Глава 2
В оконном стекле отражалось вытянутое лицо с массивным подбородком, крупными ушами и носом с горбинкой.
«Порода», — одобрительно сказали бы в учебных заведениях Лиги плюща, забирая конверт с ежегодной платой у родителей.
«Урод, иди сюда», — говорили в средней школе Нортхолда на западе Лондона, в районе Илинг, традиционно возглавлявшем рейтинг самых бедных и неустроенных.
Там Колин Фипс, меланхолично смотревший через стекло на деловые кварталы Вашингтона, научился драться, ничего не бояться и ждать. Возможно, в богатых школах этому тоже учат, но знания мистеру Фипсу достались куда дешевле.
Боевой характер позволил основать свой бизнес. Нестандартная внешность, ввиду отсутствия страхов, помогала давить на партнеров выдуманным благородным происхождением и связями в верхах — на островах это ценилось и способствовало успеху. А умение ждать и не паниковать — что бы ни происходило, какие бы потрясения не сотрясали мир — вознесли мужчину к сорока годам в статус действительного торгового представителя и пэра Англии. Кого-то, правда, за это пришлось убить — так что ожидание вышло деятельным.
С другой стороны, его конкуренты ждать не умели вовсе — и, в массе своей, поубивали друг друга в хаосе безвластия и попытках силового передела рынка первых дней Беды. Мистер Фипс же был как та обезьяна из притчи — забрался на пальму и ждал, пока у подножия дерутся львы. То есть ушел своим небольшим торговым флотом из порта Лондона, доплыл до военной базы в Портсмуте, пребывающей в раздрае из-за рухнувшей системы управления и противоречивых приказов, договорился на боевое сопровождение — попросту купив тамошнее руководство за тогда еще что-то стоящие фунты. И вернулся в столицу империи, имея боевые катера за спиной. Объятый волнениями город, спаливший и разграбивший к тому времени девяносто процентов всех складов, хотел кушать — а в трюмах торговых кораблей было продовольствие.
Немного, на многомиллионный город не хватит — но Колин Фипс и не собирался продавать всем. Радио позволило договориться с теми, кто тоже хотел есть и кормить свои семьи, но мог бы заплатить чем-то более существенным, нежели бумажки с портретами королевы.
К оговоренному моменту в порт вкатились броневики покупателей — оценили прикрытие торгаша и поняли, что придется вести дела честно. На берег ушли контейнеры с едой, а в руки Колина Фипса лег документ, утверждающей его власть над портом Лондона. Сумасшедше выгодная сделка ценою в сотню тонн консервов, овощей и фруктов.
Впрочем, те, кто звался властью в Лондоне, понимали шаткость своего положения и готовы были выписывать любые бумаги. Позже Колин Фипс их поддержит, вновь одолжив боевую силу в Портсмуте — на этот раз не ограничившись деньгами, а пригласив военное руководство в деловые партнеры. Власть к тому моменту, с обеими их палатами и премьером, показала полную свою бесполезность — и почти не сопротивлялась, когда бразды правления империей, над которой когда-то не заходило солнце, взяли совсем другие люди. В основном военные и близкие к ним личности. Как стало поспокойнее — бунты подавлены, дороги расчищены от банд, и ближайшие к Лондону города приведены к покорности — старую традицию с говорильнями возродили, но фамилии пэров в обоих списках обновились почти полностью.
Когда настал момент выбирать министра финансов, пришлось уступить. Да и мистер Фипс не рвался контролировать совсем уж все деньги страны. Ему бы хватило гораздо более скромных объемов — лишь бы поменьше отчетности и надзора.
Так что за должность торгового представителя он уцепился и выдрал ее себе. Впрочем, не сильно пришлось и воевать за место — страна и парламент пока не очень понимали с кем торговать, как проводить расчеты и что брать за основу меры обмена. Времена натурального обмена грозились вернуться надолго — а вопросы точной оценки ложились на покупателя и продавца. С одной стороны, нелегкая задача. С другой стороны, все что сверх оценки на островах и ниже оценки на континенте — оставалось в руках мистера Фипса щедрыми комиссионными. Корабли отправлялись с боевой поддержкой — проводили разведку портов на континенте. Где-то торговали, где-то грабили, пользуясь политической обстановкой, а где-то основывали собственные колонии. Только люди, остававшиеся на чужой земле под английским флагом, служили не короне и новоизбранному королю, а мистеру Фипсу. И со временем территорий таких скопилось столько, что сам мистер Колин начинал задаваться вопросом — с какой стати он ездит в этот сырой Лондон отчитываться перед теми, кто контролирует площади куда как более скромные?
