Владимир, Сын Волка 7
Аннотация
Чёрные облака сгущаются над сверхдержавой, некогда обречённой, но ныне грозящей былым сильным мира всего разорением и потоком.
Один, что мог читать будущее, как звёзды, всё так же ведёт свой народ сквозь угнетающую и мрачную неизвестность, меж теней, таящих ужасы и невзгоды.
Но путь неясен, а звёзды закрыты густыми и чёрными облаками...
А облака ли это? Быть может, это дым пожарищ?

Автор: RedDetonator
Цикл: Сын Волка
Предыдущие книги этой серии:
Владимир, Сын Волка 6
Владимир, Сын Волка 5
Владимир, Сын Волка 4
Владимир, Сын Волка 3
Владимир, Сын Волка 2
Владимир, сын Волка
Один, что мог читать будущее, как звёзды, всё так же ведёт свой народ сквозь угнетающую и мрачную неизвестность, меж теней, таящих ужасы и невзгоды.
Но путь неясен, а звёзды закрыты густыми и чёрными облаками...
А облака ли это? Быть может, это дым пожарищ?

Автор: RedDetonator
Цикл: Сын Волка
Предыдущие книги этой серии:
Владимир, Сын Волка 6
Владимир, Сын Волка 5
Владимир, Сын Волка 4
Владимир, Сын Волка 3
Владимир, Сын Волка 2
Владимир, сын Волка
Ознакомительный фрагмент
Глава 1
*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 27 мая 2000 года*
Владимир Жириновский вошёл в зал заседаний Совета обороны СССР, бросил пальто на диван и рассмотрел всех присутствующих.
— Что случилось? — спросил он.
— Эль-Фаллуджа случилась, товарищ президент, — ответил генерал армии Варенников.
— Да ну?! — с удивлением спросил Жириновский и резко сел за стол. — Я хочу услышать подробности!
Валентин Иванович посмотрел на Игоря Дмитриевича Сергеева, начальника Генштаба ВС СССР.
— Всё прошло почти по плану генерала Рохлина, — заговорил тот. — 13-я дивизия ополчения Иракской армии начала совершать акты неповиновения, грабежа мирного населения, а также массового дезертирства с оружием. Всего, за последние три недели, Эль-Фаллуджу покинула почти половина дивизии. Ради укрепления позиций, с Южного фронта был снят 1-й батальон 4-го полка 9-й мотострелковой дивизии «Баирума», который должен был восстановить порядок в городе, но ему в этом воспрепятствовали как ополченцы, так и городское население.
— Замечательно, — улыбнувшись, сказал Жириновский. — А американцы?
— Происходящее не ускользнуло от их внимания, — ответил начальник Генштаба. — Они сконцентрировали силы на левом берегу Евфрата: около семи мотострелковых батальонов, один танковый батальон и одну амфибийно-штурмовую роту из 1-й дивизии морской пехоты. Учитывая низкий боевой дух ополчения, а также ограниченное количество солдат из регулярной армии, этих сил было бы достаточно для создания плацдарма на правом берегу Евфрата и дальнейшего захвата Эль-Фаллуджи.
— А это просто превосходно! — воскликнул Владимир. — И что было дальше?
— Полковник Алдивани, командующий обороной города, выставил на оборону берега реки подразделения ополчения, — продолжил генерал-полковник Сергеев. — Как и было запланировано, ополченцы отступили сразу же, как понесли первые потери, но это было ожидаемо американцами, поэтому они закрепились на плацдарме, взяли под контроль мосты и начали переброску сил на правый берег. К этому моменту к ним уже присоединились 1-й и 7-й батальоны из 25-й бригады воздушной кавалерии аэромобильных войск Польши.
— Воздушной кавалерии? — саркастическим тоном переспросил Жириновский. — Они там с конями на вертолётах летают? Или на пегасах транспортируются? Ха-ха-ха!
Начальник Генштаба ВС СССР лишь пожал плечами.
