Пролог
Стройка выездной резиденции шла полным ходом. Степаныч за свою жизнь повидал многое, но такого не видел никогда.
И виной всему бригада из пятидесяти мужиков, которых им направили в помощь. Они были грубыми, ничего не смыслили в проектной документации, не знали материалов, совместимости и основ строительства. На объяснения простейших вещей поначалу уходило так много времени, что Степаныч рвал седые волосы на голове, но стоило ему один раз случайно оставить на улице чертеж, как все изменилось.
Эти, казалось бы, полные идиоты и профаны в строительстве, подняли фундамент и отгрохали половину этажа за пару часов! Причем не используя сложнейшие расчеты, технику, проверенную годами технологию строительства… они просто взяли и сделали!
Степаныч не понимал как, но у них получилось даже лучше, чем было в его проекте! Надежность, функциональность, затраты материалов. Никакой логикой не объяснялось то, что сделали эти странные мужики, и он решил попробовать еще раз, и стал просто показывать им чертежи, и объяснять в двух словах, как это должно выглядеть и работать.
И дело пошло в гору. Да еще в какую гору!
Эти странные мужики работали слаженно, как рой муравьев, и быстро как демоны. Стоило им понять задачу, как эффективность из до этого абсолютно несуразных действий, возросла до небес. Они возводили сложнейшее защитное сооружение в Империи так быстро и четко, словно всю жизнь этим занимались!
Степаныч пытался подсмотреть как им это удается, но они работали так быстро, что со стороны заметить было нереально, а подойти ближе мешал инстинкт самосохранения. Вся строительная площадка превратилась в зону боевых действий, ступать в которую было просто опасно! Там стоял стихийный фон похлеще, чем в Порталах, по небу летали камни, падали балки, двигались целые здания, а земля тряслась так, что даже одаренным земли становилось плохо.
Безопасные места находились лишь в бытовке Степаныча, и по узкой дорожке по периметру от центра площадки, куда остальные работяги подносили материалы, еду и бухло этим демонам.
Но работяги их обычной бригады не жаловались. Стройка шла опережающими темпами. Премия капала. А когда Федор одобрил им надбавку за риски, так стало вообще хорошо. Подноси этим демонам припасы, не суйся внутрь чтоб не мешать, и все довольны.
Единственной проблемой было объяснить этим психам, где границы стройки. Они почему-то упорно не понимали, что за границы вылезать нельзя. Сносить мешающие соседние здания нельзя. Подземные коммуникации под чужой землей проводить тоже нельзя. В итоге практически все свободное время Степаныч тратил на споры с их краснозглазым главой Гленом, и объяснении ему принципов частных владений и соседства, споры с соседями, угрожающими судами, расправой и всякими страшными словами.
Откупаться удавалось не от всех, а особо дерзких Глен со своими ребятами избили так, что чуть не спровоцировали межродовую войну!
В итоге пришлось согласовать покупку десятков соседних участков и домов. Вышло дорого, но это был единственный способ избежать войны, благо собственники и сами не горели особым желанием соседствовать с эпицентром землетрясения.
И оно не прекращалось, ведь эти пятьдесят демонов не спали. Работали день и ночь. Без техники. Без сна. Без отдыха.
Все что им требовалось, это бухло, материалы и еда, которые подвозились непрерывными поставками бригадой Степаныча. Опытнейшие строители в Империи стали курьерами и доставщиками еды. Самими высокооплачиваемыми доставщиками в истории, стоит признать.
А сам Степаныч крутился как белка в колесе, чтобы это все работало.
Стройка шла с опережением всех возможных графиков, а сам Степаныч за короткий срок потратил сил как за десятилетия работы, и поседевший на третий раз от всего этого стресса уже представлял, как после всего этого уйдет на заслуженную пенсию.
Вот и сейчас Степаныч сидел на кресле перед трясущейся бытовкой, и в единственную свободную минутку ел заслуженный бутерброд.
И уже привычно смотрел как один жилистый мужик голыми руками крошит иномирный камень. Второй гнет балку размером с вагон поезда. Третий в белом фартуке на голый торс жарит на вертеле тушу какой-то четырехметровой твари, которую он поймал где-то за стеной, потому что проголодался. А четвертый разгружает поставку материалов, подняв фургон голыми руками и вытряхивая его как пачку чипсов.
Степаныч говорил, что фургоны разгружают не так, но кто ж его слушал.
«Так эффективнее» — сказали ему, и с этим было сложно спорить.
— Эй, старый, есть еще че пожрать? — раздался голос.
— Нету! — выпалил Степаныч, и рывком запихал себе в рот весь кусок.
Знает он этих демонов! Не брезгуют ничем и сметают как саранча все съестное, что могут найти, а не съестное пожарят и все-равно съедят!
Степаныч так и не понял откуда этих странных психов привезли, но работать с ними более -менее освоился.
— Эх, жаль, придется опять на охоту сгонять, — раздался ему в ответ разочарованный голос.
