Оскоров в ЦРБ 2
Аннотация
Талантливого хирурга убили за то, что он слишком хорошо делал свою работу. Но смерть дала ему второй шанс: он очнулся в теле молодого врача первого года практики в современной поликлинике. Теперь перед ним новая операционная — вся система здравоохранения, с её жалобами, отчётами, хамством, коррупцией и усталыми людьми. Он хотел стать лучшим хирургом страны. Для этого ему придётся снова доказать: настоящий врач лечит не ради должности, а ради тех, кого ещё можно спасти.
Авторы: Виктор Амосов, Валерий Гуров
Цикл: Доктор Оскоров
Предыдущая книга этой серии:
Оскоров в ЦРБ
Авторы: Виктор Амосов, Валерий Гуров
Цикл: Доктор Оскоров
Предыдущая книга этой серии:
Оскоров в ЦРБ
Глава 2
Возможно, из-за лени Главный врач и заведующая всё утро отсутствовали на рабочем месте. Возможно, у них были «важные» дела — совещания в минздраве или администрации. Но мне нравится думать, что они ожидали моего мысленного дозволения.
Потому что, как только я подумал о таком повороте, за дверью раздалась громкая ругань и распоряжения Васьки:
— Что столпились? — истошно кричал он. — Расходимся по домам!
За дверью постепенно нарастал гул.
— Остаются только те, кто заранее записывался на приём! — продолжал главный врач. — Остальные должны спуститься в регистратуру! У нас много хирургов, они все готовы вас принять!
Надо было вмешаться! Не ради себя, не из-за амбиций или «левого приработка», а во благо населения моего родного города. Во имя людей, за которых боролся я, моя фамилия и все мои друзья. Во имя памяти о борьбе моего отца!
Пришло время открыто бросить вызов этому конформисту и подлецу!
Дверь медленно открылась. Все взгляды устремились в одну сторону. Несмотря на яростное давление Васьки на посетителей поликлиники, никто не сдвинулся с места. Люди ждали моего решения.
— Дамы и господа, — обратился я к гражданам. — Не поддаёмся провокациям! Тихо и спокойно ожидаем своей очереди и без конфликтов записываемся на лечение! Обязательства будут выполнены перед каждым! — я помолчал, обдумывая, что ещё необходимо было добавить. — В полном объёме!
— Да как ты смеешь! — взревел на меня Васёк. В его голосе пропали характерные для него нотки писклявости, гнев и ярость захватили главврача целиком и полностью, вытеснив страх. — Ты несносный тупорылый щенок! — ревел он на меня. — Не понимаешь, что я тебя вышвырну по статье?!
— Пациентам вот с таким подходом, — обратил я внимание на агрессивное поведение начальника, — будет отказано без объяснения причин!
Люди благодарно засмеялись. Ирина Леонидовна, интуитивно чувствуя опасность, начала медленно отстраняться от своего начальника. Васёк остался один, но ещё не понимал этого.
— Ах ты мразь! — зло процедил сквозь зубы главный врач. — Да я тебя!
Он сжал кулаки и с решительным видом направился ко мне. Но на его пути встали люди из очереди:
— Шёл бы ты по добру, по здорову? — громко обратился к Ваське мужчина, грудью преградив проход ко мне.
— Не мешай доктору работать! — присоединился к «заградительному заслону» ещё один мужчина.
— А то, Богом клянусь, я надеру тебе твою вонючую задницу! — как всегда эмоционально и пошло вмешалась Дарья. — Истеричный ублюдок!
Она плюнула Ваське под ноги, демонстрируя своё презрение к этому человеку. Однако в коридоре было так тесно, что плевок попал на штанину главного врача.
Ничему её жизнь не учит...
На моё счастье — Васька стерпел...
— Я немедленно вызываю полицию, — завизжал главный врач. — Угрозы! Оскорбления! Это просто беспредел!
Из-за моей спины показался сержант Настражев. Сложив руки на груди, он присоединился к разыгрываемому спектаклю:
— Этого не требуется, я уже здесь! — демонстративно громко произнёс он. — И с готовностью зафиксирую, что Вы угрожали гражданину Оскорову! Не забуду отметить и факт оскорблений с Вашей стороны, уважаемый. — полицейский учтиво поклонился главному врачу.
Васька побагровел от напряжения, но в этот раз придержал язык за зубами — его блеф и угрозы оказались пустым звуком.
