Княжич Юра. (ознакомительный фрагмент)

Глава 2
Сперва я почувствовал запах. Тот самый запах из сна. Правда, водки в нем стало больше. А вот сыр с мясом слегка подпритухли. В том смысле, что интенсивность запахов сыра и жареного мяса немного уменьшилась, а не то, что уже начался заметный процесс протухания. Сыр – он так быстро не тухнет! Он это делает медленно, качественно и основательно…
Эти три составляющие запаха были основными и самыми сильными, но, к сожалению, далеко не единственными. Остальные опознавались сложней. И были куда менее приятными, чем пицца с водярой.
Я открыл глаза и с кряхтением сел. Голова отозвалась на это тупой болью. Желудок позывами к тошноте. Во рту стоял мерзостный вкус.
«Плохо!» - стало первой четко сформулированной моей мыслью. Головная боль и тошнота после удара в голову – это плохо! Это уже симптомы серьёзного сотрясения мозга. А с сотрясением лучше не шутить! Коварная это штука.
И я бы, наверное, лучше аккуратненько принял бы прежнее, лежачее положение, если бы не одно «но» - настойчивые позывы организма к тому, чтобы переместиться поближе… к Белому Другу. Очень настойчивые. Причём, сразу с трёх направлений в мозг шёл сигнал о такой необходимости. В таких обстоятельствах с организмом лучше не спорить – чревато.
Пришлось подниматься. И тихонечко-тихонечко, полуприсядом-полураком двигаться в направлении, которое я почему-то хорошо помнил.
Путешествие до заветной маленькой комнатки прошло без происшествий. Дополз, освободился, полегчало. Даже встать и разогнуться после этого получилось. Голова стала болеть гораздо меньше. Позывы к тошноте прекратились. Пустыня гадящих кошек, в которую был злой волей преобразован мой рот, была залита водой из-под крана в ванной, к которому я присосался, как умирающий от жажды… хотя, почему «как»? Я натурально и был таким «умирающим». До.
После стало полегче. Оторвавшись от крана, я умылся холодной водой, вытер лицо затхло воняющим вечность не стиранным полотенцем и вернулся в комнату, чтобы посвежевшим взглядом оценить масштаб катастрофы.
И… это был бомжатник! Самый настоящий, почти классический. Даже бутылка водки нашлась опрокинутая и пустая, вокруг которой темнело на ковре большое мокрое пятно. Видимо, именно от него так сильно водярой и воняло.
Правда, из общего стиля выбивалась работающая плазма почти во всю стену размером, с подключенной к ней игровой консолью, по виду, очень не дешёвой модели. Возможно, что даже какой-нибудь «последней» - я в таких девайсах не очень разбирался, больше специализируясь на полноценных компьютерах: персоналках, ноутбуках, серверах, даже промышленные образцы пару раз видеть приходилось и немножечко «щупать». А вот по игровым суррогатам я спецом никогда не являлся. Знаю только, что, по стоимости, они хорошим производительным компам практически не уступают. А некоторые модели и превосходят. Особенно «свежие» и распиаренные.
А так: пол, застеленный пыльным ковром, поверх которого наложены коробки… а нет, не коробки – туристические коврики; скомканное несвежее одеяло в пятнах от масла, кетчупа, майонеза, газировки и ещё чего-то трудноопознаваемого, подушки в подобном же состоянии; коробки от пиццы, пакеты, упаковки от какой-то ещё еды, с остатками этой еды, грязные пластиковые тарелки, одноразовые вилки и ложки, коробки от лапши быстрого приготовления; грязные и не очень носки; мятая одежда, валяющаяся на полу тут и там. Плотные, задёрнутые шторы, закрывающие оба окна в комнату. Большую, между прочим, комнату.
Хм, такого со мной ещё точно не было: заснуть в собственной квартире, собственной кровати, в объятиях собственной жены, а проснуться с головной болью, с сушняком и в бомжатнике. Или я какого-то промежуточного этапа не помню? Что-то упускаю?
Хотя, главное, на данный момент, всё-таки то, что это не сотрясение, а самое, что ни на есть стандартное и банальное в своей затасканной пошлости похмелье. Даже я подобное состояние помню. У меня самого такое было. Правда, очень и очень давно. Ещё в институте. И всего один раз. И намного слабее. Не настолько острое и ярко выраженное, как тут.
