Правила волшебной кухни - 11
Аннотация
“Всё не то, чем кажется” (с) Официальный слоган книги
Мой дед привел род к величию, а мои родители… Нет, не уничтожили его и не ослабили. Даже наоборот - род процветает, как никогда раньше. Вот только методы, которыми они используют наш родовой дар (и которыми зарабатывают), заставили бы перевернуться деда в гробу. Да, к чёрту приуменьшения! Уверен, что он сейчас там крутится как вентилятор! Если он, конечно же, мёртв, что совсем неточно.
Что ж. У меня есть совесть, у меня есть талант и у меня есть сила. И я лучше отрекусь от родных, чем окончательно опозорю доброе имя великого деда. Выход у меня один - начать всё сначала на чужбине.
Хмм… Венецианская республика… А почему бы и нет?
Авторы: Олег Сапфир, Юрий Винокуров
Цикл: Повар
Предыдущие книги этой серии:
Правила волшебной кухни - 10
Правила волшебной кухни - 9
Правила волшебной кухни - 8
Правила волшебной кухни - 7
Мой дед привел род к величию, а мои родители… Нет, не уничтожили его и не ослабили. Даже наоборот - род процветает, как никогда раньше. Вот только методы, которыми они используют наш родовой дар (и которыми зарабатывают), заставили бы перевернуться деда в гробу. Да, к чёрту приуменьшения! Уверен, что он сейчас там крутится как вентилятор! Если он, конечно же, мёртв, что совсем неточно.
Что ж. У меня есть совесть, у меня есть талант и у меня есть сила. И я лучше отрекусь от родных, чем окончательно опозорю доброе имя великого деда. Выход у меня один - начать всё сначала на чужбине.
Хмм… Венецианская республика… А почему бы и нет?
Авторы: Олег Сапфир, Юрий Винокуров
Цикл: Повар
Предыдущие книги этой серии:
Правила волшебной кухни - 10
Правила волшебной кухни - 9
Правила волшебной кухни - 8
Правила волшебной кухни - 7
Глава 2
Выскочив из студии звукозаписи, я едва успел перевести дух, и в этот же момент Аня с двух ног вынесла очередную решётку вентиляции. Та с грохотом проскакала по полу, а в следующее мгновение из темноты шахты прямо мне в руки вылетел Жанлука. Мокрый и довольный, судя по виду.
— Ох ты ж, — крякнул я, ухватив его.
Тунец оказался весьма увесистым. В голове автоматом включилась калькуляция — сколько всего я смогу из него приготовить, и за сколько это всё продать. Но:
— Идём, — сказала Аня, тоже спрыгнув вниз. — Не думаю, что у нас много времени…
Позади раздавался гитарный бой и весёлый хохот чернокожих господ, а мы с сестрой побежали всё теми же коридорами на выход. Перегибая из тени в тень, обходя персонал по широкой дуге и прячась везде, где можно спрятаться, мы-таки покинули дельфинарий и добрались до борта. И сделали это до того, как Жанлука начал задыхаться без воздуха.
— Плыви! — крикнул я, выбрасывая его за борт. — Ты свободен!
Правда, тут внезапно оказалось, что один свидетель у нашего преступления всё же был. Тот самый парнишка-официант, на глазах которого я набирал ведро для Ужаса Глубин, уже успел закончить свою смену, переодеться и теперь шёл куда-то по своим делам.
— Да какого чёрта?! — возмутился он. Впрочем, ответа не дождался, нахмурился и очень сосредоточенно потопал прочь. Бубнил себе под нос что-то про классовое неравенство, борьбу с буржуями и так далее.
Ну да и чёрт с ним. Главное, что Жанлука уже внизу. Уже встретился с Андреем и теперь кружился в его водовороте, о чём-то активно булькая. Ужас Глубин отвечал тунцу своим неизменным «бру», и контакт, похоже, был достигнут. Разговаривают, стало быть.