— Прошу свидетелей отметиться в этой бумаге, — полицейский поднял над головой очередной лист из папочки.
— Чёрт с вами, — зло крикнул начальник. — Я немедленно еду в минздрав! Они с тобой разберутся!
Ваське пришлось пробираться через людскую массу под крики проклятий в свой адрес, улюлюканье и свист...
***
— Дамы и господа, призываю к порядку! У нас ещё море работы!
Тут я обратил внимание, что в коридоре среди толпы пытается затеряться Ирина Леонидовна. Я с вызовом обратился к ней:
— Вы тоже пришли мешать?
Девушка испуганно замотала головой:
— Вы не понимаете, — робко возразила заведующая. — Он и правда Вас уволит!
Я усмехнулся и обратился к людям:
— Все слышали? Давайте организованно и без суеты! У нас мало времени!
Не обращая внимания на нависшую передо мной угрозу, я погрузился в работу. Огромный поток пациентов не оставлял времени на рефлексию. Никто из моих помощников не испугался и продолжил работать наравне со мной.
Через нас прошло уже больше сотни человек, когда в дверь осторожно постучали:
— Доктор, здравствуйте.
Ко мне вошла маленькая сгорбленная круглая бабуля с добрыми глазами. В руках она несла большой поднос, накрытый полотенцем.
— Чем могу? — машинально спросил я. На удивление или разбирательства не было времени.
— Сынок, это тебе покушать! — бабуля поставила поднос на стол и сдёрнула полотенце.
Передо мной во всей своей роскоши предстали изумительные яства: запечённая дичь, пюре, салатик и даже «первое». Я всегда гордился своим самообладанием, но тут оно меня подвело — само собой началось слюноотделение, и я не мог ни о чём думать, кроме еды.
Вслед за бабулей появилось ещё три человека с такими же подносами.
— Мы решили, что вам с коллегами нужно устроить перерыв на обед, — добродушно прохрипела бабуля. — Подкрепитесь? Силы-то не безграничные!
— Спасибо Вам огромное! — просиял я. — Право, это неожиданно! Такого обеда у меня в жизни не было! — искренне признался я.
— Вот и славно, сынок, — улыбнулась бабуля своей беззубой улыбкой. — Отдохните... Оттрапезничайте...
И мы закатили пир на весь мир! У нас было целых полчаса. Собралась вся команда. Я даже пытался позвать Наташу, но на звонок она не ответила. Мы наслаждались вкуснейшей едой и хорошей компанией. Наперебой травили байки и забавные случаи из медицинской практики. Веселились от души.
Я забыл о всех проблемах и отдыхал душой и телом. Но меня не покидала мысль о Наташе. Когда трапеза была завершена и девочки убирали со стола, я решил сбегать в кабинет Компьютерной томографии.
Короткий стук в дань вежливости, и, не дожидаясь ответа, я вошёл в кабинет. За своим рабочим местом ко мне спиной сидела она. Однако обычной радости по поводу моего появления девушка не высказала.
— Привет, — осторожно начал я беседу.
Наташа молчала. Даже не повернула головы.
— Наташ, всё в порядке? — подошёл поближе.
Девушка была вся в слезах. Она отворачивала от меня голову, не желая показать свою слабость. Но её красный носик, море салфеток вокруг и регулярно повторяющиеся всхлипывания не позволяли усомниться — Наташа горько плачет по какой-то неведомой мне причине.
— Что случилось? — я положил руку ей на спину.
Ответа нет.
— Расскажи? Будет легче.
Тишина.
— Наташ, это же Я. Мне можно довериться! — я аккуратно обнял её со спины.
Девушка предприняла попытки вырваться из объятий. Но её движения были вялыми и слабыми — скорее для порядка, чем для реального освобождения.
— Всё будет хорошо, — шептал я ей на ухо. — Мы справимся со всеми проблемами.
Я стоял над хрупкой девушкой, держал её в объятиях, выступив стеной от окружающего мира. Наташа почувствовала себя защищённой, и после минутного сомнения решилась открыться:
— Он... увозит... мой аппарат КТ... — слова прерывались всхлипыванием. — Ты понимаешь? — она обхватила мои руки своими. — Я больше не смогу работать по специальности, — девушка горько заплакала.
— Ну не переживай так? — просил я её еле слышным шёпотом. — Это же не единственный томограф в области. Найдёшь себе другое место работы.
