Бюро магической статистики - 1
Аннотация
Самая скучная работа - магическая статистика.
Тем более в захолустном городке Левенсберге.
Горы, датчики, снять показания, записать, обработать, передать дальше. Что может быть проще?
Зависит от показаний.
И от искалеченного мага.
И от котиков.
При чем тут котики? Конечно, при всем, котики в этом твердо уверены.
Скучная работа? Дали бы поскучать, хоть немного.
Тем более в захолустном городке Левенсберге.
Горы, датчики, снять показания, записать, обработать, передать дальше. Что может быть проще?
Зависит от показаний.
И от искалеченного мага.
И от котиков.
При чем тут котики? Конечно, при всем, котики в этом твердо уверены.
Скучная работа? Дали бы поскучать, хоть немного.
Автор: Гончарова Галина Дмитриевна
Цикл: Бюро магической статистики
Глава 2
Бюро открывалось с половины девятого утра, так что Элисон пришла даже немного раньше. Осмотрелась, пожала плечами… предполагаемое место работы ее не радовало.
Скромное одноэтажное здание больше всего напоминало конюшню, которую кто-то решил переделать в контору, но получилось откровенно плохо. Даже запах остался, кажется.
Элисон поежилась, и решительно шагнула вперед.
Говорите, захолустье и никаких перспектив? А если ее как раз все устраивает?
Девушка решительно вошла в здание. Покачала головой.
Обычно в таких местах на входе кто-то сидит, да хотя бы бабушка с вязанием или дедушка с газетой, посетителей если и не встречают, то хоть покажут, куда идти. Здесь не было никого, только стойка для вахтера. Элисон заглянула за нее, и кивнула своим мыслям.
Судя по здоровущему жирному пауку, который душевно обосновался за стойкой и сплел там мощную паутину, вахтера тут годами не бывало.
Элисон пожала плечами.
Коридор. Из него четыре двери. Элисон первую и толкнула, и на нее уставились три пары глаз.
— Ээээ?
— Доброе утро, — у Элисон даже страх пропал. — Где начальство?
Двое мужчин и женщина смотрели на нее с сомнением. Элисон тоже разглядывала их, не стесняясь. Коллеги?
Да, возможно.
Женщине лет пятьдесят, может, больше, и тут она явно ничем важным не занимается. Сидит, чай попивает и что-то вяжет, вон, клубок торчит. По некоторым причинам Элисон очень не любила вязание, так что… женщина ей все равно не понравилась. Этакая тумбочка на ножках. Дама приятная, со всех сторон квадратная. Ровный прямоугольник, где грудь, где попа, непонятно, все скрыто ровными складками сала.
Двое мужчин, один постарше, лет тридцати, второй помоложе. Тот, что постарше, отлично подходит под слово «никакой». Неприметный весь, на улице встретишь — не заметишь. Тот, что помоложе, явно о себе много думает. И одеколоном благоухает, и волосы подвиты, и платок вместо галстука, такой, яркий, заколот булавкой со здоровущим камнем. Блестит — аж глазами больно. Только вот к семейству даже полудрагоценных камней этот аксессуар отношения не имеет, Элисон отлично видела, что «камень» вышел из ближайшей стеклодувной мастерской.
Вот он и вскочил, и расплылся в улыбке.
— Рена, зачем вам начальство? Может, мы решим вашу проблему?
Женщина насмешливо фыркнула, намекая, что решить данный тип не сможет ничего. Даже примера из разряда «два плюс два». Элисон тряхнула головой.
— Не решите. Я по распределению, из столицы, поэтому мне обязательно нужен начальник.
Лица ощутимо поскучнели.
По распределению?
А кто?
А что?
К чему готовиться-то?
Элисон решила пояснить сразу.
— Я из Королевского института, меня сюда на работу распределили.
Лица стали чуть спокойнее, но сказать никто и ничего не успел, за спиной Элисон раздался голос.
— А если распределили, пошли, я тебя к начальству отведу. Нечего тут время тратить… у всех и вся работа сделана? Да?
Элисон обернулась и поздоровалась. Стоящая за ее спиной женщина лет сорока, худощавая и черноволосая, скорчила легкую гримаску. Видимо, она ожидала кого-то более симпатичного, но и так сойдет.
— Меня зовут Ирэна Глент, рена Глент. Я работаю здесь бухгалтером. Пойдем, я тебя отведу к начальству.
— Да, рена.
— Потом со всеми познакомишься, времени у этих бездельников навалом.
Кажется, сотрудники бюро были против подобного определения, но спорить с бухгалтерией — занятие вредное и чреватое последствиями. Так, разозлится, а зарплату-то бухгалтер выдает!
— Только из института?
— Да, рена.
— Начальника зовут рент Шандер Свелен. Сразу предупреждаю — женат.
— Да, рена Глент.
Зачем об этом предупреждать? Можно подумать, он кому-то интересен будет?
Хотя и рену Глент Элисон поняла, как только увидела начальника. Высокий, красивый, черноволосый и синеглазый, с аккуратными усиками и сногсшибательной улыбкой. Может и не эталон мужской красоты по столичным меркам, там павлины и похвостатее бегают, но для Левенсберга его очарования и хватит, и останется.
— Рена Глент? Что случилось, зачем вы привели сюда это милое дитя?
И голос такой, музыкальный, певучий… рена Глент на него и ухом не повела.
— Рент Свелен, это «милое дитя» распределили к нам из столицы. На работу.
— Ах, вот оно что. Дайте угадаю, рента? Вы — секретарь? Я так давно просил секретаршу, но ни вакансии, ни отзыва не получил.
Элисон промаршировала к столу начальства походкой бывалого солдата, отчего рент ощутимо поморщился, и положила на столешницу свой диплом.
— Ах, вот оно что. — Рент даже как-то погрустнел, понимая, что расширения штата на нужную ЕМУ единицу не будет. — Вы, рента, статистик?
— В числе прочего, рент Свелен.
— И даже можете пользовать целый второй уровень магии?
Элисон очень постаралась не заметить ехидства в голосе начальства.
— Ладно — махнул рукой рент Свелен. — Пока оформим документы, получите, что там положено, рена Глент разберется, а я сейчас подумаю, куда вас можно приставить, чтобы польза была. Э- эх, шлют тут всякое, после института, а работать кому?
Судя по взгляду на себя, любимого, рент собирался украшать мир, а работать… а для работы есть рабочие лошади. Он же породистый и скаковой жеребец, и достоин большего.
— Да, рент, — отчеканила рена Глент, и потянула за собой Элисон, не забыв прихватить ее диплом.
Как оказалось, из четырех кабинетов, один был для сотрудников, один для бухгалтерии, один для начальства и еще один — в нем сотрудники сообща устроили столовую. Поставили маленькую плитку, чайник, буфет, и стол со стульями. Впрочем, стульев было всего три, то есть вместе они тут или не собирались или стулья приносили свои. Туда рена Глент и потянула девушку.
