Мастер билдов
Аннотация
Семь лет я не вылезал из одной хардкорной игры. Знал в ней каждую тварь и каждый закоулок мира, который давно сожрали разломы.
А теперь я в нём живу. По-настоящему. В чужом теле, без гроша, в городе, которого в игре уже не было, потому что он давно превратился в руины.
Геройствовать я не нанимался. Тихо превратить свои знания в деньги, подняться и пожить в своё удовольствие в любимой игре — вот и весь план. Только горизонт уже наливается пурпуром. И я знаю, что это значит.
А кнопки «Начать заново» здесь нет.
Автор: Егор Петров
Цикл: Мир "Вознесения"
А теперь я в нём живу. По-настоящему. В чужом теле, без гроша, в городе, которого в игре уже не было, потому что он давно превратился в руины.
Геройствовать я не нанимался. Тихо превратить свои знания в деньги, подняться и пожить в своё удовольствие в любимой игре — вот и весь план. Только горизонт уже наливается пурпуром. И я знаю, что это значит.
А кнопки «Начать заново» здесь нет.
Автор: Егор Петров
Цикл: Мир "Вознесения"
Ознакомительный фрагмент
Глава 1. Последний год процветания
Если честно, попасть в свою любимую игру, это мечта почти любого задрота. А я был тем ещё задротом.
Семь лет я безвылазно играл в один хардкорный рогалик про культивацию, из тех, что большинство бросает после десятой смерти. Однако меня клинило ровно наоборот: чем сложнее был вызов, тем интереснее. Десятки тысяч наигранных часов дали свои плоды, и в итоге, я знал там каждую технику, каждый рецепт, каждую тварь.
Так что спроси меня кто, хотел бы я туда попасть – ответил бы однозначным согласием. Вот только сбылась эта мечта так, что поначалу я даже не понял, что это она. И само начало вышло... Да сами посудите.
***
Кто-то подхватил меня за воротник и одним движением cбросил с крыльца.
Удар о мостовую мгновенно выбил воздух из лёгких. Мир на секунду поплыл, а потом резко вернулся взрывом ощущений: я почувствовал холод камня под щекой, боль в плече и густой привкус крови во рту.
Воздух из меня выбило основательно, попытки вдохнуть не приносили никакого результата. Паника начала захлестывать меня с головой, но в какой-то момент спазм все-таки отпустил и в лёгкие наконец ворвалось то, что назвать воздухом можно было лишь с большой натяжкой. Воняло тут ужасно. Смрадная смесь запахов мочи и кислого пива вызывали тошноту.
Я закашлялся, перекатился на бок и сплюнул густую слюну пополам с кровью.
– В следующий раз сперва плати, потом пей, – донеслось откуда-то сверху, – а то так легко не отделаешься.
Я рефлекторно поднял голову. В дверном проёме стоял лысый хмурый мужчина. В глаза сразу бросался его мощный торс и окладистая борода.
– И не вздумай тут заночевать опять, – добавил он и захлопнул дверь.
Несколько секунд я просто пытался отдышаться, но вонь вокруг этому способствовала мало. Потом попытался подняться – и тут же завалился обратно. Голова закружилась так, что улица передо мной снова поплыла.
Выругавшись сквозь зубы, я замер, пережидая.
Не надо спешить. Я осторожно перевернулся на спину и уставился в серое небо между крышами. Несколько вдохов, медленных, через силу.
Еще одна попытка.
Я оперся правой рукой о камень и замер. Ладонь была не моя.
Эта рука выглядела как спичка. Конечно, я не был большим фанатом спорта, но какие-то мышцы у меня были. Принялся осматривать себя дальше, и увидел на левом запястье странную татуировку. Что-то вроде незамкнутого круга, как буква С.
Глянул в лужу рядом и увидел лицо паренька лет восемнадцати-двадцати. Очень худое лицо с редкой щетиной, вместо привычного полноватого бородатого лица. Это меня совсем удивило и я резко ущипнул себя за предплечье.
Боль была вполне ощутимая. И если эта проверка хоть чего-то стоит, то это не сон.
Я медленно сел, упираясь спиной в стену. Я находился в узком переулке, прямо передо мной крыльцо и вывеска с названием таверны. Рядом в канаве неспешно текла мутная жижа – видимо, источник неприятного запаха.
Голова кружилась, отказываясь принимать происходящее. Что тут вообще происходит? Где я? Чье это тело? Почему все вокруг такое… средневековое?