В ответ на эти слова девушка только сильнее заплакала. Рыдания сменялись всхлипыванием, а последние завываниями. Для девушки сложившаяся ситуация стала настоящей трагедией. Но вдруг она замерла, слёзы кончились.
— Ты не понимаешь, — обречённо вздохнула Наташа. — Он этого и добивается... Он хочет, чтобы я от тебя уехала...
В комнате повисла гнетущая тишина. На душе стало пусто и темно. Атмосфера обречённости пропитывала стены. Лучше бы Наташа плакала...
Надо было спасать положение. И я не нашёл ничего лучше, чем пообещать девушке:
— Я что-нибудь придумаю. Я обязательно что-нибудь придумаю...
***
Когда Наташа успокоилась, она попросила оставить её одну. Угнетённый и подавленный, я вышел в коридор. От былого приподнятого настроения не осталось и следа. Вокруг суетились люди, перемещаясь в броуновском движении вокруг, а мне не было до них никакого дела.
Из-за меня начали страдать не безразличные мне люди. Как я и ожидал, месть главного врача разливалась вокруг меня. Каждый должен узреть, что дружба со мной обернётся неприятностями. Свои неурядицы я переносил стойко, но очень переживал из-за друзей.
Тем более из-за Натальи!
Что же делать? Как ей помочь? Как решить эту проблему? Где найти слабую точку у Васька, чтобы на неё надавить? В искусстве медицины я чувствовал себя куда увереннее, чем в интригах...
Из штанов раздалась мелодия — группа Eagles решила меня поддержать. Красивое вступление акустической гитары распространяло вокруг волны надежды. Но в этот раз я не дал Дону Хенли проявить себя.
— Алло? — прервал я красивую мелодию.
— Пётр Иванович, это секретарь Главного, Мария, — ответил мне сдержанный голос. — Зайдите, пожалуйста.
Да что сегодня происходит? Атакуют со всех сторон! Васька решил показать свою силу?
— Сейчас буду.
Очередь на лестнице уже почти растаяла. Странно это всё — вместе с признанием пациентов пришло и полное отрицание меня как штатной единицы со стороны руководства.
Я прошёл к «Приёмной главного врача» и без стука открыл дверь. Секретарь ничего не стала говорить по этому поводу. Она даже не стала поднимать на меня голову. Очень показательное отношение — если Главный тебя списал, значит, ты более не достоин внимания.
Не отрываясь от монитора, девушка протянула мне бумагу:
— Ознакомьтесь, распишитесь.
Я пробежал глазами по тексту: в нём значилось, что Поликлиника в лице главного врача разрывает со мной договор «о поддержке жильём» и что мне надлежит в трёхдневный срок освободить предоставляемое мне для проживания помещение. Причиной данного решения было указано «регулярное нарушение трудовой дисциплины», а в подтверждение перечислялись номера «выговоров» за месяц работы.
Ну что ж, придётся приступить к борьбе и на этом фронте. Я сфотографировал это «творение бюрократической машины» и оставил свою подпись: «Ознакомлен, Оскоров Пётр Иванович».
Интересно, какие ещё злоключения свалятся на мою голову сегодня? Не многовато ли для одного дня?
Ответ я нашёл под дверью своего кабинета — пациент Скупердяев О. Д. метался в коридоре, как раненый хищник. Заметив меня, он не стал скрывать своё раздражение:
— Ты!!! — процедил он сквозь зубы. — Ты знаешь, что натворил?!
— Вы, — поправил я Олега Дмитриевича. — Не обращайтесь ко мне, пока не выучите правила приличия.
Я пропустил очередного пациента по записи, более не удостоив вниманием хама. Скупердяев попробовал пролезть в кабинет, но я преградил ему путь.
— Вы не видите, что ко мне зашёл человек? — остановил я мужчину.
— У меня талон по «срочной помощи»! — зло возразил Скупердяев, пряча глаза. — Направили к... — он сделал паузу — внутри мужчины шёл диалог. — Меня направили к Вам! — отчётливо произнёс он.
— Тогда зайдёте после мужчины, — дал я добро, проверив талон.
Спорить Скупердяев не стал.
Однако, оказавшись на приёме, не мог достойно скрыть своего раздражения.
— Вот посмотрите, на что Вы меня обрекли! — Олег Дмитриевич протянул мне выписку.
Согласно документу, Скупердяев О. Д. был прооперирован в экстренном порядке в объёме чрезкожной пункционной нефростомии. После клинической и лабораторной стабилизации выписан под амбулаторное наблюдение. И всё это за пару дней.