— Впору задуматься над собственной династией, — шутили капитаны боевых кораблей, которых тоже содержал мистер Фипс, выделяя щедрые куски с колониальных доходов.
И слова их падали на благодатную почву. Все-таки сложно так долго крутить словами, выдавая себя за титулованного наследника — и не захотеть им стать. Сложно смотреть на себя в зеркало в детстве и успокаиваться, сравнивая себя с лошадиными рожами английских лордов. Мол, я такой же, и докажу это остальным…
В конце концов, время вокруг такое, что когда — если не сейчас?..
Страха не было — это холодный расчет удерживал мистера Фипса от резких движений. Мало объявить себя королем, правителем, тираном, вечным лидером или президентом — куда важнее удержать статус.
За мятежником, безусловно, отправят Британский флот — но он отобьётся. Под его властью достаточно возвышенных, кораблей и самолетов — бесконечный поток доходов и щедрость позволили набрать множество друзей.
Но что делать с другими странами?.. Многие державы удержались наплаву после Беды, кое-где даже обошлось без гражданской войны. Как они отнесутся к вооруженным людям под непонятным флагом, орудующим на богатых землях?
Как к разбойникам, к пиратам, над которыми нет ни закона, ни права на территорию. Бесконечная война со всеми рано или поздно истончит силу и волю.
Значит, нужно признание нового государства от страны достаточно мощной, чтобы с нею считались. Тогда территории под властью Колина Фипса получат должную респектабельность — с ними будет возможно заводить дипломатические отношения, торговать и заключать союзы. Но за такое признание возьмут дорого — и настолько, что мысль стать основателем династии надолго отошла на второй план. Мистер Фипс не отказался — он продолжил зарабатывать деньги ради будущего. И терпеливо ждал, выискивая возможность шагнуть дальше.
Ждать, как уже говорилось, Колин Фипс умел.
Плата, достойная, чтобы быть преподнесенной за признание, нашлась.
Но мистер Фипс не был бы торговцем, если не взялся бы продать ее еще дороже. Уж слишком необычной была находка, слишком сильной…
Настолько, что Колин Фипс все больше подумывал оставить ее себе, рассчитывая отделаться услугой, исполненной при ее помощи.
Не самая наивная мысль — то, что может принести победу в войне, могло позже преспокойно уехать с мистером Фипсом, так как на результат это все равно бы не повлияло.
Осталось найти подходящую страну.
На самом деле, искать было несложно — Америка содрогалась в гражданской войне. Америка — государство, признание которого будет достаточно веским, чтобы к нему примкнули остальные без потери лица. Плюс к этому, Америка достаточно безопасна, потому как расположена достаточно далеко от колониальных владений Фипса, чтобы желать их освоить самостоятельно — во всяком случае, в ближайшие годы. И Америке плевать на гнев «Старого света» — вечные противоречия подтолкнут их действовать наперекор бывшему сюзерену. Отвесить болезненный щелбан Лондону — милое дело.
Да и цена победы — получалась весьма символической…
Так что товар, загруженный Колином в трюм боевого корабля и способный принести победу (Северу или Югу — ему было без разницы), обязан был стать той последней ступенькой к титулу, которой так не хватало.
Словом, Колин был преисполнен энтузиазма, отправляясь в опасное плавание — воды Атлантического океана, и без того неспокойные, ныне были наполнены не самыми приятными обитателями, способными прогрызть даже броневую сталь. Впрочем, эхолоты и боевое оснащение делали риск умеренным.
Он прибыл вовремя — не сомневался в этом ни секунды. Север и Юг Америки замерли в неприятном, высасывающим все ресурсы противостоянии — как год, как три и пять лет назад. На стороне Севера — сохраненные производства, высокая плотность населения и союз двух отмежевавшихся было правительств. На стороне Юга — Реликт. И никаких признаков, что длящаяся годы война закончится.
А тут — мистер Колин Фипс, с предложением победить. По размышлению, предложение было передано Северу — те казались перспективнее.