— Садись и рассказывай. Чего тебя с таким дипломом к нам направили, поближе места не нашлось?
Элисон не стала скрывать ничего. Вчера уже рассказала, сегодня повторит, чего страшного? Второй раз оно уже и привычнее.
Рена Глент выслушала и покивала.
— Ага, знакомо. Ничего, мозги у тебя есть, работать сможешь, а там, глядишь, и мужа тебе присмотрим.
— Мужа?
— А почему нет? Тут шахт вокруг много, ну, рабочих я не рассматриваю, это народ грубый и образованной девушке неподходящий, а вот управляющие, или еще какие чиновники из мелких — возможно. Дело в руках у тебя есть, магия в крови тоже, хоть и слабенькая, а что родни нет, так для кого оно и хорошо будет. Слышала поговорку, что жениться на сироте надо?
— Слышала. Только не знаю, выгодно ли оно для сироты, — невольно огрызнулась Элисон.
— Ага. Я так и думала, что зубки у тебя есть. Ты их показывать не стесняйся, а то сожрут. Если вкратце о начальстве — поняла уже, что за павлин нам достался?
— Поняла. Рена, а вы…
— А я двоюродная тетка мэра города. Так что могу говорить и что хочу, и кому изволю. Поняла?
— Да, рена.
— Вот. И рад бы меня этот тип уволить, да ссориться с мэром ему очень не хочется, Левенсберг — городок маленький.
Элисон потупила глаза.
— Рена Глент, а вы не могли бы мне чуточку поподробнее рассказать про Левенсберг? Я, когда сюда ехала, я толком ничего и не знала, меня сюда распределили, скорее, неожиданно.
— А должны были куда? — прищурилась бухгалтер.
— В Милтон, — созналась девушка. — В банк, там меня уже ждали, пока на полставки ассистента, но была возможность подработать, и потом поговорить насчет аспирантуры. А то и в столицу перевестись, со временем.
Милтон и так был, считай, столичным пригородом, не сегодня — завтра сольется с Лаорой, и это назначение явно было выгоднее. Странно? Ирэна Глент не стала рассуждать, а предпочла спросить прямо.
— А чем же не понравилось?
— Я поговорила со своим возможным начальником, и разговор меня не порадовал. Он ждал не тех услуг, к которым я была готова.
— Намекал на… — рена Глент изобразила какую-то сложную фигуру, но Элисон поняла смысл.
— Он не ждал от меня интимных услуг, я не выгляжу достаточно… привлекательно. Но махинации с цифрами намного опаснее.
— Это я могу понять.
Ну да. Когда тебя тащат в койку, это мерзко, гадко, неприятно, убить хочется подлую сволочь, которой нельзя отказать, но… это ничем особо трагичным не чревато, кроме моральных травм. Разве что забудешь противозачаточное выпить, тогда беда.
Гадко, но ведь за это тебя в тюрьму не посадят, штраф не наложат, нет в законе таких кар — за постель! Разве что общественное осуждение, и то, его пережить можно. Цинично, но бухгалтер вообще работа такая — все иллюзии утратишь после первого же годового отчета.
А вот когда речь идет о цифрах, тут не покрутишься.
Тут все задокументировано, все подписано, и если тебя выберут козлом отпущения, ты не выберешься. Какие шансы у вчерашней студентки?
Да никаких!
— И ты решила удрать сюда?
— Я поменялась распределением. Я честно предупредила, но… самоуверенность у каждого своя.
— А-а, это бывает. Ладно, слушай. Левенсберг — городок небольшой, тут может, тысяч десять — двадцать человек. Это те, кто живет тут постоянно, но вокруг города есть шахты, и сезонные рабочие там есть, и кое-какие поля, так что в сезон еще тысяч пять — десять приезжает.
— А что за шахты?
— Вот! Если город назвали Левенсбергом, то не просто так, наверное?
— Мне сказали о львах…
— Ага. В горах. Ну?
— Неужели — леоний?
Рена Глент насмешливо хлопнула в ладоши.
— Абсолютно верно. Именно леоний!
— А я из огня в полымя не попаду?
Опасения девушки были вполне логичны.
Леоний.
Минерал, названный так по имени своего первооткрывателя, Леона Штромберга (Левенсберг?) был единственным в своем роде. За счет уникальной кристаллической решетки, он обладал способностью накапливать и сберегать магический эфир. То есть использовался практически… да везде! В проекторе Элисон леония была самая крошка, но была же! С помощью леония работали магические двигатели, с его помощью получали свет и тепло, каждый мало-мальски значимый маг старался прикупить себе жезл из леония, а у королевского мага, говорят, из него был даже целый посох.
И вот тут начинался подвох.
Во-первых, леоний нельзя было синтезировать. Никак. Пытались-то маги честно, но упрямый минерал не поддавался. Никакие попытки сделать его в лаборатории пока не привели к успеху. Маги старались, леоний упирался, и противостоянию этому суждено было длиться еще века и века.
Работал леоний, только если его добывали из шахты, ручками. Любое магическое вмешательство — и простите. Разряд мог получиться такой, что половину горы снесет.
То есть все по старинке. Шахта, шахтер, кирка, лопата, а то и кисточка, потому что здравствуй, третий подвох.
Что проще найти в природе? Аметист размером с конскую голову — или два десятка мелких аметистиков? Конечно, второе. Вот и с леонием точно так же. Маленькие кусочки можно было найти. Их можно было даже раздробить на более мелкие, и они будут работать, если их огранить с учетом кристаллической структуры.
Но сложить из них обратно более крупный кусок не получится. Это будут части от разных кристаллов, получится дикий рассинхрон, и опять — взрыв. Даже носить на себе леоний можно лишь с оговорками. Или это должен быть один кристалл, или кристаллы должны быть далеко разнесены друг от друга… и даже так не всегда срабатывало.
В учебнике приводился случай, когда маг сделал себе для боя ручные и ножные браслеты с леонием. Все прекрасно, идет сражение, маг атакует, его бьют в ответ, и тут его кусает комар. Маг опускает руку, ручные и ножные браслеты резонируют — и до врага долетают только уши от мага. И таких примеров много.
Но мощность леоний увеличивал, с этим не поспоришь.
И тут снова немножко справочных данных.
Что такое мощность мага?
Это составное понятие. И составляется оно из трех элементов.
Ширина магического канала, через который маг подсоединяется к мировому эфиру, частота, с которой он может проводить заклинания и скорость восстановления.
Это только в газете могут писать, что какой-то маг колдует без перерыва, а на самом деле, поди, сунь руку в огонь. Можешь?
Безусловно. Но руку ты обожжешь, и заживать она будет долго. То же самое относительно магии. Магический эфир, проходя через человеческое тело, резонирует с нервными окончаниями, и разрушает их. Так что всевозможные болезни у магов — профессиональное. Та же «нервная дрожь».*
*- у нас ее называют болезнью Паркинсона, но в том мире Паркинсон просто не родился, прим. авт.
