Мигрирующая империя. Том 1 + Том 2
Аннотация
Люди вышли в космос. Людям дали (матерное слово).
Кхм! Людям пришлось бежать, бросая Землю. Но они обещали вернуться! Аристократы, имеющие свои маленькие флотилии и огромная флотилия Императора, бороздят просторы галактики, а наш ГГ как и многие другие аристократы из нового поколения, выросших в космосе, должны искать ресурсы, договариваться с инопланетянами, пополнять флот новыми кораблями и конечно же грызться друг с другом. Как без этого? Но у нас тут ведь и пришельцев много! Могут ли люди объединиться против мерзких ксеносов?.. Хотя! Не все ксеносы мерзкие, у некоторых отличные си... Кхм. Хорошие они!
Автор: Дорничев Дмитрий
Цикл: Космическая акула
Кхм! Людям пришлось бежать, бросая Землю. Но они обещали вернуться! Аристократы, имеющие свои маленькие флотилии и огромная флотилия Императора, бороздят просторы галактики, а наш ГГ как и многие другие аристократы из нового поколения, выросших в космосе, должны искать ресурсы, договариваться с инопланетянами, пополнять флот новыми кораблями и конечно же грызться друг с другом. Как без этого? Но у нас тут ведь и пришельцев много! Могут ли люди объединиться против мерзких ксеносов?.. Хотя! Не все ксеносы мерзкие, у некоторых отличные си... Кхм. Хорошие они!
Автор: Дорничев Дмитрий
Цикл: Космическая акула
Глава 1
Неизвестный космос.
14 января 2240 года. Прошло пятнадцать лет.
Пятая стоянка флота Российской Империи.
Имперская Космическая Академия.
— Эй! Вставай давай! Опоздаем же! — меня трясли за плечи, и пусть неохотно, но я открыл глаза.
(фантазия нейросети)
Сперва захотелось вскинуть кулак, но сдержался. Всё же начинать утро с насилия, не лучшая идея. Хотя хочется!
— Нет более отвратительного начала дня, чем лицезреть твою рожу, Барон Карпов, — проворчал я, глядя на смазливое лицо соседа по комнате.
— Да-да, старая добрая зависть к моей красоте. Ничего не меняется. Вставай давай, опоздаем же! — заулыбался подтянутый блондин. Его волосы были идеально гладкими, и пахли каким-то средством. Явно какая-то контрабанда…
Обречённо вздохнув, я скинул одеяло и присел на кровать. Каюта у нас небольшая. Две кровати, встроенные в стены, над ними шкафчики в стене, а под ними спрятаны выдвижные столы. Сидишь на кровати и работаешь, ну или учишься. Ну и иллюминатор, откуда открывается вид на десяток промышленных станций, меж которых бороздили грузовые шаттлы и корабли.
С Михой мы жили и учились уже долгие десять лет, и сегодня у нас экзаменационный патруль. Не сложно догадаться, что это очень важный день и важный экзамен. Так что, быстро приведя себя в порядок, я надел лётный комбинезон серого цвета и вместе с этим блондином, дамским угодником, направился к ангару.
Коридоры нашей космической станции были весьма узкими, так как при строительстве сильно экономилось пространство. Поэтому, когда кто-то шёл навстречу, Михаилу приходилось вставать позади меня. Но он то и дело выравнивался со мной.
На отделке тоже сильно экономили, ведь мы в космосе единственное чего здесь много, так это металла.
— Через месяц выпускной экзамен, я аж весь трясусь от страха. А ты как? — спросил друг, ткнув в меня локтем. Ему двадцать три года, как и мне, а ведёт себя как будто юнец… Ну что за человек-то такой?..
— Я готов. Ведь, в отличие от тебя, каждую вторую ночь ночующего у женщин, я готовился.
Дойдя до перекрёстка, мы свернули налево и следуя табличке на стене с надписью «Ангар-9 —>», продолжили путь.
— Жизнь без женщин — это ад. Не понимаю, как ты можешь устоять, — он изобразил, будто ему очень меня жалко. За что получил мощный подзатыльник. — Помогите! За правду бьют!
— Всего должно быть в меру. К тому же я — граф, будущий глава рода. Мне нужно беречь свою репутацию. Как, собственно, и тебе!
— Ой, да какая репутация, ты о чём, — хохотал тот. — Мой отец ещё больший…
Договорить он не успел, так как впереди появилась звезда нашего курса, и мы невольно опустили взгляд на её нижние девяносто, обтянутые комбинезоном.
Там было на что посмотреть, ведь девушка — настоящая красотка. И я не только про ноги от ушей и шикарную задницу, но там и талия узенькая, и грудь пышная, размера так третьего. А белые волосы до середины спины — так вообще загляденье.
Ощутив наши взгляды, она обернулась и посмотрела на нас, как на тараканов. После чего пошла дальше, а мы за ней. Всё же в одно место направляемся.
(От художницы. Да, косяк с позывным, но кря… И комбез не очень облегающий, но зато сайфайно. И да косяк с позывным но нестрашно.)
