Моров. Том 8 (ознакомительный фрагмент)

Глава 2
Вставать пришлось еще ночью.
Наталья лично собрала меня, не подпуская ко мне никого из своих подчиненных. Я не оспаривал ее главенства, и оттого женщина набирала обороты, впрочем, в этом и не было ничего дурного, одна польза. В конце концов, если человек справляется со своими обязанностями, и я могу переложить на его плечи часть своих забот, с чего бы нам не идти навстречу друг другу?
Снежка, само собой, сегодня ночевала в особняке Макаровых, и наверняка ее в это же время готовили к торжественному венчанию в самом сердце Российской Империи. Разумеется, для защиты будущей супруги я выделил не только артефакты, но и достаточное количество охраны.
У каждого из моих дружинников была тревожная кнопка — артефакт, который при активации пошлет мне лично запрос о помощи. Знание всплывет в моей голове — где и с кем происходит беда, а добраться до места не составит труда.
— Вы готовы, Иван Владимирович, — констатировала Наталья, стряхивая с моего плеча несуществующую пылинку. — Я позабочусь о вашем доме в ваше отсутствие.
— Спасибо, — кивнул я и двинулся к выходу.
Старшая горничная перекрестила мою спину, и я улыбнулся, увидев это в зеркале. Приятно осознавать, что слуги воспринимают меня так, ведь не стала бы она благословлять меня, если бы считала плохим человеком. Уж это-то я о своей горничной прекрасно понял.
На первом этаже выстроились живым коридором, чтобы встретить меня, остальные мои люди. Лишь дежурный отряд дружины отсутствовал. Мужчины склоняли головы, женщины приседали, опуская глаза к полу.
По-хорошему сегодня всем моим людям полагались памятные дары от рода Моровых. Это не закон, не традиция, а скорее просто знак внимания. Можно было бы обойтись, но я заранее продумал этот момент, а потому после нашего венчания каждый из моих людей, включая пришедших от Макаровых, получит небольшой сувенир.
До машины меня проводил Демин. Даниил Игнатович держался подчеркнуто уважительно, памятуя о моих словах. Даже не пытался заговорить об очередной своей затее, которых у него за эти месяцы оказалось весьма немало.
Сев на заднее сидение, я дождался, когда мой глава безопасности закроет дверцу.
— Трогаем, Иван Владимирович? — бросив на меня взгляд через зеркало заднего вида, уточнил водитель.
— Поехали, Сергей.
Прошедший пару дней назад дополнительное обслуживание, отмытый и надраенный до блеска, «Коршун» величаво выкатился из ворот моего особняка и покатился по улицам столицы.
— Наверное, дед был бы сейчас рад, — вслух подумал я.
Слияние Верховного мага и мальчишки прошло так незаметно, что я о нем порой и вовсе забывал. Да и новые яркие впечатления затмевали прошлый мир и жизнь в нем. Эмоции, привязанность к Александру Васильевичу Морову никуда не делись, чуть поугасли, однако я, похоже, действительно волновался, раз меня настолько зацепило.
— Переживаете, ваше благородие? — спросил Сергей.
— Как ни странно, да, — кивнул я.
Мероприятие, которое посетит член правящего рода, разумеется, усилено гвардией Романовых. На нашем венчании будет присутствовать ее императорское высочество, так что за безопасность можно было бы не переживать, но…
Опыт показывает, что лучше всего готовиться самому. Потому сегодня вся моя дружина, сопровождающая нас в Собор Василия Блаженного, обвешана артефактами, как новогодняя елка игрушками. И хотя я надеюсь, что служба охраны ее императорского высочества не позволит кому-нибудь превратить мою свадьбу в очередную резню, но полагаться на них нельзя. Ведь в случае опасности гвардия все равно выберет спасение наследницы престола, а кто там пострадает из-за этого в результате — их не касается.
Сергей ничего мне не ответил, и мы в полном молчании доехали до нужного места. Предстояло отстоять длинную службу, прежде чем перейти непосредственно к венчанию. Но народа уже собралось у Собора Василия Блаженного столько, что яблоку было негде упасть. Мысль о том, что люди пришли не столько мне показаться, сколько предстать пред очами ее императорского высочества, вызвала у меня улыбку.