Ширина канала позволяет проводить более энергоемкие заклинания, частота — тут тоже понятно, кому-то и одного заклинания достанет, а кому-то и двадцать мало, это зависит от нервной системы самого мага. Точно так же, кто-то чувствителен к щекотке, а кто-то нет.
И скорость восстановления.
Вот, провел маг эти двадцать заклинаний, упал, а потом ему что надо?
Правильно, восстановиться. За сутки — или за месяц, есть разница?
Леоний накапливал магию, и маг забирал ее не из общего потока, а из камня, где она в статическом виде, а это уже намного проще. Что легче — поймать рыбу в потоке или взять с тарелки? Фактически, минерал брал на себя часть нагрузки, то есть изнашивался маг меньше, а восстанавливался быстрее. И ценился же этот минерал!
И вокруг его добычи бывало всякое.
— Не попадешь. Левенсберг был одним из первых городов, где его нашли, а сейчас уж и шахты не закрывают только из упрямства.
— Упрямства?
— Годовой добычи города не хватает, даже чтобы эти шахты как следует содержать. Государство помогает.
— А зачем тогда так поступать?
— Ну, королю виднее, а мы люди маленькие, что нам сказали, то мы и делаем, — пожала плечами рена Глент. — Вот тут подпиши. Тебе положены проездные и подъемные, а еще квартирные и разовая выплата, как обладательнице диплома с отличием. Не слишком много, конечно, но одеться хватит.
— У меня есть все необходимое.
Рена Глент качнула головой.
— Нет. Точно нет.
— Нет? — Элисон не ждала подвоха, рена Глент говорила вполне серьезно.
— Ты по горам будешь в платье лазить? И туфлях?
— По к-каким горам?
— А может, еще и обойдется? Давай так, посмотрим, куда наш Павлин тебя поставит, а потом решим, что тебе надо. А пока деньги не транжирь.
— Да, рена Глент.
Сумма по результатам всех подсчетов, получилась не очень большая, но дорогу девушка окупила, и могла бы на эти же деньги прожить пару месяцев.
Рена Глент выдала ей деньги, и отправила в кабинет начальника, подписать приказы о назначении и прочем. Рент Шандер Свелен сморщил нос, при виде девушки, и показательно задумался.
— Куда же вас приставить, рента?
— Вы — начальник, рент Свелен.
Смирение подействовало, рент поглядел чуть более благосклонно.
— Рад, что вы это понимаете, рента. Конечно, ставка ваша, раз уж вас распределили сюда из столицы, но работа у нас не слишком приятная. Вы пока еще не знаете всех тонкостей, поэтому начнете с азов. Работали когда-нибудь с магическими датчиками?
— Да, моей силы на это хватает.
— Вот и отлично. Карту вам выдаст рент Лукас Эрбель, он же покажет, что именно нужно делать. Первый раз сходите с ним, советую взять с собой тетрадь, и тщательно записать все, что он вам будет говорить. Дело в том, что местность здесь гористая, правильный охват датчиков мы просто не можем позволить, вы знакомы с правилом квадрата?
— Датчики устанавливаются в узловых точках, квадрат километр на километр?
— Да. Здесь горы, потому до датчика можно добираться несколько часов. Вы умеете ездить на велосипеде?
— Д-да.
— Вот и отлично, вам это предстоит. У нас есть несколько велосипедов, мы даем их сотрудникам, чтобы снять показания. В противном случае, ждать их придется долго.
Элисон кивнула.
— Я понимаю. Да, я умею ездить на велосипеде, хотя в горах это сложнее, наверное.
— Сложнее, рента, не стану спорить. Но это ваше первое задание. Отправитесь с Лукасом, снимете показания, первый месяц так и поездите. Потом, когда вникнете, начнете уже и сами считать, пока за вас это будет делать рена Леа Даларвен.
Та, с вязанием?
Может, Элисон и была несправедлива, но такая — насчитает! Что-то девушке казалось, что рена хороша только в вязании, петли подсчитывать, а вот работать с данными магстата — вряд ли.
— Я смогу ей помогать, рент?
— Если останется время, рента.
— Спасибо. Когда мне приступать?
— Сегодняшний день я вам даю, чтобы собраться в горы. Знаете, что нужно брать с собой на целый день?
— Надеюсь собрать все правильно, рент.
— Собирайте, завтра идете с Лукасом. Сюда к семи утра, ясно?
— Так рано, рент?
— А как вы себе это представляете, рента? Раньше выйдешь — раньше придешь, а это горы. Не переживайте, если вернетесь раньше, это будет ваше свободное время. В горы лучше идти пока не начало жарить солнце.
— Вам виднее, рент.
— Именно. Не забывайте об этом, рента, и мы сработаемся.
Элисон и забывать не собиралась. Не в ее положении проявлять забывчивость.
Первым делом она постучалась к рене Глент.
— Рена, завтра я еду в горы, вы были правы.
Рена вздохнула.
— Вот кто бы сомневался? Давай я тебе вкратце расскажу, во что ты попала? Датчиков у нас нехватка, половина из них старого образца, а показания с них снимать надо. К то этим должен заниматься?
— Кто, рена?
— А вот тут и вопрос. По-хорошему, можно бы отписать начальникам на шахты, те выделят человека, он снимет показания и передаст.
— Но, рена?
— То-то и оно. В округе восемь шахт, из них четыре помогают, а еще четыре… там свои особенности. Считай, от них ничего не дождешься, а если и согласятся, ну, тут тоже свои способы напакостить. То датчики поломаются, то данные такие, что хоть ты о землетрясении кричи. Это уж не мое дело, но рент Свелен мог бы и поумнее быть.
— Я… я пока не все понимаю, рена, но запомню.
— Вот и хорошо. Тебе сейчас надо в лавку Марион Готье, это Тряпичная улица, как пройти, я тебе нарисую. И если у нее будет, купи атлас района.
— Атлас, рена?
— Да, чтобы знать, куда направляешься. У нас указатели стоят, за этим следят строго, тут уж не с главой заштатного бюро можно проблемы получить, с мэром города, так что и следят, и подновляют. Но карта дорог все равно нужна. А по-хорошему, и компас. Ты ориентироваться на местности умеешь?
— Я раньше не пробовала, рена.
— Плохо. Ладно, пошли.
Рена Глент решительно потянула за собой девушку. Почему она решила ей помочь?
Да жалко стало! Сирота, после королевского института, что ей в жизни светит? Какие перспективы? В этом заштатном бюро, в городишке, где каждый таракан наперечет?
Есть своя прелесть в маленьких городах, эта неторопливость, размеренность, это ощущение, когда идешь по улице и здороваешься, и люди отвечают тебе… тут большинство знает друг о друге. Уютная и спокойная жизнь, тут хорошо планировать завтрашний день, растить детей, а потом малыши вырастают, стремятся в большие города, и им кажется, что там намного интереснее. Зря.