Чем дольше и пристальнее я рассматривал комнату, тем больше моё мнение о ней менялось. Больше я не считал её классическим бомжатником. Теперь версия звучала иначе: логово хардкорного геймера-неряхи. А ещё через несколько минут разглядывания, уже как: логово несовершеннолетнего хардкорного геймера, живущего без присмотра взрослых, и ни в чем себе не отказывающего.
Что навело на такие мысли? Ну, например, кое-где разбросанные школьные учебники и тетрадки. А ещё три комплекта школьной формы, достаточно аккуратно расправленной на вешалках, которые крепились на ручках стенных шкафов.
О том, что «ни в чем себе не отказывает» осторожненько намекала хотя бы сама эта вот, продолжающая работать плазма. Ну и крутая аккустическая система в комплекте с ней, крутая же консоль, крутой джойстик, куча коробок от видеоигр, какие-то ещё «мужские» игрушки типа «полицейского» фонарика-дубинки, крутого бинокля, мультитула и иной подобной «крутой» дребедени.
Удивительно, но какого-то оружия, вроде мечей, «тактических» ножей, автоматов-пистолетов, страйкбольных или сувенирных версий либо имитаций - не было, что несколько выбивалось из общего стиля «пацанской блатхаты». Но не сильно.
Ну, а ещё, я просто начал что-то вспоминать.
И вместе с этими непонятно откуда берущимися воспоминаниями, ассоциативными цепочками, всплывающими названиями и образами, стало закрадываться подозрение, постепенно переходящее в уверенность, что это вот всё… сон. Очень яркий, детальный, красочный и реалистичный сон. Именно такой, как я люблю!
Нет, ну а что? Кое-какой опыт в «осознанных сновидениях» у меня и до того имелся. Не мог я, как писатель, пройти мимо этой темы, не попытавшись её как-то повертеть, потрогать, пощупать, покрутить со всех сторон, попробовать на вкус и подковырнуть ногтем. Ведь, чтобы потом сделать свои тексты более сочными и яркими, их надо насыщать мелкими, малозначимыми, неочевидными деталями, относящимися к самым разным темам, в которых следует, хотя бы поверхностно разбираться. Это создаёт более глубокий и полный эффект погружения. В идеале – эффект «Уау!».
И я ответственно могу заявить, что, если кто-то считает, что настоящее сновидение, находясь в нём, так легко отличить от реальности, то тот сильно заблуждается. Настоящее сновидение передаёт и цвет, и звук, и запах, и вкус, и тактильные ощущения, и ощущения тепла-холода, даже болевые ощущения и ощущения физического удовольствия, как и контакта. А этот вот киношно-книжный штамп, что достаточно себя ущипнуть – глупость. Повторяю: сновидение способно передавать болевые ощущения.
В общем-то первая, она же основная сложность при начале практики ОС – это, как раз, определить что ты спишь, когда ты спишь, а всё вокруг тебя сновидение. Вторая – после этого удержать это состояние, ведь сновидение – очень хрупкая вещь. И очень энергоёмкая… Но речь сейчас не об этом.
Так вот, стоя посреди этой комнаты, придерживая рукой всё ещё ноющую голову, я всё больше и больше утверждался в мысли, что это не «Ирония судьбы», в которой я каким-то мистическим образом умудрился нажраться до совершенно невменяемого состояния, убив кучу нейронов головного мозга, отвечавших за кратковременную память, и теперь не могу вспомнить, как же именно это сделал, где, а главное – с кем? Учитывая, что сохраняю полную «сухость» уже больше семнадцати лет. Совсем. Ни капли, ни какой крепости. Даже кефир и квас убрал из своей жизни. Соответственно, и круг общения за эти годы у меня сложился соответствующий. Так что версия с разгульной пьянкой выглядит гораздо более фантастичной, чем версия с погружением в сон.
А значит, примем, как рабочий, тот вариант, в котором я-таки сплю. И нахожусь в одном моих самых красочных сновидений. А это значит… Это значит, что стоит наслаждаться им по полной!!
Такие сны для писателя – это ж просто подарок! Сколько новых впечатлений, новых мыслей, свежих идей можно получить из этого состояния, сложно переоценить!
Я потянулся, похрустывая суставчиками, и, подойдя к окну, резко раздёрнул шторы в стороны, после чего так же резко зажмурился – прямо в окно во всю светило яркое весеннее солнце. А значит, это точно сон, ведь засыпал я глубокой осенью, плавно переходящей в зиму. В самом конце слякотно-хмурого ноября. А здесь: конец мая – начало июня! Класс!