— Ну вот и всё, — сказал я. — Скоро узнаем, что к чему. Осталось лишь до Венеции добраться и зайти в гости к Матео.
— Артур, — окликнула меня Аня. — У тебя тут записочка, — и достала из кармана моей рубашки сырой клочок бумаги.
— «НИБЛАГАДАРИ», — прочитал я кривой почерк. — Ничего себе…
— Что это значит?
— Не бери в голову, — сказал я и спрятал записку. — Всё хорошо, что хорошо кончается, верно? Пойдём лучше в каюту, нам с тобой явно есть о чём поговорить.
— Родители?
— Ага.
Вернувшись к себе, первым же делом я нарвался на встревоженную кареглазку. Та уже оделась в пижаму и когда мы вошли нервно выхаживала по каюте из стороны в сторону. Должно быть, примерно так же вёл себя сейчас весь лайнер.
— Артуро! — крикнула девушка. — Что происходит?!
— Сам пока не понимаю, — честно сказал я. — Сейчас будем думать. Закажи на всех кофе, пожалуйста.
Джулия чуть помолчала. Затем кивнула и послушно направилась к телефону для обслуживания номеров. Быстро попросила у оператора три порции кофе, а после присела вместе со мной и Аней за небольшой кухонный островок.
— Итак, — начал я, обращаясь к сестре. — Ты тоже их видела?
— Видела, — ответила Аня.
Речь шла, конечно же, не о пиратах, а о родителях. Уж что-что, а с глазами в нашей семье у всех всё было в полном порядке. Менталочка, бывает, пошаливает, а вот зрение стопроцентное, и потому мы оба заметили на борту флагманского пиратского корабля Эдуарда Богдановича и Марию Александровну. И ещё какого-то мужика восточной наружности рядом с ними. Вся эта троица стояла на борту и как будто бы в душу мне заглядывала.
Собственно говоря, это всё, что мы успели обсудить до того, как в дверь постучали. Сперва в нашу каюту зашёл официант с заказом, а следом за ним робко протиснулся капитан корабля. Тот самый усатый синьор, которого я видел при входе на лайнер.
— Доброй ночи, синьорины, синьор, — поклонился он. — Меня зовут капитан Висконти.
— Здравствуйте.
— Я хотел бы задать вам пару вопросов, если вы не против.
— Конечно-конечно.
— Как бы так сказать? — капитан вздохнул. — У всей нашей команды сложилось впечатление, будто бы вы в курсе того, что произошло. Я сейчас говорю о призрачных кораблях. Скажите, синьор Маринари, вам что-то об этом известно?
— Откуда же? — удивился я и постарался распахнуть глаза как можно шире. Благо, у меня были хорошие учителя по этому предмету. — Я всего лишь повар, — сказал я. — Вообще понятия не имею, о чём вы.
— Ага…
Видно было, что капитан нисколечко мне не поверил. Однако пытать пассажиров явно не входило в его полномочия, и при этом ни в чём дурном мы замечены не были. Поэтому он ещё раз поклонился, ещё раз пожелал нам доброй ночи, и ушёл вместе с официантом.
— И всё-таки, — сказала Аня, когда дверь за ними захлопнулась. — Что это было-то, как думаешь? Иллюзия? Морок какой-то? Магия?
— Не уверен. Мне почему-то кажется, что это была живая картинка, причём в реальном времени. А Андрей каким-то образом спроецировал её, чтобы показать нам. Быть может, хотел о чём-то предупредить?
— То есть, — медленно сказала Анна Эдуардовна. — Наши родичи всё-таки у пиратов.
— Получается, что так, — тут я задумался. — А плохая новость заключается в том, что водоворот мог предупреждать нас вовсе не о нападении на лайнер…
— А о чём же тогда?