Фипс, оценив на месте ситуацию, взвинтил ценник даже выше, чем планировал — дела Севера шли неважно. Потом, в ходе торгов, можно будет кое-что скинуть, но добавить самое главное — пока же не стоило обнажать своей истинный интерес к сделке.
Потом… Потом же случилось что-то непонятное, нештатное, никем не предусмотренное. Он бы сказал — невозможное!
Юг словно бы испугался неведомо чего и пошел на мирные переговоры. А Север счел возможным эти переговоры поддержать. И, по всей видимости, они смогли договориться.
Все проходило неестественно быстро — неправильно быстро для завершения противоречий с историей в несколько лет, и мистер Фипс впервые за карьеру почувствовал неприятное ощущение, как земля уходит из-под ног.
Его товар не нужен был мирной державе, и это было весьма скверно.
Перед переговорщиками он делал каменное лицо и просто говорил, что предложит эксклюзив другой державе. Мало ли воюющих стран?
Его уговаривали подождать — задабривали подарками, обеспечивали теплый и комфортный номер на высотном (!) этаже здания, демонстрирующем превосходство человека над ограничениями, навязанными извне.
Но Колин понимал — эта задержка техническая, северяне просто опасаются, что итоговый мирный документ могут не подписать. А сам мистер Фипс и его товар им более не нужны.
Вернее, товар нужен. Но не по такой цене.
То, что мирный договор подписали, Колин Фипс понял, когда метрдотель сообщил, что номер оплачен только до следующей пятницы — и уточнил, будут ли господа оплачивать дальше?..
«Или укатятся ко всем чертям на свой сырой остров».
Скверно — мистер Фипс чувствовал разочарование. Радиоприемник доносил подробности битвы в Солт-Лейк-Сити — там три президента завершали последнее дело перед большим миром, избавляясь от Реликта.
Впрочем, англичане знали, что это просто слова — от этой твари так просто не избавиться. На старом континенте они тоже были — а где этой мерзости нет?.. Владельцы — или слуги Реликтов, если говорить честнее — прибрали под себя территории соседей и угомонились только после прямых угроз ядерным оружием. С места теперь этих сволочей не сковырнуть, творят на своих территориях черте что, но экспансию остановили. Адептов разной степени силы и безумия — этих рассылают, создавая головную боль всем окружающим.
В Америке, по мнению Фипса, все упиралось в нежелание превращать родную страну в ядерную пустыню. Победитель хотел править, а не выслушивать проклятия в свой адрес… В Европе, где за речкой уже могла быть чужая страна, на которую плевать — лишь бы ветер дул в другую сторону — с применением спецбоеприпасов было проще.
Когда мистер Фипс услышал, что второй Реликт мертв, настроение скатилось в несвойственную ему меланхолию. Пришло понимание — за этот рейс он не окупит даже топливо.
В дверь номера бодро постучали — характерным перестуком, словно мелодию выбивали.
Колин заинтересованно повернулся — так стучался только представитель правительства, Джордж Брок. Честно говоря, он поначалу изрядно раздражал степенного Колина своей активностью и чрезмерной подвижностью. Массивный, но весь какой-то округлый и прыгучий, мистер Брок, выставленной против чопорного Фипса, казался тому насмешкой над ним. Но по прошествии дней Колин убедился в деловых качествах Джорджа — они перешли на «ты» — и в его осведомленности о делах власти.
Собственно, исчезновение мистера Брока из поля зрения — и было первой ласточкой того, что англичанам пора сворачиваться.
Тем страннее его появление сейчас.
«Пришел попрощаться?»
— Войдите, — бархатным тенором распорядился Фипс. — Открыто.
Деревянные двери как гарантия безопасности в мире возвышенных– это ли не шутка?..
— О, мистер Фипс! Рад вас видеть! Не помешал? — Вкатился на кажущихся короткими из-за комплекции ножках мистер Брок, подошел к англичанину и завладел его рукой. — Бесконечно рад вас снова видеть! — Жал он ладонь. — Приношу извинения, был крайне занят по рабочим вопросам, но мне нет прощения! Предлагаю в качестве извинений лучшее вино и ужин за мой счет!
— А вы знаете, я, пожалуй, приму ваши извинения именно в этой форме, — улыбнулся одними губами мистер Фипс. — В отеле?