— Кортеж Снежаны Александровны приближается, — сообщил водитель, глуша двигатель. — Будут здесь через десять минут.
Я выбрался из машины и вдохнул холодный воздух полной грудью. Моя дружина уже растворилась в толпе. Множество дворянских семей присутствовали у входа в Собор, но для нас был оставлен коридор, по которому мы войдем внутрь.
Я подошел к началу этого прохода и стал ждать, когда прибудет невеста. Наконец, машины с гербами Макаровых остановились на своем месте. Первым вышел Александр Леонидович, он же помог дочери выбраться наружу.
Ее свадебное платье не было пышным, но по погоде достаточно теплым. К тому же Макаров накинул на Снежку меховую накидку. Ее белый цвет прекрасно гармонировал с платьем, а меховые кисточки свисали так, чтобы дополнять образ.
Мы встали рядом и без слов взялись за руки. Толпа вокруг двигалась, шумела, но я не обращал на нее внимания. Моя будущая супруга тоже смотрела только на меня, а после — на Собор.
А когда мы уже подходили к распахнутым дверям, из которых лился торжественный золотой свет, подоспела и ее императорское высочество. Вот теперь сразу стало заметно, ради кого здесь собралось так много людей. Народ хлынул от Собора назад, стараясь успеть выразить почтение будущей государыне.
Это позволило нам спокойно войти под своды Собора и занять специально отведенные для нас места. Патриарх Петр уже стоял на своем месте вместе с остальными служителями.
Остальные гости, которых приглашали мы, тоже разошлись по величественному залу. Они на наследницу престола не отвлекались, да и, откровенно говоря, общались с ней достаточно свободно в другое время.
А потом случилось то, на что я надеялся.
Когда ее императорское высочество пересекла порог Собора, двери закрылись. Все-таки венчание — таинство, и посторонним здесь не место.
Патриарх начал службу, подхватил молитву хор. Я видел, как сияют от восторга глаза Снежки, и чувствовал, что уже только ради этого стоило добиваться своего статуса в Российской Империи. То воодушевление, что читалось на лице моей невесты, однозначно компенсировало все усилия и затраты.
Не знаю, что пообещал Виктор Константинович патриарху за это, но, полагаю, будет уместно и самому отблагодарить его святейшество. Деньги ему давать, конечно, не стоит, а вот магией помочь с тем же здоровьем — почему нет?
Как бы ни была долга служба, а она закончилась. Снежка, преодолевая волнение, сжимала свечу в руке, когда мы шагнули ближе к патриарху. Он был довольно стар по местным меркам, имел благообразный вид, и хотя на мою невесту смотрел, как полагается его святейшеству на прихожанку, встретиться взглядом со мной избегал.
Патриарх Петр меня… боялся.
Притом, что ни разу не переходил дорогу церкви или священникам, подобный страх я уже наблюдал у многих дворян. Даже мой тесть смотрел на меня именно так. Я был силен, внушал ужас, и его святейшество боялся. Боялся, но все же исполнял свой долг.
Пожалуй, следует с ним поговорить как-нибудь, чтобы уладить это недоразумение.
А меж тем таинство продолжалось.
* * *
Там же.
Несмотря на то, что все, что только могло произойти с супругами, у Снежаны Александровны уже случилось, волнение никак не могло улечься. Не помогали успокоиться ни хлопоты по подготовке к свадьбе, ни даже тот факт, что Иван Владимирович был твердо намерен жениться и не сбежал бы в последний момент.
Да и сама будущая Морова и мысли не допускала о том, чтобы сбежать.
Но нервы это нисколько не успокаивало. Все отведенное для сна перед венчанием время Снежана Александровна плакала, и даже на беременность это было трудно списать. Ребенок рос внутри нее спокойным и практически не вызывал никаких осложнений в быту, кроме разве что свежего воздуха. Подолгу оставаться в закрытых помещениях Снежана Александровна не могла, становилось нечем дышать, поднималась паника.
