Глава 2
1942 г.
Третий рейх
«Аненербе»
Институт геронтологии[1]
Сегодняшний день у профессора биологии Волли Хорста не задался. Как, впрочем, и предыдущий день, и месяц, и год, и… И, вообще, после того провального диверсионного акта на территории Советского Союза, когда он весьма неудачно попытался доставить в рейх русского учёного профессора Трефилова и его гениальное изобретение, его карьера стремительно покатилась под откос.
Дотации и финансирование, которые золотым дождем проливались на его институт еще шесть лет назад, на сегодняшний момент превратились в какие-то жалкие крохи. Только-только хватало платить и без того невысокое жалование сотрудникам, да латать дыры, поддерживая работу ветшающего оборудования.
Профессор Трефилов, после тайной доставки в Германию, так и не очнулся. Мощного сотрясения мозга этого поистине гениального русского учёного, полученное после аварии и усугубленное побоями этого тупого солдафона Хайнца Кёллера, отвечавшего за силовую сторону операции, погрузило профессора в глубокую кому. И в этом состоянии профессор Трефилов пребывал уже пятый год.
Используя испорченную в результате захвата документацию, Хорсту так и не удалось построить в рейхе изобретенную Трефиловым чудо-машину по извлечению из людей биологического времени. И, как ни бился над этим вопросом Хорст, у него ничего не выходило. Отсутствовала какая-то мелочь, существующая на данный момент лишь в голове русского ученого, находящегося в коме.
Но Хорст до сих пор не сдавался, пытаясь пробить головой толстую бетонную стену. Именно напористостью и несгибаемым характером чопорный профессор-немец был так схож с профессором Трефиловым, который тоже не опустил руки, когда поначалу его открытие так и не признали в СССР.
Хорст продолжал тщательно ухаживать за неподвижным и бессловесным телом русского гения, надеясь, что тот когда-нибудь очнётся. Но время шло, а Трефилов так и не подавал никаких признаков «жизни», оставаясь лишь бессловесным овощем.
Но, Хорст верил, что когда-нибудь он сумеет разгадать эту тайну и воссоздать машину, поставив её на службу Великой Германии. Вот тогда-то он получит настоящее признание! И пускай тогда усатый Красный Дьявол – Иосиф Сталин и его еврейские комиссары кусают себе локти! Ведь вместо этого они могли позволить себе жить вечно!
Нет, только просвещенные немцы сумеют достойно распорядиться научным багажом Трефилова. Восточным варварам этого не дано! Хорст до сих пор не сомневался, что у него всё получится – жестокосердная судьба любит упорных. А уже обладая «секретом вечной жизни» он сумеет утвердиться на одной ступеньке с самыми высокими иерархами Тысячелетнего Рейха.
А ведь когда он впервые услышал эту совершенно безумную идею бригадефюрера СС Карл-Мария Вайстора, которого он поначалу посчитал просто свихнувшимся стариканом, то, естественно, в нее не поверил. Но этому неврастенику в чине бригадного генерала СС благоволил сам рейхсфюрер, называя его своим духовным наставником, подобным просветленному тибетскому гуру, знающим ответы на самые сложные вопросы мироздания.
Именно этот факт поначалу заставил искать дружбы с этим, слегка шизанутым генералом. Да и не он один тогда поступал подобным образом, взять хотя бы того же профессора Левина, возглавившего позже один из самых секретных отделов РСХА – «Зондеркоманду «Н», который тоже искал в то время выход на всесильного шефа СС, под крылом которого, собственно, и существовал весь гигантский механизм «Немецкого общества по изучению древней германской истории и наследия предков».
Однако, со временем Хорст весьма втянулся в общение с престарелым генералом, собравшем вокруг себя весьма нестандартных людей, занимающих весьма высокие посты и должности. Многочисленные научные, а, зачастую и оккультные диспуты, разбавляемые откровениями старика, почерпнутыми, якобы, из его «семейной» памяти.
