Попаданец. Смерть шпионам
Аннотация
Сознание генерала КГБ Республики Беларусь после смерти оказалось в теле начальника УНКВД Брестской области за год до начала Великой Отечественной войны. Карьера оказалась стремительной и ГГ стал заместителем начальника СМЕРШ, заместителем сначала наркома, а затем министра госбезопасности. История благодаря ГГ круто меняет свой ход.
Автор: Чинцов Вадим Владимирович
Цикл: Попаданец.
Предыдущая книга этой серии:
Попаданец. 1940
Автор: Чинцов Вадим Владимирович
Цикл: Попаданец.
Предыдущая книга этой серии:
Попаданец. 1940
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
Зоя Воскресенская-Рыбкина ни с кем не делилась своими сомнениями. Даже когда в Управлении появился ее муж Борис, чье настоящее имя было Борух Аронович Рывкин, то и с ним она не решила посоветоваться насчет заместителя начальника СМЕРШа, так лихо сделавшего карьеру из начальника областного Управления НКВД. Активность Сергеева и его постоянные идеи, о которых говорили в полный голос все сотрудники наркомата, спрятавшегося в монастырских стенах под наименованием складов конвойного управления, совершенно не вязалась с среднестатическим сотрудником НКВД, куда старались не брать тупых, но и откровенные умники отсеивались.
Зоя напросилась участвовать в проверке сотрудников НКВД Белоруссии и пообщалась с бывшими сослуживцами Сергеева, теми которые работали в Минске и в Бресте. Странная картина у нее сложилась после этих разговоров. А уж она то умела разговорить любого, не вызывая сомнений и подозрений так, что никто не понимал её истинного интереса.
До середины июня никто не замечал в капитане госбезопасности аналитического ума и такого стратегического мышления, которое вдруг у него появилось будто по щучьему велению. Был обычный бесхитростный начальник управления, слепо выполняющий указания сверху, не раздумывающий над выполнением плана выявления врагов народа и шпионов. И вдруг на тебе: приструнил следователей, выбивающих показания исключительно с помощью побоев и их начальника, освободил двоих бывших польских полицейских, к тому же до революции работающих в контрразведке и добился из устройства в органы. Затем перетянул их в Москву, пристроив их в контрразведку Московской области.
Зоя даже тайком изъяла несколько документов, составленных Сергеевым рукописно весной и уже после его "обновления". Второй документ был рапортом на имя Цанавы о результатах вылазки за Буг. Оба документа казалось бы написаны одной рукой, да вот только Зоя в Москве попросила дать заключение по почерку обоих документов специалисту-графологу, который чудом остался не репрессирован.
В 1936 году вышло постановление ЦК ВКП(б) «О педологических извращениях в сфере Наркомпросов», признавшее антинаучными такие разделы научного знания, как психотехника, педология и психодиагностика. Графология оказалась также под угрозой удара, который произошел этом году, когда её признали лженаукой.
Так вот, вывод специалиста был категоричен: более поздний документ написан другим человеком, который скрупулезно копировал почерк и подпись предыдущего автора. Причем профессор утверждал, что этот почерк принадлежит человеку лет пятидесяти и больше, но никак не тридцати пятилетнему Сергееву. Этот вывод вообще оказался самым шокирующем. Зоя подумала, что профессор заблуждается, однако тот легко доказал свою правоту, попросив несколько типов почерка неизвестных ему людей и он легко определил примерный их возраст и даже пол!
С своими сомнениями Зоя обратилась к Судоплатову, который внимательно ее выслушал, заключение графолога и ее рапорт запер в свой сейф и приказал обо всем молчать, пообещав самому во всем разобраться.
***
31 июля 1940 года. Альпийская резиденция Адольфа Гитлера в курортном районе Оберзальцберг в Баварских Альпах, так называемая Ставка фюрера в Бергхофе.
Гитлер пафосно заявил:
- В ноябре прошлого года я вам заявил, что Россия ослаблена и не представляет угрозы для Германии и договор о ненападении с СССР следует соблюдать только до тех пор, пока это целесообразно, и что против Москвы можно будет выступить, освободив силы на Западе. Теперь, после победы над Францией мои руки для борьбы с Советским Союзом развязаны! Уже на третий день после подписания перемирия в Компьене, начальник генерального штаба сухопутных войск генерал-полковник Франц Гальдер получил от меня и главнокомандующего сухопутными войсками генерал-фельдмаршала Вальтера фон Браухича указания приступить к разработке плана вторжения в Советский Союз. В ходе этого столкновения с Россией должно быть покончено. Следующей весной. Чем скорее будет разгромлена Россия, тем лучше. Операция имеет смысл только в том случае, если мы разобьём это государство одним ударом. Одного лишь захвата определённого пространства недостаточно. Остановка зимой чревата опасностью. Это необходимо также и ввиду положения в Балтийском море. Два крупных государства на Балтике не нужны. Итак, май сорок первого, на проведение операции — пять месяцев. Лучше всего начать ещё в этом году. Но не выходит, так как надо подготовить единую операцию. Цель её: уничтожение жизненной силы России. Разгром Советов сделает безнадёжным положение Великобритании, несмотря на то что это островное государство.