— Полковник Алдивани приказал выждать до завершения полной переброски вражеских сил на правый берег, — продолжил он. — Как только это было сделано, вражеский плацдарм был обстрелян РСЗО, миномётами и ствольной артиллерией с ранее скрытых позиций. А сразу после завершения артподготовки в бой вступили батальоны 2-й танковой бригады «Редума» и батальоны ополчения. Мосты были уничтожены корректируемыми снарядами, а натиск оказался слишком силён, поэтому вражеские силы были уничтожены почти полностью — часть вражеских военнослужащих удалось принудить к сдаче, а часть погибла в бою или утонула в реке. Но многие военнослужащие из задействованных в штурме подразделений противника, всё же, сумели отступить через реку.
— Сколько пленных взяли? — спросил Владимир.
— Ко вчерашнему вечеру были взяты две тысячи семьсот двадцать девять пленных, но до сегодняшнего утра дожили две тысячи шестьсот девяносто семь человек, — ответил генерал-полковник Сергеев. — Их сейчас должны эвакуировать из города по тоннелям, чтобы передать в тыл.
— А убитых сколько? — спросил Жириновский.
— 3382 человека было обнаружено непосредственно на поле боя, — ответил начальник Генштаба. — Но мы не можем оценить количество утонувших военнослужащих, поэтому окончательное число погибших установить не представляется возможным.
— Но это же замечательный результат! — воскликнул Владимир. — Это ведь почти половина от потерь за последние два месяца! Великолепно!
Вся эта история с Эль-Фаллуджей, в которой всё было плохо с дисциплиной ополчения, настроениями мирного населения и реальным количеством солдат регулярной армии — это, естественно, была тщательно продуманная и скрупулёзно осуществлённая инсценировка.
Генерал-полковник Рохлин, ещё в бытность миротворцем в Югославии, славился своими изощрёнными психологическими играми с боевиками — он вводил их в заблуждение, побуждал к активным действиям и заманивал в огневые мешки на нейтральных территориях. За это его до сих пор не любят многие в Боснии и Герцеговине, Югославии и Хорватии, но зато уважают, как врага.
А вот американцы — это противник другого уровня и их нельзя провести на хлебном мякише, поэтому он действует гораздо более изощрённо и тонко. В рамках более тонкого подхода, он предложил очень смелый и рискованный план, в стиле Сунь-Цзы.
В специально предусмотренных для этого зданиях Эль-Фаллуджи, задолго до начала «Трепета пустыни», были размещены несколько десятков БМПТ и танков, о которых американцы точно не знали. Боеприпасы и топливо закладывались сразу на один месяц интенсивных боёв, а экипажи прибыли непосредственно до начала оборонительной операции, в форме обычных мотострелков.
И подразделения ополчения в городе разместили не абы какие, а самые боеспособные и морально крепкие. Они, судя по всему, сумели отлично исполнить роль деморализованных и расхлябанных ополченцев, вот-вот готовых дезертировать.
Да и сам город укреплялся с учётом штурма с запада — силы Коалиции просто не могут его обойти, поэтому штурм был заложен в оборонительный план за шесть-семь лет до начала войны.
Даже планировка зданий указывает на то, что была запланирована оборона от штурма с западного берега: здания на западном берегу построены из газобетона с гипсокартоном и не имеют окон, выходящих на восток, а на правом берегу здания построены из железобетона и тоже не имеют окон, выходящих на восток.
Несомненно, американцы понимали, что Эль-Фаллуджа будет нелёгкой целью, но они сильно недооценили степень желания иракцев нанести им максимально тяжёлый ущерб.
— Иракским войскам удалось захватить целыми два танка М1А2 «Абрамс», а также две польских БВП-1, то есть, БМП-1, если называть вещи своими именами. Остальная вражеская бронетехника была уничтожена артиллерией, БМПТ, танками и имевшимися у подразделений противотанковыми средствами.
— Ну, теперь они будут утюжить Эль-Фаллуджу всем, что есть… — произнёс Жириновский.
