Глава 2
Уборка, тотальная, беспощадная уборка, а затем еще раз уборка! Это стало моей мантрой на ближайшие несколько часов. С каким-то остервенелым, почти медитативным рвением я принялся за дело. Собрать весь скопившийся за месяцы, если не годы, мусор в огромные черные пакеты, которые росли в прихожей, как грибы после дождя. Безжалостно выкинуть из холодильника всю протухшую, покрытую плесенью и откровенно сомнительного вида еду, источавшую тошнотворные ароматы. Затем – полы. Отдраить их до первозданного, или хотя бы близкого к тому, состояния, смывая въевшуюся грязь и липкие пятна. Стереть толстенные слои пыли со всех поверхностей, заглядывая в самые потаенные уголки, куда, казалось, не ступала нога человека (или тряпка уборщика) целую вечность. Протереть до блеска мутные, заляпанные окна и тусклые зеркала, возвращая им способность отражать мир.
Я настолько погрузился в этот титанический процесс наведения порядка, что совершенно потерял счет времени и даже не заметил, как за окном сгустилась полночь, а городские огни заиграли новыми красками. Сна не было ни в одном глазу, ни малейшего намека на сонливость. Лишь приятная, легкая физическая усталость разливалась по телу, вспотевшая кожа приятно холодила, а в душе царило невероятное, почти эйфорическое удовлетворение от проделанной работы. Казалось бы, такое простое, рутинное дело – генеральная уборка, – а я чувствовал себя по-настоящему живым, полным энергии. Тем самым чувством, которое, судя по всему, так и не сумел ощутить оригинальный, сломленный жизнью Питер Паркер. Этот маленький акт созидания, превращения хаоса в подобие порядка, стал для меня символом начала новой жизни.
Приняв контрастный, освежающий душ, смыв с себя пот и остатки чужой апатии, и забросив горы грязной одежды и застарелого белья в видавшую виды, но все еще работоспособную стиральную машину, я, оставшись в одних трусах, направился к рабочему столу. Там, среди прочего хлама, который я еще не успел разобрать, гордо возвышался компьютер прежнего владельца тела. Довольно неплохой агрегат, надо признать, даже по меркам моего прошлого мира. Правда, Питер, как следовало из воспоминаний, использовал его в основном для обработки фотографий, ретуши и цветокоррекции, отчего значительная часть его вычислительной мощности оставалась невостребованной и была, по сути, излишней. Но мне, новому хозяину этого чуда техники, точно было грех жаловаться. Включив системный блок, который отозвался тихим гудением кулеров, и введя простой пароль, который я без труда извлек из глубин ассимилированной памяти, я уселся в старое, скрипучее кресло и глубоко задумался о том, что же делать дальше. Хаос в квартире был побежден, но хаос в планах на будущее никуда не исчез.
— Хорошо, первоочередная задача – разобраться с людьми! – негромко пробормотал я себе под нос, открывая браузер и целенаправленно заходя на MySpace. В этой альтернативной реальности именно эта социальная сеть занимала лидирующие позиции, являясь своеобразным аналогом привычного мне Фейсбука. Мне отчаянно хотелось понять, чем живут, чем дышат бывшие друзья и знакомые Питера со школьной и институтской скамьи. Возможно, даже попытаться закрыть затянувшийся, болезненный гештальт с Мэри Джейн Уотсон. И уже на основании всей этой полученной информации, как на прочном фундаменте, выстраивать свои дальнейшие шаги в этом странном, новом мире.