— Подумай, — хмыкнул я. — Артём в Венеции один остался…
Да-да! Единственным членом нашей команды, который взбрыкнул против отпуска, был мой брат. Причина проста — Артём не захотел отдыхать. У него сейчас настала какая-то маниакальная фаза — будто фанатик он загорелся идеей спуска в подвал Бачокки, и ни на чём другом попросту не мог сконцентрироваться. Всё своё время он теперь проводил в лаборатории: мастерил чего-то, изобретал, придумывал. Короче говоря, оторвать его от занятия и переубедить оказалось невозможно. А я не сказать, чтобы сильно по этому поводу расстроился.
— Внимание! — раздался в этот момент из динамиков голос капитана Висконти. — Синьоры и синьорины! Дамы и господа! В связи с опасной обстановкой на море и угрозой нападения пиратов, наш экипаж принял нелёгкое решение! Мы завершаем наш маршрут в текущей точке и разворачиваемся в сторону Венеции! Прошу…
Понять и простить, ага. Дальше капитан продолжил вещать про компенсацию и извиняться за сорванный круиз, а я подумал, что всё складывается просто отлично. Всё, что хотел от этого плавания, я уже получил. Ну… почти. Один лишь пунктик остался. Последний и самый важный. Собственно говоря, ради него всё и затевалось.
— Ань, — я встал из-за стола. — Пойдём, прогуляемся.
— А можно с вами? — спросила кареглазка.
Я же поцеловал её в ответ и сказал, что мы ненадолго.
— Буквально пару минут, душа моя. Дела семейные. Не скучай.
С тем мы с сестрой вышли в коридор. Отошли буквально за угол, где я остановился и огляделся. Убедился, что за нами никто не подглядывает, и достал из кармана кольцо. То самое, которое мне с барского плеча пожаловала Елизавета Александровна.
— Ох них… ничего себе! — выдохнула Аня, отреагировав на блеск камушка как ворона. — Ты где его украл?
— Украл?! — возмутился я. — Я никогда и ни у кого ничего не крал. У меня, знаешь ли, принципы.
— Ради такой побрякушки можно любыми принципами поступиться, — парировала сестра. — Поверь, я знаю о чём говорю…, но всё-таки? Откуда?
— Ужас подарила, — ответил я, и снова:
— Ох ты ж них… чего себе! Дашь посмотреть?
Аня взяла кольцо и начала вертеть его, рассматривая со всех сторон. И как мне показалось, уже прикинула в уме его приблизительную стоимость.
— Так это же на женскую руку, — вынесла сестра свой вердикт, и глазёнки ей загорелись пуще прежнего. — И расширить нельзя, так чтобы камень не вылетел. Артур! Зачем оно тебе? Может, подаришь любимой сестричке?
А я сперва даже не нашёлся, что ответить. Да и не сперва тоже. Долго-долго думал, но слов так и не подобрал.
— Ты… ты дура, что ли? — вполне искренне спросил я.
— Грубиян, — ответила Аня и вернула мне кольцо. — Не хочешь дарить, так и скажи. Чего сразу обзываться-то?
— Вообще-то, — вздохнул я, — по моей задумке это помолвочное кольцо.
На этих словах моя сестрица замерла. Выпучила глаза и сказала:
— А, — затем: — О, — затем наконец переварила информацию в должной мере и улыбнулась. Тут же взяла меня в захват и начала кулаком ерошить волосы. — Ну наконец-то! Наконец-то ты додумался!
— Ага…
— Круто-круто-круто! А когда?!
— Ну, — сказал я, высвободившись. — Сегодня уже явно поздно. Да и настроение не то после всех этих пиратских миражей.
— И?
— И всё. Не знаю, как скоро мы теперь вернёмся в Венецию, но думаю, что самое время — завтра вечером.
— Что завтра вечером? — раздался у меня за спиной голос Петровича.
Обернувшись, я увидел преображённого домового. Его бородища, которую я привык видеть небрежной волосатой инсталляцией, теперь была аккуратно подстрижена, причёсана и даже уложена. В ней наконец-то проступили геометрические линии и хоть какая-то правильность. Волосня на голове тоже была уложена гелем. Вкупе с дорогим-богатым костюмом совершенно другой человек получался. Ну то есть домовой.