Люди везде одни и те же, и страсти, и характеры, только вот в маленьком городе скрыть все тяжелее. А в большом… а что тут скажешь?
Птенцы обязаны вылетать из гнезда, это закон жизни. А у этой птички и гнезда-то не было, и крылья, считай, надломлены, а лететь надо. Ее уже выкинули.
Как тут не помочь?
И рена Глент распахнула дверь.
— Лукас!
Мужчина помоложе поднял голову.
— Да, рена Глент?
— Рент Лукас, вы завтра едете в горы с рентой Баррет. Рент велен уже отдал вам распоряжение?
— Нет пока, рена.
— Ну так отдаст. Я надеюсь, вы понимаете, что девушка раньше в горах не бывала?
— Да, рента? Не бывали?
Элисон кивнула.
— Не была, рент Эрбель.
— Можно просто рент Лукас, мы же с вами теперь будем коллегами, рента?
Элисон сощурилась.
— Рент, для обращения по имени двух встреч недостаточно.
— А сколько достаточно? — с подколкой поинтересовалась рена Даларвен. — Пять? Десять? Интересно, что сейчас достаточно для современной молодежи?
— Возможно, через год или два я подумаю над этим вопросом, рена, — с достоинством ответила Элисон. — Пока же хочу заметить, что нормы морали и нравственности не сильно изменились со времен вашей юности, что считалось предосудительным тогда, равно осуждается и сейчас.
Рена поджала губы.
— Что ж. Посмотрим.
— Я тоже посмотрю, — улыбнулась рена Глент так, что рент Эрбель чуточку побледнел.
— Рена, поверьте…
— Поверю. Может быть.
Сказано было увесисто, и Элисон ощутила благодарность к женщине. Одной ей пришлось бы сложнее, а сейчас рена Глент стоит за ее плечом. Да, она не станет вписываться за Элисон по каждому вопросу, не станет решать все ее проблемы, но кто знает, где она провела свои границы? Сейчас их проверять не будут, а там и Элисон постепенно разберется, что и от кого ждать.
Кажется, ее коллеги были чуточку недовольны, но промолчали. Только рент Лукас кашлянул, словно крошка в горло попала, и кивнул.
— Буду ждать вас здесь в семь утра, рента.
— Да, рент.
— А я надеюсь, до вашего прихода рент проверит велосипеды, — пропела рена Глент нарочито ласково. — Чтобы с ними потом не возиться.
— Да, конечно.
— Вот и хорошо, молодой человек. Вот и хорошо. Лисси, ты как вернешься, обязательно зайди ко мне, расскажи, как съездила. Первый рабочий день, мне очень интересно будет послушать!
— Обязательно зайду, рена Глент, — кивнула Элисон.
— А сейчас беги, тебе время понадобится. И перекусить с собой возьми, в горах, на свежем воздухе, такой голод нападает, волка съесть можно.
— Спасибо, рена.
— Не за что, Лисси. Не за что.
Лавка Марион Готье так и называлась, и была она лавкой старьевщицы. Впрочем, Элисон даже не сомневалась, открывая дверь.
Не в ее положении привередничать и воротить нос. Нет, не в ее.
Звякнул колокольчик над дверцей.
— Рента?
Рена Готье неспешно, как каравелла, выплыла из-за вешалки с платьями. Те источали запах лаванды… впрочем, ей пахла вся лавка. Кажется, тут все было переложено этой ароматной травой.
— Наверное, это дорого? — вырвалось у Элисон.
— Что именно, рента?
— Лаванда.
— В горах ее целые поля, рента, трава копеечная, за пару корелей вам целый стог нарвут, рента. Чем обязана?
— Мне вашу лавку рекомендовала рена Глент, — не скрыла Элисон. — Я приехала из другого города, и буду работать в бюро магической статистики. По распределению, после института.
— Ага.
— И мне нужно что-то, чтобы ходить в горы, рена. Я не уверена…
— А, это уже мое дело, что именно. Идите-ка сюда, рента, садитесь. Сейчас мы вам все подберем… иголкой владеете?
— Не слишком.
— А, ничего. Ушить и попросите кого, не страшно. Ну-ка… повернитесь? Ноги достаточно длинные, бедра узкие, кажется, у меня есть то, что вам нужно.
Рена влезла в один из шкафов, и достала оттуда комплект, в который Элисон влюбилась с первого взгляда.
Темно-коричневая кожаная куртка и такие же длинные бриджи… но бриджи? Это же неприлично!
Сказать об этом Элисон не успела, и правильно. Рена Готье полезла в соседний шкаф, и вытащила оттуда нечто, похожее… на платье?
Условно платье.
Верх как у платья, а вот низ… попу прикрывает длинная юбка, но спереди она разрезана на несколько частей, так, что при ходьбе, наверное, будут видны ноги. Кошмар! Но это так и сшито.
Зачем?
— Вот, надевайте. Бриджи, куртка, рубашку сейчас найду, и фуфайку тоже, нужен пояс с защелками, а юбку поверх бриджей.
— Ага, — сообразила Элисон. — Поняла.
— В углу ширма, рента.
В угол Элисон и отправилась.
Бриджи были чуточку великоваты, и это хорошо. И так-то неприлично, а если в обтяжку, это ужас! Куртка тоже хорошо скрывала формы, и фуфайка с рубашкой под нее помещались отлично. К бриджам полагался пояс, на котором было что-то странное…
— Рена?
— Юбку надела?
— Да, рена Готье.
— Иди сюда, смотри. Когда идешь по улице — юбка так, как и должна быть, просто широко не шагай, она развеваться не будет, она тяжелая.
Все верно, в низ юбки были вшиты какие-то металлические утяжелители. Может, даже и охотничья дробь? Это утяжеляло вещь, но полотнища и правда не развевались при ходьбе.
— А если тебе надо куда-то лезть, и нужна свобода ног, делаешь вот так. Смотри?
Рена ловко нажала двумя пальцами на странное украшение, и оказалось, что это нечто вроде маленькой прищепки, только металлической.
— Сюда ткань, и оп-ля!
Теперь полы юбки были пристегнуты к поясу, и ее длина уменьшилась наполовину. Попа и бедра были прикрыты, но ноги практически свободны.
— Как удобно!
— Главное, прилично. Хоть ты на велосипеде катайся, хоть на лошади… ну, на лошади можно и не пристегивать ничего, а велосипед — дело такое, механическое. Попадет тряпка в колесо — полетишь носом.
— Вы правы, рена.
— И ботинки. Конечно, я права. Ботинки, правда, поношенные, другими я не торгую, но еще лет пять тебе прослужат. Надевай.
Ботинок таких Элисон раньше и не видела. Высокие, чуть не до колена, с толстой подошвой и грубой шнуровкой, с подковами на носу и грубом квадратном каблуке… в столице такие и мужчины-то не носили!
— Рена, вы уверены?
— А в чем ты в горы собираешься? В туфельках? Может, еще и на каблучке?