Сон не прервался. И это тоже было отлично. Значит, можно продолжать! В след за шторами, я открыл и саму створку окна. Нормального такого, современного мне пластикового окна с качественными двойными стеклопакетами и отличной шумоизоляцией. В комнату тут же хлынул поток свежего весеннего воздуха, начавший разгонять устоявшийся за… неизвестно сколько времени, смрад бомжатника. Потом подошёл ко второму окну и тоже его открыл. Затем проделал это же действие со всеми окнами в оказавшейся роскошной трёшкой «улучшенной планировки» квартире.
Сон, он ведь безумно пластичен, способен мгновенно изменяться, послушным подчиняясь любому малейшему желанию сновидящего, его мыслям и воле. Однако же, имеет и свою логику, которую, желательно, слишком резко не нарушать, чтобы не разрушить его, не провалиться из одного в другой. А то ведь и вовсе, ненароком, можно совсем проснуться, упустив это благостное состояние. На самом интересном месте! А это всегда, совершенно всегда происходит именно на самом-самом интересном месте – закон такой. Закон «Мёрфи»…
Можно было просто пожелать, чтобы бомжатник, в одночасье стал дворцом, и оно бы произошло. Но… лучше так не делать. По описанным уже выше причинам. Однако, можно свою волю выполнить и иначе: можно прибраться. Взять, и сделать это самому. Логику сна не нарушит, а задача будет исполнена.
И я взялся за уборку. Отличие габаритов тела и отсутствие привычной ловкости с лёгкостью уже не удивляли – сон же! Чему удивляться? Как и продолжающая всплывать чужая память. Или своя? Тут сложно разобраться. Ведь одна из основных фишек ОС, та самая, за которую эти практики так ценят, состоит в том, что во время сновиденья можно получить совершенно любую информацию. Уж не знаю, откуда именно: тут версии расходятся. Кто-то говорит, что из «ноосферы», кто-то, что из мирового «инфополя», кто-то, что из «тонких планов бытия», кто-то, что из «нереализованных секторов пространства». В одном, все, кто этим занимается, согласны: информацию получить можно. От какой-нибудь левой ерунды, до таких революционных озарений, как у Менделеева. И она просто приходит. Я, конечно, не великий сновидец, и, уж подавно, не Дмитрий Иванович, но несколько интересных идей для своих книг я из практики ОС вынести смог. Так что, эти самые «чужие» воспоминания не удивляли. Не в первый раз уже приходилось во снах «проживать» жизнь другого человека, совсем не похожего на себя.
Поэтому, ну и что, что рост больше моего «настоящего» на полголовы или на голову? Ну и что, что не руки, а лапищи, ну и что, что не подтянутый пресс, а «амортизатор любви», плавно пересекающий грань «запаса на Голодный Год»? Ну и что, что не ноги бегуна, а жирные слоновьи ляхи? Сон же.
Уборка… Тратить настолько редкую возможность прожить сколько-то минут, в идеале часов, в другом мире и другом теле на торчание в запертой комнате и отдраивание всех тёмных пыльных углов было бы, по меньшей мере, странно.
Естественно, мне хотелось выйти наружу и узнать, что там. Увидеть то, чего дома не видел и не увижу никогда, так как этот мир – мир сна. Поэтому, я ограничился самым минимумом необходимых мероприятий по приведению квартиры к хоть сколько-то «божескому» состоянию: сгрёб и распихал по мусорным пакетам весь хлам, скопившийся в комнате: все коробки, упаковки, посуду, объедки, одноразовые столовые приборы и прочее. Содрал с одеяла и подушек пододеяльник и наволочки. Бросил их в корзину для грязного белья. Туда же полетели все полотенца. Само одеяло повесил на балконе проветриваться. С подушками поступил аналогичным образом. Вся разбросанная по комнатам одежда отправилась следом за наволочками.
В принципе, этим и ограничился. Устраивать, какую положено, влажную уборку, в мои планы не входило. Вместо этого, я сходил в душ, привёл себя в порядок, оделся по погоде, прихватил смартфон, ключи, паспорт (оказывается, он у меня был), школьную карточку на всякий случай, да пошёл на улицу – по городу погулять.
Самое главное, когда во сне выходишь из своей квартиры в малознакомый крупный город на прогулку, это что? Правильно: сообразить, как потом назад возвращаться!