— Не надо на охоту! — подорвался Степаныч, — опять на вас жалобу дозорные со стены накатают! И у вас же вон, вертел с едой! — ткнул Степаныч пальцем.
— Это на закусь, — расстроенно отмахнулся красноглазый мужик, и в его животе заурчало.
— Ладно, погоди, чего-нибудь придумаю, — вздохнул Степаныч, и потерев пульсирующие виски, открыл коммуникатор в поисках продовольственных складов поблизости, которые эти проглоты еще не опустошили.
И едва он это сделал, как у погрузочной зоны просигналил грузовик.
— Ого! Оперативно! Красава, старый! — тут же повеселел Глен и потер руки, — а с бухлом также можешь?
— Но это не я… — опешил Степаныч, и в этот момент ворота со стороны улицы распахнулись от удара.
Внутрь периметра с грохотом влетела фура, и не успел Степаныч моргнуть, как отовсюду хлынули боевики в цельнометаллических доспехах. Они высыпали из фургона. Появились из-под земли. Спрыгнули с соседних участков. Одновременно и везде все окрасилось бликами доспехов и оружия, а воздух наполнился сталью, дышать которой было больно.
За каких-то несколько секунд, цельнометаллические боевики захватили и уложили лицом в пол всех, кто находился на объекте.
Стоять на ногах остался лишь Глен, об которого сломали руки трое боевиков, что решили к нему прикоснуться, да сам Степаныч, который находился в этот момент у красноглазого за спиной и незамедлительно нажал тревожную кнопку.
Сам же Глен смотрел на это все абсолютно спокойно и даже глазом не моргнул. Медленно окинул всех присутствующих взглядом, после чего его внимание привлек вошедший сквозь ворота крупный мужик в выделяющемся среди остальных буро-черном доспехе.
И едва он ступил на землю, как Степаныч упал на колено, не в силах стоять. Давление было таким тяжелым, что захрустели кости, и огромных трудов стоило работяге, чтобы смотреть вперед и не сломать шею.
— Ты тут главный? — остановившись в нескольких метрах от Глена, спросил мужчина с массивным княжеским перстнем на буро-черном доспехе.
— Допустим, — поиграл желваками Глен и покосился на часы.
— Если ждешь подкрепления, его не будет, — хмыкнул Князь Металла, — мы отрезали вашу связь глушилкой.
— Подкрепления? Ахахах, — в голос засмеялся Глен, — нет, мужик. Оно мне не нужно! Просто не так давно нас обучили правилам вежливости… как его по вашинскому… этикету, во!
— Этикету? — удивился Князь Металла.
— Ага, — хмыкнул Глен, — нам рассказали, что у вас не вежливо убивать гостей в первую же минуту знакомства. Нам, признаться, тяжеловато было понять с такими правилами кто есть гость, а кто враг, поэтому нам посоветовали выждать минуту, и если даже спустя минуту гость все еще будет казаться нам врагом, то тогда его можно смело убить.
— Вот как, — скрежетнул металлом Князь, — то есть за эту минуту вас можно просто перебить и вы ничего не сделаете?
— Перебить? — повеселел еще сильнее Глен и развел руками, подставляя грудь, — ну попробуй, железяка, у тебя осталось еще тридцать секунд на попытки. У остальных твоих ребят, кстати тоже, — добавил красноглазый.
И в этот момент все поваленные на землю верзилы начали вставать. Несмотря на все попытки им помешать со стороны цельнометаллических, те вставали спокойно, а на их телах не было ни единой царапины.
— Крепкие у тебя люди, — похвалил Князь Металла, — но не все здесь такие, верно? — усмехнулся он и хлопнул в ладоши.
Сигнальный звон лязгнувшего доспеха разнесся по пространству, и внутрь периметра вывели два десятка схваченных людей.
Степаныч дернулся при виде своих подчиненных, но ничего не смог сделать, а при попытке издать звук, из его раздираемого стальными частицами горла вырвался лишь сгусток крови.
— Если хоть один из работяг умрет, ты пожалеешь, что на свет родился, — перестав улыбаться, холодно произнес Глен, — двадцать секунд, и никто из вас не уйдет отсюда живым.
— Возможно, — согласился Князь Металла, — но ты же понимаешь, что если атакуешь, мы начнем защищаться в полную силу. Все работяги умрут, и не только они. Мы находимся в центре города. Сколько от него останется целых зданий? Сколько будет жертв? По головке тебя за такой «этикет» не поглядят, верно? Но не парься, крепыш. Я тебе не враг и не хочу этого. Пока что никто не пострадал, и в наших силах сделать так, чтобы так и оставалось. Я хочу лишь поговорить. И никто не пострадает. Даю слово Князя.
— Ладно, князь, — брезгливо выплюнул Глен это слово, — я тебя слушаю, говори.
— Не с тобой, крепыш, — холодно ответил ему Князь Металла, и от него во все стороны разошлась подавляющая аура сильнейшего одаренного металла в Империи, — мне нужна Марта.

Поделится в соц.сетях