(А это от ИИ (сделали в ДракАрт))
— Ледяная королева сегодня в хорошем настроении, — подметил Миха, жадно рассматривая одну из немногих девушек нашей станции, которая не побывала в постели этого кабелины.
— Похоже на то, — согласился с другом.
Обычно она не проявляет интерес к людям. Можно сказать, игнорирует их. Да и разговаривать не очень любит… Но зато в бою она прям хороша. Много раз был с ней в команде, и мы не раз работали в паре во время тренировок. Но я отвлёкся.
Вскоре мы дошли до большого ангара, забитого патрульными кораблями. Они выглядели как прямоугольники со скошенной кабиной, и в длину были ровно двадцать шесть метров. Как любит говорить отец: дёшево, эффективно и сердито.
Нас здесь собралось сто человек, вся шестая группа. И мы выстроились в четыре ряда, встав напротив инструктора. Им был крепкий мужчина, татарин по национальности, с раскосыми глазами. На нём были чёрная форма, подчёркивающая крепкое тело и фуражка на голове со знаком ВКС Российской Империи.
(Снова фантазия ИИ который любит бредить и ему плевать на описание. Но неплохо вроде вышло)
— Раз все собрались, то начнём пораньше, — объявил тот, смотря на нас. — Сегодня наша цель — это патрулирование внешнего сектора. Там был обнаружен неизвестный сигнал. Ваша задача: изучить его и доложиться. А теперь по местам!
Инструктор, как обычно, был краток, так что я с Михой направился в свою машину под номером девять. Мы шустро вбежали в боковую дверь посередине корабля, который был разбит на три части. Кабина пилота. Центральная часть, где работал оператор. Он же «штурман». Ну и задняя часть. Там у нас основные системы, движки, склад, и можно в случае чего вздремнуть.
Мы бросились в заднюю часть, где снарядились в специальные космические костюмы и заняли свои места в передней и центральной частях корабля. Я — на кресло пилота, Миха — за терминалы оператора.
С них можно управлять турелями и системами корабля.
— Все системы в норме, — доложил напарник.
— Принято. Я тоже готов, — ответил я, сидя за штурвалом. Здесь было множество датчиков, тумблеров и небольшие колонки, через которые слышу голос Михи. Ну или тех, кто свяжется с нами.
В этот момент одна из стен ангара вспыхнула энергией и начала уходить в стороны, открывая нам доступ к космосу. Бескрайнему, прекрасному и такому опасному… А из-за энергетической преграды воздух не мог покинуть ангар. Чего не скажешь о кораблях.
Один за другим, мы вылетели в открытый космос, и на лобовом стекле я появилась карта и наш маршрут. По нему и последовал.
У каждого корабля был свой маршрут, так что дожидаться кого-либо не было смысла. Мы набрали скорость и отдалились от станции, которая выглядела как десять металлических блинов, соединённых металлическим стержнем.
Чуть в стороне стоял гигантский корабль‑ферма — огромный купол, внутри которого выращивают пшеницу, крупы и даже фрукты. Через пару минут мы пролетели над пятикилометровыми дредноутом. Титанический корабль, который пережил «Исход».
В той бойне, на орбите Земли, мы потеряли большую часть своего флота… Благо, экипаж многих кораблей был успешно спасён, так как суда оснастили автоматическими спасательными капсулами. Всё же мы долго готовились к этому нападению. Но, как обычно бывает, всё прошло не по плану…
Ладно, пока не буду об этом, ведь впереди он! Гордость нашей Империи. Материнский корабль «Сердце»! Это настоящий город, в котором живут миллионы людей! Также это гигантская верфь, способная построить даже крупные корабли.
Правда, Материнский корабль ещё недостроен. Но он уже функционирует, и я слышал, что верфь уже во всю работает.
Мы пять минут летели вдоль этого гиганта, а скорости у нас были «космические». Не вовремя притормозишь — и пролетишь десяток километров от цели… Но я такую глупость, конечно же, не совершу.
Вскоре мы пролетели модульную жилую станцию, которая выглядела как цилиндр, к которому трубками подцепили закруглённые пластины. Они кружились вокруг цилиндра, и внутри пластин жили люди. Много людей.
Здесь, в центре огромного астероидного пояса безжизненной звёздной системы, и обосновалась наша, как некоторые шутят, «Мигрирующая империя». После Исхода мы долго скитались по космосу, пока не осели здесь. И место, скажу я, идеальное. Его легко защищать, и здесь есть ресурсы. Много ресурсов!
Едва ли не в каждом астероиде есть какая-либо руда. И мы выбрали место с наибольшей концентрацией руды и плотностью астероидов. Так проще защищаться, и легче добывать ресурсы.
Я как раз пролетаю над астероидом, вмещавшим в себе сразу три добывающие станции. Там работают люди и машины, добывающие руду. К одной из станций сейчас подлетал небольшой стометровый рудовоз.
