Глава 1
— Два игрока, друг против друга, это классическая партия, — сказал Ледяной Кузнец, пристально глядя на меня, — Лед слышит, мастеру не сложно победить новичка. Но в сферы играют не только вдвоем. Самые интересные битвы происходят в сферах, где участвует от трех до семи Восходящих. По числу Единых или Хранителей, если хочешь…
— Это не кажется равной игрой, — нахмурился я, задумчиво выбирая рисунок земель, вод и пустоты в своей сфере, — Ведь часть игроков может объединиться против одного, верно?
— Во вселенной нет понятия равной игры, — ответил Ледяной Кузнец, — Все изначально неравны, но все по-разному, а камень хаоса иногда делает слабость великой силой. Преимущество разумных над неразумными — в сотрудничестве. В сферах игроки могут заключать и разрывать союзы, помогать и предавать друг друга — как в жизни. Лед слышит, для каждого игрока крайне важно уметь выбирать друзей и врагов…
— Доннерветтер, — сказал Винсент Кассиди, — Значит, Корпус нам больше не угрожает? И вдобавок нам предлагает союз Народ с другого конца Единства?
— Все так, рикс! — спокойно кивнул я, — Союз и эти дары.
Мы находились внутри Реликвария. Подарок Ледяного Кузнеца, материализованный в Серебряном Замке, снаружи выглядел как усеченная бело-золотая пирамида — не слишком-то и большая, вроде склепа-саркофага Белого Дьявола, но его внутреннее пространство поражало своими масштабами. Несколько залов с высокими сводами, причудливые ларцы, встроенная Скрижаль, арсенал с парящими в лучах голубого сияния лед-доспехами, просторные чертоги, способные вместить десятки боевых существ. Золотое Хранилище оказалось этаким мини-доменом, или скорее супер-мега криптором, творя с экстрамерным пространством странные вещи. Но самое главное — если верить описанию, проникнуть внутрь, взломать или уничтожить Реликварий было почти невозможно, ибо он состоял из измененного иллиума. Абсолютно надежная сокровищница, изолированная от внешнего мира и недоступная для сканирования.
Идеальное место для тайного разговора.
— Это золотое Хранилище, — проронил Кассиди, оглядываясь — Впервые вижу… да еще такое необычное. Оно принадлежит тебе, Сигурд?
— Сам Реликварий — да. А то, что внутри — предназначено нашему Народу.
— Доннерветтер, глазам своим не верю, — Кассиди осторожно коснулся открытого ларца, наполненного звездным льдом, — Это же… мифический звездный лед! Он реально существует? Ты знаешь, какие у него свойства?
— Приблизительно. Редкий серебряный экзоресурс. Устойчив к повреждениям и способен к самовосстановлению. Рикс, я видел город, который полностью выстроен из него и сам восстанавливается из руин.
— Ничего себе, — усмехнулся Кассиди, — Минос, чую, с ума сойдет при виде этого богатства.
— Да, это настоящее чудо. Анализ показывает, что из него можно вырезать почти все Символы и даже пустые Руны. У нас теперь не будет проблем с серебряными нулевками.
Ледяной Кузнец преподнес щедрые дары. Десять серебряных пустышек я взял себе — в виде компенсации за Руны-Навыки, которые предстояло сделать, но при желании из звездного льда их можно было изготовить не меньше сотни. Помимо этого, в огромной встроенной Скрижали Реликвария — золотой ранг, двести пятьдесят шесть «ячеек», сияла еще дюжина серебряных нулевок и десяток Рун ледяной стихии — Стужи, Вьюги, Морозной Закалки и других, вероятно, входящих в некий базовый набор воина Эргиаля. И Портал — на случай, если мы решим посетить Ледяные Чертоги. Минос действительно будет рад получить в свое распоряжение все это, однако сперва нам требовалось решить с риксом несколько важных вопросов.
Изучив Скрижаль, Винсент прошел к лед-доспехам и лед-оружию, парящему в лучах голубого света, внимательно осматривая их. Изящные, но одновременно футуристические обводы брони Эргиаля казались чем-то неземным — особенно панцири, украшенные звездой-снежинкой, необычной формы шлемы, переливающиеся пурпуром тонкие клинки и резонаторы, похожие на выпуклые летающие сферы. В сборе такой комплект делал обладателя почти неуязвимым и наделял крайне опасными способностями серебряного ранга — и я знал, что Кассиди уже по достоинству оценил их. Настоящее сокровище по меркам фригольда — да, у многих земных Восходящих уже имелись серебряные Руны и Предметы, но то, что предлагал Кейнор, конечно, оставило позади все наши находки.