— Ну… я думала про сапоги…
— Детка, — рена Готье смотрела с пониманием. — Это — горы. Твердые породы, гранит… ты можешь надеть сапожки, но будешь чувствовать каждый камень. А к концу дня и дырки появятся, бывали случаи. Эти ботинки — идеальный вариант, и тебе еще повезло, что нога у тебя большая.
Элисон вздохнула.
Да, у нее не идеальные пропорции. Известно же, дамская ступня должна быть короче мужской ладони. А у нее нога хоть и узкая, но ступня длинная, и пальцы длинные.
— Ты на других не смотри, ты мне поверь, на носок или на два тебе в самый раз будет.
— На носок?
— Так ведь кожа, рента. А меха внутри нет, а в горах бывает холодно, очень холодно. Потому и двое носков, а кое-кто и вовсе портянки наматывает, чтобы не стереть кожу.
Портянки?
О, Боги!
Вслух Элисон ничего не сказала, но видимо, лицо у нее было очень выразительным, так, что рена Готье рассмеялась, и похлопала ее по плечу.
— Ничего, детка, вы привыкнете. Здесь не столица, здесь проще.
— Сколько я должна за это все?
— Это еще не все, рента. Еще шляпа, еще пара сменных рубашек и фуфайка, носки…
Гора вещей стремительно росла. Элисон смотрела с ужасом, понимая, что это все надо, но… денег-то у нее не так много! Впрочем, цена оказалась божеской.
— Три коронета и шесть корелей, рента.
— Так дешево?
В столице за все это пришлось бы выложить раз в десять больше. И то не хватило бы.
Рена Готье, которая упаковывала все покупки в большую сумку из плотной ткани, покачала головой.
— Это нормально. Не забывай, это магазин подержанной одежды.
Все верно.
И рубашки были подштопаны, и заплатки на куртке, наверное, были не данью художественному вкусу владелицы лавки, а просто их поставили там, где протерлась кожа, и ботинки поношенные. Но…
— Вы уверены, рена?
— Да, вполне. Донесешь?
— Постараюсь, рена Готье.
— Вот и ладно. А захочешь приодеться — заходи ко мне. Считай, я тебе небольшую скидку сделала в счет будущих покупок.
— Ээээ…
— Сейчас ты скажешь, что у тебя все есть? Поверь умудренной жизнью женщине, чего-то всегда будет не хватать. Одежды никогда не бывает много, это закон.
С тем Элисон и покинула лавку, чувствуя себя грузовым верблюдом. А дома ее встретила рена Астрид.
— Ох ты! Сколько одежды!
— Рент Свелен сказал, что завтра я должна буду ехать в горы, — Элисон жутко устала, но куда ж тут денешься? — И меня направили в лавку Марион Готье, я там как раз все это и купила…
— Значит, приняли тебя на работу?
— Да, рена Шафф.
— Тогда пошли, — уверенная рука перехватила у Элисон половину сумок, заставив девушку пошатнуться от облегчения. — Помогу тебе вещи разложить, да и посплетничаем чуток. Ты со всеми в бюро познакомилась?
— Наверное, — пожала плечами Элисон. — Начальник — рент Свелен, бухгалтер — рена Глент, еще есть рена Даларвен, ренты Эрбель и… и как же его⁈
— Рент Якоб Видрич, — поджала губы Астрид, сведя их вовсе уж в ниточку.
— Вы его знаете? — растерялась Элисон. — Он просто такой… неприметный!
— Город маленький, все друг друга знают, — Астрид уверенно раскладывала вещи, поставила ботинки в угол, помогла Элисон расправить куртку. — Как тебе рент Свелен? Понравился?
Элисон решительно качнула головой.
Хватит с нее красивых мужчин, сыта по горлышко с запасом!
— Нет. Простите…
— Да мне-то чего прощать, это как раз и хорошо, что он тебе не по вкусу. Жена у него дико ревнивая, его сюда как распределили, так он выгодно женился. Жена ему и помогла по службе вырасти, понимаешь?
— А жена старше? Или… не такая очаровательная?
— А ее очарование — это хорошие связи, — пожала плечами рена Шафф. — так что Шандер, он как павлин среди куриц. Хвост распускает, крутится рядом, а дальше сделать ничего и не может. Была у него одна неприятная история, взяли в бюро девчушку, секретаря, так она в него влюбилась, бегать за ним начала, я, конечно, свечку не держала, но так и так все ясно было, как в солнечный полдень. А городок маленький, ничего не скроешь, вот, супруге Шандера это очень не понравилось… мужу-то она просто все высказала, а девчонке пришлось из города уезжать, ее даже в бордель не брали.
— Кошмар!
— Та девчонка симпатичная была, блондиночка такая, глазки голубые…
— Я знаю, что не красавица, — ровно произнесла Элисон.
— Если бы это всегда помогало! Так что с Шандером можешь быть спокойна, сам он к тебе руки не потянет, главное в него не влюбляться и всерьез ничего не принимать. Понимаешь?
— Да, рена Шафф. Спасибо.
— Ирэна Глент… тетка мэра. Стервозина, конечно, но одного у нее не отнять, не подлая. Зубы и когти может поточить о любого, благо, мэр ее любит и за тетку горой встанет, но исподтишка гадостей делать не будет. Только в лицо и открыто. Правда, легче от этого никому не будет.
— Да… рена Даларвен ее побаивается.
— Леа Даларвен? Курица крысючая, сахаром облепленная!
Элисон даже рот открыла от такой характеристики. Астрид пожала плечами.
— Ты ей не доверяй, она такая… вот она как раз баба очень подлая. От нее родные дети подальше удрали, мужа она сколько лет грызет, он в шахте чуть не живет, лишь бы от нее отдохнуть. При этом слова она будет говорить очень правильные, очень добрые, хорошие, но… вот ей говорить как раз ничего и не надо. Кто ее знает, кому и когда она твои слова передаст? У нас про таких говорят: утром храм, ночью срам.
— Я буду осторожна, рена Шафф. Спасибо, что вы мне об этом сказали.
— Как не сказать? Учить-то вас учили, я понимаю, но ведь это люди, и работать тебе с людьми.
И с этим Элисон была согласна. Каждый студент вам расскажет, как важно найти общий язык с преподавателем, да студенты порой о своих учителях столько знают — патологоанатом лучше человека не изучит! У них-то от учителя диплом зависит, а частенько, и будущее.
Так вот, ляпнешь кому и чего-то не того, и потом ТАК наплачешься…
— И двое мужиков. Эрбель-кобель, думаю, ты и сама поняла?
— Мне он тоже не понравился.
— Он такой… не нагулялся еще. Семья у него хорошая, отец в шахте, мать дома, братья тоже в шахте, а вот этот с детства нос кривил, считал себя выше черного труда. Но учился хорошо, этого не отнять. Выучился, у него вроде как тоже небольшой дар есть, у родных-то нет, а он себя еще и из-за дара считал лучше прочих, конечно, н6е в столице учился, в соседний город ездил, там заочное есть по статистике. Больше, видимо, никуда не пробился, денег-то ему родные давать отказались… а как диплом получил, так и пошел в бюро. Думаешь, чего он так выглядит? А пока учился, чуть ли не золотарем подрабатывал.
