Мастер драгоценных артефактов 7
Аннотация
И что теперь?! Как граф Шахтинский будет разбираться с таинственными кукловодами и их подручными на Брошенных землях?
А вот и узнаем!
Авторы: Александр Майерс, Олег Сапфир
Цикл: Артефактор
Предыдущие книги этой серии:
Мастер драгоценных артефактов 6
Мастер драгоценных артефактов 5
Мастер драгоценных артефактов 4
Мастер драгоценных артефактов 3
Мастер драгоценных артефактов 2
Мастер драгоценных артефактов
А вот и узнаем!
Авторы: Александр Майерс, Олег Сапфир
Цикл: Артефактор
Предыдущие книги этой серии:
Мастер драгоценных артефактов 6
Мастер драгоценных артефактов 5
Мастер драгоценных артефактов 4
Мастер драгоценных артефактов 3
Мастер драгоценных артефактов 2
Мастер драгоценных артефактов
Глава 2
Я сидел на плоском камне у входа в пещеру, грыз сушёное мясо и слушал водопад. Из леса показались всадники, за ними, покачиваясь, выползли две телеги.
Возглавлял отряд Родан, одетый в свой артефактный доспех.
— Господин! — он спрыгнул с коня. — Мы прибыли.
— Вижу, — кивнул я.
— Что от нас требуется?
Я поднялся, отряхнул штаны и махнул рукой в сторону входа.
— Пойдём, покажу.
Внутри они одновременно присвистнули. Мои светляки до сих пор висели в воздухе, так что зал предстал перед гвардейцами во всей красе.
— Богатая добыча, — сказал кто-то.
— И не поспоришь, — согласился я. — Выносим всё. Стеллажи в том числе, если не рассыплются. Книги, свитки — с ними аккуратно. С алхимическим оборудованием — ещё аккуратнее.
— А это? — Родан кивнул на скелет.
— Похороните. Снаружи, у озерца, — я подумал немного. — Табличку какую-нибудь поставьте. Имени я не знаю, но напишите «Алхимик». А вот это — самое важное.
Я подошёл к дальней стене, где стояло зеркало, уже снятое со стены. Провозился я с ним, между прочим, немало, пока снял и сделал всё остальное.
— Эту штуку погрузить отдельно. Обложить со всех сторон соломой и привязать так, чтобы даже не шелохнулась.
— Понял, ваша милость, — Родан осмотрел свёрток. — Ценная вещь, видать. Жаль будет, если разобьётся.
— Нет, если оно разобьётся, будет не жаль. Будет плохо.
— Так мы аккуратно, — заверил он. — Мы вас не расстроим, ваша милость.
— Да я и не расстроюсь. Мы просто все умрём, — пояснил я.
Насчёт «все умрём» я, честно говоря, немного преувеличил.
Наверное.
Дело в том, что в зеркало были встроены защитные механизмы. Я вроде бы их отключил, но гарантий давать не буду. Ведь заряд силы-то внутри остался.
Если приложить эту конструкцию как следует, вся накопленная энергия может разом выйти, и мало в этом случае никому не покажется.
Грузились до темноты. Как я и велел, со всем добром обращались бережно. Особенно трогательно было наблюдать за погрузкой зеркала. Его несли восемь человек — по четверо с каждой стороны, — причём шли синхронно, мелкими шажками, и Родан командовал шёпотом:
— Левой… левой… стой. Ровнее! Пошли. Тихо, тихо…
Уложили. Обложили соломой. Обвязали верёвками. Обложили ещё раз.
Я как раз выносил из зала последнюю стопку записей, когда возле телеги что-то с грохотом рухнуло.
Клянусь, у меня дыхание остановилось.
Я бросился вперёд так быстро, что чуть не подскользнулся и не улетел в озеро.
Оказалось, просто полка упала. Один из бойцов неудачно положил её на край телеги, и та упала на землю.
— Уф-ф, — сказал я.
— Простите, ваша милость! — мужик побледнел. — Я сейчас подберу!
— Можешь бросить, всё равно треснула… Главное, что зеркало целое.