— Есть совершенно чудесное место! Был там на днях — вам понравится, уверяю!
— Доверюсь вашему вкусу. — Кивнул Фипс и направился вслед за деловитым приятелем — тот, будучи меньше, все равно обгонял его на пару шагов, в какую бы сторону ни поворачивал.
На улице перед отелем их ждал «Роллс-Ройс» двадцатых годов — сколько стоило его поддерживать в должном виде и снабжать запчастями в нынешние времена вызывало уважение даже больше, чем сам статус авто.
Водитель, мигом выбравшись из-за руля, почтительно открыл перед ними двери.
— Неплохая машина, Джордж, — сдержанно похвалил он.
— Машина друзей, — с явным сожалением провел тот рукой по дверной карте. — Мне на такое не заработать.
— Мне кажется, вы себя недооцениваете, — с укором добавил Фипс. — Но еще сильнее это делают другие.
— Иногда мне тоже начинает так казаться, — туманно отозвался мистер Брок, будучи в некоторой задумчивости, но почти мгновенно переключился на свежие сплетни внутри новой власти в Вашингтоне.
Три разрозненных правительства пытались въехать в кабинеты, и это не могло не остаться без курьезов, иногда пикантных — а рассказчиком Джордж был замечательным.
— Меня могут хватиться на корабле, — отметил Фипс, как «Роллс-Ройс» покинул границы города, а за спиной ему пристроились «Хамви» сопровождения.
— Не беспокойтесь, Колин, мы вернемся засветло! — поспешили заверить его. — Маршрут абсолютно безопасен, но мои друзья дали дополнительную охрану.
— Ваши друзья?
— Возможно, они станут наши общими друзьями! Я на это весьма рассчитываю!
— Мы едем к ним?
— Простите, но в отеле нас могли слушать. — Пожал тот плечами.
— Обещанное вино и ужин ожидают нас там?
— Все так, мистер Фипс.
— Надеюсь, они оправдают мои ожидания. И впредь, мистер Брок, предупреждайте о таких мелочах. — Повернулся Колин к окну.
Его спутник приобрел вид виноватый и с веселыми историями более не лез.
«И куда же мы направляемся?» — Тем не менее с любопытством разглядывал Колин округу.
Возделанные поля — прямо рядом с городом. Огромное количество людей на них, ручной труд.
«Тоже проблемы с продовольствием», — констатировал он. — «Города хотят есть, а грузовоз с картошкой из Египта уже так легко не доставить. Эти фанатики с Реликтом внутри пирамиды сами кого угодно сожрут…»
Машины съехали на узкую дорогу — отлично асфальтированную, с декоративным заборчиком по обочине и скошенной травой.
«Какое-то поместье?» — Смотрел мистер Фипс вперед, где за лесной косой вырисовывался силуэт двухэтажного бело-синего строения с акцентированной колоннадой крыльца в центре.
Явный новодел, но с закосом под колониальные времена — такое Колину нравилось.
Площади вокруг были большие — декоративный газон, неестественно-зеленый. Небольшие участки леса — все словно бы нарисованные, декоративные. Перед домом же бегали и смеялись две мелкие девчонки, играя в догонялки.
— У вас настолько безопасно? — Удивился Фипс.
Люди на полях, дети — и это при тварях, прекрасно прокладывающих себе пути под землей. Вряд ли тут иначе, чем за океаном.
— Смотря какого уровня возвышенные у вас в охране, — пожали в ответ плечами. — У мистера Марантиса за округой следят очень сильные специалисты. Так что да, полагаю — безопасно.
— Чем занят мистер Марантис? Он ваш друг, я верно полагаю?
— Вы в чем-то коллеги, мистер Фипс. Мистер Марантис занимается продовольствием.
— Я давно отошел от производства и продаж. Но общие темы у нас найдутся.
— Будьте уверены.
— Правда, я слабо понимаю, чем могу быть полезен мистеру Марантису. Острова не экспортируют продовольствие, а забирать его объемы и вести через океан…
— У нас тоже не так давно кончились голодные годы, мистер Фипс. Но, я уверен, вы можете быть весьма полезны друг другу. — Добавил тот с легким энтузиазмом.
— Не найдется ли у вас времени пояснить? — Машина неспешно подкатывала к декоративному фонтану у входа в поместье, вокруг которого дорога делала легкий круг.