Он приземлился на овальную площадку, и к его брюху подцепилась, можно сказать, труба. Она заполнит рудовоз добычей, и тот повезёт руду к специальным металлургическим станциям.
Из них металл поступит на иные производственные станции, коих целая тьма. У нас здесь полноценная цепочка производства и полное самообеспечение. Так что в космосе очень плотное движение.
Транспортники, рудовозы, пассажирские суда и даже военные. Все спешили по своим делам.
Вскоре мы вышли из внутренней астероидной сферы, которая сделана из отбуксированных астероидов, и направились к предполагаемому источнику сигнала. У нас нет точных координат. Лишь приблизительная область и она огромная. Так что придётся постараться чтобы всё обследовать.
И ещё, лететь среди астероидов весьма опасно. Важно учитывать даже самые маленькие камушки. Энергетический щит, конечно, защитит от мелочи, но при этом энергии потратится тьма.
А потраченная энергия — это расход топлива, за что можно получить выговор. Ну и снизят балл за патрулирование. Так и экзамен можно провалить…
Так что, плавно двигаясь средь астероидов, я внимательно следил за тем, что по ту сторону стекла.
— Ты там не уснул? — спросил я у друга, не оборачиваясь.
— Ага, уснёшь тут… Есть сигнал, но я не могу его поймать. Астероиды, полные руды, отражают и искажают его, — ответил мне ворчун.
— Есть идеи, куда лететь?
— Давай к вратам.
— Это же в другой стороне… — удивился я и вдруг поморщился от головной боли. — Хорошо. Летим к вратам. Будь готов к неприятностям.
— Понял… — Михаил сразу стал серьёзным, потому что моя «чуйка» никогда меня не обманывает.
Минуту спустя я получил отчёт о состоянии боевых систем корабля. Две плазменные пушки-турели, наверху и внизу, исправны и готовы к бою. Боковые лазеры, четыре штуки тоже готовы. Заряд энергии корабля — девяносто процентов. Отлично, я почти не потратил энергию, пока летел сюда.
Продолжая двигаться гладко, используя инерцию в космосе и отсутствие силы сопротивления, я проскальзывал рядом с астроидами. Без лишних манёвров мы добрались до нужного места, где в космосе дрейфовали огромные металлические обломки.
Космические гиперврата. Дар, что был нами получен при первом контакте с инопланетной формой жизни. Он же и стал нашим проклятием…
Впрочем, лишь благодаря вратам, нам удалось сбежать с Земли. Мы заранее создали цепочку врат и в итоге добрались до этого места. И каждый раз, врата, через которые мы проходили, самоподрывались, дабы нас не отследили.
Вот и эти врата были уничтожены, а их обломки уже многие годы дрейфуют меж астероидов.
— Нашёл какой-то сигнал! — выкрикнул Миха, да так, что и без динамика его было прекрасно слышно. — Повиси минуту. Пытаюсь его зафиксировать и расшифровать.
Мы повисли рядом с руинами огромных врат. Когда-то давно через них проходили массивные эвакуационные корабли и даже дредноут… Как вдруг!..
— Паша! — крикнул Михаил.
— Вижу!
Резко рванув вперёд, я умчался за астероид, пока Миха плазменными турелями отстреливался от летящих на нас плазменных ракет.
— Всем отрядам! Враг! Нас атаковали! — докладывал Михаил, пока я пилотировал.
Врубив маневровые двигатели на полную, я резко ушёл за астероид. А ракеты, следуя за нами, попросту врезались в него, одна за другой.
Я нырнул вниз, под астероид, и перевернувшись на сто восемьдесят градусов, облетел астероид и выскочил сбоку от показавшегося корабля противника.
— Мамочки… Это ирис! — запаниковал Миха, разглядев корабль.
— Бей! — выругался я, переводя лазеры в режим луча, и эти лучи ударили по боку корабля противника. Однако тот, конечно же, имел щит. Правда не очень сильный, всё же это не боевое судно, а разведывательное. Но достаточный, чтобы мои лучи лишь разбились об него…
Корабль ирис выглядел как вытянутый прямоугольник с четырьмя пирамидами в центре, торчащими в разные стороны. Ирис любят прямые углы и кубизм. Ну и пирамиды…
Эта махина была в десять раз длиннее нас и вдвое крупнее. Но я прекрасно изучил его структуру. И, похоже, за эти пятнадцать лет у них ничего не поменялось.
(Работа художницы, но тут ей вроде помогала сетка. Забыл уже.)
— Ракеты!
— Сбивай! — рявкнул я и полетел к противнику.
По нам начали бить четыре плазменные турели. Но плазма летит весьма медленно. Я могу уклониться!
— Да как сбивать, если ты крутишься и вертишься, как сумасшедший?!