Уже на следующий день после совещания представители военного командования Германии приступили к разработке конкретных планов агрессии, обязав Кейтеля к началу августа подготовить документ под названием «Оперативный проект «Восток», основной целью которого было взятие Москвы. Для этого предложено нанести два мощных удара: через Прибалтику и Украину. Отдельные операции планировалось провести на Кавказе и в Заполярье. Но Гитлер не принял этот план, посчитав его слишком нерешительным. Он хотел сделать ставку на стратегию блицкрига.
Гитлер заявил, что склоняется к плану подполковника Бернхарда Лоссберга из ОКВ, разработавшего документ, названный фюрером его именем, «Этюдом Лоссберга». Он предусматривал создание трёх стратегических группировок — двух севернее Припятских болот и одной южнее. Согласно замыслу Лоссберга, главный удар вермахта должен был рассечь советские войска в районе Минска. Северная группировка при этом захватывала Прибалтику и Ленинград, а южная — Украину. Разбить Красную армию Лоссберг хотел в приграничном сражении. К боевым действиям он предлагал привлечь Финляндию и Румынию.
Гилера порадовал «План голода», который подготовил статс-секретарь Имперского министерства продовольствия и сельского хозяйства Герберт Бакке. План предполагал изъятие всех продовольственных ресурсов с оккупированных территорий для снабжения немецкой армии и вывоза в Германию, что должно было привести к массовому голоду среди советского населения и гибели 20—30 миллионов человек.
На вопрос о том, как выйти из положения, если не будет достигнута решающая победа над Англией и возникнет опасность сближения Англии с Россией, что заставит Германию вести войну на два фронта, и в первую очередь против России, может быть один ответ - укрепление дружбы с Россией
В течении трех дней беспрерывных совещаний фюрер искоса наблюдал за начальником Абвера, который будто разрывался на две части, желая высказаться, но его что-то сдерживало. Наконец фюрер не выдержал и, подойдя к адмиралу, отдал ему приказ:
- Вильгельм! Ответь, что тебя гложет и почему ты так упорно держишься за спинами других?
Канарис сжал зубы так, что его желваки заиграли и он отвел взгляд в сторону:
- Моя агентура докладывает о резких изменениях в настрое Советского руководства: по итогам проведенных проверок был снят с должности командующего Западным особым округом Павлов, завербованный в троцкистскую организацию, в которой состояли Якир и Тухачевский. Павлов наивно думал, что ослабив готовность округа к войне с нами, он тем самым сможет пошатнуть власть Сталина. Назначенный командующим Рокоссовский рьяно взялся за наведение порядка вместо устроенного до него бардака. На территории Западного и Киевского особых округов власти привлекли население для земляных работ по сооружению оборонительных сооружений траншей, ДЗОТов, блиндажей и даже противотанковых рвов. Два завода начали изготавливать мобильные бронеколпаки для установки огневых точек. Срочно достраиваются ДОТы на старой границе, а из числа запланированных ДОТов на новой границе строят только часть, бросив все силы и материалы на строительство обороны по старой границе. Литовская армия, на которую мы рассчитывали, была расформирована и разоружена и брошена также на земляные работы. Запланированные нашими агентами в Москве стройки стратегических военных складов на новой границе отменены и склады теперь будут находиться в удалении от нее и большая их часть так и останется на своих прежних местах. В конце лета и на протяжении осени на незапланированные ранее военные сборы планируется призвать мужчин от восемнадцати до тридцати шести лет. Я подозреваю, что Советы решили провести скрытую мобилизацию. После истечения трех месяцев обучения они попросту сформируют из обучаемых в учебных лагерях новые полки. Подготовка рубежей обороны проводится даже в районе Ржева и Вязьмы. Самое страшное, что на связь перестали выходить многие мои агенты, которым удалось сделать карьеру в НКВД, армии и партийных органах Советов. Увы, но легкой война с Советами не станет. А мы своими руками продолжаем вооружать русских.