Ну а когда мы всё погрузили, то отправились домой, и к утру уже были возле имения.
Дальше у меня началось то, что я называю отдыхом. Хотя если глянуть со стороны, то я трудился, не покладая рук.
Но для меня отдых — это когда я занимаюсь лёгкой, приятной работой, никуда не тороплюсь и никто не пытается меня убить.
Я выделил себе комнату в недостроенном имении, поставил туда зеркало, притащил инструменты и на несколько дней выпал из жизни.
Работа оказалась куда интереснее, чем я рассчитывал.
Первым делом я настроил портальный канал. В целом, он и так работал, но я слегка улучшил плетение и увеличил надёжность транспортировки. За время бездействия чары слегка, так скажем, истрепались.
А затем я вдруг обнаружил, что зеркало гораздо старше, чем те, кто им пользовался. Оно было создано задолго до этой пещерной алхимической станции. И создавали его совсем не как продвинутый почтовый ящик.
По внутренней стороне рамы шли схемы — сложные и изящные. Местами, честно говоря, гениальные. И почти все были намеренно затёрты.
Кто-то очень грамотно прошёлся по конструкции и убрал всё «лишнее», оставив зеркалу одну-единственную функцию. Меня это даже бесило. Как можно было превратить столь великолепный артефакт в грёбаный почтовый ящик?!
Ну ладно. Раз затёрли — значит, можно и вернуть.
Я восстановил схемы одну за другой. Не всё получилось — некоторые контуры оказались повреждены необратимо, а парочку я просто не смог опознать. Но большую часть вернул.
И теперь зеркало умело куда больше, чем гонять бумажки.
* * *
Пока я работал, то почти не выходил из комнаты. А когда вышел — то вдруг обнаружил, что мой замок вырос и стал ещё больше походить на жилое здание.
Растёт как на дрожжах, надо же. Зашибись. Люди без дела не сидят, и это радует.
Первый запуск зеркала после перенастройки я устроил тем же вечером. Вставил новый накопитель, активировал зачарование — и понеслась.
Стекло сначала помутнело, по нему пробежала рябь — и передо мной снова возникла та же спальня, что и в первый раз. По комнате расхаживал мой старый знакомый.
Пухлый паренёк ходил из угла в угол, размахивая руками, и опять разговаривал сам с собой.
— Нет уж! — бубнил он. — Я совершенно прав. Я не должен бояться. Я из рода Белгаров! Что мне какой-то мужик в зеркале? Ничего! Я сильный. Я должен быть сильным. Я не боюсь его. Я вообще…
Он повернулся и увидел меня, и краски вмиг покинули его лицо.
— Твою мать!!! — заорал он, отпрыгивая. — Опять?! Да что это за хрень! ПАПА!!!
Парень вылетел из комнаты. Я только вздохнул. Пугливый какой-то. Хотя его можно понять.
Его отец, которого, как я уже знал, звали Александр Белгар, появился минут через пять.
Он спокойно подошёл к зеркалу и оглядел меня.
— Всё ли у вас в порядке, граф? — спросил он.
— А что может быть не так?
— Вы обещали выйти на связь, — он развёл руками. — Прошло больше недели. Я, признаться, начал думать о неприятном.
— Технические сложности, — отмахнулся я.
— Понимаю, — он прищурился, глядя мне за спину. — Вы в другом месте, не так ли?
— Верно подмечено.
— Вы перенесли зеркало?
— Как видите.
Александр помолчал.
— Это, вообще-то, считалось невозможным… Я читал документы. При расформировании ведомства был составлен отдельный акт: «привязка к месту установки необратима, демонтаж приведёт к утрате функций».
— Значит, кто-то плохо старался, — усмехнулся я. — А вы, получается, немало знаете об этой вещице?
— Да, — кивнул Александр.
Дальше он рассказал мне историю зеркала.
Досталось оно ему вовсе не по наследству, как я предполагал. Он купил его на аукционе, где распродавали имущество закрытых ведомств. Купил дёшево, потому что все считали зеркало просто декоративным.