Элисон представила себе Лукаса Эрбеля рядом с нужником и фыркнула. Правда, потом посерьезнела.
— Это… это много говорит о характере.
— Есть там характер, если он чего захочет, то добиваться будет всеми силами. А хочет Эрбель место своего начальника, только вот пока пробиться не может. Но если будет возможность рента Свелена как-то подставить или подсидеть — с радостью сделает. Подозреваю, и про ту девчонку он раззвонил всем, но не докажешь ведь!
— Нет, не докажешь…
— Так что с ним тоже осторожнее. Он и сам себе доказывает, что достоин, и хочется ему побольше… вот если б ОН, да на рамбиле, да из роскошного особняка, да на родню свою сверху поплевывая… понимаешь?
— А не дают.
— Бодливой корове рогов и не положено, потому как дура.
Элисон подумала, что быку, видимо, тоже. Но она учтет.
— А рент Якоб Видрич?
— Сволочь, — уверенно сказала рена Астрид. — Не смотри, что он такой тихий и незаметный, в нем навоза больше, чем в трех свинарниках! Сестру подставил, себе все родительское наследство загреб, жена у него… жалко бабу! Вот ей-ей, жалко!
— Подставил?
— А, там после родителей наследство осталось, для двоих маловато, а одному в самый раз. Он, вместо того, чтобы с сестрой все поделить по-честному, с дружком своим договорился. У нас, чтоб ты знала, замуж еще можно выйти по согласию старшего в роду…
Элисон поежилась.
Знала она о таком, глаза б ее не видели…
В некоторых случаях, когда в роду оставался один старший — и несовершеннолетние… да, было такое…
— Вот, дружку жена нужна была, там дружок-то такая же сволочь, как рент Якоб, а у Якоба сестра. Что ты думаешь, договорились с врачом, составили бумагу, что девчонка беременна, и на основании этого замуж ее и отдали. Да еще, чтобы она кричать не начала, ее Якоб чем-то опоил… есть зелья.
— Есть, — Элисон скрипнула зубами.
Ой как есть!
И в курс фармацевтики они не входили, кстати! Студенты о них знали, и учились распознавать, а вот приготовить их не обучали. Ну… кто хотел, тот мог искать сам, но это было ОЧЕНЬ сложно. Преподаватели понимали, что студенты, если что, друг друга перетравят. Или еще кого…
— Сразу после свадьбы дружок и уехал. Через несколько лет девчонка объявилась, тогда и узнали люди. Худая, со шрамами, повезло еще — муженек ее погиб… да-да, повезло, бил он ее, не жалел… дрянь! Но время уж прошло, и доказать не получилось, тут и магия не поможет, сроки вышли.
Элисон кивнула.
Магия, да…
Она может многое, но человек очень часто сам верит в свои слова. И не поймешь, где правда, а где ложь…
Может, менталист жуть какого высокого уровня… только вот таких — единицы. В мире.
Ментальная магия — штука опасная и болезненная, с ней люди легко с ума сходят…
— Иногда и закон не помогает.
— Плюнула она на порог и уехала. А Видричу хоть бы что. Так что осторожнее с ним, гадюки — они тоже тихие.
— Спасибо, рена Шафф. Я вам очень благодарна за помощь. Может, и я вам смогу чем-то помочь?
Астрид прищурилась.
— Что ж… если поможешь мне окна помыть в выходные — буду признательна. То, что пониже, я достаю, а верх… бОязно мне уже лезть. Возраст не тот уж…
Элисон тряхнула головой.
— Помогу, конечно. Только… вы мне покажете, как это делать правильно? Я же толком и не умею…
— И в общежитии не мыли?
— Раз в год ректор людей нанимал, они все отмывали, отчищали, насекомых травили, стены подмазывали-подкрашивали…
— А списывали, небось, под это дело вчетверо?
Элисон пожала плечами.
— Я в бухгалтерию не заглядывала.
— Оно и понятно. Не переживай, всему научу.
Окна мыть — тоже свои хитрости есть. И что в воду добавить, и чем протереть, и как полировать… это с виду домашнее хозяйство простое, а так-то возьмешься — за голову схватишься.
Это вам не магия!
Тут думать надо!
Глава 2
Ранее утро.
Элисон, в наглухо застегнутой куртке, подошла к зданию бюро. Холодно, между прочим. В столице в это время можно в платье ходить, а здесь с утра холодно.
Рент Лукас стоял и ждал ее с двумя велосипедами.
— Рента, доброе утро.
— Доброе утро, рент, — так же вежливо поздоровалась Элисон. Волосы она зачесала назад, надела ободок, чтобы те не лезли в глаза, и выглядела еще более длинноносой.
— Ваш велосипед, — Элисон перехватила «лошадку» за руль, пригляделась.
— Обычный?
— Да, без кристаллов.
— Жаль, — честно сказала Элисон. — я очень давно не ездила.
Лукас пожал плечами.
— Привыкайте, рента. Здесь иначе никак, пока ногами дойдешь — с ума сойдешь. Расстояния большие, может, потом вы и свой велосипед купите.
— Не знаю, — вздохнула Элисон.
— Что ж. Поехали!
Рент первым уселся на велосипед, и энергично заработал педалями.
Элисон положила сумку в корзинку, притянула ее специальным ремнем, и тоже уселась на велосипед. Да, это не забывается. Если раз научишься, второй не забудешь.
Но ноги…
Ноги!!!
Лучше гор могут быть только горы?
Элисон не знала этой песни, но горы полюбила с первого взгляда, который смогла оторвать от дороги. *
*- В. Высоцкий. Прощание с горами. Прим. авт.
Вот, как смогла найти общий язык с паршивым велосипедом, который воображал себя скаковым жеребцом, как оторвала взгляд и осмотрелась, так и сразу…
Горы!
Синие, белые, лиловые, разноцветные — там, где их украшают цветочные поляны. Прозрачный воздух, которого не бывает в городах, склоны и перевалы, ковер трав и белые ледяные шапки.
Шорох ручьев с чистейшей прозрачной водой и щебет птиц, ласковое прикосновение ветра к губам и волосам — и лукавый солнечный лучик, выглянувший из-за очередного перевала.
Сначала было холодно, но через час Элисон уже сняла куртку, а потом и фуфайку, свернула их и сунула в корзину. Да, без них первое время пришлось бы плохо, но солнышко пригревало все жарче, девушка разрумянилась…
Ей было хорошо.
Всей сущностью она впитывала нехитрую ласку гор, привыкала к ним, пыталась сродниться.
Доброе утро, горы?
И древние склоны с улыбкой поглядывали на забавного мягкотелого. Такие хрупкие, такие недолговечные существа — люди. Люди, которые двигают горы.