И вот во время одного из таких «откровений» Виллигута Хорстом была намеренна затронута тема бессмертия, над которой он в последнее время много, но безрезультатно работал. Изучение этой животрепещущей темы сам Хорст начал, как бы это не показалось странным, с Библии. Именно в ней присутствовал перечень несомненных долгожителей человеческой расы.
И череду рекордов долголетия открыл первый человек - Адам. Изгнанный Создателем из рая, Адам прожил аж девятьсот тридцать лет! Однако максимум прожитых лет принадлежал одному из его потомков - патриарху Мафусаилу, протянувшему на этом свете аж девятьсот шестьдесят девять лет! Этот жизненный срок и стал символом человеческого долголетия, получившего название - «мафусаилов век».
Именно на Мафусаила, как на вероятный ориентир, что при определенных условиях можно достичь, и ссылались всевозможные сторонники теории бесконечности человеческой жизни, которых довелось изучить профессору Волли Хорсту.
Однако библейское долголетие всегда вызывало сомнения в его реальности, поскольку, по нескольку сот лет люди жили только до потопа, и последним обладателем «мафусаилова века» был спасшийся в ковчеге Ной, покинувший наш бренный мир в возрасте девятьсот пятидесяти лет.
Следующим шагом, в попытке выявления самого старого человека в «новое» время (после потопа), стали бесконечные мотания Волли Хорста по всему свету: в Англии самым знаменитым долгожителем эпохи Возрождения, информацию о котором удалось разыскать профессору, считался Томас Парр, якобы проживший сто пятьдесят два года - с 1483-го по 1635-й.
Правда, как выяснил в процессе Хорст, дата его рождения и жизнеописание были известны в основном с его же слов. Никаких официальных документов, подтверждающих факт такого преклонного возраста - никаких записей в реестре рождения, документов с датой крещения, никаких упоминаний в епархиальных записях разыскать не удалось.
Тем не менее, Парр прославился настолько, что великие художники Рубенс и Ван Дейк написали его портреты, а незадолго до смерти простолюдин удостоился аудиенции у самого короля Карла I, что было почти фантастикой для обычного английского виллана.
Кое-какие документы Хорст все же обнаружил - это были записи известного врача-анатома Уильяма Гарвея, наблюдавшего Томаса Парра в последние годы его жизни. «Он существовал и даже процветал на диете из прогорклого сыра и молока в любом виде, грубого и жёсткого хлеба, и пил, как правило, кислую сыворотку. В возрасте 130-ти лет он ещё работал на ферме, пахал и собирал виноград», - писал известный анатом.
Больше ничего достойного в Европе профессору разыскать не довелось, и он решил обратить свой взор на восток. Расстройству профессора не было предела, когда, прибыв в Поднебесную, Волли узнал, что буквально несколько лет назад скончался старик, разменявший четверть тысячелетия! Этот долгожитель - Ли Цинъюнь, по продолжительности жизни приблизился к некоторым Библейским персонажам, и был окутан в Китае настоящими легендами.
Официально считалось, что родился он в 1677-ом году, а умер в 1933-ем году. То есть, он прожил целых 256-ть лет! За свою сверхдолгую жизнь Ли Цинъюнь был женат двадцать четыре раза и стал отцом более чем двести раз... Но и здесь присутствовала та же самая проблема, как и в случае с Томасом Парром – не было задокументированных источников о рождении Ли Цинъюня в 1677-ом.
Однако, кроме спорной даты рождения, ситуация с документами была куда лучше: в 1749-ом году Цинъюнь, которому, согласно источникам, было к тому времени уже семьдесят два года, явился ко двору правителя уезда Кайсянь, где его взяли на службу в качестве преподавателя боевых искусств и специалиста по тактике.
И дальше биография Цинъюня прослеживается довольно неплохо. По крайней мере, в архивах нашлись данные о том, что имперское правительство поздравляло «вечного травника» с 100-ым, 150-ым и 200-ым днями рождения. В 1908-ом году Ли и его ученик Янь Хэксуань опубликовали книгу «Секреты бессмертия Ли Цинъюня», которую Хорст тут же поспешил разыскать. В 1927-ом году генерал Янь Сен пригласил Цинъюня в Ваньчжоу, где была сделана единственная известная фотография Ли с целебным корнем в руках.