— Уже утюжат, — сказал на это генерал армии Варенников. — Среди мирных жителей большие потери — эвакуация продолжается, но населения слишком много и оперативно эвакуировать всех тоннелями не получается, а автоколонны подвергаются авиаударам.
— Это прискорбно, — произнёс Владимир. — Почему их не эвакуировали заранее?
— Большую часть эвакуировали до начала оборонительной операции, — ответил министр обороны. — Но план эвакуации был сорван серией ударов корректируемыми бетонобойными бомбами, совершённых авиацией Коалиции семь суток назад — основной эвакуационный тоннель был завален и его расчистка закончилась менее трёх суток назад.
— Досадно… — сказал Жириновский. — Но это война…
— Да, это война, — произнёс генерал армии Варенников.
— Игорь Дмитриевич, вы сказали, что «почти по плану» Рохлина, — вспомнил Жириновский оговорку начальника Генштаба.
— План предусматривал засаду на ограниченное число подразделений противника, — пояснил генерал-полковник Сергеев. — Полковник Алдивани проявил самоуправство, когда позволил противнику перебросить на правый берег так много сил. Ему простили эту авантюру только потому, что противник не сумел перегруппироваться и отразить натиск.
— В генералы метит этот Алдивани… — усмехнувшись, произнёс Жириновский. — Молодец — когда ж ещё метить в генералы, как не во время войны?! Ох, какое утро! И американцы умылись кровью, и поляков приструнили! Будут знать, подонки, как на Ирак нападать!
Польские власти, наверняка, уже сильно пожалели о том, что вообще ввязались в эту авантюру, потому что их войска оказались не на ближневосточном сафари, а на современной войне против армии индустриальной страны, почти десятилетие готовившейся к войне против сверхдержавы.
— Сколько поляков удалось захватить в Фаллудже? — спросил Владимир.
— 406 человек, — ответил генерал-полковник Сергеев. — А 543 человека подтверждённые убитые. Сколько утонули в Евфрате, при отступлении — неизвестно.
— Александр Александрович, поляки выходили на связь? — спросил Жириновский у министра внешних отношений.
— Ещё нет, — ответил тот. — Но в свете новостей, следует ожидать этого в ближайшее время.
До сегодняшнего дня в плену у иракцев находились семьдесят с лишним поляков, поэтому официальная Польша молчала, но в Эль-Фаллудже в плен попало слишком много поляков, поэтому такое игнорировать они не могут.
— Вежливо слать их к чертям, — потребовал Жириновский. — Сослаться на то, что президент Кусей Хусейн выразил своё нежелание обменивать пленных до своей победы в войне.
Кусей, действительно, высказывал это публично, по просьбе Владимира.
— Не представляю, каким образом мы могли бы организовать обмен, даже если бы это было возможно, — пожав плечами, сказал Бессмертных.
— Ладно, с поляками разобрались, — произнёс Жириновский. — Чего мы ожидаем от Коалиции, после такой заминки?
— Согласно оперативным данным, они уже прекратили штурмовые действия в городах Ан-Наджаф, Эд-Дивания и Кербела, — ответил начальник Генштаба. — Мы ожидаем, что им потребуется около недели-полутора, чтобы осмыслить произошедшее и пересмотреть свои планы. Вероятнее всего, они прекратят практику штурмов городов и перейдут к осадам.
— Это хороший сценарий развития событий, — сказал на это Владимир. — Чем дольше они будут возиться с каждым городом, тем больше потерь понесут. И тем дороже будет обходиться им вся эта кампания.
Иракская армия сделала ставку на миномёты калибра 82 и 120 миллиметров, которые были поставлены в количестве около 11 000 миномётов обоих типов и около 3,3 миллионов артиллерийских мин обоих калибров.
Тактика применения их незамысловата, но очень эффективна: их доставляют к месту действия на пикапах или мотоциклах, после чего производится быстрая отработка по цели, а затем расчёт столь же быстро уезжает подальше. В городских условиях их применяют чуть иначе — по тоннелям расчёт добирается до нужной позиции и отрабатывает по цели, после чего скрывается в тоннелях.