Естественно, первой страницей, которую я открыл, стал профиль той самой Мэри Джейн. «Обычная», – такова была моя первая, несколько разочарованная мысль, когда на экране появилось ее изображение. Ничем особо не примечательное, пусть и довольно миловидное, приятное глазу личико. Темные волосы с легким, едва уловимым алым отливом, который красиво играл на свету. Большие зеленые глаза, в глубине которых, однако, таилась какая-то застарелая усталость. Неплохая, женственная фигура, но, будем откровенны, она была далеко не супермоделью, какой ее, возможно, идеализировал влюбленный Питер. Согласно воспоминаниям прежнего Паркера, не искаженным его субъективным, романтизированным восприятием (ассимилированная память позволяла видеть картину более объективно), у нее был чертовски сложный, если не сказать стервозный, характер. В отношениях она всегда ставила свои интересы и амбиции на первое место, не слишком считаясь с чувствами партнера, и в итоге сбежала при первой же подвернувшейся возможности, как только на горизонте появилось «местечко получше», более перспективное и выгодное. И вот тут-то крылся довольно интересный, почти анекдотичный момент: этим «местечком получше» оказался не кто иной, как Гарри, мать его, Озборн! Тот самый Гарри, который когда-то был для Питера почти братом.
Гарри Озборн… Один из тех немногих людей, кого прежний Питер Паркер без колебаний мог назвать своим настоящим другом. Их пути пересеклись еще в школе, где они сидели за соседними партами, затем продолжились в одном институте, где они вместе грызли (хотя Гарри скорее покусывал) гранит науки. А потом, примерно спустя год после получения дипломов, произошел тот самый глобального масштаба пиздец, о котором наперебой трубили все средства массовой информации, от желтой прессы до серьезных аналитических изданий, – таинственная пропажа Нормана Озборна, отца Гарри. Могущественный генеральный директор одной из самых крупных и влиятельных корпораций Соединенных Штатов, «Озкорп», просто исчез из своей роскошной постели посреди ночи, и с тех пор его никто не видел. Никаких следов, никаких требований от возможных похитителей, полная тишина. Правда, было одно довольно любопытное совпадение, которое не ускользнуло от моего, обостренного метазнаниями, внимания: примерно через месяц после исчезновения Нормана в небе над Нью-Йорком впервые появился зловещий силуэт Зеленого Гоблина. Но об этом, пожалуй, стоило подумать позже.
Гарри, внезапно лишенный не только отцовской опеки, но и мощной финансовой, да и вообще какой-либо поддержки, спешно, почти панически, начал распродавать все наследуемое им имущество. Гигантскую корпорацию «Озкорп» растащили по кускам крупнейшие инвесторы и конкуренты, словно стервятники, набросившиеся на сладкую добычу. Возможно, какая-то часть активов все же перепала и самому Гарри, но в любом случае, после пропажи отца он не остался с пустыми карманами. Скорее даже наоборот. Оказавшись без жесткой, контролирующей отцовской руки, он стремительно превратился в типичного прожигателя жизни, избалованного мажора. С десятками, если не сотнями, миллионов долларов на личных счетах, он моментально обзавелся новой компанией «крутых» друзей, гораздо чаще, чем раньше, стал появляться в сомнительных злачных местах, пуская деньги на ветер, и, что самое печальное, начал серьезно злоупотреблять различными запрещенными веществами, цинично оправдывая все это глубокой депрессией и «дерьмом в жизни». Прежний Питер, будучи верным другом, в меру своих скромных сил и возможностей пытался его образумить, вытащить из этой трясины, привести в чувство. Вероятно, именно тогда, за его спиной, и закрутились тайные отношения между Мэри Джейн и Гарри. Классический сюжет, ничего не скажешь.
Уйдя к Озборну, Мэри Джейн, можно сказать, вытянула себе золотой билет в высшее общество. Вот только сейчас, внимательно разглядывая ее профиль в MySpace, я не видел ни единой совместной фотографии с Гарри. Ни намека на их отношения. В ее статусе лаконично значилось: «В активном поиске». А лицо… Как бы она ни старалась скрыть его под толстым слоем макияжа, затейливыми фильтрами и натянутой, фальшивой веселой улыбкой… Жизнь у нее, судя по всему, была далеко не сахаром. В глазах читалась какая-то неудовлетворенность и затаенная тоска.