Хорст, как настоящий исследователь ринулся разбираться: что же такого особенного делал этот человек, чтобы прожить настолько рекордно долгую жизнь? Ведь он – не один из легендарных Библейских старцев, которых из ныне живущих никто не видел. Он даже не Томас Парр, со времени смерти которого прошло три сотни лет. Он был его, Хорста, современником!
Основную часть своей жизни Ли Цинъюнь прожил в горах, где практиковал цигун и собирал травы. Причём, травами он начал заниматься с десяти лет. Много лет Ли Цинъюнь придерживался растительной диеты, питаясь травами, ягодами, диким женьшенем, рисом и рисовым вином. Когда старца спрашивали, в чём секрет его долголетия, он отвечал: «Удерживайте тише сердце, сидите как черепаха, идите бодрым, подобно голубю и спите подобно собаке».
Посетив еще несколько восточных стран, немецкого профессора Волли Хорста наконец-то занесло и в Советский Союз – на тот момент никакой видимой напряженности между двумя странами еще не наблюдалось. Однако, первое время ему ничего не удавалось найти по интересующей его теме, пока в один прекрасный момент его не занесло в горные районы одной из советских республик – Азербайджана, где ему, в конце концов, удалось обнаружить аж трех! живых и вполне здоровых стариков, далеко перешагнувших за столетние рубежи.
Первый из них - Ширин Гасан оглы Гасанов, живший в селе Черекент, согласно паспортным данным, родился 1817-ом. Он говорил, что помнит, как односельчане уходили на Русско-турецкую и Крымские войны, и рассказывал профессору Хорсту, как изменилась жизнь после революции 1917-го года. Более того, все местные советы старейшин признавали его за старшего.
Следующим, кого удалось разыскать Хорсту, оказался Махмуд Эйвазов, который родился в 1808-ом году в Талышском ханстве. За свою долгую жизнь он тоже успел застать и Российскую Империю, и СССР.Этот словоохотливый долгожитель, находящийся во вполне себе здравом уме, признавался профессору, что больше всего на свете любит наслаждаться горной природой, любит созерцать, наблюдать, размышлять.
«Получается, если вы хотите долго жить, выезжайте в такие места, которыми готовы любоваться годами. Таким вот образом годы и прибавятся, - охотно делился своими секретами долголетия с профессором старый Махмуд. – А еще я никогда не пил и не врал». Заводских папирос и сигарет Махмуд не уважал, но зато он с наслаждением смолил самокрутки с «горькой» махрой.
В Азербайджане Хорсту удалось встретиться с еще одним патриархом, родившимся в 1805 году - Ширали Фарзали оглы Муслимовым из села Барзаву, но проблема с идентификацией возраста у него была все та же: отсутствие оригинального свидетельства о рождении. Дату в документе, который присутствовал у него на руках, записали со слов самого же Муслимова.
Итак, из всех этих поездок профессор вынес немного полезного, слишком противоречивой была информация, которую ему удалось собрать. Бесспорным было только одно - горный климат считался самым благоприятным для здоровья. Большинство найденных долгожителей происходили именно из горных районов, где в основном и прожили всю свою жизнь. Секрет, как казалось профессору, был прост и незатейлив: всё дело в небольшом дефиците кислорода в крови, который раскрывает резервные возможности сердечнососудистой и дыхательной систем, улучшает обмен веществ.
К тому же, спокойная и размеренная жизнь на природе, не способствующая нервным потрясения и переживаниям, умеренные физические, но постоянные нагрузки, так же оказывали благоприятное действие на организм. Простая и непритязательная пища, никаких излишеств, полное отсутствие спиртного.
Вот только пагубной привычкой к табаку страдала буквально половина стариков. Однако, даже с ней они сумели дотянуть до почтенного возраста. В общем, тайна долголетия так и осталась неразгаданной немецким профессором. Какого-нибудь одного «чудодейственного рецепта», позволившего людям железно перешагивать через хотя бы столетний рубеж, он так и не обнаружил.
