Камарадас
Аннотация
Советский Союз официально не воюет в Анголе. Туда отправляют военных советников, переводчиков и гражданских специалистов. Именно под легендой инженера главный герой оказывается в самом центре новой войны.
Впереди — жаркая Африка, столкновения с УНИТА и войсками ЮАР, незнакомая страна, новые союзники и противник, который умеет воевать не хуже моджахедов. Очередная командировка обещает стать тяжёлым испытанием, ведь на этой войне права на ошибку не будет.
Автор: Андрей Алексеевич Панченко
Цикл: Работа над ошибками
Предыдущие книги этой серии:
Чужая территория
За чертой
Долг
Выжить
Шанс
Впереди — жаркая Африка, столкновения с УНИТА и войсками ЮАР, незнакомая страна, новые союзники и противник, который умеет воевать не хуже моджахедов. Очередная командировка обещает стать тяжёлым испытанием, ведь на этой войне права на ошибку не будет.
Автор: Андрей Алексеевич Панченко
Цикл: Работа над ошибками
Предыдущие книги этой серии:
Чужая территория
За чертой
Долг
Выжить
Шанс
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
ИЛ-76 был окрашен в цвета «Аэрофлота», но на этом все его отличия от военных бортов, на которых мне доводилось летать, заканчивались. В грузовом отсеке, стояли две намертво пришвартованные БМП-2, а между ними, перед кабиной и даже на аппарели, лежали закрепленные к полу ящики. Да и сами БМП были загружены под завязку, даже на броне что-то было привязано. На откидных сидениях вдоль бортов разместились почти сорок человек. Шестеро черных как ночь ангольцев, возвращающиеся на родину после летных училищ, и такие же как мы «гражданские специалисты». Многих из этих «инженеров», «механиков» и «строителей», я видел в нашем центре, и даже был с ними знаком.
Наша группа сидела почти возле кабины пилотов, шерстяные пиджаки и шляпы перекочевали в чемоданы уже после второй дозаправки в Ливии. Из самолета нас не выпустили, и было душно, даже несмотря на то, что в Триполи было в общем-то не жарко, всего около восемнадцати градусов тепла.
- Ну и нафига вся эта конспирация с придумыванием легенд, если мы из самолета не выходим? – Ворчал Богдан, вытирая вспотевшую шею платком – В Москве сели, в Анголе вышли. А там и так все знают, кто мы и зачем на самом деле прилетели.
- Не все брат, не все – Игорь расстегнул рубашку аж до пупа – Ты же помнишь, что нам говорили? Вот в таком виде нам надо до миссии добраться, а там уже закрытая территория, и оттуда мы будем выходить на задания. В самой же Луанде полно осведомителей УНИТА и ЮАР.
- А типа они не догадываются, что мы там делать будем? – Усмехнулся Богдан.
- Да хорош трендеть мужики! Дайте поспать. – Али открыл глаза и кряхтя потянулся, разминая затёкшее тело. – Больше суток на этих табуретках сидим, только заснул нормально…
Самолет сел в аэропорту Луанды в полдень. Когда открылась аппарель, я сразу же пожалел, что помимо пиджака нельзя снять и шерстяные брюки. Влажный, жаркий воздух мгновенно заполнил всё пространство внутри грузовой кабины. Как будто в хамам зашел. Дышать сразу стало трудно. Мы все были привычные к жаре, но не к такой.
В Афганистане климат резко континентальный и очень сухой, влажность воздуха редко превышает тридцати процентов. А в Луанде, которая находиться на побережье Атлантического океана в экваториальной зоне, влажность достигает иногда и девяноста процентов, и это с учетом того, что сейчас над южным полушарием в самом разгаре стояло лето. Сухую афганскую погоду организм переносит легче, тут же воздух казался «липким» и тяжелым для дыхания. Одежда мгновенно стала мокрой, а лицо покрылось испариной.
- Звиздец… - Выразил общее мнение Богдан.
- Согласен – Тяжело вздохнул Морозов, поднимая из-под сидения свой чемодан. – Ну что граждане строители, потопали на выход.
Мы спустились по металлической аппарели на раскалённый бетон аэродрома и всей кучей остались стоять у самолета. Нужно было подождать сопровождающего. Пока вновь прибывшие курили и обсуждали климат Анголы, ангольские курсанты куда-то исчезли, а появившиеся словно из воздуха тягачи осторожно стащил с аппарели груз и обе БМП.