Оперативно работают ребята — довольно отметил я про себя. Вслух же сухо произнёс:
— Я спас Вам почку. Вот на что я Вас обрёк.
Мужчина за моим столом бурлил эмоциями — его мизинец стал подрагивать. Он глотал ртом воздух, пытаясь выдавить из себя хоть что-то членораздельное:
— Спас? — взорвался криком пациент. — У меня трубка торчит из поясницы! И мешок с мочой!
— И моча появилась! — довольный собой отметил я. — Давно?
— Сегодня утром, — тихо ответил опешивший пациент.
Он искренне не понимал моего спокойствия, не в состоянии оценить всей важности проведённых мероприятий.
— Мне надо срочно убрать эту трубку! — решительно произнёс Олег Дмитриевич.
— Никак, — покачал я головой. — Полностью исключено!
Мужчина напротив меня взял себя в руки и потушил пожар эмоций. Но это не исключило агрессию в мою сторону. Пациент Скупердяев твёрдо решил показать, кто тут главный, а кто «обслуживающий персонал».
— Это не Вам решать, — холодно отметил он. — Это моё здоровье! И я требую, чтобы Вы немедленно убрали мне эту трубку!
— Неа, — настаивал я на своём. — Я не вредитель.
— Немедленно уберите этот ужас! — вскричал мужчина. — Слышите меня! Я требую!
— Без меня, — покачал я головой.
— Тогда я иду к заведующей! — Скупердяев встал со стула и решительно направился к выходу. — И будьте уверены, я просто так этого не оставлю! Я доведу это дело до суда!
— Не доведёте, — тихо возразил я. — Вы доведёте себя до реанимации... В лучшем случае!
На это мужчине возразить было нечего, и он ушёл искать «правды» к заведующей. Я проводил его вздохом разочарования.
К сожалению, достаточно часто в жизни доктора отечественного производства попадаются неадекватные пациенты, которые не понимают и не ценят труд врача. А главное, даже не пытаются вникнуть во все нюансы своего собственного здоровья.
Такое неизбежное следствие «системы бесплатного здравоохранения». Очень неприятное, досаждающее врачам и опасное для пациентов...
Все эти неприятности полностью сломали мой рабочий день после обеда. Необходимо было срочно исправлять ситуацию, и я с головой погрузился в работу. Всего за полчаса я умудрился проконсультировать четырёх пациентов. Однако сегодня в планы Провидения не входили мой покой и душевное равновесие. Ещё один телефонный звонок настойчиво требовал моего внимания.
Сначала я решил не поднимать трубку. Но настойчивость дозванивающегося не оставила мне выбора.
— Слушаю, — коротко отрезал я.
— Пётр Иванович Оскоров?
— Да, кто говорит?
Со мной говорила девушка. В ней сочетались скромность и уверенность. Она очень скупо и осторожно подбирала слова, но интонация не предполагала возможности отказа.
— Вас беспокоят из областного Министерства Здравоохранения, — монотонно отчеканила девушка. — Меня зовут Наталья.
Данное представление отсылало меня к обещанию главного врача. Видимо, у Васька был сильный репутационный и административный ресурс, раз он смог добиться своего в «высоких кабинетах». Да ещё в столь короткий срок. Это было впечатляюще и не предвещало мне ничего хорошего.
— Очень приятно, — отреагировал я на приветствие.
— Я уполномочена оповестить Вас о том, что завтра, в субботу, состоится неплановое совещание в связи с «Требованием администрации ЦРБ» по разрыву «Трудового договора по целевому обучению», заключённого с гражданином Оскоровым П. И., в связи с регулярными нарушениями последним «трудовой дисциплины»!
Девушка отчеканила всё так быстро, что возможности возразить не было. Да и какой в этом смысл — это всего лишь секретарь. Она ничего не решает.
— Понятно, — незатейливо прозвучал мой ответ.
— Вы имеете право присутствовать на данном собрании и защищать свою точку зрения, — в голосе не было эмоций.
У меня создалось впечатление, что девушка читает по бумаге. Чтобы всё было по форме правильно. Значит, они меня боятся, — улыбнулся я. А вот это уже хорошая новость. Значит, закон на моей стороне.
— Заседание состоится в кабинете Главы Минздрава области завтра в 10:00 по адресу: улица Победы, 19.
— Я буду! — ответил я и бросил трубку.
Поделится в соц.сетях