Некоторое время бесплодно подолбившись головой о стену, профессор Хорст вновь посетил старинный замок бригадефюрера Вайстора. Ему нужен был хоть какой-то, пусть и безумный, но намек. Он надеялся, что старик сумеет-таки натолкнуть его на новые идеи на поприще исследований долголетия, как это уже случалось ранее, помочь советом, натолкнуть на необычные направления, в общем, задать хоть какой-то «вектор» для зашедших в тупик исследований. И его надежды, в какой-то мере, оправдались.
- Ты не там ищешь, Волли! - Пригладив ладонью щеточку седых усов, с прищущуром взглянул на профессора старик.
- В смысле не там, Карл? – С интересом переспросил Хорст, пока еще не понимая, что подразумевал под ээтой фразой престарелый шарлатан, умеющий ловко морочить головы даже сильным мира сего.
- Ищи любые упоминая о древних упырях, и ты найдешь ответ на свой
вопрос - Упоминания об упырях, Карл? Ты верно решил посмеяться надо мной? – На это раз Волли Хорст решил, что старик точно пудрит ему мозги.
- Зря ты так, мой юный друг! – И не подумал расстраиваться Вайстор. – История древнего, еще допотопного мира, написана именно упырями. Именно они правили на земле еще до богов. Правили тысячами и десятками тысяч лет, ибо были бессмертны! И вера в этих существ была куда древнее веры в богов, пришедшей много позже! И что-то, как раз, позволяло этим существам жить бесконечно долго!
- Так что же это такое, Карл? – волнуясь, воскликнул профессор. – Что позволяло им жить вечно? Неужели человеческая кровь, которую они пили, и дарила им долголетие?
- Они поглощали саму субстанцию жизни, содержащуюся в крови! - величаво ответил старик. – Древние кровососы поглощали саму жизнь своей жертвы, поддерживая себя в неизменном состоянии на протяжении тысячелетий! Некоторые из них и я знаю точно, и сейчас топчут нашу многострадальную землю. Только за столь длительный срок они научились отлично маскироваться от простых людей…
- Вот только как её отыскать, эту самую неведомую «субстанцию жизни»? – спросил практически поверивший Вайстору профессор.
- Смешной вопрос, - с отчетливой ноткой безумия рассмеялся «главный эзотерик» Рейха. - Ответ же лежит на самой поверхности! Чем, по твоему, меряется человеческая жизнь?
- Ну, не знаю… - Пожал плечами Волли. – Прожитыми годами? – брякнул он первое что пришло в голову.
- Браво, мой мальчик! – неожиданно захлопал в ладоши Карл. – Не важно – минутами, месяцами или годами измеряется время. А вот временем измеряется сама жизнь человеческая!
На этом разговор был закончен, и весьма возбужденный Хорст покинул замок престарелого «черного мага», каким считали Вайстора его приближенные. А вот профессор Волли Хорст в магию не верил. Но он верил в науку и в неминуемый технический прогресс.
И хоть до формулировки третьего закона Кларка оставалось еще добрых тридцать лет, но профессор был убежден, что современные технологии показанные, допустим, какому-нибудь африканскому дикарю, будут в его глазах нисколько не отличимы от магии и колдовства. И всякое достаточно развитое разумное существо будет неотличимо от бога.
А буквально спустя пару месяцев Хорсту в руки попала научная статья некоего русского профессора Трефилова, в которой гениальный, как оказалось в действительности, ученый, рассуждал о свойствах открытого им «биологического времени». И Волли понял – это знак. И с поспешностью желторотого юнца вновь засобирался в Советский Союз.
------------------------------------------------------------------
[1] Геронтоло́гия (от др.-греч. «старик» + «знание, слово, учение») — наука, изучающая биологические, социальные и психологические аспекты старения человека, его причины и способы борьбы с ним. Термин ввёл И. И. Мечников в 1903 году.

Читать книгу полностью (на АТ)

Поделится в соц.сетях