Вскоре нам сказали идти к небольшому одноэтажному зданию аэровокзала. Никакой суеты, никаких очередей из туристов. Аэропорт жил своей жизнью, больше похожей на большой военный перевалочный пункт, чем на гражданскую воздушную гавань.
Пограничный контроль оказался почти символическим. Молодой ангольский офицер молча пролистал наши заграничные паспорта, задерживаясь взглядом только на фотографиях, поставил несколько штампов и вернул документы сопровождавшему нас сотруднику советской миссии, который появился словно из-под земли ещё до того, как мы вошли в здание.
Таможня выглядела не менее формальной. Чемоданы попросили открыть, лениво заглянули внутрь, после чего тут же разрешили закрыть. Было очевидно, что всё уже заранее согласовано. Настоящий досмотр проводился не здесь, а ещё перед вылетом из Москвы.
На выходе из терминала нас уже ждали два белых микроавтобуса с дипломатическими номерами и старенький грузовик для багажа. Возле машин курили несколько человек в гражданской одежде со славянскими рожами. Один из них, невысокий плотный мужик с совершенно седыми висками, шагнул навстречу Морозову.
- Добро пожаловать в Анголу. Старший группы?
- Да, ка… - капитан запнулся, но тут же поправился - Морозов. Олег.
Седой мужик улыбнулся, и сделал вид, что не заметил оплошность. Они крепко пожали друг другу руки.
- Я из аппарата главного военного советника. Машины готовы. Остальных разговоров здесь не ведём.
Мы быстро погрузили чемоданы и расселись по микроавтобусам. Кондиционеров, разумеется, не было, поэтому открытые форточки почти не помогали. Пока колонна выбиралась с территории аэропорта, я внимательно смотрел в окно.
Луанда оказалась совсем не такой, какой я её представлял. С одной стороны - широкие проспекты, многоэтажные дома португальской постройки, пальмы, океан, сверкающий где-то между зданиями. С другой - бесконечные кварталы бедных одноэтажных лачуг из кирпича и жести, красная пыль, переполненные грузовики, люди, идущие прямо по обочинам дорог. На улицах было удивительно много советских, польских и восточногерманских автомобилей, а рядом с ними попадались старые американские и португальские машины, каким-то чудом пережившие войну.
Минут через сорок колонна свернула за высокий бетонный забор с колючей проволокой поверху. У массивных ворот дежурили ангольские солдаты и советские часовые в гражданской одежде, но с автоматами. Проверка заняла меньше минуты. Караул узнал сопровождавшего нас офицера, шлагбаум поднялся, и микроавтобусы въехали на территорию советской миссии.
Внутри всё выглядело совсем иначе. Аккуратные дорожки, несколько административных корпусов, жилые двухэтажные здания, столовая, спортивная площадка, гаражи. Казалось, будто мы заехали на небольшую турбазу на берег Атлантического океана. Раньше тут располагалась португальская миссия военных летчиков, а теперь её занимали советские советники. Этот закрытый городок располагался в самом центре Луанды, практически стена к стене с Министерством обороны Анголы и неподалеку от Национальной Ассамблеи. Португальцы оставили после себя готовую и очень удобную инфраструктуру.
Нас разместили по двое в небольших комнатах. Само жильё было простым, но после долгой дороги показалось почти пятизвездочной гостиницей. Две кровати, шкаф, письменный стол, вентилятор под потолком, который без устали гонял тёплый влажный воздух. Санузел был один на этаж, и нас сразу предупредили, что воду в него подают строго по расписанию, утром и вечером. За это время все должны были уложиться и успеть хотя бы быстро сполоснуться под душем. В Луанде были постоянные перебои с подачей воды из городского водопровода и частые отключения света, из-за постоянных диверсий УНИТА и коммандос ЮАР. Так что миссия имела на своей территории несколько мощных дизельных генераторов, резервуары для пресной воды, и даже баню, в которой раз в неделю можно было попариться. Тут был даже не большой бассейн, доставшийся от португальцев, правда наполняли его не часто, в основном привезенной технической водой и только в банный день, если получалось…
Мне досталась комната на втором этаже, и моим соседом оказался Морозов. Едва мы успели занести вещи, как к двери подошёл тот самый седовласый сопровождающий.
- Капитан Морозов, товарищ генерал уже ожидает вас.