— Торговые переговоры, мистер Фипс. Одни покупатели уходят, другие появляются.
— Ах, это, — невольно проявилось разочарование в голосе.
— Иные люди богаче целого штата, мистер Фипс.
— Но не целой страны.
— Если людей много, и у них есть необходимость…
— Предлагаете держать ценник? — Хохотнул Колин.
— Если в нем будет моя комиссия, отчего нет, — улыбнулся Джордж вновь живой и веселой улыбкой. — Но знайте, мои друзья тоже мне платят, говорю откровенно. Так что будьте с ними помягче, прошу.
— Ради ваших комиссионных? — Улыбался Фипс.
— Я их честно заработал, пытаясь умягчить ваше черствое сердце! — Неловко поерзал тот на кресле. — Разве нет?
— Вы просто попросили.
— А разве я мог сделать больше⁈ Я же не прожжённый делец, я просто старый человек, которому не помешает вилла в охраняемом поселке!
— Раз так, то попробую что-то для вас сделать. — Фипс дождался, что слуга при поместье откроет ему дверь, и выбрался на дорожку.
Ему позволили сделать пару шагов вперед, и только потом с крыльца спустился мужчина в белоснежном костюме военного фасона, с воротником под подбородок и темно-синими узорами на лацканах. Обладал он шикарной шевелюрой, седой до белесого состояния, зачесанной назад и вправо; загорелым, в темных родинках, лицом и узловатыми руками, которые держал у пояса. Судя по качеству одежды и взгляду — местный хозяин.
— Мистер Марантис, я верно полагаю? — Замер на месте мистер Фипс.
— Верно. — Широким жестом предложил местный хозяин руку для пожатия. — Мистер Фипс, наслышан. Пройдемте в дом. Мне не терпится чем-нибудь угостить вас с дороги. Что предпочитаете в это время суток? — Встал тот сбоку и вежливо показал на вход.
— Что и всегда — чай без сахара, мистер Марантис. Более крепкое только после рабочего дня.
— Разве он не завершился? — Хохотнул хозяин.
— Пока есть сделка — я всегда на работе.
— Хм. Брок успел вас просветить?.. — Уточнили, стоило им зайти в прохладный, напоенный приятными запахами свежих цветов холл.
Вокруг никого не было — огромное помещение с ведущей спиралью на второй этаж лестницей отчего-то гасило все звуки, и разговор их не отзывался эхом о декоративные панели из темного дерева и паркет.
— Только о том, что спрос на мой товар возрос.
— Возрос — слишком громко сказано. Скорее, он появился, — остановился Марантис перед ним. — Присядем? — Указал он на диванчик у стены. — Ваш чай готовится, его принесут.
— Благодарю, — занял предложенное место Фипс. — А что касается спроса — он есть всегда. Спрос на силу, на власть, на победу…
— Не сейчас и не в этой стране, — сев поодаль, отрицательно качнул головой хозяин дома.
— Я планирую быть в Аргентине через неделю.
— Нищая страна.
— Они найдут деньги. Или страны не станет вовсе. — Слегка дернул плечами мистер Фипс.
Распадется на сотни мелких областей с собственными властителями, которые зальют там все кровью.
Радио доносило ту еще печальную картину — так что Фипс не соврал. Другое дело, что Аргентина из-за этих самых обстоятельств для его планов не подходила вовсе.
— Может быть, найдут, — нахмурился Марантис. — Через три недели, а? Одна-три — есть ли разница?
— Цена не будет ниже. Я прошу понять: Англия в моем лице как союзник прибыла предложить Америке эксклюзив. Я, признаюсь честно, не уполномочен говорить о сделке с частными лицами.
— Но вы все-таки говорите.
— Если цена будет прежней, меня хотя бы поймут. В Америке мир, я вернусь с деньгами. Две галочки напротив двух пунктов.
— Как насчет одной галочки и небольшого побочного заработка?
— Не на моей должности, мистер Марантис, — покачал Фипс головой.
— Тогда попробуйте убедить меня, за что такая прорва денег. — Отклонился хозяин дома на спинку дивана.