Закрыл глаза, пытаясь вспомнить, как я тут оказался.
Последнее воспоминание было довольно ярким: летний зной в комнате, компьютер с двумя мониторами, привычный шум вентилятора над ухом. Открытое окно с любимой игрой на одном экране и какая-то служебная фигня на другом. Я тогда ещё думал, что надо бы закрыть всё это и лечь спать, но, как обычно, решил "добить заход". И я его добил. Прошел игру, впервые за долгие годы… И всё. Дальше ничего не помню.
Я открыл глаза. Ничего вокруг не изменилось. Переулок никуда не делся, как и боль. И чужое тело было все таким же чужим.
Медленно выдохнув, попытался собрать картину воедино. Первое – я не во сне. Это уже проверено. Боль, запахи, холод камня – всё слишком настоящее. Я в чужом теле – это тоже факт, с которым спорить бессмысленно. Вопрос в другом: что это за место и что мне делать дальше?
Желудок скрутило в спазме. Я невольно зашипел через сжатые зубы и прижал ладонь к животу. Стоило немного оклематься, как начал накатывать голод. Очень сильный голод. Такой, словно я не ел пару-тройку дней.
Ладно, что делать в первую очередь понятно, надо раздобыть какой-то еды. Потом уже всё остальное.
Я осторожно поднялся на ноги, ловя равновесие и давая голове пару секунд, чтобы мир перед глазами перестал плыть, и потихоньку начал двигаться.
В конце переулка я замедлился, прежде чем шагнуть на улицу, выглянул, огляделся и только потом вышел.
И снова застыл.
На улица кипела жизнь. И здесь было на удивление чисто и опрятно для средневековья, как я его себе представлял. Да, пыльно, дорога каменная, но тут уже почти не воняло. Людей было много, кто-то что-то кричал, переговаривался, смеялся.
Я поймал себя на том, что просто стою и смотрю.
Всё это было слишком… цельно. Окрики лавочников, уверенность горожан, общее ощущение благополучия. Это все было слишком настоящим. Не походило на сборище реконструкторов или съемки фильма. Меня что, реально перенесло в другой мир?
– Чего встал? – буркнул какой-то мужик, толкнув меня плечом.
Я отступил, пропуская его, и понял, что лучше не стоять, вот так, столбом. Слишком много всего непонятного вокруг, и привлекать внимание своей странностью не хочется.
Я пошёл вперёд, стараясь держаться в общем людском потоке. Как будто я знаю, куда иду. Хотя знаю – я хотел есть.
Желудок снова свело. А мозг, наконец, отрефлексировал то, что вело меня прямиком к моей цели. Запах. Умопомрачительный запах для любого голодного.
Запах, заставляющий выделяться слюну, с каждым шагом становился все ближе. Запах свежеиспеченного хлеба. Дойдя до его источника, я увидел деревянный прилавок с навесом. А на прилавке лежали лепёшки. Пышная сдоба призывно золотилась румяной корочкой по бокам и еще буквально дышала печным жаром. Я замер. Мозг отключился. Осталось только ощущение безумного голода.
Я сделал еще пару шагов и остановился почти вплотную. Продавец, мужик лет сорока с красным лицом, мельком посмотрел на меня и тут же отвернулся, занимаясь другим покупателем.
Руки автоматически полезли в карманы, но ничего, кроме дыр, не нашли. Денег нет. Я сглотнул. Желудок сжался так, что в глазах потемнело.
Просить без толку, точно пошлёт. А продавец вот он, отвернулся, и до крайней лепёшки буквально полшага.
Я уже не думал. Рука сама дёрнулась вперёд, сцапала хлеб с края прилавка и сунула за пазуху. А я уже шёл прочь быстро, не оборачиваясь, заставляя себя не срываться на бег. Сзади вроде бы не крикнули. Свернул за угол, потом ещё раз, нашёл проход поуже и только там остановился, привалившись к стене, и вытащил из-за пазухи свою драгоценную добычу.
В ладони лежала мягкая, еще теплая лепешка. Она источала такой запах, что в глазах темнело.
И я впился в неё зубами, да так, что чуть не подавился.
Я закрыл глаза, заставляя себя жевать, а не заглатывать куски целиком. Требовались невероятные усилия, чтобы не жрать как животное, хотя хотелось именно этого.