Морозов лишь кивнул, поправил рубашку, взял папку с документами и вышел вслед за офицером. Я же остался распаковывать вещи, проклиная себя за то, что не догадался взять с собой шорты и побольше сменных маек и футболок. Судя по всему, чтобы не вонять как вокзальный бомж, тут надо переодеваться минимум пару раз за день.
Я ещё возился с чемоданом, как в дверь без стука заглянул рыжий мужик в белой футболке, джинсах и темных очках на пол лица, был он длинный и худой как колодезная жердь.
- Здорова земляк – Поздоровался он – Сегодняшним бортом из Союза? Я Виталя Попов, капитан моё звание, местных папуасов из ПЗРК стрелять учу.
- И тебе не хворать. – Поздоровался я в ответ, не отвлекаясь от раскладывания вещей – Сергей. А ты чего это Виталя каждому встречному-поперечному рассказываешь, чем тут занимаешься?
- Да брось – Отмахнулся Виталя, усаживаясь на кровать Морозова – Это до забора миссии секретность, а тут все друг про друга всё знают. Я вот, например, знаю, что вы из спецназа ГРУ. Думаю, дай зайду гляну, что за чудо богатырей нам прислали. Ого!
Что так удивило Виталю я сначала не понял, но через секунду до меня дошло. Сняв рубашку, я сейчас тоже хотел переодеться в футболку, и он заметил шрамы от ранений на моем теле.
- Это где тебя так? Живого места нет. – Виталя не стесняясь пялился на меня, круглыми глазами.
- Афган - коротко бросил я.
- Ясно понятно. – Задумчиво протянул он – Вопрос о чудо богатырях снимается. Ладно, пойду я, как одуплишся немного, приходи в шестую комнату, пивком тебя угощу. На этаже холодильник сломался, а у меня свой, маленький, но ящик местных банок туда влезает. Так себе пиво конечно, зато холодное.
- Посмотрим Вителя, обещать не буду – Ответил я – Командир пошел представляться, когда вернётся, там видно будет.
- Да брось – Отмахнулся рыжий – Несколько дней на акклиматизацию вам всё равно дадут. Я вот после госпиталя уже неделю тут загораю. Малярия проклятая, уже второй раз. Ты кстати спать будешь ложиться, полог над кроватью не забывай растягивать, а то сожрут местные кровососы, они почему-то белых любят больше, чем черных, тоже расисты, наверное. И да, можешь командира с собой захватить, пива на всех хватит.
Виталя подмигнул, поднялся с кровати и уже в дверях обернулся.
- Если что, шестая комната. Не потеряешься.
Он исчез так же неожиданно, как и появился. Я только усмехнулся. В любом военном коллективе обязательно находится такой человек, который уже через пять минут знакомства ведёт себя так, словно вы вместе третий год служите. Иногда такие люди раздражают, но чаще именно они быстрее всех помогают новичкам освоиться на новом месте.
Минут через сорок дверь снова открылась. На этот раз вошёл Морозов. По его лицу было сразу видно, что отдых откладывается.
- Серый, раз уж ты успел шмотки разобрать, найди парней. Через пять минут все ко мне. Без опозданий.
Я ничего не спрашивал, зачем? Молча поднялся и пошел по комнатам. Когда мы все соберёмся, Морозов всем сразу всё и расскажет. Сейчас ему вопросы задавать – только время терять и лишний раз нарываться. Когда вся группа оказалась в нашей комнате, Морозов закрыл дверь, присел на край кровати и несколько секунд молча смотрел на нас.
- В общем так, товарищи строители. На раскачку времени нам не дают. Завтра с утра получаем оружие, местную форму, знакомимся с личным составом и изучаем обстановку. После обеда занятия с ангольцами, вечером подготовка к выходу. Послезавтра утром вылетаем в район Куито-Куанавале.
Все молчали, не перебивая командира. Такая спешка ни у кого энтузиазма не вызвала и выглядела подозрительно, будто нами пожар собирались тушить. Мы ведь рассчитывали хотя бы пару дней освоиться, привыкнуть к климату, разобраться, где что находится, но, судя по всему, командование считало иначе.
- Обстановка там тяжёлая, - продолжил Морозов. - Настолько, что людей начинают отправлять в войска прямо с колёс. Главный военный советник сказал прямо, что времени на долгую подготовку нет. Разведка работает плохо, информация противоречивая, а ангольские и кубинские части несут серьёзные потери.