Но в Собор прошло слишком мало людей, чтобы вызвать духоту, да и священнослужителей было для этого недостаточно. А запах воска и ладана совсем не тревожил — все помещение прекрасно проветривалось, так что, кроме ароматов, уловить ничего дурного было невозможно.
Слова молитв пролетали мимо слуха Снежаны Александровны, она механически крестилась в положенных местах, да отвечала на вопросы патриарха, когда тот их задавал. Но спроси ее кто-нибудь, как прошел сам обряд, ни за что бы не ответила — не запомнила ничего, кроме собственных душевных терзаний.
Да, все было красиво, торжественно, возвышенно, нельзя было находиться внутри Собора и не чувствовать нисходящую на тебя благодать, и сам патриарх проводил таинство, что не могло не радовать, но… Это были такие мелочи по сравнению с осознанием, что с минуты на минуту она перестанет быть свободной девушкой и станет супругой.
И вот настал момент, от которого сердце едва не выпрыгивало из груди.
— Можете поцеловать супругу, — с доброй отеческой улыбкой произнес его святейшество.
Иван Владимирович… Муж…
Пока Снежана Александровна пребывала в растерянности, он уже коснулся ее губ своими. Сама не осознавая, новоявленная Морова ответила на поцелуй, схватив супруга за рукава костюма, зажмурилась, испугавшись на мгновение, что ей все это приснилось.
Но вот прикосновение окончилось, и новая реальность обрушилась на голову Снежки. Теперь они — муж и жена.
Какое счастье…
* * *
Там же.
Мирослава Анатольевна наблюдала за тем, что происходит, и не могла сдержать улыбки. Как бы ни хотелось раньше Герасимовой самой стоять перед аналоем рядом с Моровым, но именно сейчас она окончательно осознала, что отец был совершенно прав.
Ей было необходимо увидеть собственными глазами, как смотрят друг на друга Иван Владимирович и Снежана Александровна Моровы. Какая гармония чувствуется в них, не слабее магии расходящаяся во все стороны от молодоженов. Так, как любила и принимала своего супруга Снежана Александровна, Мирослава Анатольевна никогда бы не смогла.
И это осознание, нахлынувшее в один момент, вдруг подарило такую радость за своего друга. Он нашел для себя ту, кто ему идеально подходит. А потому сегодня действительно будет замечательный день. Не зря Мирослава Анатольевна так много сил для этого приложила.
Взгляд дочери начальника Генерального штаба скользнул по присутствующим.
Стоящая чуть в стороне наследница престола следила за происходящим не только с интересом, но и с довольной улыбкой. Наверняка думала о том, что вскоре у Моровых появятся наследники, которые вырастут уже при новой императрице и будут верны лично ей.
Впрочем, нельзя исключать и того, что Варвара Викторовна только что переживала то же самое, что чувствовала сама Мирослава Анатольевна. Ведь Романова стала первой, кому Иван Владимирович подарил вечную молодость. Он защитил ее во время мятежа, рискнув пойти против гвардии Кремля.
В конце концов, он возвел на трон ее отца. Ведь кто бы что ни думал, все могло закончиться иначе. Когда великую княжну Варвару Викторовну ударили родовым артефактом правящего рода. Если бы не Иван Владимирович, не было бы сейчас никакой наследницы престола.
— Как они прекрасно смотрятся, — положив руку на плечо Мирославе Анатольевне, заметил стоящий за спиной дочери Анатолий Никодимович. — Ты все правильно сделала, дочка.
В ответ та смогла лишь кивнуть. Мыслями она уже вернулась на торжество в новом особняке Моровых. Недопустимо ударить в грязь лицом, так что все должно пройти без сучка и задоринки. Иначе Мирославу Анатольевну ждало совсем не предложение провести другие свадьбы, а позорное клеймо неудачницы, испортившей праздник одному из вернейших подданных короны.
* * *
Новый особняк дворянского рода Моровых. Иван Владимирович Моров.
Время было расписано по минутам. Так что, только доехав до дома, мы со Снежкой тут же разошлись в разные крылья дома. Но это — для гостей, на самом деле у нас был один гардероб, выставлять свою супругу из своих покоев я не собирался, и сама Снежка против этого не возражала.