Игнорируя друга, ибо ругаться не было смысла, я, «вертясь, как сумасшедший» и потеряв всего двадцать процентов щита, зашёл «за спину» врага. Миха же, несмотря на крики, сбил три ракеты. Осталась последняя, и я резко рванул вперёд, закрываясь от неё кормой вражеского корабля. Но… жизнь та ещё сволочь, ведь ракета, вместо того чтобы врезаться в свой же корабль и взорвать его, попросту самоуничтожилась… Гадство!
По нам били плазменные турели, но я закрутился вокруг врага, да так, что их турели не поспевали за нами, а наши — лупили как следует! И повторюсь, перед нами не боевое судно, а исследовательское. А у нас патрульный корабль. Пусть и маленький, но кусючий.
— Есть! Я пробился через щит! Паха! На счёт три! — обрадовал меня друг, сумевший хакнуть врага.
— Понял!
Как только завершился отсчёт, ослабевшие щиты врага временно отрубились, и я рванул вперёд, подлетая к одной из пирамид. Прямо меж них под слоем брони расположен реактор.
Слегка сдвигаясь вверх-вниз, влево-вправо, чтобы уклоняться от плазменных снарядов, по крайней мере части из них, я бил из всего, что было, пока не заметил реакцию на корпусе противника.
Резко рванув в сторону, я едва ушёл от плазменного взрыва, который расколол корабль ирис надвое!
— Щиты девять процентов! Паха, ты — чёртов псих!
Я не ответил, так как обливался потом. Псионическая волна умирающих пришельцев ударила по мне, выбивая из равновесия. Это было… тяжело. Давно подобного не ощущал, да в таком количестве.
— Ты в порядке?! Датчики показывают… — перепугался друг, но я перебил его.
— В порядке я. Отходняк это. Адреналина много… — отмазался я, а пару секунд спустя заметил сигналы. Наши идут! Отлично…
Вот только мы опоздали… Прибывшие специалисты подтвердили, что наши координаты были зафиксированы врагом и куда-то переданы. А это означает лишь одно — жопа. Большая такая жопа, и размером не меньше, чем наш материнский корабль.
Так что хоть миссия и была завершена успешно, но радости что-то в этом совершенно не было.
Вернувшись в академию, нам дали время на отдых. Но при этом все были в режиме повышенной готовности. В лётном комбинезоне мы даже в столовую ходили. Где, собственно, и оказались. Депрессировать и волноваться лучше на полный желудок.
Но как и всё на станции, столовая была небольшой и представляла собою ряды небольших столиков на два человека и стулья которые могли двигаться лишь вперёд и назад.
Мы с Михой лопали кашу из зелёного пюре, сделанного из водорослей, которые проще всего выращивать. А что? Минералы есть, воды навалом, спасибо ледяным метеоритам. Так что водоросли едва ли не основной рацион многих людей.
Был так же хлеб, что редкость и салат овощей, что ещё большая редкость чем хлеб. Для овощей и зерна нужны большие площади. А это дорого. Куда дешевле водоросли.
Разве что еда в глотку не лезла, меня буквально отовсюду атаковали псионические волны. Люди пребывали в угрюмом настроении, так как боялись. Раз нас обнаружили, значит, враг придёт. Так всегда было. За пятнадцать лет с начала Исхода, ирис так и не оставили своих попыток обнаружить нас, и добить.
Собственно, именно поэтому, Объединённый Флот Человечества, и распался на национальные флоты и разлетелся, кто куда. Мол, так выше шанс, что хоть кто-то уцелеет.
Впрочем, не совсем кто куда, ведь существует некая «Пангея». Мир, пригодный для жизни и находящийся в неизвестном космосе, где нас никто не найдёт. У нас даже координаты есть!
Не знаю, откуда они у нас, но Пангея — это финальная цель нашего «Исхода». Там человечество объединится, возродится и вернётся! Мы вернём Землю и уничтожим Империю Ирис.
Впрочем, не понимаю, зачем нам нужна планета, ибо мы и в космосе неплохо живём и развиваемся. Но это не мне решать. Я лишь один из многих мелких аристократов. Куда мне?..
Но… Честно говоря, освобождение Земли является тем самым, что заставляет меня двигаться вперёд. Терпеть лишения, много трудиться и не смотреть назад.
В тот день, я поклялся самому себе, что вернусь на Землю и выгоню ирис, а также освобожу всех тех, кто до сих пор находится в рабстве у этих тварей.
Как вспомню всех тех, кого мы оставили на Земле, так сразу злюсь. И эта злость словно пламя в двигателе, который заставляет меня двигаться!
— Паш, ты сейчас так выглядишь, будто готов устроить резню… — сказал Миха и выглядел он встревоженным.
— Вспомнил о Земле. Всё в порядке, — я вернул себе улыбку, как обычно делаю, запечатывая злость внутри. Пусть она там и остаётся. А я буду улыбаться и дурачиться, пока могу себе это позволить.
Друг кивнул и продолжил есть, но… Тут рядом прошла Макарова, и всё. Миха поплыл, уставившись на эффектный такой зад, обтянутый комбинезоном.
