мимо витальных функций. А эта долбаная машина влепила четвёртую серию, вдогонку, уже с поправкой. На которую расчёта не было. Если б не четвёртая серия, я б ещё ковылял.
- Спасибо, - отрешённо кивает Бак, крутя в голове какие-то свои мысли и теряя ко мне внешний интерес. – Вы тут надолго застрянете?
- Капитан Карвальо говорит, до обеда: механической работы много.
- Загляните ко мне на кафедру, как выйдете, - подполковник поднимается и направляется к двери. – По определённым условиям, контракт номер один закрыт. Уточним условия изменений? Я кое-что как раз проверю до обеда. Вы вскрыли вопросы, которыми раньше никто не задавался. Как насчёт продолжить работу по теме вместе?
- Без проблем, - ничуть не кривлю душой. – Мне у вас нравится. А инструкции с этого дня обещаю и читать, и выполнять.
- Это в первую очередь в ваших интересах, - нечитаемо хмыкает он и закрывает за собой двери с противоположной стороны.

Поделится в соц.сетях