Мельком заглянув на страницу самого Гарри Озборна, я тут же ее закрыл. Она была абсолютно пустой, заброшенной. Последний раз Гарри заходил на нее, судя по отметке, два года назад. Мрачно. Не знаю почему, но следующим объектом моего пристального изучения стал доктор Курт Коннорс – выдающийся биохимик и гениальный генетик из Нью-Йоркского университета, который когда-то преподавал у Питера и пророчил ему великое научное будущее, видя в нем огромный потенциал. По совместительству, в большинстве известных мне версий Мультивселенной, он же являлся суперзлодеем Ящером. Последний раз он заходил на свою страницу всего три часа назад. Обычные, ничем не примечательные фотографии его самого, его жены и сына, ссылки на различные научные статьи, анонсы конференций и прочая профессиональная информация. Стоп. Секундочку. На всех фотографиях у этой версии Курта Коннорса было две руки! Никакого протеза, никакой ампутации. Хм, это интересно. Значит, он, скорее всего, еще не станет местным Ящером, раз основной предпосылки нет. Это несколько успокаивало. Слегка расслабившись, я продолжил свое ночное «залипание» в экран монитора, переходя от одного профиля к другому.
Бегло пробежавшись по страницам бывших одноклассников и одногруппников Питера, не обнаружив там ничего особенно интересного или заслуживающего внимания – обычные жизни обычных людей, – я наконец принялся за исследование личностей, которые были интересны уже конкретно Мне, а не моему предшественнику. Супергерои и суперзлодеи, которые в большинстве известных мне вселенных Марвел имели одни и те же гражданские личности, одни и те же альтер-эго. Раз уж я, пусть и в прошлой жизни и пока только в душе, ощущал себя кем-то вроде Человека-паука, то с паучьей братии и стоило начать.
Первой в моем списке оказалась Гвен Стейси. Из комиксов и фильмов мне было известно, что она – дочь капитана полиции Нью-Йорка Джорджа Стейси. Естественно, пытаться отыскать людей с такими относительно распространенными именами в таком огромном мегаполисе, как Нью-Йорк, было все равно что искать иголку в стоге сена, если не в нескольких стогах сразу. Поэтому я решил прибегнуть к помощи всемогущего гугла, и в первую очередь начал искать информацию конкретно о капитане Джордже Стейси, с указанием его должности. Результаты не заставили себя долго ждать.
«Капитан полиции Джордж Стейси погиб при исполнении служебных обязанностей, вероятной причиной его гибели послужил отказ от крупной взятки!»
«Герой, бесстрашно боровшийся с коррупцией в рядах полиции, сам стал жертвой прогнившей системы. Как жил и как трагически погиб капитан Стейси!»
«Человек, не побоявшийся поставить свою жизнь на кон ради справедливости! Джордж Стейси – Полицейский с большой буквы!»
И еще десятки, если не сотни, похожих друг на друга новостных заголовков трехлетней давности обрушились на меня, стоило лишь ввести в поисковую строку имя доблестного капитана. Внимательно, с тяжелым сердцем, ознакомившись с многочисленными статьями и некрологами, я узнал дату его рождения и район проживания. После чего, выставив эти данные в фильтрах поиска MySpace, я практически моментально наткнулся на неактивную, мемориальную страницу самого Джорджа Стейси. А уже у него в списке друзей, среди сотен скорбящих коллег и знакомых, я без труда нашел профиль его дочери, Гвен.
Двадцать пять лет. Аспирантка престижного Нью-Йоркского университета, специализирующаяся, судя по всему, на биохимии. Умница, отличница, и, без преувеличения, настоящая красавица. Эта версия Гвен была очень близка к той, что я видел в мультфильме студии Сони про паутину Мультивселенных. Миниатюрная, но при этом удивительно атлетично сложенная блондинка с короткими, слегка вьющимися светлыми волосами, которые она предпочитала зачесывать преимущественно на одну сторону, открывая высокий лоб. Добавив ее профиль в закладки – пока еще сам не зная, зачем, ибо я даже не был на сто процентов уверен, что именно она и есть та самая Женщина-паук, – я двинулся дальше в своих изысканиях.