Доброе утро, человек?
Через полтора часа Элисон прокляла все. Рент Лукас не сильно торопился, но она к таким нагрузкам просто не привыкла. Так что ноги болели целиком, от пяток и до спины.
Когда рент Лукас наконец остановился, Элисон с велосипеда не слезла, она с него почти свалилась.
— Уфффф!
— Тяжело, рента?
Элисон посмотрела на собеседника, как на идиота! Нет, легко, твою заразу! Полтора часа, да по пересеченной местности, то в гору, то с пригорочка, но в гору намного чаще… болело даже там, где болеть-то было нечему!
— Идите сюда, рента, я вам датчик покажу.
А чего его показывать? Элисон его и сама преотлично видела.
Небольшая треугольная пирамидка прекрасно себя чувствовала. Стояла, подпитывалась от солнышка, Лукас привычно подошел и провел пальцем по одной из граней. Красным цветом засветились руны. Лукас обвел пальцем четыре из них, и руны поменяли цвет на синий, а верхушка пирамидки отъехала в сторону, открывая уязвимые внутренности.
— Какой у вас уровень? — заинтересовалась Элисон.
— Третий, — сказано это было с такой гордостью, что девушка едва не хихикнула.
Ну да, третий.
Если второй уровень магии у каждого второго мага, то третий, считай, у каждого третьего. Ей-ей, разница невелика. Плюс пять несчастных процентов по шкале Илеса, а то и чуть поменьше, к примеру, если Элисон, с ее вторым уровнем будет восстанавливаться двое суток, то Лукас — сорок пять часов. Это, конечно, важно. Виду девушка не показала, нечего с ходу настраивать против себя коллегу. Даже кивнула уважительно.
Лукас остался доволен, и извлек из пирамидки кристалл, который и положил в специальную шкатулку, а на его место вложил новый.
— Как видите, рента, это несложно.
Куда еще проще-то?
Смысл в том, что открывать пирамидку должен именно человек с магическими способностями. И код доступа тоже знать.
— Рент Эрбель, а еще у кого-то в бюро есть способности к магии?
— Да, рента. У меня, у начальника, у рента Видрича.
Но начальник определенно не станет сам ездить и снимать эти показания. А значит — что?
— Вас, наверное, загоняли с этими датчиками, рент Эрбель?
— Да, тяжело бывает, рента. Если вы будете тоже помогать, будет намного легче. Район большой, пройти не везде легко, иногда, чтобы добраться к датчику, полдня уходит.
— А рена Даларвен?
— Она очень хорошо сводит таблицы и графики, но никаких магических способностей у нее нет.
Ага, вот и определилось, кто на что способен. Дурой Элисон не была, а потом поняла и кое-что еще. Наверное, пока ты ездишь к датчику, ты и задержаться можешь? По личным причинам?
А пока ты таблицы сводишь, ты и чай попьешь, и посплетничаешь, и еще чего?
Контора «шаляй-валяй», как называл такие места ее знакомый.
Понятно, что и такие должны быть, и работу свою они выполняют, и пользу приносят, но это просто стоячее болото. Так-то и одного талантливого мага хватило бы, но кто ж сюда поедет? А уж заставить шевелиться эту компанию — дело и вовсе немыслимое, разве что надсмотрщика с плеткой добавить.
Начальник командует, бухгалтер считает, еще вот, секретарши ему не хватает… фрррр!
— Можно я попробую со следующим кристаллом?
— Конечно, можно. Руны — феу, райдо, иса, йер, — без запинки перечислил Лукас.*
*- без особого значения, просто комбинация, как в сейфе, прим. авт.
— Для всех датчиков?
— Да.
— Поняла.
— Ну а если так — вперед, рента. У нас на сегодня еще пять точек.
Элисон застонала и полезла на велосипед. Ноги еще не отошли, так что было попросту больно.
Второй датчик снимала она. Третий опять Лукас, Элисон валялась на траве, мечтая стать обезьяной. Вон как они в цирке бодро руками педали крутят! Посмотреть приятно!
А она не может! И ногами уже тоже… не может.
И кто после этого венец творения?
Лукас посмотрел на нее, и сжалился. Девушка пока его устраивала, как напарница, не капризная, не скандальная, не ноет, а что не повелась сразу на его красоту, ну так и это бывает. Или она на начальство глаз положила, или потом его разглядит. Они с рентом Свеленом разного типа, тот брюнет, а Лукас, скорее, блондин, а о вкусах не спорят.
— Рента, я понимаю. Предлагаю перекусить и размять ноги, походите, а то обратно не доедете.
Элисон благодарно кивнула, и полезла в сумку. Рена Шафф, узнав о том, куда отправляется девушка, сунула ей несколько вареных яиц, хлеб и колбасу с чесноком. Правда, доплату за это взяла, но Элисон не возражала, это справедливо. И покупай она все это на рынке, лучше не было бы.
У Лукаса были бутерброды с мясом и сыром, так что коллеги честно поменялись — яйцо на бутерброд, и приступили к трапезе. Элисон поела первой, и отошла размять ноги.
Огляделась.
Город лежал в долине, словно на ладони.
— Красиво, — Лукас подошел и встал рядом. Вот сейчас он даже на человека был похож, а не на красавца-падайте-все-ниц. — Места здесь потрясающе красивые.
— Город я вижу. А где тут что находится, если рядом с городом? — заинтересовалась Элисон.
— Полей тут нет, — принялся рассказывать Лукас. — Есть несколько плантаций, здесь у нас выращивают чернику.
— Чернику? А разве она не лесная?
— А вот есть и горная. Такой кустарник, от метра до двух, и ягоды вкуснющие. Из них чего только не делают, и листья собирают и сушат… это для гурманов. *
*- если кому интересно — посмотрите чернику кавказскую, прим. авт.
— Минутку… чай «Горные чернила»?
— Именно!
— Он же бешеных денег стоит!
— Не то слово. Но здесь эта черника растет не только на плантациях, но и самосейкой, так что у нас многие ее так и собирают. Едут, набирают, сушат, варят…
— Ага.
— Главное, хорошо знать, что собираешь, а то у нас обязательно пара-тройка дурачков за сезон травится.
— Дурачков?
— Она на волчью ягоду похожа, вот и путают.
— Ой… а волки тут водятся?
— Нет. Зайцы, лисы, барсуки, еноты — эти есть. Из крупных — дикие коты и медведи. Копытные, конечно. Бычье всякое, куда без него… говорят, достаточно давно тут виверны жили, но сейчас их уже нет.
— Виверны…
— И хорошо, что нет, человеком они закусить не отказались бы. Впрочем, это и медведей, и котов касается, лучше с ними не связываться.
Элисон кивнула.
— Про плантации я поняла. А еще что тут есть хорошего?
— Есть две лечебницы, там термальные источники. Кстати, люди там и правда выздоравливают, не от всего, но специалисты там хорошие. Это вот туда, на восток от города. А так у нас в основном, тихо. Люди сюда приезжают отдохнуть, подлечиться, успокоиться, чего еще надо?