Эта тактика позволяет наносить противнику ощутимый урон и держит его в постоянном напряжении, так как очень тяжело заблаговременно засечь расчёт, а это значит, что обстрелы, зачастую, становятся неожиданностью.
А если добавить к этому, что многие миномётные расчёты остались партизанить в захваченных Коалицией руинах городов и на оккупированной местности, то противник несёт потери ещё и глубоко в тылу, а не только на фронтах.
Гражданам Ирака, оставшимся на оккупированной территории, тоже не очень нравится присутствие вооружённых иностранцев на их земле, поэтому они тоже оказывают сопротивление и наносят какой-то ущерб, пусть и кровавой ценой.
Это не входило в план обороны — организованные партизанские действия осуществляются силами ополчения и регулярной армии, но граждане всё равно берут в руки оружие и пытаются убивать американцев, британцев, австралийцев и поляков.
«А вот курды на удивление пассивны», — задумался Владимир. — «Американцы должны были пообещать им кисельные реки, бурно текущие в шоколадных ущельях, к ванильным долинам…»
Возможно, сработала годами проводимая иракским правительством политика примирения, а возможно, курды очень мало верят представителям стран НАТО, видя, что сейчас делают турецкие войска с турецкими курдами.
— Нет, не зря я сегодня проснулся так рано — как чувствовал, что будут хорошие новости! — заключил довольный Жириновский.
*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 7 июня 2000 года*
Позавчера Владимир летал на космодром Байконур, чтобы посмотреть на запуск «Урагана» с очередной партией лазерных спутников.
Советская армия очень хочет глобальную сеть лазерной связи, иммунной к РЭБ и позволяющей осуществлять управление БПЛА в любой точке мира, что очень важно, учитывая запланированный флот «мирных» контейнеровозов.
Этот флот из полутора сотен суден, по сути, должен стать мобильной площадкой для запуска БПЛА-камикадзе «Герат-3», что позволит применять их где угодно.
В условиях полномасштабной войны, этот флот станет одним из компонентов для нанесения практически неотразимых ударов по территории США.
Постоянно наносить ущерб инфраструктуре США это не позволит, так как американский ВМФ быстро начнёт топить всё, что плавает слишком подозрительно, но первые удары нанесут сокрушительный и деморализующий урон, так как потенциальный противник точно не ждёт ничего подобного.
Но управление БПЛА — это далеко не единственное назначение группировки новых спутников.
Ещё это очень надёжная и быстрая система связи, исключающая перехват — связь с подводными лодками, авианесущими крейсерами и разведывательными самолётами станет беспрецедентно секретной.
Двенадцать спутников уже встали на свои орбиты и дают определённое покрытие, но армия хочет группировку уже не из 120, а из, как минимум, 200 спутников. Но идеальным сценарием она видит 400 спутников, для постоянной глобальной лазерной связи. Увы, но это невозможно экономически, поэтому наращивание группировки до достижения идеального, по версии Советской армии, количества, займёт примерно восемь лет.
«Космонавты и так жалуются», — вспомнил Жириновский слова Юрия Семёнова. — «Зашиваются там, на орбите: только провели техобслуживание производственных модулей, как уже пора грузить в «Шквал» спутники и отправляться на нём в космос, чтобы расставить их по местам. А потом снова на «Мир-2», чтобы чуть передохнуть».
Из-за чрезмерной загруженности экипажа, скоро на «Мир-2» отправят дополнительных космонавтов — желающих полно, поэтому дефицита кадров не предвидится.
То, что работа на «Мире-2» и на орбите будет почти непрерывной, было известно заранее, потому что всё это делалось не на авось, а с тщательным планированием, но масштаб, явно, был недооценён, а выносливость и психическая стойкость космонавтов была переоценена.
В конструкцию уже проектируемого «Мира-3», существующего, пока что, только в качестве трёхмерной модели в суперкомпьютере в Королёве, закладывается жилой модуль большего размера, рассчитанный на постоянное обитание сразу 20 космонавтов, но некоторые конструкторы считают, что и этого будет мало.