С Майлзом Моралесом оказалось несколько сложнее. Однако, благодаря довольно специфичному и не самому распространенному сочетанию имени и фамилии, я все же сумел отыскать его профиль вручную, перебирая пользователей с похожими данными. Ну, или, по крайней мере, я очень надеялся, что это именно он. Чернокожий, худощавый, даже немного тощий паренек с очень короткой стрижкой. Восемнадцать лет от роду. Недавно закончил школу и, судя по некоторым постам и репостам, активно готовился к поступлению в какой-то колледж или университет. В принципе, это было все, что я сумел выудить из его довольно скудного и малоинформативного профиля. Тоже добавив страничку паренька в закладки, я краем глаза отметил, что время на часах уже неумолимо перевалило за два часа ночи. Новый день – 8 июня – уже полноценно вступал в свои права, а я, к своему удивлению, до сих пор совершенно не хотел спать. Наоборот, чувствовал какой-то странный прилив энергии и любопытства.
Быстренько сходив на кухню, чтобы выпить стакан воды, и разобравшись с уже постиранными и слегка подсохшими вещами, развесив их на сушилке, я вновь уселся за компьютер, продолжая свое увлекательное погружение в реалии этого чудного мира. В какую версию бесконечного мультиверса я все-таки попал? Тони Старк, как выяснилось, еще не стал Железным Человеком, и, судя по всему, его еще даже не похищали террористы в Афганистане. Он все еще был гениальным плейбоем, миллиардером и филантропом, возглавляющим «Старк Индастриз» и занимающимся разработкой оружия. Капитан Америка, Стив Роджерс, считался погибшей легендой Второй мировой войны, героем, чье тело так и не нашли. А вот Отто Октавиус в этой реальности оказался женщиной – Оливией Октавиус, – и, судя по ее публикациям и научным работам, она все еще была адекватным, всемирно известным ученым, а не безумным злодеем с механическими щупальцами. Мир был полон сюрпризов.
Минуты тянулись за минутами, часы незаметно сменяли друг друга. В один из моментов моего ночного интернет-серфинга, переходя по ссылкам с одной научной публикации на другую, я случайно наткнулся на свежую статью за авторством той самой Оливии Октавиус. Название было интригующим: «Многоканальная нейроинтерфейсная синхронизация для управления высокоточными роботизированными манипуляторами: перспективы и проблемы». Не удержавшись от любопытства, я, естественно, тут же начал читать, мысленно приготовившись к тому, что не пойму и десятой части из написанного, ведь речь шла о передовых разработках на стыке нейробиологии и робототехники. Но каково же было мое безграничное удивление, когда я не только полностью прочитал и осмыслил весь представленный материал, но и понял изложенную в нем информацию на достаточно глубоком, почти экспертном уровне! Настолько достаточном, что я практически с ходу, без особых усилий, смог отметить пару существенных слабых мест в ее исследовании. Например, явную недостаточную защиту разрабатываемого нейроинтерфейса от возможных нейронных перегрузок, которые могли бы привести к повреждению мозга оператора. Или его высокую уязвимость к внешним электромагнитным помехам, способным нарушить тонкую синхронизацию. И, конечно же, полное отсутствие анализа потенциального психологического воздействия длительного использования такого интерфейса на личность человека. В общем, целый ряд серьезных проблем, которые в теории, при неблагоприятном стечении обстоятельств, вполне могли бы сделать из блестящей ученой Оливии Октавиус того самого каноничного Доктора Осьминога – безумного, одержимого манией величия суперзлодея.
Настолько обрадовавшись своим внезапно пробудившимся и явно недюжинным интеллектуальным способностям, я, воодушевленный этим открытием, с энтузиазмом принялся читать и другие культовые научные статьи, написанные не менее культовыми личностями этого мира! «Квантовая манипуляция субатомных частиц для контролируемого изменения макроскопических размеров объектов» за авторством легендарного Хэнка Пима. «Методы клональной репродукции высших млекопитающих: стратегии устранения генетической деградации в искусственно созданных геномах» – работа скандально известного Майлза Уоррена, более известного в некоторых реальностях как Шакал. И даже умудрился раскопать в архивах относительно старую, но все еще актуальную статью самого Нормана Озборна под названием «Синтетические энхансеры нейрокогнитивной и физической производительности человека: этические, биохимические и социальные перспективы», которая недвусмысленно намекала на пристальный, возможно, даже личный интерес пропавшего миллиардера к этому опасному, но многообещающему направлению исследований.