Мигом проглотив всю еду, этот кабель умчался за Макаровой и заговорил с ней, а девушка охотно ответила ему. Ну всё, сегодня видимо ночую один. Как обычно…
Так что, доев, я поспешил в каюту. Отдохну и соберусь с мыслями. Псионическая волна множества погибающих существ взбудоражила мою силу. Из-за этого мне тяжело контролировать её.
И ощущать эмоции двух похотливых животных, это я по Карпова и Макарову, мне не хочется даже больше, чем царивший вокруг страх и уныние.
Но нет, этот гад явился всего через два часа. Причём явно «сытый», но в плохом настроении. Мы оба уставились в специальные планшеты и если я занимался изучением нашего врага, то этот гад смотрел смешные видяхи.
— Даже не наградили за уничтожение корабля, — проворчал Миха, лежащий на своей кровати и отложил планшет.
— Начальству сейчас не до нас. Все готовятся к сражению.
— Думаешь, будет? Я думал, мы просто сбежим, как обычно это делали…
— Куда мы сбежим? У нас не осталось врат… Да и если мы здесь всё бросим, то придётся начинать сначала. Нет, я уверен, мы дадим бой.
Михаил лишь сильнее перепугался, но я и сам немного побаивался. Война — это смерть… Мы можем не выжить. Как и мои близкие.
Ещё и время текло мучительно долго… Как вдруг:
— Всем внимание! Боевая готовность второй степени! — услышали мы из динамиков, которые были не только в коридоре, но и в нашей комнате.
Чертыхнувшись, я направился в ангар. К счастью, лишь вторая степень готовности. Она означает, что время ещё есть. И можно не мчаться сломя голову.
И вот мы прибыли в ангар, где уже стоял инструктор в полной боевой экипировке. Даже лазерная винтовка свисала с плеча на лямке. А через полторы минуты и прибежали остальные.
— Студенты! Все мы знали, что этот день рано или поздно наступит. Всё, что нам нужно сделать, это продержаться, пока флот готовится к эвакуации, — произнёс инструктор, немного успокоив людей.
— А куда? Куда мы сбежим? Уже нашли новое место? — спросил кто-то.
— Нет. Мы больше не будем прятаться. Мы направляемся в Пангею! Учёные завершили и испытали прыжковый двигатель. Теперь мы можем перемещаться и без помощи врат. Но… Возможно, это и выдало нас, — инструктор вздохнул и указал на наших малышек. Коробки, как мы их называем. — Если мы успешно отобьёмся от первой волны, значит, сможем нормально эвакуироваться. Если нет, придётся бежать, бросая всё, что создали.
Люди занервничали. Многие из здесь присутствующих — это аристократы, и они прекрасно всё понимали, что вряд ли будет возможен поход на Пангею, если мы всё бросим. Скорее всего, придётся вновь прятаться и отстраиваться заново. А ирис вновь нас будут искать… И так до тех пор, пока нам не удастся подготовиться к экспедиции. Или мы все не умрём…
— Ладно. Не буду вас загружать. Всё, что вам нужно, ребятишки — это прикрывать станции, а также тылы. Враг обязательно попытается прорваться, чтобы мы отправили часть флота на защиту станций и гражданских. Мы, конечно же, постараемся этого не допустить, но не расслабляйтесь. А теперь по машинам!
Вскоре мы оказались внутри наших малышек, и, пока отдыхали, техники установили нам торпедную установку и две ракетницы по четыре ракеты в каждой. Круто!
Мы некоторое время ожидали и, когда нас всё же выпустили в космос, разлетелись по позициям. Многие сотни «Коробков» покидали станцию. Но были и другие машины. К примеру, истребители и перехватчики из курсов боевых пилотов. Разведчики, десантники и даже «Глушители».
Последние — это пилоты кораблей РЭБ.
Наша позиция, с пятью Коробками, располагалась около сторожевой станции. Она внешне напоминала юлу и в диаметре была около километра. Мощная штука!
Следом прилетел один РЭБ, выглядящий как баклажан, и двадцать перехватчиков. Это небольшие десятиметровые машины, имеющие короткие крылья. Они очень быстрые и манёвренные. Собственно, поэтому и перехватчики.
— Что-то мне сыкотно, — услышал я в эфире.
— Самому герцогу сыкотно? — хохотнул в ответ. — Наташа, успокой своего непутёвого штурмана.
— Простите, ребят, но плеть я забыла в комнате, — извиняющимся голосом ответила нам девушка из третьей машины. Наташа там была в роли пилота.
И я видел её из своей кабины и показал большой палец. Она в ответ послала мне воздушный поцелуй.
— Ого! Так у вас такие отношения? — подметил кто-то, и народ расхохотался.
Мы общались, шутили и, как могли, отвлекались, пытаясь снять напряжение. Но вскоре началось… Мы получили «картинку».