Он оглядел нас своим внимательным взглядом и продолжил.
- Есть ещё один момент. Работать мы будем не одной группой.
Богдан нахмурился.
- В смысле?
- В прямом. Каждому из нас придают группу ангольских разведчиков. Формально мы советники и инструкторы. Фактически каждый отвечает за своё подразделение. Придётся учить их всему, что умеем сами, начиная с передвижения и маскировки и заканчивая разведкой, организацией засад и действиями в бою. Фактически это будет отдельная разведрота ангольских коммандос, из нескольких групп, где я буду советником ротного, а вы советниками командиров групп.
- Сколько человек в каждой группе? - спросил Игорь.
- По восемь-десять бойцов. У кого-то чуть больше, у кого-то меньше. Командиры у них свои остаются, мы их не заменяем. Мы советники, а не командиры подразделений. Это принципиальное требование. На себя команду можно взять только в крайнем случае, если увидите, что командир растерялся и «поплыл», если его убили или ранили, или вы считаете, что его решения приведут к уничтожению группы, или к не выполнению задачи. Только в этом случае.
Али задумчиво потер подбородок.
- То есть мы их обучать должны прямо по ходу войны?
- Именно так.
- Весело...
Морозов кивнул.
- Только не думайте, что это будут бесполезные пассажиры. Большинство из них воюет уже не первый год. Они прекрасно знают местность, ориентируются в буше лучше любого из нас, умеют находить воду там, где мы мимо пройдём, отлично читают следы. На первом выходе именно они будут вести нас по маршрутам. Мы же будем смотреть, как они работают, оценивать их уровень и постепенно перестраивать подготовку под наши требования.
- То есть сначала они будут действовать как проводники, а потом уже мы их учим, как правильно воевать? - уточнил Богдан.
- Примерно так. Учиться придётся всем. Им - у нас, а нам - у них. Афганистан и Ангола - две совершенно разные войны. Здесь другие расстояния, другая растительность, другой ландшафт и климат, другой противник. Если кто-то считает, что опыта Афгана достаточно, чтобы всё знать заранее, то лучше избавиться от этой мысли сегодня.
Я поймал себя на том, что полностью согласен с Морозовым. Любая война очень быстро наказывает тех, кто начинает считать себя самым умным.
- Ещё одно, - сказал капитан. - Главный советник отдельно предупредил: никакого геройства. Наша задача - сохранить специалистов и подготовить ангольцев. Если можно решить вопрос головой, а не стрельбой, значит, решаем головой. Но если стрелять всё-таки придётся, тогда работаем так, чтобы потом не пришлось никого искать по бушу и отправлять в цинке домой.
- А что с переводчиками Олег? – Спросил я – Лапин у нас один, а ты говоришь, что мы будим работать отдельно.
- Хороший вопрос – Морозов задумался – Этот момент я упустил, сегодня-завтра буду решать.
Он захлопнул папку и поднялся.
- Ладно, всё на сегодня. Отдыхайте. Завтра подъём в шесть. После завтрака получаем оружие и начинаем знакомство с нашими будущими подопечными. Думаю, уже к вечеру мы хоть немного поймем, что они из себя представляют.
К Витале я всё-таки пошел, с разрешения Морозова. Услышав про рыжего специалиста ПВО, Олег не на долго задумался, а потом махнул рукой.
- Сходи на разведку. Судя по твоему рассказу, Виталик балабол ещё тот, а нам не помешает знать, что тут внутри миссии вообще происходит. Лишнего не болтай и не пей много, завтра вставать рано.
- А ты? – Спросил я – Не пойдешь со мной?
- Нет, ни в этот раз – Усмехнулся Олег – Нас с Лапиным старший переводчик пригласил кубинский ром продегустировать. Буду с ним как раз насчёт переводчиков в группы договариваться. Приятное с полезным, так сказать.
- Да уж… - Я засмеялся – Бухают тут похоже все и каждый день, не смотря на «сухой закон».
- Дезинфекция. – Пожал плечами Морозов – Тут тропики, антисанитария, вода плохая, так что рюмка водки или рома после ужина тут считается лучшим средством профилактики желудочных заболеваний. Главное не увлекаться и начальству на глаза с перегаром не попадать. Ну всё Серый, разбежались. Задачу на вечер ты получил, я тоже не просто так бухать буду, считай, что наша работа уже началась.
Поделится в соц.сетях