Гитлер ослабил свой галстук и расстегнул верхнюю пуговицу, почувствовав что вдруг что-то стало ему мешать дышать. Он исподлобья кинул взор на активно обсуждающих план Барбаросса генералов и фельдмаршалов и буркнул:
- К завтрашнему дню подготовьте доклад с цифрами и фактами. Изменения в обороне русских необходимо учесть. Похоже, что за пару месяцев мы можем и не успеть выйти к Москве. Пока же нам предстоит подготовить захват Югославии и разгром Греции за одну, максимум две недели!
***
Сегодня я, придя на работу, чуть не столкнулся с Воскресенской-Рыбкиной в дверях бывшего монастырского здания, ставшего одним из корпусов нового наркомата. Ее взгляд меня невольно насторожил: в нем промелькнул вдруг пристальный чекистский интерес, который в этом времени был почти у всех сотрудников, с недоверием относившихся ко всем, кто не относился к когорте карающих органов. Но я-то! Я был ее начальником и этот взгляд ожег будто ударом хлыста. Промелькнул и пропал! Вежливая улыбка на лице нашего аналитика на минуту сбила меня с толку и я подумал было, что мне показалось. Зоя только что вернулась с Белоруссии, куда она (я чуть не споткнулся от неожиданной мысли) сама! напросилась принять участие в проверке Гутмана. Весь счастливый настрой после вчерашнего свидания с Катей улетучился мгновенно.
Я сводил понравившуюся мне девушку в «Коктейль-холл», открывшийся в тридцать восьмом году. Он расположился в доме №6 по улице Горького. Заведение сразу стало событием: для СССР конца 1930-х это был редкий пример бара в западном стиле. Он занимал два этажа: залы украшали мраморные колонны, дорогая мебель, хрустальные люстры и длинная барная стойка с высокими стульями. Дополняли архитектурный шик хрустальные люстры, ковровые дорожки и пальмы. Но главной "звездой" внутреннего убранства была лестница чем-то напоминавшая стиль "модерн". С её помощью можно было попасть на второй этаж.
Там были также отдельные столики, но, помимо коктейлей, можно было насладиться приятной музыкой. Здесь выступал живой оркестр. Музыканты исполняли джаз, фокстрот, вальс-бостон и даже танго. Если посетители желали скрыться от внимания остальных гостей, они могли арендовать отдельный кабинет.
Бар работал допоздна, до 3 часов ночи. Меню изобиловало невероятными названиями. Вот несколько примеров. "Таран" (шартрез, мятный ликер, перцовка, коньяк, лимонный сок и фрукты); "Карнавал" (смесь из пяти ликеров), "Красная шапочка" (шампанское, мороженое, вишневый сироп), "Нептун" (коньяк, водка, шартрез, шампанское и портвейн). "Аромат полей" (четыре разных видов ликера, консервированные фрукты и лимонный сок). В общей сложности в ассортименте имелось около 500 различных наименований. Интересно, что закуске уделялось не так много внимания. В основном гости могли отведать жареный соленый миндаль, оливки, тарталетки с печенью трески, а также разные канапе. Cюда приходили в первую очередь не есть, а веселиться.
Посетить заведение могли далеко не все москвичи. В первую очередь, из-за цен. Например, коктейль "Ковбой" стоил 4 рубля 10 копеек. По валютному курсу того времени это, между прочим, практически целый доллар. Интересно, что посетителями заведения были в основном мужчины. Дамам разрешалось приходить сюда только в сопровождении. В то же время за барной стойкой работали исключительно женщины. Представители сильного пола в те времена в сфере обслуживания встречались довольно редко.
Посещали его в основном представители элиты: писатели, актёры, музыканты, художники и высокопоставленные лица. Также в "Коктейль-холле" действовал негласный дресс-код. Мужчины могли войти внутрь только, если на них был галстук. Некоторые посетители даже устраивали небольшие соревнования - у кого этот предмет гардероба будет оригинальнее. Бар находился под пристальным вниманием сначала НКВД, а теперь и СМЕРШа.
Отодвинув эту загадку подальше, я окунулся с головой в работу. После того совещания в Кремле, когда я привлек к себе внимание всех участников совещания своими предложениями, на меня набросились скопом сотрудники Политуправления и Мехлис. Сталин же молчал, внимательно слушая обе стороны. Поддержавший меня Тимошенко, время от времени вставлял в мою пользу свои веские доводы и потому Сталин решил ко мне прислушаться. В итоге до поздней ночи мы просидели за обсуждением дальнейших действий по подготовке к войне. Порешили вынести на Политбюро рассмотрение амнистии белых участников Гражданской войны к седьмому ноября, о возвращении офицерства и погон, а также признании царских наград, полученных в боях будет опубликовано в газетах. Вместо наркоматов с нового года появятся министерства, Сталин принял на себя Главнокомандование всеми вооруженными силами Красной Армии и Флота.