— Это гораздо лучше кидо, — наконец обернулся он ко мне, — Зеркальный эффект, похоже, отражает почти все энергетические и рунные эффекты. Убить того, кто в этих доспехах, будет очень нелегко. А вот он сможет неплохо навалять кому угодно… Сигурд, их всего семь? И они все действительно наши?
— Да, Винс. Мы можем забрать их и использовать по своему разумению.
— А что взамен, буря? — недоверчиво осведомился Кассиди.
— Ничего, — пожал я плечами, — Или союз, если ты сочтешь его полезным.
— Ничего не бывает просто так, — недоверчиво пробурчал Кассиди, — Дары… В Единстве это знак добрых намерений и уважения. Но мы слишком мало знаем, буря! Зачем им этот союз? Каковы наши обязательства, подводные камни, и кто они такие, доннерветтер⁈
Я прекрасно понимал нашего предводителя. После моего возвращения из Эргиаля прошло совсем мало времени, и мой доклад не мог быть полон — слишком много серых мест он содержал, и Кассиди, конечно, понимал это. Будь я на его месте, тоже бы не сильно доверял некоему стремительно растущему Восходящему со странными связями и высокими покровителями на стороне. Имена которых он не хочет раскрывать, ссылаясь на Клятву. Я бы и сам заподозрил в Сигурде Морозове того самого шпиона Кел, что упоминала Аврора Мартинс, не знай на сто процентов, что это не так…
— Я готов рассказать тебе всё, рикс, — ответил я, выдержав паузу, — А ты, если пожелаешь, расскажешь совету. Но с одним условием — каждый, кто узнает, должен поставить Печать Тайны. Ты не хуже меня знаешь, что знание может убивать.
Кассиди уже знал о Навыке, полученном мной в Ордене Истинных. А теперь имелись и серебряные звезды, чтобы я мог им поделиться. На кончике моего пальца сверкнула Руна-Навык, которая полетела к Винсенту. Рикс осмотрел Руну, а затем отправил ее мне обратно, мрачно улыбнувшись:
— У меня уже есть такой. Ты забыл, что я тоже бывал в дрейф-цитадели…
Ого! Наличие Печати Тайны у рикса меня удивило — хотя, если подумать, Истинные наверняка ставили их всем, чтобы сохранить свои секреты. Что ж, я только рад сэкономленной Руне — значит, Навык получит мисс Максвелл.
Отлично, раз Винсент способен защищать секреты, это сильно упрощало дело. Ледяной Кузнец в ходе нашей последней беседы подробно объяснил мне, как пользоваться Печатями Истинных. Забвение предназначалось для стирания памяти — от полного и безвозвратного, означавшего потерю личности, до частичного, очищающего некую условную область, например воспоминание о беседе с Кузнецом или посещении Эргиаля. Пользоваться Забвением требовалось с крайней осторожностью, потому что этот Навык безвозвратно калечил память и, по сути, предназначался для экстренных случаев.
А вот Тайна, наоборот, позволяла сохранить и защитить содержимое памяти. Скай сказала, что Печать Тайны создает нечто вроде нейропломбы — зашифрованного мысленного узла, который может содержать важную осанну-воспоминание, послание-команду или даже Печать Забвения, стирающую память. Эти Навыки работали в связке, и по сути, (Кейнор разъяснил, а Скай помогла разобраться на практике), делали очень простую вещь — я мог поместить под Печать Тайны любой важный участок своих воспоминаний, и, например, при попытке ментального сканирования или форсированного допроса он просто стирался. Исчезал. Либо навсегда — либо его можно было восстановить подобно информационному бэкапу по другому триггеру. Скай считала, что я должен передать эти функции ей, потому что альфа-плюс когитора, с ее слов, взломать невозможно, но меня что-то предостерегало от такого решения, и я строго-настрого приказал нейросети не трогать мои мозги. По крайней мере, до особой ситуации.