Колин изобразил вежливое удивление:
— Кажется, вы меня неверно поняли…
— Черт! Мы согласны на тот ценник, что сказал Брок, но это будут не только мои деньги. Нас несколько, и мне надо быть чертовски убедительным, чтобы никто не соскочил в последний момент!
— У вас есть серьезная проблема, которую вы желаете решить при помощи моего товара?
— Еще какая, — буркнул тот.
— Быть может, вы расскажете о ее сути? Поверьте, дальше меня информация никуда не пойдет. Моя репутация основана на деликатном отношении к тайнам покупателей. Если я буду знать — возможно, отговорю вас самих. А быть может, подскажу убедительные аргументы для ваших друзей.
Мистер Марантис надолго задумался.
— Вы же знаете, что у нас тут теперь мир и всеобщая любовь? — С раздражением махнул он рукой.
— Да, мистер.
— И вы, должно быть, догадываетесь, что происходит после войны? — Посмотрели исподлобья.
— Множество вещей. Какая именно вас беспокоит?
— Взгляды. Взгляды на мой бизнес. Эти твари уже пропихивают поправки в закон о рабстве. Всю войну их не волновало, кто обрабатывает поля и кто их кормит!
— Я не видел следов принуждения у людей в поле.
— Коллективная эволюция. Все до одного — возвышенные в подчинении у бригадира. — Хмыкнул мистер Марантис. — Не переживайте, это все бродяги и сброд, преступники и воры.
Мистер Колин Фипс не переживал. Ему было наплевать.
— И это было законно всю войну! А сейчас… Они хотят все отнять! Все, у меня, у моих друзей! Эти нищие с запада и юга смотрят на мои богатства и грезят, как бы все забрать!
— Тут нужен хороший юрист, я полагаю.
— Нет! Законы они напишут. Слишком много голодранцев в Вашингтоне, и все они скулят на ухо своим президентам!
— В самом деле, я не понимаю, как десяток дополнительных уровней возвышения могут помочь решить ситуацию.
— Все просто, мистер Фипс. Мы планируем убить их лидеров. — Сухо высказал тот.
— Г-хм. Правила этики не позволяют обращать наши услуги против бывших, даже несостоявшихся клиентов, — с оттенком сожаления произнес Колин.
Только вляпаться в заговор ему не хватало.
— Это не ваши клиенты.
— Но…
— Мистер Фипс. В Солт-Лейк-Сити уехали одни президенты. А приехали подменыши. У меня есть доказательства, вам принесут ознакомиться. Отселенные семьи, бывшие друзья и любовницы, увольнения близких друзей, переводы в другие города знакомых, проверки… Наших президентов убили и подменили. Вместо них — непонятные люди, которые готовы принимать непонятные законы!
— Дело неприятно пахнет политикой.
— Вы приехали, чтобы вмешаться в дела суверенной страны и дать оружие Северу против Юга, вам ли говорить об этом?.. — Усмехнулся Марантис. — Все, что мы хотим — уничтожить это кубло, которое нам навязали. Мы не планируем новой войны — Боже упаси! — но вице-президенты, которые непременно уцелеют, нам знакомы. К слову, это они забили тревогу о подмене… Президента Юга мы стерпим, он необходим. Но наши лидеры — вновь станут нашими! И они будут весьма признательны нам…
— То есть я могу рассчитывать на бонус по исходу дела? — Неожиданно заинтересовался мистер Фипс.
— Можете рассчитывать, — кивнули ему. — На весьма щедрый бонус.
— На мой выбор?
— В пределах разумного.
— О, есть у меня на уме нечто необременительное, — легонько улыбнулся торговый представитель. — Да, я думаю, мне есть, что вам предложить.
— Итак. — Внимательно смотрел мистер Марантис.
Фипс достал из внутреннего кармана блокнотик, раскрыл на нужном месте и передал хозяину дома.
— Что это? — Вглядывался тот в отлично детализованную зарисовку ручкой. — Черный Обелиск?
— Верно. Обратите внимание на правый нижний угол.
— Скол? Не понимаю, — листнув на страницу дальше, тот не нашел продолжения.
— Отсутствует четверть покрытия у нижней грани. Поврежденный Черный Обелиск. До конца неясно, как это смогло получиться — Обелиски считаются нерушимыми. Тем не менее в Испании мне досталось это. Возможно, столкнулись два Обелиска, возможно брак производства.
— И как это должно нам помочь?..