Но Александр, будучи человеком дотошным, сразу заподозрил неладное. Он вызвал специалиста, причём не совсем законного. Тот повозился с зеркалом и сказал, что внутри есть магические примочки, но они спят и разбудить их он не может.
— После этого я полез в архивы, — добавил Белгар. — Выяснил, в каком ведомстве предмет числился до продажи. Ведомство расформировали двадцать три года назад, а это зеркало признали неработающим и списали как обычную вещь.
— И правильно сделали, — хмыкнул я. — Оно и было неработающим.
— А ещё я нашёл сведения о мастере, который его создал.
— Вот как?
— Некий Гаспар Веттель. Он, к сожалению, давно погиб.
— Правда? — я приподнял бровь. — Интересно, как же он погиб.
Хотя, конечно, я уже догадывался, какой услышу ответ.
— Его казнили, сослав на Брошенные земли, — сказал следователь. — Там он и погиб.
Я медленно кивнул. Разумеется. У них это, наверное, самый популярный способ наказания. Сделал что-то не так — отправляйся к жукам и дикарям.
Прекрасные люди. Просто восхитительные.
Но эта информация в любом случае полезна. Надо мотать на ус всё, что говорит мой собеседник.
Он-то думает, что я всё прекрасно знаю про империю и её устройство, про Совет и так далее. А это не так. Всё, что у меня есть — обрывки.
Но признаваться в этом я, разумеется, не собирался.
Наоборот, я держался так, будто знаю если не всё, то очень многое. С карателями этот приём сработал безупречно. Они до самой смерти были уверены, что я знаю про них больше, чем они сами.
Пусть и Александр так думает. Мы с ним, собственно, на этом и договорились в прошлый раз. Я сказал, что борюсь с произволом империи на этих землях, и мне нужен свой человек.
— Зеркало оказалось довольно крепким орешком, поэтому и случилась небольшая заминка. Но я справился, — сказал я.
— Вы справились очень быстро, — заметил Александр. — Судя по документам, в прошлый раз настройку этого зеркала вели целый год.
— Правда? А мне казалось, что это я затянул. Если бы мне не приходилось есть и спать, управился бы дня за три-четыре.
Следователь внимательно посмотрел на меня, но комментировать не стал.
— Ладно, неважно, — махнул рукой я. — Чем порадуете? Вы обещали при следующей связи дать что-нибудь полезное.
— У меня тоже не всё шло гладко, — Александр потёр переносицу. — Пришлось лезть туда, куда не положено. Но кое-что полезное я нашёл.
Он выудил из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист и развернул.
— Записывайте. Здесь сведения о людях, которых недавно отправили на Брошенные земли. Это важно, потому что…
— Зачем записывать? — перебил я.
— Что?
— Зачем записывать? Просто передайте мне бумагу.
— В каком смысле?
— Посмотрите на нижнюю часть рамы. Слева, у самого края, найдёте небольшой символ. Похож на завиток.
Он наклонился, присматриваясь.
— Вижу.
— Нажмите на него.
Белгар пожал плечами и нажал.
Я влил энергию в контур, и в нижней части рамы — с обеих сторон одновременно, у него и у меня — с щелчком открылась узкая ниша.
Александр отшатнулся.
— Кидайте туда, — сказал я.
Он поколебался секунду. Потом свернул лист и опустил его в нишу.
Бумага исчезла, а через мгновение выпала с моей стороны — прямо в подставленную ладонь.
Я поднял её и помахал перед зеркалом.
— Та-дам! Письменный портал. Собственно, для этого зеркало и делали, — пояснил я. — Оно передавало в первую очередь документы, а не картинку.
Я развернул лист и прочитал список из одиннадцати имён. Возле каждого был написан возраст, род деятельности до высылки, дата отправки, формулировка приговора и примерный район размещения.
Ух, как интересно. Самое важное — что их память можно восстановить, ведь стирание случилось не слишком давно.
— Здесь самые разные люди. Получается, слежка у вас ведётся вообще за всеми подданными империи? — спросил я.