У меня этот вопрос решался просто: на смартфоне есть приложение со спутниковой картой города, на котором указывается твоё текущее местоположение, и можно ставить отметки. Навигатор, другими словами. Правда, не «Гугловский» и даже не «Яндекс», а какой-то «Глобус», но функционал аналогичный знакомым мне «реальным» приложениям, так что разобрался быстро.
А дальше – гулять!
Город… Это, мать её, Москва!
Теперь уж я абсолютно точно уверен, что это сон. Почему? Потому, что засыпал под боком у жены за несколько сотен километров отсюда! Даже чисто географически, если предположить, что у этих двух мест вообще география, как таковая, одна… и на одной планете.
Другое тело, другое лицо, другое время года, другой город, что это, если не сон?.. и не «пападалово». Но не будем пока о грустном. Вспомним старичка Оккама и не будем плодить сущностей сверх необходимого… пока новые факты не вынудят это сделать. Будем наслаждаться!
Москва. Я бывал в этом городе. И даже не один и не два раза. Вот только, каждый раз, либо проездом, либо с командировкой, без возможности по нему просто погулять. Побродить без какой-либо определённой цели, посмотреть какие-то достопримечательности.
Наяву не смог, так во сне наверстаю.
Москва – город странный. Многогранный. Есть у него несколько центральных улиц, где всё красиво и кругом сплошные туристы. Есть у него деловой центр, где все серьёзные и спешат. Есть у него Метро и вокзалы, где толпы народу и все спешат ещё больше… а есть вся остальная Москва, которую никто из тех, кто в этих местах непосредственно живёт, и не знает, и не видит. Какая она настоящая? Как понять? Как выбрать?
Я… для прогулки выбрал, естественно, туристическую её часть. Ведь я же турист и есть. Московский Кремль, Собор Василия Блаженного, Третьяковская Галерея, ВДНХ, Храм Христа-Спасителя, Большой Театр… У всех же на слуху эти названия, да? Так вот, здесь… были только Московский Кремль и Большой Театр. Остальное всё называлось совсем не так.
Тот красивый Храм, что на Красной Площади стоит, называется «Покрова на рву». И он закрыт для посещения. Как и весь Кремль. Он здесь, оказывается, не просто историческая достопримечательность – памятник архитектуры, нет! Он здесь – официальная охраняемая Резиденция Рода Московских Князей Долгоруких! Вот! Крутой такой поворот? Для меня – так даже очень!
Третьяковская Галерея оказалась Поместьем Купца Третьякова. Храм Христа-Спасителя я на карте не нашёл по названию, а где он территориально должен был стоять, как-то не знал, так что забил на его поиски.
Большой Театр был, и Государственный Исторический Музей был. Но я в него не попал – поздно уже было. Пока бродил, пока соображал, пока по станциям Метро катался, пока по набережной Москвы-реки прошёлся, уж и вечер наступил – пора было домой ехать. Итак – впечатлений на месяц вперёд. А ведь ещё продуктов купить надо, чтобы не голодному спать ложиться. Уж очень выразительно живот мой рулады выводить начал к концу прогулки. Настолько, что сон-сном, а нет-нет, да и да – закрадётся предательская мыслишка, что может этот «сон» одним днём и не кончиться! И тогда, мучиться от своей собственной непредусмотрительности придётся мне. На пустом месте, там, где можно бы и не мучиться…
Дом свой по навигатору найти смог быстро. Недалеко обнаружился продуктовый супермаркет. В нём и затарился. «Воспоминания тела» и «мышечная память», конечно, удивились подобному действию, ведь «прежний хозяин тела» никогда так не делал, а всегда пользовался телефонами доставки из трёх своих излюбленных ресторанчиков быстропита… но, к чему эта привычка его привела, я уже имел удовольствие наблюдать и ощущать при пробуждении. Так что, нет – как-нибудь сам уж себе состряпаю. Не впервой, чай.
Этаж свой не забыл. Квартиру вспомнил. Ключ подошёл. За окном уже начинало темнеть.
Я настругал себе салатика, погрыз яблок, пожевал морковки, потом достал прожарившиеся одеяло с подушками, перестелил постельное бельё, сходил в душ и завалился спать.
Спать во сне? Но, что ещё делать? Не привык я по ночам бодрствовать. Солнце садится – значит и людям баиньки пора, ибо «Хорошие дела ночью не делаются»… Да и дети: столько лет режим устанавливали им с женой, что и сами привыкли теперь…
Поёрзал, поудобнее устраиваясь, потянулся, понежился, вздохнул и закрыл глаза…

Читать книгу полностью (на АТ)

Поделится в соц.сетях