— Внутри Черного Обелиска — Реликт. Нерожденный. — Мягко заявил Фипс, уже с привычным удовольствием наблюдая за удивлением собеседника — а потом и ужасом осознания.
— Вы хотите сказать…
— В каждом Черном Обелиске — Реликт. То, что говорит с вами, что дает вам таланты… Мистер Марантис, если бы была команда — все человечество было бы стерто за день. Так что все эти размышления о высших замыслах пусть найдут время за вином и не сейчас. Мы с вами — деловые люди. Я предлагаю вам услугу по контакту с привезенным мною нерождённым Реликтом. Он, как и настоящий, назначит вас верховным жрецом, даст семь уровней возвышения вам и по три вашим людям. Но не получит власти над вашими душами. А как придет время — я верну вот этот осколок, отколовшийся от Обелиска, на место, и он про вас забудет, вернувшись в сон. Семь уровней — это достаточно, чтобы решить вашу проблему с правительством?..
— Черт возьми, да!
— Вот видите. Осталось собрать плату и привезти ее на мой корабль, оснащенный ядерным оружием.
— Это вы к чему?..
«Да уж понятно к чему — и не думайте пытаться отобрать у меня — мое».
— Ни к чему, мистер Марантис. Мой корабль будет надежным местом для любой платы, но до корабля вам придется сопроводить ее самим. Мы принимаем художественные полотна классиков, музейные ценности и части высокоуровневых зверей. Более подробно можно будет согласовать с мистером Броком.
— Снова Англия тащит к себе все диковинки мира…
— Мы возвращаем их на остров.
— Куда притащили из Рима и Греции… — Вставлял слова Марантис, думая совершенно о другом.
— У нас они будут в большей сохранности.
«Лично у меня».
— Вот что, мистер Фипс…
— Колин.
— Да, Колин. А ваша зверушка… Вы же слышали объявление? Об убийце Реликта?
— Полагаете, он полезет на мой корабль? — Усмехнулся Фипс. — Он даже не знает о существовании там Реликта.
— Но ваш Реликт… Как насчет него? Испытывает ли он кошмары?..
— Вздор…
— Существенное обстоятельство. Если Реликт потребует от меня убить богоубийцу, все наши планы пойдут пеплом по воде.
— Мне кажется это надуманным, но если вас это беспокоит…
— Беспокоит. Я слышал, как Реликт расправляется с непокорными.
— Давайте договоримся так, мистер Марантис. Я немедленно отправляюсь на корабль и проверяю, верны ли ваши опасения. И сообщаю вам через мистера Брока.
— Договорились, — энергично встал тот с дивана. — И я немедленно займусь сбором средств.
— Приятно было общаться с деловым человеком, — откланялся Колин.
Чай ему так и не принесли, ужином не покормили, но мистер Фипс был не в претензии.
Будучи в приподнятом настроении, он распорядился водителю «Роллс-Ройса» гнать в порт. Джордж остался в поместье — обговаривать, что есть ценного у местных богачей, и с чем из этого они готовы расстаться. Список обязан был получиться внушительным.
«Но главное — свои люди в правительстве. И незначительная просьба, которой непременно пойдут навстречу — ведь новичкам всегда кажется, что вещи стоят дороже слова».
Через два часа он достиг корабля. Через час добрался до хранилища с поврежденным Обелиском. Еще через полчаса связался с мистером Броком — тот уже был в городе.
— Возникли некоторые сложности. Решаемые. Все в силе. Но понадобится чуть больше времени для подготовки сделки, — говорил мистер Фипс в радио, лежа в трюме на боку и стараясь не дрожать от холода, боли и страха.
— Нет проблем, дружище! Как много времени тебе нужно? День, два?..
— Не больше двух недель.
— Но…
— Две недели, — против воли вырвался инфернальный рык из его горла. — Готовьте деньги, Джордж.
Фипс нажал на отбой. Две недели — такой срок.
И ничтожный человек между ним и его мечтой.
— Генри, — с ненавистью вымолвил Первожрец Нерожденного, чувствуя, как чужая сила коверкает что-то внутри тела, давая новую силу его талантам — и прибавляя новый, грубый, но такой необходимый.
Колин закрыл глаза и почувствовал направление.

Читать книгу полностью (на АТ)

Поделится в соц.сетях