— Маринарыч? — повторил он. — Что завтра вечером-то будет?
А рядом с ним стояла жена. Синьору Женевру местные кудесники от индустрии красоты тоже преобразили до неузнаваемости. Вся из себя элегантная, с лёгким макияжем и в маленьком чёрной платьишке, Женевра была настоящим образчиком стиля. А как домовые смотрелись вместе?! Ну прямо загляденье.
— Отлично, — улыбнулся я. — Ваша помощь мне тоже потребуется.
— В чём?
— Сейчас всё объясню, — улыбнулся я…
Интерлюдия. Джулия Бачокки
Последний день круиза наступил как-то уж слишком быстро, и от этого на душе у Джулии было немного грустно. Чувство недосказанности свербило даже несмотря на то, что впереди был ещё целый вечер. Вечер, ночь и утро, после которого по планам капитана лайнер «Венеция» должен был причалить к Венеции.
К слову говоря, вечер обещал быть насыщенный, и прямо сейчас девушка готовилась к нему, поправляя причёску перед зеркалом в своей каюте. А дело в том, что Артуро сказал — сегодня они всей командой буду что-то отмечать. А вот что именно не сказал. Впрочем, хорошо зная своего парня, Джулия готова была поспорить — сегодня он будет подводить промежуточные итоги работы «Марины», объявлять «работников месяца», выписывать щедрые премии по поводу и без, а под конец заявит о том, что… ну, например, нашёл помещение для нового ресторана и всех в ближайшем будущем ждёт расширение. А расширение, значит повышение, и скоро мы разойдёмся по разным точкам, а потому давайте плакать и бухать, бухать и плакать.
А может нет. А может да. Маринари всегда был полон сюрпризов и удивляться чему-то — значит лишний раз тратить свой эмоциональный ресурс. Пустое.
Итак! Джулия покрутилась вокруг собственной оси. Сегодня на ней было вечернее платье цвета шампань — по фигуре и без лишних наворотов. Просто, но со вкусом. Волосы были уложены в строгий пучок, и для полноты образа ей не хватало лишь шляпки с вуалью и сигаретки с километровым мундштуком.
Порознь, увы, никак, а вот мундштук Артуро строго-настрого запретил. Сказал, что сегодня она курит понарошку, завтра и впрямь начнёт дымить, а послезавтра уже скупает щенков далматинцев, чтобы пустить их на шкуры. Что именно Артуро имел ввиду Джулия не поняла, но к просьбе отнеслась серьёзно.
— Нормально, — кивнула девушка сама себе, ещё раз оглядев себя со всех сторон, и в следующий момент в дверь постучали.
— Ты как тут? — в каюту просунулась Аня. — Готова?
— Вроде бы, — немного растерялась Джулия. — А ты чего здесь? И где Артур?
— Ой, — отмахнулась Сазонова. — Нужен он тебе. Пойдём лучше со мной! Чего-то покажу интересное!
— Ну… ладно…
Наскоро схватив сумочку, Джулия вышла вслед за Аней в коридор. Вышла и тут же лицом к лицу столкнулась с Индзаги. Парень был при полном параде. Блестящие лакированные туфли, пиджак с бутоньеркой, все дела. А ещё он был взволнован и, судя по лёгкому перегару, уже начал что-то отмечать.
— Привет, — сказала девушка, чуть отшатнувшись.
— При… привет, — выдавил из себя Индзаги. Глазки его при этом виновато забегали, и парень принялся теребить край пиджака.
— Ты чего?
— Я? Я… это, — Индзаги мельком посмотрел на Аню, которая в ответ едва уловимо кивнула. — Я спросить хотел!
А дальше произошло нечто, совершенно сбивающее с толку. Индзаги чуть успокоился, одёрнул пиджак, вдохнул, выдохнул, а затем опустился перед Джулией на одно колено.
— Ты чего?