— Нам предлагает союз не Народ, рикс, — сказал я. — Им подчиняется много Народов и лед-кузнецы лишь один из них. А сами они… Их называют Тысяча Братьев.
Я рассказал Винсенту о Белом Дьяволе и Ледяном Кузнеце. О том, что узнал о них, об Эстэ и Эргиале, об их мощи и жестокости, о своих мыслях и подозрениях, умолчав лишь о том, что носителем моего бывшего вселенца стало тело его изгнанного сына. Рано или поздно им все равно предстояло встретиться — но я питал надежды, что к этому времени дух Пламени Подобного полностью изменит чужое тело. Я передал слова владыки Эргиаля о союзе и покровительстве, описал его небесную мощь и красоту ледяной цитадели. И поведал о битве с Гармонией, в которой совсем недавно принял участие.
Чем дольше я говорил, тем больше мрачнел Кассиди. Что ж, его можно было понять — наш маленький фригольд оказывался втянут в игру с небесными ставками. А мне, наоборот, становилось легче — потому что тащить этот груз одному было очень нелегко.
— Буря! — прорычал он, закусив губу и стискивая кулаки, когда я замолчал, — В нехорошую историю мы влезли, муж моей дочери! Доннерветтер, я бы сказал — в полную задницу! Но ведь у нас нет выбора, верно?
— Боюсь, что нет, — кивнул я. — Все они, и Братья, и Вечность хотят от нас одного — Исток. Тот, о котором мы ничего не знаем.
— Думаю, о нем кое-что знают там, — Винсент ткнул пальцем в небо, но я его прекрасно понял.
— На «Хельге»?
— Верно. И координаторы проекта должны понимать, что это за штука, — Винсент с недоброй усмешкой взглянул на меня, — Это же наверняка технология. Что-то, доннерветтер, связанное с А-энергией.
— Я тоже так думаю, — кивнул я, вновь открывая Скрижаль, но на этот раз доставая из Руны-Хранилища контейнер с брахма-материей. Яркое неземное свечение залило лицо ошеломленного рикса, когда я поднял его в вытянутой руке.
— Эту штуку кел зовут Кровью Истока. Вероятно, Исток связан с технологией ее производства. Тебе что-нибудь известно об этом?
— Известно, что это секретная разработка, — ответил Кассиди, осторожно принимая у меня светящийся контейнер, — Живая материя… Как она попала к тебе?
— Как часть добычи. Можем ее как-то использовать?
— Да, у нас есть экстрактор, — медленно кивнул Кассиди, завороженно глядя на светящийся цилиндр, — С помощью живой материи можно заменить любой компонент репликации, хоть полностью, хоть отдельно. Буря, это универсальный материал, который можно превратить во что угодно, лишь бы имелась Схема.
— Кел ее очень ценят. Думаю, глупо тратить этот ресурс на штамповку реплик. Если ты помнишь инструкции из Альфы…
— Да, — нахмурился Винсент, словно вспомнив нечто неприятное, — Спрячь брахму подальше, Сигурд, и никому не показывай. Одно ее наличие делает нас целью. Лучше, чтобы о ее существовании вообще никто не знал.
Я понимал, почему — в своем послании Аврора Мартинс, координатор колонии Альфа, упоминала, что за брахмой активно охотятся неопознанные кел. А еще то, что именно брахма является главным сырьем для производства «аврор» — тех самых А-энергетических симбионтов, что делали обычного землянина — бессмертным подобием Истинного. Вероника Максвелл, как уже получившая этот дар, хорошо понимала его ценность — и логичным шагом для нас было бы отправить брахму в Колонию Альфа, договорившись о производстве партии таких «аврор» для наших Восходящих. Несомненно, Винсент тоже подумал об этом. Да, Колония Альфа — очевидная цель следующего большого путешествия — но проблемой являлось то, что мы толком не знали, как туда попасть — путь лежал через три неизведанных Круга, был очень долог и тяжел. Даже на Небесном Ястребе. А во фригольде еще не были решены все вопросы — с Доменом, Саркофагами Бесконечного Сна, спящими под руинами Псами, продолжающейся Дикой Охотой и многим, многим другим…
— Теперь о союзе, буря! Я тоже кое-что слышал о тех, кто его предлагает! — продолжил Винсент Кассиди, — Обычно о них говорят «тысяча демонов»… Это очень… темные силы. Доннерветтер, Сигурд, ты предлагаешь нам заключить сделку с дьяволом?