— Не за всеми, — ответил Александр. — Только за теми, кто действительно того стоит. В основном за теми, кто может создать проблему. Хотя не всегда идёт гладко. Бывают сбои и неучтённые случаи.
— У меня тоже не всегда гладко, — хмыкнул я. — Но, как видите, я ещё жив.
— Вот это и удивительно.
— Что именно?
Александр посмотрел мне прямо в глаза.
— О вас нет никакой информации, — сказал он. — Честно скажу, я искал, но не смог ничего найти. Кто вы, откуда, когда вас переместили, по какому приговору. Ничего.
Я улыбнулся.
— Можете считать меня уникальным случаем.
Александр хмыкнул и кивнул.
— Когда найдёте этих людей — поговорим ещё раз, — сказал он. — Посмотрим, насколько ваши слова сходятся с делами.
— Разумно.
— Удачи.
Связь оборвалась. Зеркало мигнуло и в нём появилось моё отражение.
Ну что ж, я всё делаю правильно. Надо придать вес своим словам и доказать неожиданному союзнику, что я не какое-то трепло. Главное теперь — не накосячить в первом же деле.
Я развернул письмо на столе и склонился над картой.
Одиннадцать человек. Все в разных местах.
Ближайший — в двух днях пути на север, в деревне, о которой я даже не слышал. Двое — в трёх днях к западу, в разных сёлах, но по одной дороге. Ещё четверо — на юге, кучно, в пределах дня друг от друга.
Остальные разбросаны так, что до них добираться неделю. И не все, между прочим, могут быть живы. Жуки, бандиты, жестокие лесные аристократы со своими гвардиями и не менее злые правители городов — все они на месте не сидят. Кровь в наших краях льётся ежедневно.
Как бы там ни было, надо отправляться на поиски.
Я вызвал к себе командиров. Ильдар, Родан, Прохор явились быстро, расселись вокруг стола, и я разложил перед ними карту.
— Слушайте внимательно, — сказал я. — Нам нужно найти кое-каких людей. Разбиваемся на группы и отправляемся сегодня же.
— И что с ними сделать? Прикончить? — деловито уточнил Прохор.
— Ни в коем случае. Пригласить в гости.
— В смысле? — Прохор поднял густые брови.
— В прямом. Приходите, находите человека, вежливо говорите, что граф Шахтинский предлагает ему переехать в свои владения. Жильё, защита, еда — всё за мой счёт. Объясняете, что у меня спокойно, сытно и не грабят.
— А если откажется?
— Значит, откажется, — сказал я. — Разворачиваетесь и уезжаете.
— И даже уговаривать не надо? — удивился Родан.
— Уговаривать можно, только вежливо. Давить нельзя, — я постучал пальцем по столу. — Запомните все: никакого принуждения.
— Понял, господин.
Я раздал листки — каждому свой, с именами и маршрутами.
— Это очень важно, — сказал я. — Только, не спрашивайте почему.
Ильдар посмотрел на свой листок и кивнул. Остальные тоже не стали задавать вопросов. Привыкли, что мои идеи часто кажутся безумными, но в итоге всегда оборачиваются нам на пользу.
Ну, или почти всегда.
Я тоже, само собой, собирался отправляться, и решил поехать на север. Хочется размяться после недели, проведённой в четырёх стенах.
Я нашёл во дворе Катарину. Она сидела на высокой груде блоков и что-то рисовала в блокноте. Увидев меня, запахнула блокнот и подозрительно прищурилась.
— Ты куда-то собрался?
— Как ты догадалась? — удивился я.
— По лицу вижу. Я знаю этот авантюрный блеск в глазах, — фыркнула она. — Куда отправляешься?
— На север. Надо найти одного человека. Скажу сразу — тебя взять не могу.
Катарина нахмурилась.
— Почему?
— Потому что ты сейчас главная боевая единица всего графства. А кроме меня, уезжает ещё несколько десятков солдат. А у нас, сама помнишь, врагов навалом. Если что-то случится — без тебя тут не справятся.
Катарина помолчала немного, а затем серьёзно кивнула:
— Я не подведу.