— Синьорина Джулия! — торжественно сказал он, а после вытащил из кармана железное колечко, с которого предварительно снял все ключи. — Осчастливите ли вы меня в сей знаменательный день?! Примите ли вы моё предложение руки и сердца?!
— Дурак, что ли?
— Джулия! — пропустив ремарку мимо ушей крикнул парень. — Ты выйдешь за меня замуж?
— Нет! — девушка схватила Индзаги за ворот пиджака и начала дёргать вверх, пытаясь поднять на ноги. — Встань немедленно! Совсем с ума сошёл! Если Артуро увидит, он же тебя прибьёт!
— То есть не пойдёте за меня? — уточнил парень. Услышал в ответ очередное:
— Нет! — а затем пожал плечами и поднялся на ноги. Сказал: — Ну и ладно, — а затем посвистывая себе под нос ускакал прочь.
Анна Эдуардовна, наблюдая за всем этим, не произнесла ни слова, и лишь загадочно улыбалась.
— Это что сейчас такое было? — спросила Джулия, всё ещё шокированная произошедшим.
— Перебрал парнишка, наверное, — ответила Аня. — С кем не бывает? Соблазны кругом, одни соблазны. Ладно, пошли…
Сазонова повела её дальше, по направлению к выходу на палубу. Но стоило им свернуть за угол, как на пути встретился Марселло. Мангальщик улыбнулся, достал из кармана точно такое же «кольцо» и бухнулся на колено.
— Джулия Бачокки, — сказал он. — Ты выйдешь за меня замуж?
— Вы все с ума посходили, что ли?!
— Я так понимаю, это значит «нет», — Марселло спрятал кольцо. — Нет так нет. Будет трудно, но я как-нибудь переживу, — и спешно срулил в закат.
И вот только тут Джулия осознала, что вокруг как-то подозрительно тихо. Ни пассажиров, ни обслуги, ни музыки с верхней палубы. Ни-че-го. Только мерная качка, да плеск волны за бортом. И потихонечку к ней начало приходить понимание.
— Ань, — шёпотом сказала Джулия. — Это что? Это…
— Тихо, — улыбнулась Сазонова. — Не испорть момент, дурёха. Пошли дальше, — затем взяла девушку за руку и вывела на палубу.
В кромешной темноте, — из иллюминации на лайнере сейчас почему-то работали одни лишь звёзды, — на пути Джулии встал силуэт. Низкорослый и плечистый. А ещё с очень стильной бородой.
— Эх… мать его, — кряхтя и чертыхаясь, Петрович встал на колено и протянул ей баранку. — Юлёк, а Юлёк? — спросил он. — Пойдёшь за меня?
— Нет, — ответила Джулия, к этому моменту уже не в силах сдержать ни слёз, ни улыбки.
— Ты подумай! — хохотнул Петрович. — У домовых многожёнство как за здрасьте, так что я вполне серьёзно сейчас! Женька чай не стена, подвинется! Может выйдешь всё-таки? Заживём душа в душу!
— Нет…
— Бачокки ответ, — вздохнул Петрович и кое-как разогнулся.
И Аня повела её дальше. Позади раздались крики домового и странный звукоряд, — что-то среднее между бытовухой и поединком муай-тай, — а впереди уже ждал Прохор с колечком. За ним Хулио. За Хулио Эммануэль. Билли, Вилли, Дилли, Четвёртый — каждый по очереди преклонил перед Джулией колено, и каждый получил своё заветное «нет».
В тишине и темноте, Сазонова вела Джулию к носу корабля. И за последним углом наконец-то появился он. Артуро. Парень уже стоял на колене прямо посередь палубы, а рядом с ним синьора Паола утирала глаза платочком. Позади них — вся команда «Марины». За командой случайные, но тоже растроганные до глубины души пассажиры лайнера, а за пассажирами огни сотен факелов. И тишина.
— Ненормальный, — прошептала девушка, расплакавшись окончательно.
— Джулия Бачокки? — улыбнулся парень. — Ты выйдешь за меня замуж?
Поделится в соц.сетях