Да уж. Украсть у человека хлеб, который он испёк своими руками… так себе поступок. Совесть помалкивала, но смотрела мне в душу весьма укоризненно… Ладно, я запомнил эту лавку, благо, она стояла в приметном месте. Будут деньги – вернусь и отдам. А пока… прости, булочник.
Я тряхнул головой и пошёл дальше, уже жуя на ходу. С каждым куском становилось легче. В голове понемногу прояснялось. Надо понять, где я нахожусь.
Я двигался вместе с людским потоком, периодически глядя по сторонам, пытаясь найти хоть что-то знакомое, пока улица не вывела меня на площадь.
Обычную средневековую городскую площадь. Ну, то есть, примерно так я себе средневековую площадь и представлял. Шумно. Много деревянных лотков, более основательных лавок, и даже небольших магазинов. Людей вокруг было больше, чем на всех улицах до этого. Все были чем-то заняты: кто-то спорил, кто-то тащил ящики, кто-то торговался, и всё это сливалось в ровный, постоянный гул.
Я уже собирался идти дальше, когда взгляд зацепился за памятник.
В центре площади стояла каменная конструкция – два огромных кольца, поставленных вертикально. Одно было гладкое, отполированное, с ровной кромкой. Второе наоборот, с насечками, грубое, будто его специально портили, уже после того, как поставили. Но при этом, выбоины и насечки создавали сложный и очень красивый рисунок.
Расстояние между кольцами было довольно большим, и казалось странным, что они вот так стоят. Как-то неправильно.
Я нахмурился. Почему мне это знакомо? И что тут неправильно? Что за необъяснимое чувство дежавю?
Сделал шаг ближе, потом ещё один. Люди обходили меня, кто-то снова задел плечом, но я уже не обращал на это внимания. Памятник вытеснил из сознания все остальное. Я начал медленно обходить его по кругу.
Кольца смещались относительно друг друга с каждым шагом. Зазоры менялись. И вот когда они почти наложились друг на друга, я стал отходить назад, почти не моргая, ловя тот самый момент, который никак не складывался.
И в какой-то миг все встало на свои места, кольца наложились друг на друга идеально. Стали одним целым.
Внутренний гладкий край кольца совпал с наружными насечками, зазоры исчезли, линии продолжились так, будто всегда были частью одного узора.
И тут я понял, где я это уже видел.
Осознание возникло в голове резко – это же загрузочный экран! Один из тех, что я видел тысячи раз. Там еще была надпись “единение путей”.
Именно этот ракурс. Только там памятник был расколот и покрыт трещинами,
а верхняя левая четверть вообще отсутствовала. Да и вокруг были руины, а не процветающий город.
Я резко, шумно втянул воздух. И в этот момент кусок хлеба выскользнул из моих пальцев.
Я даже не сразу это осознал. Просто вдруг почувствовал, как рука опустела. Глянув вниз, увидел, что хлеб лежал на камне у моих ног. Почти половина хлеба, из-за которого я совсем недавно опустился до воровства.
Но я даже не наклонился. Я стоял и смотрел.
На хлеб, потом на памятник. Потом снова вниз. И не двигался.
Потому что в голове выстраивалась картина, не делающая происходившее со мной менее невероятным, но дающая хоть какое-то логическое объяснение.
И нет, я не знал этот город. Не знал даже его названия. Но эту точку, этот памятник я знал слишком хорошо, чтобы ошибиться.
И сразу в глаза начали бросаться детали, которых раньше не замечал. Ножны у воинов, одежды с символикой гильдий и орденов, ремесленные лавки.
Меня накрыла волна облегчения, перемешанной с неверием. Если это правда, если это действительно оно, значит я попал в игру.
В мир игры, который знаю очень хорошо. Семь лет. Тысячи попыток.
И сейчас я стоял внутри этой игры. И для меня этот мир был реальнее любой реальности. Более того…
Действие игры начиналось через сто лет после глобальной катастрофы – “Падения”. Поэтому и на загрузочном экране памятник был разрушен, и стоял в руинах города.
Но я оказался здесь в мире до падения! В эпоху процветания! Да это же лучший старт из возможных!
На секунду мозг царапнула тревожная мысль: всё-таки, как же я сюда попал? Но я тут же её отбросил. Да какая разница! Может, я перегрелся и впал в кому, а, может, меня током как-нибудь долбануло и я попал в специальный геймерский рай!