Так что мы быстро перекусили парой бутербродов, которые подала Наталья, и принялись переодеваться в домашнюю версию нарядов. Белое платье невесты, теплое и тяжелое, сменила его облегченная копия. Мой костюм изменился аналогично, став значительно проще по материалам и чуточку другого пошива, чтобы было удобно двигаться.
Последовавшие за нами гости сейчас собирались в столовой. Там уже накрыты закуски, организована легкая музыка и освежающие напитки. Для желающих отдохнуть все соседние помещения меблированы диванами и креслами. Старшему поколению это особенно полезно.
— Поверить не могу, что мы уже в браке, — произнесла Снежка, пока служанки собирали ее платье. — А самое главное, я думаю, что что-то должно было измениться, а все вроде бы по-прежнему.
— Ну как это? — спросил я, позволяя Наталье поправить мой воротник. — Теперь мы можем не только прилюдно за руки держаться. А кроме того, ты ведь помнишь, что мы должны будем уединиться в покоях, чтобы исполнить супружеский долг, а гости при этом никуда не денутся и будут ждать внизу до самого вечера?
Моя жена усмехнулась. В ее глазах заплясали веселые бесенята.
— Надеюсь, мы будем в это время есть, — произнесла она с улыбкой.
Шутка была хорошим знаком. А то в машине мы так и молчали — Снежка осознавала свой изменившийся социальный статус, а я же не хотел ей в этом мешать. К тому же все давно было обговорено не один раз, и моя супруга могла себе позволить подумать о своем, прекрасно зная, что я поддержу ее, что бы ни взбрело в ее прекрасную голову.
— Обязательно, — заверил я. — Повар еще вчера пообещал мне, что нас будет ждать роскошный обед. Ты ведь знаешь, что все мужчины в этом особняке от тебя без ума и считают едва ли не спасительницей их господина?
Снежка закатила глаза, а Наталья громко фыркнула.
— Простите, что влезаю, ваше благородие, но время на исходе. А мужиков ваших женить надо, чтобы на чужих невест и жен слюни не пускали, — заметила она.
Мы со Снежкой переглянулись и негромко рассмеялись. Взяв ее под руку, я повел супругу к выходу. Сейчас будет обед, за которым нам непременно не дадут нормально поесть, разумеется, танцы в бальной зале, а затем, наконец, она — долгожданная свобода от обязательств перед обществом. И начало нашей счастливой семейной жизни.
Ведь иначе стоило ли все это затевать?
* * *
Швеция, Хапаранда.
— Его высочество просит вас поторопиться, — произнес голос из динамика телефона. — Промедление недопустимо. На границе вас уже ждут.
— Я понял, — ответил молодой мужчина в деловом костюме, стряхивая пепел сигары в пепельницу. — Буду там через полчаса.
— Его высочество очень надеется, что вы будете верны своему слову и выполните все инструкции именно так, как вам было сказано, — вызывая своими словами зубную боль собеседника, въедливо продолжил англичанин.
— Я не бросаю слов на ветер.
— В Российской Империи вас будут ждать в городе Выборг, — продолжил секретарь принца, как будто не услышал ответа. — Для вас арендованы комнаты в доходном доме. Вся прислуга — верные люди, они передадут вам новые документы и билеты в Москву. Дальше с вами свяжутся для уточнения.
В трубке раздались короткие гудки, и мужчина потушил сигару. Убрав телефон в карман, он поднялся на ноги и, прихватив свой дорожный саквояж, направился к выходу из номера.
Шанс вернуть потерянное наследное дворянство выпадает нечасто. И делать-то ничего особенного от него не требуют — всего лишь помочь наладить канал общения между двумя благородными так, чтобы никто не смог его обнаружить. Ни капли крови, ни выстрела, ни тела — никаких насильственных действий не требовалось.
Но на таких задачах майор внешней разведки Великобритании собаку съел. И здесь не подведет.
Ведь иначе стоило ли все это затевать?

Читать всю книгу

Поделится в соц.сетях