— Знаю, золотце. Поэтому уезжаю со спокойным сердцем, — улыбнулся я.
Она чуть заметно покраснела и тут же снова нахмурилась.
— Вернусь — начнём заниматься! — сказал я, уже направляясь к коню.
— Чем?
— Тобой. В смысле, твоим даром. До встречи! — я помахал ей рукой.
* * *
Поехал я один. Ну, если не считать Громилы, а также камней и артефактов, которых взял с собой немало.
Дорога вышла спокойной.
Жуков, конечно, встречал — куда без них. Но благодаря тому, что я стал значительно сильнее в последнее время, эти встречи перестали меня особо волновать.
Точнее, я мог при желании избегать этих встреч. Ну, или предотвращать их.
Мой запас энергии вырос настолько, что я мог позволить себе роскошь — держать сторожевые нити постоянно, разбрасывая их шагов на триста-четыреста вокруг. Так что жуки для меня перестали быть неожиданностью в принципе.
Никакой романтики.
Так что, когда я по пути ощущал где-то неподалёку инсектоида — то просто менял направление или заставлял нити испускать импульс, который сбивал жука с толку.
Заночевал я в лесу. Развёл огонь, раскинул вокруг нити и занялся ужином.
Ужин, надо сказать, у меня был превосходный. Вяленое мясо с травами, плюс хлеб, кусок овечьего сыра и фляга с отваром. Сидел, жевал, смотрел в огонь.
Хорошо.
Как ни странно, именно в такие моменты я чаще всего вспоминал прошлую жизнь. Потому что там у меня было всё. Башня, лаборатория, склад редчайших материалов, слуги, деньги, репутация.
А вот так сидеть у костра и наслаждаться тишиной мне доводилось раза три за две тысячи лет…
* * *
К деревне я подъехал на второй день.
Обычная такая деревня. Ничего примечательного.
Стоило мне подъехать к воротам, как из-за них вышли двое стражников. Так себе воители, если честно: один в кожаном нагруднике и с копьём, второй вообще с дубиной. Зато лица у обоих такие важные, будто они рыцари в сияющих доспехах.
— Стой, — сказал первый, стукнув копьём о землю. — Кто таков?
— Путник. Уставший путник, прошу заметить.
— Деревня принадлежит барону Ольгерду Герцу! — сообщил второй с такой гордостью, будто это он и сам был бароном. — Так что порядки тут строгие.
— Понимаю, — кивнул я.
Стражники оглядели мой арсенал — меч на поясе, арбалет на седле, два посоха за спиной. И это ещё не знали, сколько камней у меня в сумке и по карманам.
— А чего ты при оружии?
— Так дорога-то неспокойная, — я развёл руками.
Стражник хмыкнул.
— Ладно. Чего надо-то?
— Отдохнуть, самому поесть и коня накормить. Есть у вас, где остановиться?
— Есть. Ночлег предоставляем. Только не бесплатно!
— Понимаю… Только у меня при себе немного. Дорога была долгая.
Я полез в седельную сумку и достал оттуда мешок. Внутри были сушёные овощи с наших полей, а также немного свежих огурцов и связка лука.
Деньги в глуши — штука абстрактная, а еда — очень даже конкретная.
— Пойдёт такое? — спросил я.
Стражники переглянулись.
— Ну… дня четыре сможешь пожить.
— Четыре так четыре, — согласился я.
Трактиром в деревне называлось строение, которое на трактир не очень-то и походило.
Это была, по сути, столовая. Длинный дом с общим залом и очагом по центру. Насколько я понял, здесь кормили всех жителей деревни, причём бесплатно. Но имелась и комнатка с лежаками, где мне любезно предложили заночевать. Накормили кашей и оставили в покое.
Я лежал на жёстком тюфяке, смотрел в потолок и прикидывал, как быть дальше.
Стражники наверняка уже отправили весточку своему барону. Или отправят утром. И вопрос в том, насколько этот барон умный.
Если он дурак — ничего не случится. Ну приехал какой-то путник, ну заплатил овощами.