На моё лобовое стекло вывелось изображение, снимаемое одним из боевых кораблей. И сейчас, прямо меж астероидов стали создаваться энергетические воронки, и из них выходили космические корабли Империи Ирис. Большие и маленькие. Известные нам и что-то новенькое. Но…
— Ха! Ха-ха-ха! — рассмеялся кто-то, глядя, как один из кораблей ирис влетел прямо в астероид. Был крейсер, и нет крейсера…
— Это из-за того, что мы остановили передачу информации! — воскликнул возгордившийся Михаил. И да, думаю, он прав. Я тоже считаю, что это из-за того, что мы остановили разведчика.
Десятки кораблей сталкивались с астероидами, выходя из воронок. При этом из воронок выходило более одного корабля, и те, кто шёл следом, также сталкивались с астероидом.
Тем временем уже началась битва. Из-за астероидов было плохо видно, но в бою участвует лишь наш манёвренный флот. Остальные находятся на расстоянии в более удобных местах.
Врагов же были сотни… Возможно, даже тысячи… Корветы, фрегаты, эсминцы, крейсеры и даже вижу линкор. Эта махина едва уместилась среди астероидов, а его пушки внушали ужас.
Наш манёвренный флот, состоящий в основном из небольших кораблей… начал отступать, двигаясь меж астероидов. И враг пошёл в погоню, но неспешно. Ирис не стали разделяться и пошли вместе, сохраняя формацию. Если так можно назвать ту порнуху, что здесь творилась.
Всё же в астероидном поле тяжело поддерживать какой-либо строй. Но враг пытался. Тяжёлые корабли шли по центру, держась подальше от астероидов, а мелочь, эти самые астероиды огибала. Ну и отстреливалась.
Ирис предпочитают плазменное оружие. Оно дешёвое, убойное, нет проблем с охлаждением и требует меньше энергии. Наши же, выскакивали из-за астероидов, били лазерами, и сразу прятались.
Ракеты не использовали, так как они не преодолеют плотное ПРО врага. А лазерами били концентрированно и то один, то другой вражеский корвет вспыхивал и взрывался.
И вдруг произошло то, что шокировало всех нас. Астероиды начали взрываться!
Один за другим их разрывало изнутри, а обломки обрушились на корабли ирис! Манёвренный флот противника начал разлетаться, но два длинных эсминца, что в длину были около четырёхсот метров, врезались, и первый снёс часть спины второго корабля!
А затем обломки обрушились как на эту парочку, так и на все большие корабли, которые не могли уклониться. И огромные куски камней, врезались в барьеры, разрушаясь.
Вот только, энергетические барьеры в первую очередь предназначены для отражения энергетического оружия. Физическое, быстро разряжают их. И барьеры пали!
Огромный линкор буквально смело, как и множество кораблей вокруг него! Вражеский флот получил серьёзные повреждения, но насколько серьёзные, на глаз оценить сложно. Думаю, не менее трети флота врага было уничтожено или повреждено.
Вот только, эта треть, это самые крупные корабли флота, а оставшееся это всякая мелочь!
И сразу после этого, вся наша манёвренная флотилия напала с тыла и флангов.
Вот только теперь нас было больше! Пусть и не существенно, но враг был деморализован и ослаблен. Словно пираньи, бесчисленные корветы и фрегаты, налетели на врага и дали залп торпедами и ракетами.
Первые были массивными и медленными, а вторые шустрыми и огибающим любые препятствия. Вот только если торпеды целились по крупным кораблям, которые каким-то чудом избежали участи быть раздавленными астероидами. То ракеты целились по маленьким кораблям.
Противник также выпустил свои ракеты и всё вокруг заполонили снаряды систем противоракетной обороны, а космос окрасился в яркие цвета. Но самыми красивыми цветами были взрывы вражеских кораблей!
Особенно линкора… Наша сторожевая станция, посылала во врага здоровенные управляемые торпеды и ракеты в огромных количествах. И десяток торпед, которые были размером с мой корабль, попали по линкору, оставшемуся без защиты и с раскуроченным правым боком.
Могучий прямоугольный корабль буквально раскололо на три части, и он взорвался. Попали по реактору!
И таких станций здесь далеко не одна… И все они атаковали ирис.
Правда, всё это не помешало огромным кораблям, напоминающим прямоугольники с множеством кубических элементов, выпустить рой бомбардировщиков.
Корабли-носители находились в конце строя, и были под охраной эсминцев, поэтому и уцелели. И бомбардировщики, которых они выпустили, уже мчались к нам. И их цель — это станция, которую мы охраняем.
— Приготовиться! Сейчас начнётся наша с вами маленькая месть этим ублюдкам! — приказал я, как старший в группе. — Перехватчики, разбиться по парам и обходить врага с фланга. В лоб не лезьте. Их бомберы имеют серьёзную лобовую броню и пушки. РЭБ, даже не пытайтесь ломать их системы. Сосредоточьтесь на торпедах. Остальные, действуем по учебнику!
— Есть! — раздался нестройный хор голосов, и народ приступил к работе.
Пси волны людей окатили меня, и я чувствую воодушевление, решительность и… ярость. Похоже не зря я упомянул про месть. Все мы, искренне ненавидим тварей, которые отобрали у нас наш дом и убили бесчисленных землян.