«Мир-3» обещает стать чем-то грандиозным — его планируется сделать просто огромным, с итоговой массой в 3200 тонн, десятками производственных модулей, а также орбитальным доком, предусматривающим сборку корабля для лунной экспедиции.
План строительства «Мира-3» предполагает, что первоначально он будет иметь рабочую массу в 1200 тонн, а до 3200 тонн его будут утяжелять в течение следующих 10 лет, по мере ввода в эксплуатацию производственных модулей. Но орбитальный док предполагается установить как можно раньше, чтобы не тормозилась лунная программа.
В орбитальном доке «Мира-2» тоже можно собрать корабль для путешествия к Луне, пусть и меньше размером, но этого никто не позволит, так как у этого дока очередь работ на полтора десятилетия вперёд и под такую малоактуальную задачу его выделять не будут.
«Да и дорого это — экспедиция на Луну», — подумал Жириновский, заходя в актовый зал. — «Не ко времени».
Он сам пожалел, что дал согласие на лекцию для студентов из институтов со всех союзных республик и союзных государств.
Как только он вышел на сцену, сразу же начались бурные аплодисменты, которые стихли, когда он подошёл к кафедре.
— Здравствуйте, дорогие товарищи! — заговорил он.
Ему ответил громкий и слитный вопль, в котором можно расслышать ответное приветствие — в актовом зале собрались более семи тысяч человек, что явно больше расчётного количества, так как свободных мест нет, а некоторые люди сидят и стоят между рядами.
— Тему лекции вы выбрали сами, большинством… — произнёс Жириновский, когда зал снова стих. — В результате голосования на президентском сайте, вами была выбрана тема «Перспективы развития советской робототехники» — воля ваша, товарищи студенты…
Его старые лекции затрагивают весь перечень тем из календарно-тематического плана любого советского замполита, но подаются в более живой манере — записаны они все в 80-е годы, в Афганистане.
Но то ли это такой топорный подхалимаж, то ли лекции, действительно, удачные, но он заметил одно — эти записи до сих пор показывают в институтах, школах, а некоторое время, в начале 90-х, даже крутили по ЦТ.
— Что ж, тогда начнём о перспективах, так сказать… — вновь заговорил Владимир. — А перспективы у советской робототехники грандиозные! Наша страна, в далёком 90-м году, сразу после того, как я был избран президентом Советского Союза, взяла курс на автоматизацию и цифровизацию промышленности — сегодня, чуть больше, чем через десять лет, вы сами видите, к чему это нас всех привело. Штатная численность сотрудников на заводах сократилась в 10-15 раз, а местами и в 20 раз! То, что раньше делали тысячи, теперь делают сотни людей — это торжество научной организации производства! Гибкие поточные системы, станки с ЧПУ, роботы-манипуляторы — всё это было разработано ещё в 80-е годы и даже, местами, внедрялось, но именно с 90-го года внедрение начало обретать массовый характер! Только тогда мы начали модернизацию промышленности — практически на последние деньги! Я не шучу — денег тогда не было вообще, а мы были всем вокруг должны! Политика Горбачёва и его клики вела нашу страну к гибели — к деградации, к разгулу дикого капитализма, к циничности, вероломству и нормализованному безумию! И если бы не группа решительных героев… Но это я отвлёкся…
Он сделал паузу и поправил галстук.