А если умный — он сложит два и два. Потому что вооружённому до зубов человеку, нечего делать в его деревне.
Так что лучше поторопиться. Впрочем, я успел узнать у хозяина трактира, Ольгерд владел пятью деревнями, и конкретно на эту ему было плевать. Она была самой бедной из всех.
Пара дней у меня точно есть.
Наутро я начал искать.
Человека до стирания и отправки сюда звали Радим. Сейчас наверняка зовут как-то иначе, но у меня имелось описание его внешности, и по документам он должен был находиться именно здесь.
Я ходил по деревне, изображая скучающего путника, и задавал осторожные вопросы. К обеду обошёл всё поселение и не узнал ровным счётом ничего.
М-да.
Я сел на лавочку у чьего-то забора — отдохнуть и подумать. Через пару минут ко мне подошёл мальчишка лет двенадцати, худой, в застиранной рубахе не по размеру. В руках — глиняный кувшин и кружка.
— Дядя, будешь водицы? — спросил он.
— Нет, спасибо. У меня фляга есть.
— А зря! — он наполнил кружку. — У нас тут вода знаешь какая? Вкусная, из глубокого колодца! Мужики знаешь сколько лет этот колодец копали? Такой воды нигде больше нету. Хлебнёшь — не пожалеешь!
Хм-м… Чутьё подсказывает, что не просто так этот парнишка навязывает мне свою водицу.
— А давай, — сказал я.
Мальчишка расплылся в улыбке и протянул мне кружку. Я взял и выпил.
Вода, надо признать, действительно была вкусная. Холодная, чистая, с лёгким минеральным привкусом. Только вот кроме минералов там было ещё кое-что. Я это сразу почувствовал.
Слабое, растительное снотворное, какая-то отрава к нему и ещё что-то. Такое ощущение, что сюда намешали всё, что могли — вытяжку из разных растений. Кто-то очень старался, но плохо разбирался в том, что делает.
Вся эта фигня могла бы подействовать на обычного человека, но со мной такой фокус не пройдёт. Даже без камней бы справился, хотя на всякий случай вытянул яд из организма.
Ну что ж.
Я понял, чего от меня ждут. Потёр глаза. Попытался встать, покачнулся.
— Что-то мне нехорошо… — пробормотал я заплетающимся языком.
И завалился на бок прямо на лавку.
Пацан подождал немного, что-то бормоча себе под нос. Топтался рядом со мной минуты две, не меньше — видимо, боялся, что притворяюсь.
Потом осторожно ткнул меня в плечо. Я не шелохнулся. Ткнул сильнее. Ничего.
— Есть! — прошептал мальчишка с таким восторгом, что я едва не рассмеялся. — Получилось!
Дальше он подхватил меня под мышки и потащил. Куда именно, я не видел, но, видимо, какими-то задворками, чтобы никто не заметил.
Как интересно всё складывается.
Я приехал искать человека — а он нашёл меня сам. Правда, искал он добычу, а я на добычу не тяну.
Пацан пыхтел, ругался сквозь зубы совершенно недетскими словами и через каждые десять шагов останавливался передохнуть.
Я, признаться, слегка помогал процессу. Ну, или мешал — с какой стороны посмотреть.
Незаметно подворачивал каблуки, цепляясь ими за землю, чтобы мальчишке было тяжелее.
— Да чтоб тебя… — хрипел он, оглядываясь. — Ну и тяжёлый же ты, зараза…
Наконец скрипнула дверь, и меня втащили внутрь какого-то здания. Пахнуло сеном и деревом.
Пацан бросил меня на пол и с грохотом захлопнул дверь. Потом выдохнул и злорадно сказал:
— Ну всё. Попал ты, дядя. У нас тут пришлых не любят!
Я лежал лицом в солому и мысленно улыбался.
Нет, щенок, это ты попал.
Сегодня ты мне расскажешь всё, что я хочу знать. Для начала поведаешь, что ты собирался со мной делать.
А потом уже решу: просто тебя отпустить — или сначала сломать пару конечностей.
Поделится в соц.сетях