— Я вовсе не говорю, что они агнцы небесные, — ответил я, — Но, как по мне, слухи сильно преувеличены, а в Единстве, я успел заметить, вообще нет добрых зайчиков! Мифы творят победители. А побежденных в них всегда выставляют чудовищами.
— Тут ты тоже прав, но дурные слухи не возникают без причин. Чего они вообще хотят от нас?
— Да в общем-то… ничего, — я развел руками, — Мы, земляне, им интересны лишь как потенциальные обладатели технологии Истока. Поэтому они предлагают помощь и защиту, если она потребуется.
— Но союз с ними — это гнев Храма Вечности, — сказал Кассиди, — Тех ребят, что правят Небесным Троном. Если они, буря, вообще существуют!
— Они существуют. Но, как я понял, далеки от Единства и не особо дружат между собой. Каждый ведет свою игру, в который мы лишь фигуры, — ответил я, вновь пожимая плечами, — Поэтому удара от них можно не опасаться — мы им нужны. По крайней мере, пока они не получат Исток.
Кассиди сокрушенно покрутил головой, как будто не веря в реальность происходящего. Затем он спросил:
— Хорошо, буря! Допустим, Тысяча хочет дружить с нами из-за этого… мифического Истока. Но что нам даст союз с ними? Что мы, земляне, от этого выиграем?
— Силу и знания, — не задумываясь, сказал я, — Мощь Неба… велика, рикс. Очень велика. Они поддержат нас, если понадобится. Например, в борьбе с нашествием Червей. Или… если пробудятся те, кто спит под руинами.
Винсент вздрогнул и вскинул голову:
— А они могут проснуться? Тебе что-то удалось узнать о них?
— Да, — сказал я, — Их называют Псами Вечности. Это отражения, пустые тела для инквизиторов Вечности, которые когда-то разрушили Шторм и сковали Белого Дьявола. Они оставили их здесь, чтобы снизойти из Вечности в случае необходимости. Впрочем, что говорить, смотри!
Удерживая взгляд рикса, я передал ему осанну — ту самую яркую мысленную сцену, что увидел сам, когда дух Одного из Тысячи вселился в меня. В голубом огне, вспыхнувшему в зрачках Кассиди, отразилась картина падения Эстэ, пикирующих Небесных Ястребов и последнего боя Белого Дьявола с тройкой преследователей.
— Это они, буря! — тяжело дыша, через минуту сообщил мне Кассиди, — Это они… И они — небо! Небо, доннерветтер!
— Да, — подтвердил я, — Теперь ты понимаешь все риски, Винс.
— Могут ли… твои друзья избавить нас от этой угрозы? — спросил рикс, чуть придя в себя, — Но так, чтобы не вызвать ответный огонь? Уничтожить эти отражения или перенести их куда-нибудь? Это же бомба замедленного действия, которая в любой момент может взорвать фригольд!
Я ожидал этого вопроса, более того — плавно подводил разговор к нему. Лично мне было ясно, что без помощи Тысячи нам не справится с грядущими угрозами, слишком велик был идущий шторм — от Великого Червя, чье воинство прямо сейчас, возможно, уже двигалось к Ростку, до загребущих лап Хранителей Вечности. Вероятно, именно Братья были нашим единственным шансом, поэтому Хитрейший так упорно сводил нас с Белым Дьяволом в одну точку. Но нам, землянам, в первую очередь требовалось пройти между Сциллой и Харибдой, не выбирая себе хозяина. Тысяча Братьев ничуть ни лучше владык Небесного Трона — разве что первых я узнал чуть получше, но все они — одного поля ягоды…
— Думаю, могут. Более того, это в их интересах, рикс, — улыбнулся я, — Поэтому мы должны сделать так, чтобы фригольд не погиб, а выиграл. Стал сильнее!
— Мне не нравится эта история, — покачал головой Кассиди, — Чую, она пахнет кровью. Большой кровью.
— Я лишь передаю слова и дары владыки Эргиаля. Ты можешь принять его предложение, можешь отвергнуть. Я ему ничего не обещал. Решать тебе.