— Итак, первым этапом стала автоматизация и цифровизация, — продолжил он. — Автоматизация — это такой процесс, который, в принципе, не завершится никогда, потому что каждый год выходят всё более точные станки и манипуляторы и более адаптивные гибкие поточные системы — всё это непрерывно внедряется на производствах, чтобы выжимать дополнительные проценты или даже доли процентов эффективности. Но следующий шаг — это полноценная роботизация, с теми самыми человекоподобными роботами, о которых я как-то сдуру ляпнул в восемьдесят шестом году! Как я и говорил тогда, во время лекции в славном городе Пули-Хумри, разработка роботов — это не вопрос из разряда «если», а вопрос из разряда «когда». И это «когда», к сожалению, ещё не наступило — имеется множество проблем технического характера, которые не позволяют разработать функциональную модель! Но не надо делать такие разочарованные лица, товарищи студенты! Работы по этой тематике ведутся уже долгое время — деньги на это выделяются, ресурсы на это есть! Правда, потребуются десятилетия, прежде чем мы сможем начать производство первых советских роботов, которые заменят нас с вами за станками и в приусадебных хозяйствах! И когда настанет этот славный день, вот эти руки больше никогда не прикоснутся к мотыге и штыковой лопате!
Он потряс своими мозолистыми руками, пострадавшими в ходе очередной поездки с женой на дачу, и на лицах слушателей разочарование сменилось улыбками.
— Кто-то может возразить, что есть же какие-то роботы — по ЦТ их иногда показывают! — продолжил Жириновский. — Но это не роботы, а то, что в наших кругах называют дронами — управляемые оператором машины, мало отличающиеся от БПЛА, которые вы все много раз видели! Полноценным роботом, по критериям АН СССР, считаться будет тот, который сможет выполнять команды, поступающие от человека, самостоятельно вырабатывая оптимальный способ их выполнения.
По ЦТ несколько раз показывали новейшую разработку для Советской армии — робот-транспортёр, являющийся, по сути, дроном, управляемым оператором по радиоканалу.
РТ-20 «Ординарец» нужен для доставки грузов различного назначения в условиях интенсивного боя, а также по опасным территориям — смысл его существования заключается в экономии людских жизней.
Возить он может до 120 килограммов полезной массы, а его грузовая платформа вмещает одного взрослого человека, поэтому он годится и для эвакуации раненого.
Он уже поступает в войска и большого секрета из его существования не делается — «Ординарцы» даже трудятся на полях сражений в Ираке, где уже зарекомендовали себя незаменимыми.
Дошло даже до того, что местные умельцы разработали на основе «Ординарца» модель РТ-20 «Шахид» — это тот же «Ординарец», но нагруженный 70 килограммами взрывчатки и обвешанный со всех сторон трофейными американскими бронежилетами и пакетами с подшипниками.
Это очень расточительное обращение с экспериментальной техникой, но эффект…
Если верить видеозаписи с разведывательной «Пчелы-2УР», начинённый взрывчаткой и подшипниками РТ-20 «Шахид» снёс половину жилого дома, в котором укрывался целый взвод американских морпехов. А дальше был штурм здания наёмниками из ЧВК «Уленшпигель», в результате которого выжившие были либо уничтожены, либо взяты в плен.
Запись, естественно, «слили» в западные СМИ, через иракские каналы, поэтому её отредактированную версию увидели очень многие.
Республиканские СМИ в США использовали её в качестве доказательства некомпетентности Билла Клинтона и его правительства — Джордж Буш утверждает, что если бы он был президентом, ничего подобного бы не случилось, так как он кое-что понимает в стратегии и тактике, а также не склонен недооценивать своих врагов.
Ещё Джордж Уокер Буш не упускает случая пошутить об оральном сексе в Овальном кабинете, обвинить Клинтона в лжесвидетельствовании, а также напомнить всем, как Клинтон уклонялся от службы во Вьетнаме.
— Исходя из сказанного ранее, мы можем сделать вывод, что ещё слишком рано для полноценных роботов, — продолжил Жириновский. — Но я убеждён, что их время ещё придёт! Как я говорил четырнадцать лет назад, так я говорю и сейчас: роботы — это технология, при формулировке вопроса о которой нужно использовать не «если», а «когда», товарищи студенты! Теперь же перейдём к конкретике. Сейчас я расскажу вам о том, что было сделано в этом направлении, что делается и что будет делаться…
Поделится в соц.сетях
Страницы: 1 2



Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 7 дней со дня публикации.