— Успокоиться, — почти неслышно шепнула Элисон одними губами. Горный ветерок подхватил слово и потянул его за собой.
Уссссспокоитьссссся.
Смешные вы существа, люди! О чем можно вообще беспокоиться, когда живешь одно мгновение? Вот горы вечны, рядом с вами, им есть о чем беспокоиться, а чего суетитесь вы, бескрылые мягкокожие? Странные существа. Смешные…
— Отдохнула? Тогда поехали дальше.
К концу дня Лукас если и не сменил гнев на милость, то признал, что Элисон не самая худшая напарница. Было видно, что ей тяжело, но девушка не ныла и не жаловалась.
С датчиками помогла, два из пяти — уже ее работа. Да, невелико усилие, поменять кристаллы, но если у тебя магической силы капли, ты все равно будешь уставать. По нарастающей.
Первый датчик несложно, а второй уже тяжелее, третий… к пятому Лукас добирался на последних морально-волевых. Да, капли. Но эти капли магии либо идут в выносливость, либо в магию, то есть на открытие-закрытие датчика, смену кристалла… сегодня ему было полегче. А Элисон?
А ему какое дело? Его разгрузят, уже радость.
На следующее утро Элисон вышла пораньше.
Болело все. Летящей походкой, говорите? Куда там! Она едва ноги переставляла, шла на негнущихся, рена Шафф только головой покачала.
— Кошмар! Разве так можно?
— Работа, — Элисон не жаловалась, она просто обозначила причину. Да, такая работа. А то, что ты раньше не каталась на велосипеде, твои личные проблемы.
И на работу она едва ползла, и там…
— Доброе утро.
— Ох, кошмар какой! — ахнула рена Глент. — Девочка, ты что вчера — все горы пешком обошла? Лукас!
— А что я? — похлопал глазами Лукас. — Сказано пять датчиков, мы пять и объехали.
— Ты из себя умного не строй! Небось, не рядом с городом ездили?
— Ну…
— Значит так, — сощурилась рена Глент. — Девушке свой стол нужен. Так что идете вдвоем на склад, берете там стол и стул, приносите сюда. Ну и что там надо, всякие мелочи, понятно?
— Стол? Зачем? — удивилась рена Даларвен. — Рент Свелен вчера так и сказал, если у нее все будет получаться, будет ездить и показания снимать, зачем для этого стол?
Элисон едва не застонала.
Ладно, она не против, и поездка ей понравилась, но, чтобы только она и постоянно? Она же с ума сойдет!
Рена Глент сощурилась.
— Девочка одна по горам ездить будет? Каждый день по пять датчиков? Ты говори, да не заговаривайся, Леа. Небось, сама на велосипед и не влезешь.
— Я — женщина приличная.
— А велосипеды, на которых все твои… приличия поместятся, у нас еще не придумали, — рена Глент выразительно посмотрела на нижнюю часть тела спорщицы, заставив ту поджать губы.
Ну да, рена Даларвен обладала солидностью и приятными объемами. И что? Не всем же щепками быть? Кто-то и мир украшать должен?
Еще один украшатель, привлеченный громкими голосами, воздвигся на пороге кабинета.
— Что здесь происходит?
Рент Свелен был ухожен, надушен, легко двигался, и точно не ездил на велосипеде. Не только вчера, а может, и вовсе никогда. Велосипед — это не его. Вот жеребец, обязательно, вороной, дело другое. Да-да, вся эта техника, это для простонародья, а у магов, и у знати, понятно, есть и лошади, и деньги на содержание выезда…
— Рент, вы действительно собираетесь заставить бедную девочку постоянно ездить по горам? — рена Глент ужасалась так картинно, что стало ясно, скажи он «да», и на весь город прослывет тираном и деспотом.
— Не постоянно, но выезжать она, безусловно, будет. Как молодой специалист, она обязана ознакомиться с работой бюро от и до.
— А здесь ей и присесть будет негде?
— Ну…
— Если уж знакомиться с работой, то и с расчетами тоже, — сверкнула глазами рена Глент. — Так, ренты, встали и на склад! Организовать новое рабочее место, не сама ж девушка будет столы таскать! Рент Свелен сам сказал!
Шандер может, этого и не хотел, но и возразить уже не получилось бы.
— Да, пожалуйста, ренты.
Элисон благодарно поглядела на рену Глент. Надо бы пирожных купить, да и в гости к ней зайти? Чайку попить?
Поблагодарить?
Обязательно сделает.
— Рента, а пока зайдите ко мне, — рент Свелен оборвал размышления. — Рена Глент, спасибо. Отчет уже готов?
— Готов, конечно. Сегодня обсудим?
— Лучше завтра с утра.
— Как скажете, рент.
— Рена, это для вас.
Перед девушкой легла большая карта. Элисон посмотрела с недоумением.
— Рент?
— Здесь отмечены датчики. Поскольку вам предстоит к ним ездить, я вам даю карту. И график тоже.
— Мне одной, рент?
— Конечно, нет. Смотрите сюда, вот график съема данных, его лучше не задерживать, допустим люфт в пару дней, но не более. Так что вы договариваетесь с Эрбелем и Видричем, делите маршруты и датчики — и вперед.
— Я понимаю, рент. Я постараюсь… просто я еще не привыкла.
Рент Свелен все же не был сволочью, и как Элисон ставит ноги, он видел. Даже пожалел девушку. Ну, страшненькая, но девушка же!
— Я тоже все понимаю, рента Баррет, на первых порах вам придется сложно, но у нас действительно не так много сотрудников, Элисон. И есть еще внеплановые замеры, и квартальные, и годовые, и солнцестояния, и лунные. Работы хватит на всех.
— Я буду стараться, рент. Скажите, а снимать информацию с кристаллов?
— Это рена Даларвен справится. И снимет, и введет в таблицы, и все подсчитает. Если что, вы ей поможете, но это примерно через месяц, ко дню летнего солнцестояния. Тогда у нас как раз и квартальные замеры, и полугодовые, и солнцестояния, все одни за другими, будет сложно. Вы же знаете, солнцестояние влияет на эфир, и показатели меняются, а потом, практически сразу, конец квартала. И начало нового полугодия… будем дневать и ночевать на работе.
— Как скажете, рент.
— Вам еще повезло, рента. У вас примерно месяц, чтобы войти в курс дела, используйте его с толком, время не должно пропасть зря.
— Да, рент.
— Идите. Думаю, там уже стол принесли.
— Спасибо, рент.
Стол оказался обшарпанным и под одну ножку пришлось подсунуть деревяшку, чтобы он не шатался, но стул был удобным, хотя и старым, и пыльным. Ничего страшного, его можно отчистить. А все остальное…
Элисон понимала, что легко ей не будет. Но пока все не так и плохо, правда же?
Правда?
Поделится в соц.сетях
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 57 дней со дня публикации.