— Благодарю, муж моей дочери, — усмехнулся Кассиди, — У тебя светлая голова. Нам действительно может понадобиться помощь. И со спящими, и в защите Древа, тут ты прав… Если небо протягивает руку, опасно пренебрегать! Однако я не могу принять такое решение один. Придется собрать малый совет, буря!
Я знал, о ком он говорил. Вокруг Кассиди уже образовался кружок особо приближенных, с которыми рикс советовался по особо важным вопросам. В него иногда попадал и я. Знаменосцы — Вероника и Серена, Адамант, Минос, Эйрик…
Эйрик.
— Как пожелаешь, рикс, — проговорил я, прищурившись, — Однако не забудь про Печати Тайны. И еще… Не стоит Эйрику… знать все, что я рассказал.
— Вот как, — с расстановкой проговорил Винсент Кассиди, — Да, мой старый друг Эйрик далеко не так прост, как кажется. Но он точно не предатель.
Я не имел ничего против Эйрика, за исключением одной маленькой детали — он мог оказаться тайным оружием Хитрейшего. Тем самым фактотумом Вечности, которыми нас пугали. Хранитель уже однажды воспользовался им, подкинув йурра и Семя к пещере Белого Дьявола, и кто сказал, что он не использовал Эйрика позже, уже для других целей? А может, использует и сейчас. Эйрик мог и сам не подозревать о своей роли — однако не стоило на блюдечке преподносить все секреты тому, кто играет нами, как фигурами в сферах.
— Я не обвиняю его, Винс, — пожал я плечами, — Но будет ли Эйрик с нами после Дикой Охоты?
— Тоже верно, — согласился Винсент, — Мы завтра соберем совет и я тебя жду. Там, кстати, Минос много интересного накопал в Домене — исследовал тела кел, саркофаги… тебе тоже стоит послушать. Что-то еще хочешь сказать, Сигурд?
— Да, рикс, — улыбнулся я, — Я хотел бы отдать долг тому, кто отдал за нас жизнь. Видишь ли, я получил еще одну интересную Руну… Я хочу оживить Динамита.
Руна Оживления. Чудо, о котором ничего не знали земляне. Средство, способное возвращать из мертвых. И одновременно — потенциальное яблоко раздора, ибо кто не захочет вернуть к жизни своего умершего близкого? Кто будет решать, кто достоин оживления? Для меня было все просто — Руна моя, значит и выбирать — мне. Но я даже не представлял, какую реакцию такое возвращение может вызвать среди населения колонии. И в отличии от союза с Братьями, скрыть его не выйдет — все знали, что Динамит мертв, а его прах упокоен в колумбарии. И если он начнет разгуливать по фригольду живехонький…
Винсент, выслушав меня, и увидев Руну, долго молчал и сопел. Я не знал, какие мысли бродят в голове рикса, но догадывался, что он думает о том же — о потенциальных плюсах и минусах моего предложения. Ведь именно ему, как риксу, предстояло разгребать последствия.
— Послушай, Сигурд, — наконец сказал он, — Если это действительно реально… может, не стоит тревожить мертвецов? Как-то это… не по-божески, что ли, буря! Динамит умер достойно. Я не знал его… но зачем? Оставь эту Руну как второй шанс для живых. Для себя или того, кто тебе дорог. Ты сам знаешь, что такие подарки судьба нам делает всего один раз.
— Нет, рикс. Я хочу отдать долг, — твердо ответил я, — Это… важно.
— Как ты это представляешь? Да, гвоздь Динамита у меня, но его тело кремировано, от него, буря, остался пепел и кучка обугленных костей!
Я на мгновение задумался. Тело Оноры после драки тоже было не совсем целым, однако Ноктис его каким-то образом восстановили для ритуала Оживления. Технически в этом не было ничего сложного — даже земные технологии позволяли из ДНК-слепка выращивать полного клона, Скай вообще утверждала, что я создан таким образом, а искусство Народа Кел наверняка шагнуло намного дальше. Поэтому отсутствие тела не проблема, нужно было только найти способ его восстановить. В этом мне могли помочь темные знания Скрипторума Некролита либо, если он окажется бессилен — еще одно золотое Существо из моей Скрижали. То, что имело доступ ко всем Рунам Единства и Вечности.
Торговый Представитель Контракции.
Именно ее я собирался проверить следующей.

Поделится в соц.сетях