Но отвлекаться было нельзя, и бомберы показались весьма скоро. Используя обломки своего флота и астероиды, они просочились через поле боя и направились к станциям. Первой целью, конечно же, стали сторожевые станции и… жилые? Вот твари!
— Вижу первую группу. В бой! — приказал я, и перехватчики взяли десятку бомберов в клешни. Наша же шестёрка Коробок пошла в лоб. — Лучи! Бьём лишь по ракетам! Плазмой же лупим по этим тварям!
По моей команде мы атаковали, стоило бомбардировщикам выпустить… нет, не ракеты. Враг ударил торпедами по станции, игнорируя нас. Грёбаные самоубийцы!
— Торпеды имеют защитный барьер! — кто-то выкрикнул.
— Сосредотачиваем огонь! — приказал я, глядя, как наши перехватчики рвут бомберов на части.
Сбоку у них совершенно нет защиты. Даже пушек. Птички просто держались их боков и били плазмой, уничтожая одного за другим.
— Отключилась! Таня, молодец! — крикнул кто-то нашим Рэбчикам.
— Эй! Нас здесь пятеро вообще-то!
— Тихо! — рыкнул я.
Концентрированным огнём мы эффективно разили торпеды, но вскоре враг выпустил второй залп. Вот только врагов уже оставалось лишь шестеро.
— Может, торпедами их? — спросил кто-то.
— Нет. Ждём вторую волну или кого-то… Лять! Накаркал… Перехватчики, прочь! Уносите оттуда ноги!
Только мы начали добивать бомберов, как из астероидного поля вырвался здоровенный эсминец. Побитый, но зубастый. Лишь в длину он был триста сорок метров. Левый бок корабля был сильно повреждён, и виднелись пробоины, но даже так, он может нанести ужасающий урон станции.
— Фиксирую состояние щита эсминца. Девятнадцать процентов, и он не восполняется, — услышал я голос Михаила.
— Отлично! Ребят, действуем очередью, бьём торпедами по левому боку, точки сейчас укажу… — я начал раздавать приказы, и вскоре все наши шесть торпед отправились навстречу эсминцу. Но стоило им пролететь половину пути, как мы выпустили все ракеты, что у нас были!
Враг уже пытался сбить наши торпеды, но ракеты быстро перегрузили ПКО корабля, а торпеды, которые находились под прямым управлением штурманов, резко дёрнулись в сторону и зашли врагу в повреждённый бок. Кроме одной… Она ударила прямо в лоб, и корабль засиял защитным барьером.
Затем вторая торпеда ударила в бок, потом — третья, и все остальные. Они били по очереди, но уже на третьей торпеде, барьер эсминца развеялся, и корабль разорвало на две части!
— Мы смогли! — кричали радостные студенты. Но пришла новая волна бомберов, и нам пришлось выложиться на все двести процентов…
Благо, страдать пришлось недолго, ведь из-за астероидов выскочили два наших корвета. И они, прямой наводкой перещёлкали и без того побитые бомберы.
Вскоре мы получили сигнал о помощи и отправились в другое место. Там дела шли не так хорошо, как у нас. Я бы даже сказал, что плохо… Сторожевая станция получила повреждения, но мы успели вовремя и добили бомберов раньше, чем они добили станцию.
Основное сражение уже подходило к концу, но для нас всё только начиналось. Патрульным, то бишь нам, требовалось прошерстить всё астероидное поле. И не зря… Ведь спасательные шаттлы ирис, челноки, сбежавшие корабли и многое другое рассыпались по всему полю.
Ирис надеялись выжить, спрятавшись среди астероидов, но у нас есть правило. Можно даже сказать, что это наш девиз. Хороший ирис — это мёртвый ирис! Так что мы нещадно убивали всех противников, кого удавалось обнаружить.
Зачистка заняла около недели, и она нас вымотала до предела. Мы спали прямо в кораблях, ведь времени было мало, а пространства огромны. Запас еды и воды имелся в наличии. Права я даже не буду говорить о вкусе… Как и про то, что двум парням неделю жить в душном корабле, который был в режиме энергосбережения, довольно тяжело.
Миха раз пятьсот упомянул, что вот бы здесь была красотка в одном лишь белье, или нагишом. И я с ним согласен. Только чтобы она была вместо этого засранца!
Честно говоря, столько стресса я давно не получал, и было бы неплохо выпустить пар. А ещё эти псионические волны… Эмоции всех разумных существ особенно сильны в момент смерти. И это словно удар боксёра в лицо. Оглушает… И кажется, что за эту неделю, моя сила существенно возросла. А может и не кажется. Нужно в «лабораторию» сходить, когда всё закончится.
Но это было лишь начало… Пусть мы и перехитрили противника, но вторая волна будет куда больше и разрушительнее. Всё же наш враг — Империя Ирис, огромная галактическая империя, основная тактика которой — это задавить числом.