Переполнявшая меня радость быстро вытеснила все негативные мысли.. Можно сказать, попал в мечту! В игру, в которой проводил столько времени. Уж с моими знаниями я тут так развернусь!
Я стоял и улыбался, как дурак. Как счастливый дурак.
Я в мире "Возвышения". Вживую! Именно вживую: тело-то вот оно, вполне себе живое. И все вокруг – материальнее некуда!
Семь лет я играл, знал наизусть почти все рецепты и техники, придумал сотни билдов. И вот оно!
Я поднял хлеб, отряхнул и откусил.
Приступ эйфории наполнил организм силами гораздо эффективнее хлеба. Тело жаждало куда-то бежать и что-то делать. Так, что первым делом?
Техника ядра. Мне нужна та самая, которую местные поголовно считают мусором, техника на девять оболочек, которую никто не берет. В игре она стоила копейки и получить её можно было в любой лавке. Если здесь так же…
Хотя стоп. Мне ведь уже не надо проходить игру, совершать подвиги, убивать боссов. Это теперь жизнь, а не игра! Так что гораздо разумнее будет пойти по пути мага. Там больше всего вариантов грести деньги лопатой и жить припеваючи! Тем более, с моими знаниями!
Сердце билось чаще. Азарт накрыл меня с головой.
Тех, кто шел по пути мага, всегда было меньше. Это требовало куда большего интеллекта, знаний, усердия. При этом маг был гораздо слабее в бою, чем воин ци. И гораздо богаче… Особенно, после падения. Там маги стали настолько редкими, что ценились на вес золота.
В груди кольнуло неприятное ощущение, слегка сбивая эйфорию. После падения маги стали редкими… Почему? потому что они его не пережили. По крайней мере те, что не достигли четвертого круга.
Я развернулся и шагнул к ближайшему прохожему.
– Подожди. Какой сейчас год?
Он посмотрел на меня с раздражением, и бросил:
– Ты с похмелья, что ли?
– Какой сейчас год? – повторил я.
Он скривился, и прошел мимо.
Надо узнать год. Сколько времени до падения? Успею ли я?
– Какой сейчас год? – остановил я уже другого прохожего.
– Шесть тысяч восемьсот пятьдесят седьмой. – Старик смотрел на меня с сильным удивлением, и ответил, скорее, от неожиданности.
Число врезалось в голову мгновенно.
6857
Я не сразу понял, что перестал дышать. Игра начиналась через сто лет после Падения.
А Падение случилось именно в 6857 году. В последний год эры процветания.
Я медленно перевёл взгляд обратно на памятник. На кольца, которые ещё держатся. Конечно они целые. Потому что ещё не сломались, а город еще не превратился в руины.
Шум площади вернулся разом, причем, как будто кто-то выкрутил звук на максимум. Люди говорили, смеялись, спорили, торговались. Всё это было настоящим, живым и абсолютно не готовым к тому, что произойдёт.
Я стоял и пытался сфокусировать свои мысли на главном.
Получилось не сразу.
Я знал этот мир. Но не таким, какой он сейчас, а каким будет через сто лет.
Захотелось резко ударить себя кулаком по лбу. Я столько раз играл в эту игру, но почти никогда не читал диалоги, и все пропускал! Что-то конечно запомнил, но очень мало. Вот когда именно наступило падение? в конце года или в начале?
Как мне сейчас понять, будет оно через неделю, месяц, или завтра?!
Ещё минуту назад это выглядело как шанс, как мечта. А теперь… Теперь это был таймер. И он уже запущен. И неизвестно, сколько осталось.
Я чувствовал, как богатство, которое я только что себе придумал, ускользает из рук. Магом мне не быть. Я просто не успею. Со всем моим багажом знаний в игре, чтобы дойти до третьего круга, нужно иметь в запасе пару лет. Путь воина…
Я не хочу быть героем! Идти на острие копья, кого-то спасать, сражаться лицом к лицу с чудовищами. Но на пути воина у меня будет хотя бы шанс пережить катастрофу.
Более того, если я не начну действовать прямо сейчас, я не доживу даже до того момента, когда всё начнёт рушиться.
Я, все еще немного шатаясь, побрел в сторону лавок. Мусорная техника, с которой я прошел игру, стоила очень мало. Интересно, смогу ли я добыть её бесплатно? Потому что платить мне нечем.
Поделится в соц.сетях