Каждую найденную статью я досконально, с каким-то хищным азартом, препарировал, раскладывал на составляющие, анализировал сильные и слабые стороны. Искренне, почти по-детски, удивлялся тому, что порой, хоть и на базовом, интуитивном уровне, но я действительно понимаю написанное, улавливаю суть сложнейших концепций. Для каждой работы я также выделял ряд потенциальных проблем, узких мест и возможных рисков. Делал я это не для того, чтобы немедленно броситься их решать или отправлять свои замечания по почте этим именитым, а порой и печально известным ученым, часть из которых уже либо отошла в мир иной, либо бесследно исчезла. Нет, это было нужно исключительно для меня самого, для моего самоутверждения. Это было неопровержимым доказательством наличия у прежнего Питера Паркера поистине гениального, выдающегося мозга. Мозга, который, несмотря на все отчаянные попытки его несчастного носителя утопить его в алкоголе и апатии, сумел выдержать все выпавшие на его долю испытания с честью и достоинством. И теперь этот великолепный, отдохнувший и готовый к новым свершениям мозг был готов служить. Служить на мое благо!
Тем временем на открытой вкладке почтового клиента, о котором я совершенно забыл, высветилось назойливое уведомление о новом письме. Зайдя туда скорее по инерции, чем из любопытства, я застал гневное, почти истеричное послание от Джей Джоны Джеймсона. Короткое, но емкое письмо, содержащее всего один, но зато какой, вопрос: какого, мать его, хера я до сих пор еще не на работе?! А ведь и правда, черт возьми… Я взглянул на часы в углу экрана – уже почти десять утра! Капец, как же быстро, незаметно пролетела вся ночь, а я так и не сомкнул глаз, увлеченный своими исследованиями…
Широко, почти до ушей, улыбнувшись абсурдности ситуации, я набрал короткий, но исчерпывающий ответ: «Увольняюсь». И нажал «Отправить». Практически мгновенно пришел ответ от Джеймсона. Он, видите ли, сам меня увольняет, и требует, чтобы я немедленно явился в офис «Дейли-Бьюгл» дабы лично, с глазу на глаз, закрыть этот вопрос и подписать все необходимые бумаги. Тут я уже не выдержал и расхохотался в полный голос, откинувшись на спинку скрипучего кресла. Ну не комедия ли? Прежний Питер ведь даже не числился у него в штате официально, а работал скорее как внештатный исполнитель на сдельной оплате, этакий «мальчик на побегушках», пусть и объем работы, который он выполнял, зачастую значительно превышал то, что от него требовалось по устному договору. В любом случае, весь этот фарс с обязательным походом в офис и личной встречей, возможно, и возымел бы действие на прежнего, забитого и неуверенного в себе Питера. Но не на меня. Точно не на меня. Ничего не ответив на его последнее сообщение и хладнокровно добавив электронный адрес Джей-Джоны в черный список, чтобы его гневные тирады больше не мозолили мне глаза, я наконец заставил себя подняться со стула, чувствуя, как приятно ноют мышцы активизировавшиеся после долгого сидения.
Жизнь, как оказалось, была не так уж и плоха, как мне это представлялось буквально часов пятнадцать назад, когда я очнулся в вонючей подворотне. У меня были бесценные метазнания о мире, в который я попал. У меня был гениальный, пусть и немного «заржавевший», интеллект Питера Паркера. И, что самое главное, у меня появилось жгучее, непреодолимое желание вырваться из той глубокой ямы отчаяния и депрессии, в которой так долго прозябал мой предшественник, и начать жить по-настоящему, полной, насыщенной жизнью. Сегодня, восьмого июня две тысячи пятнадцатого года, Я – новый Питер Бенджамин Паркер – официально заявляю самому себе, что готов к великим свершениям! Пока еще не знаю, каким именно, но, эй, я ведь теперь, по сути, один из главных, ключевых героев этого удивительного, полного опасностей и возможностей мира! Что-нибудь да придумаю. Обязательно придумаю.

Читать книгу полностью (на АТ)

Поделится в соц.сетях