— Я думал, эта операция никогда не закончится… — простонал Миха, когда мы доползли до своей комнаты.
Мы не мылись неделю, так что от нас воняло просто кошмар как. Но мы просто легли в кровать, и не знаю, как этот белобрысый балбес, а я сразу вырубился.
И был прав, что так поступил, ведь утром нас подняли и вновь отправили в космос… На этот раз мы мародёрствовали. Чтобы ускорить ремонт повреждённых кораблей, нам пришлось использовать детали из кораблей ирис.
В этом нет ничего удивительного, ведь часть наших технологий была позаимствована у ирис. Когда началась война и в наши руки попали их корабли, учёные разобрали и изучили всё до винтика. Что-то удалось повторить, что-то нет, но по факту, если бы враг не недооценил нас в начале войны, человечество уже было бы раз пять уничтожено.
Но не буду об истории. Если потерять концентрацию, можно попросту повредить корабль об обломки, которых здесь не счесть. И не только металлические… Сейчас вижу дохлого ирис, который медленно двигался куда-то в сторону астероида. На лице твари застыла боль, а в груди торчат кусок металла. В такой врежешься, потом технари наругают, мол мыть корабль придётся. Так что летим осторожно!
Также мы своими сканерами искали редкие металлы и уцелевшее оборудование ирис. Нередко приходилось проникать внутрь кораблей, полных трупов. Как сейчас, но…
— Стой, — остановил я Миху, одёрнув от металлической двери.
На нас были боевые скафандры, а находились мы во вражеском крейсере. Освещение и электричество не работали. И по идее выживших нет, вот только, я чувствую сильные псионические волны, в помещении за дверью.
— Заварим дверь. Там враг. Пусть сдохнут сами, а дверь просто пометим.
— Понял.
Михаил начал заваривать дверь, а ирис, поняв, что мы делаем, попытались вырваться из помещения, но не успели. У них было оружие, которым они попытались уничтожить дверь, но вот с боезапасом — беда.
Трогать их мы не стали, лишь сообщили об этом своим, и полетели дальше. Гравитации здесь не было, кислорода тоже, так что мы использовали специальный ранец и магнитные подошвы.
Отсюда требовалось демонтировать уцелевшие элементы реактора, щитов и прочего сложного оборудования противника. Потом всё это станет частью нашего флота.
И этим мы занимались все следующие две недели с перерывами разве что на сон и обслуживание Коробков. Каждый день для нас был погоней со временем, ведь враг мог прибыть в любой момент!
И вот, в один «прекрасный» день, нас отозвали с миссий и собрали. Только не в ангаре, а в большом конференц-зале. Пусть зал и называется «Большой», но на самом деле мы здесь набились как кильки в банке. Было душно, неуютно, но зато светло.
— Студенты! — перед нами, на небольшой сцене, выступал директор академии. Немолодой лысый мужчина в белом костюме и чёрном галстуке. — Вы — наша гордость! И сегодня я объявляю о завершении вашего обучения.
Народ загалдел, ведь мы так и не прошли выпускные экзамены.
— Прошу тишины! Вы выжили, и это лучший показатель того, что вы все — молодцы, а ваше обучение завершено. В скором времени эта станция будет уничтожена… А всех вас распределят по флоту. Я не знаю, где вы окажетесь, в родовой флотилии или на имперском корабле. Но искренне желаю вам удачи! Теперь вы — наши новые защитники! Именно вы поведите нас до Пангеи, и исполните мечту предков!
Не сговариваясь, мы приложили кулак к груди и выкрикнули:
— Служим Империи!
После этого нам вручили дипломы, состоялся банкет, но весьма скромный. А на следующий день я получил своё письмо…
— Разведывательно-диверсионное судно «Акула». Графский род Акуловых… — бормотал я, лёжа на кровати и читая письмо. Из бумаги, кстати. Настоящей! А это дорого. Прям очень.
— Акула? Акулов — капитан «Акулы»? — хохотал Миха, закинувший ногу на ногу.
— Да-да, смешно. Сам-то куда? К отцу?
— Ага, судно снабжения, отданное в резерв. Буду в тылу кайфовать, да красоток совращать! — довольно заулыбался Карпов, но я вырвал у него письмо и, прочитав название корабля, расхохотался. Миха же с недоумением уставился на меня.
— Первая экспедиционная флотилия. Поздравляю, барон, будешь в моём подчинении. Муа-ха-ха-ха! — пародируя одного злодея, я громко рассмеялся и показал Михе своё письмо. Тот сразу же словно лимон съел.
Что такое экспедиционная флотилия? Это смельчаки, которые идут впереди флота, разведывая обстановку. Ну и не только. В задачах экспедиционщиков налаживание контактов с инопланетянами, торговля, заработок галактических кредитов и поиск союзников.
Похоже, спокойной жизни мне не видать… Что ж, я не против. И… наконец-то я увижу отца и мать. Галактика. Жди меня!
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 57 дней со дня публикации.