Затем уже, распустив вояк, Сталин выслушал наши предложения о физическом устранении Муссолини и пронемецки настроенных генералов в Италии, Югославии, Греции и Венгрии. Через пару недель мы должны представить вождю оперативный план по работе нашего СМЕРШа на Балканах.
Я сосредоточился на планерке. Помимо ликвидации Муссолини я предложил вызволить из итальянских застенков провалившегося нелегала Льва Маневича.
В 1931 году он переехал в Италию, где в Милане также открыл своё патентное бюро с правом представительства от ряда австрийских, немецких и чешских фирм, производивших авиадвигатели, приборы ночного видения и другое авиационное оборудование, и заинтересованных в сбыте своей продукции в Италии.
Основная работа Маневича в качестве сотрудника разведки заключалась в сборе информации по вопросам, связанным со «слепыми» полётами, пилотированием по приборам, а также с полётом авиационного подразделения в строю и в тумане. Он также уделял внимание вопросам военного судостроения, которое в Италии было очень хорошо развито. Для связи с Центром в распоряжение нелегальной резидентуры «Этьен» в Италию была послана радистка, работавшая под легендой австрийской студентки Миланской консерватории. Маневичу удалось организовать агентурную сеть, включавшую сотрудников во многих портовых городах Италии, что позволяло ему отслеживать переброску итальянских войск и военные поставки. В 1931—1932 годах резидентура Маневича имела девятерых агентов-источников и троих агентов, которые выполняли вспомогательные функции. За этот период в Центр было передано несколько сотен ценных документов и информационных донесений.
В 1932 году здоровье Маневича стало ухудшаться. Кроме того, он стал замечать признаки слежки со стороны контрразведки. В своих посланиях в Центр он неоднократно просил отозвать его в СССР и прислать замену. Однако в Москве медлили с выполнением этой просьбы, поскольку Маневич считался специалистом высочайшего класса и найти второго такого же, равного ему по способностям, составляло проблему.
В октябре 1932 года Маневич был арестован во время встречи с одним из своих агентов, который уже долгое время находился под наблюдением полиции и контрразведки. В декабре 1935 года Льву Маневичу, находившемуся в Италии под следствием, секретным приказом НКО СССР было присвоено звание полковника.
В январе 1937 года, арестованному Конраду Кертнеру (Маневичу) было предъявлено обвинение в шпионаже. В обвинительном заключении ему вменялось в вину, в частности, нелегальное приобретение чертежей различных самолетов. 9 февраля 1937 года он был осужден Особым трибуналом Италии на 16 лет тюремного заключения (в РИ в результате амнистий приговор был снижен до 6 лет с позднейшей высылкой за пределы страны). На следствии и допросах Маневич не выдал ни своего настоящего имени, ни государственной принадлежности, поэтому его судили как австрийца. В приговоре отмечалось, что подсудимый, возможно, не тот человек, за которого себя выдает, но трибунал это не интересует.
После вынесения приговора Маневич был направлен в тюрьму Кастельфранко дель Эмилия. Находясь в тюрьме, он продолжал посылать в Москву ценные разведывательные данные, в частности, при помощи заключенных, работавших раньше на авиационных заводах, составил и передал в Центр анализ недостатков и изъянов нового прицела для бомбометания, сообщил характеристики крейсера, который строился на верфи в Генуе, данные о ночных бомбометаниях в Абиссинии, а также рецепт броневой стали; чертежи подводных лодок класса Мameli и Bragadin, артиллерийской установки Breda и устройств центра управления запускаемыми снарядами с боевых кораблей. Разведчик переслал в Центр схемы и данные испытаний шести опытных образцов истребителей Caproni и Fiat CR, бомбардировщика Fiat BR.
Несмотря на надежды OVRA на нейтрализацию «военного шпиона», их усилия оказались напрасными — даже находясь в тюрьме Неаполя, Маневич через дружественных ему охранников и своих адвокатов продолжал снабжать Центр секретными данными.
Получать их разведчику помогали товарищи по несчастью — заключенные, которые до суда занимали различные должности на предприятиях военной промышленности. От них Лев узнал о том, что на итальянских авиазаводах готовится к выпуску партия морозоустойчивых самолетов для Японии. Это косвенно подтверждало предположения о том, что армия Страны восходящего солнца готовится нанести удар по северу Китая.
Осознав, что легальным путем вызволить попавшего в тюрьму Льва не удастся, Центр стал снабжать арестанта деньгами и готовить силовую операцию по его освобождению. Преемник Маневича в Италии успел предложить три варианта плана по освобождению пленника, но все усилия Разведупра оказались напрасными и Сталин поручил разработку операции по освобождению Маневича СМЕРШу.
Поделится в соц.сетях
